Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Финансово-методологические истоки терроризма





 

Оденьте преступление в золото – и крепкое копье правосудия переломится не поранив.

В.Шекспир

 

Деньги – это особый товар, выполняющий роль всеобщего эквивалента, с помощью которого измеряются затраты общественно-полезного труда. История происхождения денег и их эволюция есть история возникновения и развития товарного производства и товарного обращения. Особое место среди товарных денег занимали продовольственные деньги и прежде всего такие, как зерно и скот. Эти обстоятельства связаны с тем, что до XX века товарное производство носило биогенный характер, в котором до 95% продукции производилось на базе мускульной силы животных и человека. Источником же воспроизводства мускульной энергии выступали зерновые культуры. Их объёмы и количество скота были тесно увязаны с производимой товарной массой, а потому они в равной мере имели возможность выполнять функцию денег. В XIX-XX веках особую зловещую роль сыграл золотой стандарт – способ организации денежных отношений, при котором роль всеобщего эквивалента играет только золото. Впервые золотой стандарт был введён Англией в 1816 году после победы над Наполеоном, в США – в 1837 году. Россия этот роковой, глубоко ошибочный для себя шаг сделала в 1895-1897 годах. Этим шагом была разорвана связь между технологическими потребностями в деньгах народно-хозяйственного комплекса и возможностями их эмиссии из-за физической ограниченности имеющегося золота. Страна, вместо того, чтобы печатать собственные деньги под товары, имеющиеся в достаточных количествах, вынуждена была приостановить собственную эмиссию и оказалась в подготовленной ростовщической петле внешних заимствований.

В XX веке в товарном производстве произошли радикальные перемены, и оно стало техногенным. Пропорции изменились на обратные, теперь уже до 95% товаров производится на базе техногенной энергии и только 5% на базе биогенной. В основе производства любого товара теперь лежит техногенная энергия, именно она и выступает в качестве товара инварианта де-факто, независимо от того, хотим ли мы это признать или нет. Попробуйте сопоставить стоимость буханки хлеба, кирпича и алюминиевой чушки – вы поймёте, что это, как впрочем, и в отношении иных товаров, можно сделать в своей основе только через расчёт энергозатрат.

С момента своего возникновения и до 1971 года, по крайней мере де-юре, деньги всегда имели товарную форму. Выпущенные в обращение бумажные деньги на первых порах ни коим образом не изменяли их сущностное содержание. Банк-нота – это расписка (нота) банка, выданная владельцу товара-эквивалента, который разместил его на хранение в этом банке. Передача банкноты означала переход права собственности на товар её новому владельцу. В 1971 году Президент США Никсон своим Указом в одностороннем порядке отменил закреплённое в 1944 году Бреттон-Вудским соглашением международное право беспрепятственного обмена бумажного доллара на золото. Впервые за всю свою историю вот уже 30 лет человечество по инерции в силу сложившихся привычек воспринимает ту или иную де-юре ничем не обеспеченную бумагу в качестве денег. Появилось даже новое определение денег: «Деньги – это то, что обществом воспринимается в качестве денег». Следовательно, их надежность – это внеэкономическая категория из разряда психологии, рекламы и PR-акций.



В результате такой трансформации на земном шаре сформировался рынок не слыханной доходности. Специальная бумага с нанесённым на неё рисунком, имея себестоимость изготовления, измеряемую центами, в товарообменных операциях выступает в качестве товара-эквивалента стоимостью 100 долларов. Страна, напечатавшая эту бумажку, в обмен на нее получает всё, что душе угодно – золото, нефть, лес, газ и т.п. Корпорация, являющаяся эммитентом этой бумаги, имеет доходность, которая даже не снилась ни наркодельцам, ни торговцам оружием. Правда, обеспечение такой доходности достигается при однонаправленном движении этих бумаг от эммитента к потребителю. Суть «Перестройки» по Горбачеву именно в этом и состояла. Темпы однонаправленного сброса долларовой массы в Россию составляют величину порядка 26 млрд. долларов в год. В одночасье мы стали владельцами 1/3 долларовой макулатуры Земного шара.

Вышеизложенное может пролить свет на истоки и суть терроризма. Войны всегда велись для передела рынков. Любой военный конфликт организуется и провоцируется третьей стороной, которая решает задачи по созданию на разрушенной войной территории рынков сбыта, задачи по доступу к дармовому сырью, к технологиям, к дешёвой рабочей силе. На новом же рынке, рынке бумажных денег, отпадает необходимость в системном разрушении инфраструктуры территории, вполне достаточными оказываются террористические акции с их последующей широчайшей рекламой на телевидении. Регион становится инвестиционно менее привлекательным, в результате валюта воюющего региона может быть потеснена валютой благополучной зоны. Ведь именно таким манёвром финансируемый международными банкирами Гитлер обрушил все валюты Европы и в 44 году вывел доллар на монопольно лидирующие позиции. Такими манёврами подорваны устои рубля в России (Чечня), устои евро в Европе (Югославия). Такова же природа инспирированных конфликтов по дуге от Югославии до Индонезии. Все они проходили как точечные операции по дальнейшему расширению рынка продаж того условного товара, которым являются долларовые купюры. Единственное средство стабилизации обстановки в мире, и в том числе в Чечне, без изменения природы денег сводится к отсутствию демонстрации актов террора в СМИ. Отсутствие телевизионной рекламы сделает акты террора бессмысленными для тех, кто их организует и финансирует. Пока же те самые международные банковские кланы, которые финансировали немецкую военную машину, запуская её против человечества и немецкого народа, сегодня финансируют американскую военную машину в конечном счёте против американского народа, который, к сожалению, не хуже немецкого народа клюет на эту провокацию.

Однако существует и радикальное средство приостановления развивающегося последние 20 лет терроризма. Его финансово-методологическая основа может быть ликвидирована путём перевода мировой кредитно-финансовой системы на принципиально иную концепцию функционирования. Человечество должно вернуть деньгам товарную форму и ввести стандарт энергообеспеченности валют.

Денежная масса страны, жёстко увязанная по объёмам с количеством энергии, подаваемой на вход в её производственно-потребительскую систему, при заданном уровне технологий и качества управления всегда будет иметь товарное покрытие. На международном рынке будет утрачивать позиции та валюта, эмиссия которой будет проводиться с нарушением стандарта энергообеспеченности. При этом денежный контур нашей страны должен точно соответствовать товарному контуру и не подвергаться искажениям за счёт продажи российских товаров за чужие денежные знаки. Таких нелепостей не допускает ни одна суверенная страна. Если кто-то имеет желание купить наши товары, то он предварительно должен приобрести наши денежные знаки – энергетические рубли. Тем более, что наши экспортные поставки более чем в 2 раза превышают объёмы импорта. Любой экспорт мы должны вести исключительно через расчёты в рублях, на данный же момент наши товары обеспечивают устойчивость доллара. Он востребован потому, что за него можно купить российский газ, нефть, лес и пр. Провокационная сущность финансового блока страны позволяет вести оплату 95% нашего экспорта в долларах.

Настала пора трансформировать деньги из инструмента обмана и насилия в инструмент созидания и благополучия человечества.

 

 

9. Рыночная экономика и
блеф об общественной полезности саморегуляции рынка

 

Как перед ней не гнитесь, господа,

Вам не снискать признанья от Европы.

Ф.И.Тютчев

 

Рыночная экономика (РЭ) определяется как совокупность таких экономических отношений, при которых управление хозяйственной жизнью, решение о том, что, как и для кого производить, реализуются сами по себе посредством конкуренции, спроса и предложения, свободных цен, прибылей и убытков. В ныне господствующей экономической литературе утверждается, что РЭ позволяет эффективно использовать ресурсы, формировать оптимальную структуру народного хозяйства, оптимальный спектр товаров и услуг при минимальных издержках производства и обращения и максимальной прибыли. РЭ предполагает отсутствие вмешательства государства в экономическую жизнь. Задача по переходу к РЭ провозглашается в нашей стране в качестве центральной.

Антиподом рыночной экономики признаётся экономика, основанная на абсолютизации государственного планирования экономических процессов. Нашу страну постоянно качают между этими двумя в равной степени не приемлемыми ориентирами развития. Для блокирования общественно-полезных механизмов управления существуют две экономические школы: экономисты-рыночники и экономисты-плановики, цель которых раскачивать маятник непонимания то в одну, то в другую сторону.

В действительности план и рынок – это не взаимоисключающие, а взаимодополняющие друг друга инструменты. Перспективу мы будем иметь, если экономика станет плановой с хорошо настроенным на выполнение плана рыночным механизмом. Сошлёмся на мнение одного из немногих действительно экономистов, не принадлежащих к когорте экономических темнил, автора японского экономического чуда С. Окита, высказанное им незадолго до смерти профессору А. Динкевичу: «Часто можно слышать, что провозглашенный в СССР и странах Восточной Европы переход к рыночным механизмам является убедительным доказательством превосходства рыночной экономики над централизованно планируемой. Я полагаю, что это заблуждение… Проблема состоит в том, чтобы соединить, согласовать, объединить в едином механизме начала этих двух систем, найти эффективный путь комбинирования рыночных механизмов и государственного планирования и регулирования».

Централизованное, директивно-адресное управление имеет принципиальные ограничения по масштабам и степени детализации процессов. Там, где оно в СССР в своё время исчерпало свои возможности и резервы, оно нуждалось не в уничтожении, а в дополнении рынком, механизм регуляции которого должен быть настроен на развитие и укрепление позиций плана. Однако эту проблему реформаторы России проглядели.

На этом частном примере можно наиболее ярко продемонстрировать ту общую алгоритмику, ту методологию, на базе которой идёт блокирование правильного целостного миропонимания в нашей стране. По любому значимому вопросу народу подброшена ложная альтернатива с целью сокрытия истины, доступ к которой имеется не на TV и в газетах, а лишь на уровне посвящённых.

 

?

 

 


       
   

 


 

К числу таких одинаково ложных выборов, навязываемых народу, относятся: план-рынок; капитализм-социализм (благополучие связано не с формой собственности, а «финансовым климатом», определяемым размером ссудного процента, достаточностью денежной массы, соотношением своих и чужих средств платежа и т.п.); интеграция в мировую экономику – железный занавес; демократия – диктатура; материализм – идеализм; безбожие – поклонение церквям, ритуалам и молитвенным коврикам; демократы – патриоты (на TV допущен исключительно патриотизм Зюганова и Ко, нагнетающий бессодержательные эмоции, паразитирующий на народном горе).

Что же касается блефа о саморегуляции рынка, то помимо всего прочего он провоцирует продвижение в Правительственные структуры абсолютных бездарей и недоумков, прямой агентуры конкурирующих транснациональных компаний. В соответствии с этой теорией от них ничего не требуется кроме беззаботной веры во всемогущество рынка, а присутствие в государственных структурах их ни к чему не обязывает, всё можно списать на стихию рынка. В том числе тысячекратное обесценивание денег и внедрение в денежный оборот чужих средств платежа; разрушение высокотехнологичных комплексов и умышленное уничтожение шахт и многое другое.

Основная цель навязывания неуправляемой стихии рынка сводится к внедрению в этой обстановке системы ростовщического подавления производительного труда. Баснословно высокий, неслыханный за всю историю человечества ссудный процент, объясняемый для толпы стихией рынка, однонаправленно перекачивает платежеспособность из общества в корпорацию ростовщиков. И даже если представители этой корпорации неимоверно глупы в деле организации производства, то простое увеличение ссудного процента позволяет им лично доминировать как в сфере финансов, так и в сфере потребления, перекладывая все издержки и страдания на трудовой народ. Это касается не только России, но и всех остальных стран, «встающих на путь рыночной экономики».

В этой алгоритмике человечество неуклонно приближается к глобальной биосферно-экологической и социальной катастрофе. Рыночная саморегуляция ориентируется прежде всего на не считающиеся с разрушением биосферы сверхприбыли. Они зарабатываются прежде всего на удовлетворении антиобщественных, деградационных потребностей (наркотики, порнография, оружие, алкоголь и его самая общественно-опасная разновидность – пиво, табак). В качестве иллюстрации успехов рыночной алгоритмики обывателю приводят примеры из жизни США, которые до поры живут так, поскольку им позволено печатать бумагу под названием деньги, на протяжении уже двух поколений не возвращать долги (32 трлн. $ – долги государства, корпораций и частных лиц) и процветать за счёт разорения других стран и народов. Но при этом на втором плане остаётся ужасающая нищета большинства остальных стран рыночной экономики от Колумбии и ЮАР до Индии, где условия жизни значительной части населения не превосходят условий жизни бездомной собаки. Это вовсе не случайность а закономерный итог, от которого невозможно отстроиться в рамках рыночных механизмов Запада, деградационно-паразитической, самоубийственной цивилизации, представляющей теперь уже очевидную опасность для всего человечества.

В системе надгосударственного управления каждой стране, клюнувшей на удочку интеграции в мировую рыночную экономику, заведомо уготована конкретная роль. Чем подобострастнее мы будем отрабатывать рецепты внедрения рыночной экономики, тем быстрее придём к полномасштабному исполнению своей миссии в глобальном разделении труда: «Россия – Общеевропейский Сырьепром и Помойка вселенских масштабов».

 

 

10. Общественно-полезная экономика и
её основополагающие принципы

 

Как государство богатеет.

 

А.С. Пушкин

 

Экономика делится на два принципиально разных вида. Она может учить как отдельному предпринимателю или структуре набить собственные карманы безотносительно к общественному благосостоянию, а может ставить на первый план формирование достойной жизни для большинства проживающих, укрепление и развитие их генетики. В последнем случае экономика различает во всём спектре потребностей общества деградационно-паразитическую и демографически обусловленную составляющие. Первая из них не прогнозируема в принципе, обусловлена порочностью индивидов, извращениями и отсутствием у них чувства меры. Удовлетворение таких потребностей ведёт к угнетению генетики индивида и его рода либо окружающих его людей и биосферы как среды обитания. Что же касается биосферно допустимых демографически обусловленных потребностей, то они жёстко и однозначно связаны с численностью и возрастной структурой проживающих, а потому точно планируемы и прогнозируемы.

Попытки Запада исследовать экономические процессы в русле «чистой науки» вне социологии, политики и нравственности привели к формированию общественной науки «Экономикс». Американские учебники и наши энциклопедии определяют её как науку об использовании ограниченных ресурсов с целью максимального удовлетворения неограниченных материальных потребностей общества, которые не могут быть спрогнозированы. В отличие от этих беспредметных исследований (принеси то, не знаю что) в общественно-полезной экономике через точно фиксированные демографически обусловленные потребности однозначно определяется вектор (список) целей государственного управления. Удовлетворение иных целей не блокируется административным диктатом, но выводится из разряда государственных проблем в перечень проблем отдельных порочных индивидуумов.

Фиксация вектора целей общественно-полезного управления позволяет перейти к формированию балансов производства и развития каждой административно-территориальной единицы (Федерального округа, области, района) как в натуральном, так и в финансовом учёте продукции.

Математически такой баланс описывается системой линейных уравнений, отражающих процессы продуктообмена каждой из отраслей со всеми остальными отраслями и с проживающим населением. Смысл поиска оптимизационного решения такой системы уравнений сводится к тому, чтобы каждая из отраслей выпускала продукции столько, сколько ей необходимо для всех других смежных отраслей (промежуточный продукт, сырье, комплектующие) и для прямого удовлетворения демографически обусловленных потребностей населения. Поскольку последние строго фиксированы, то система имеет решение, в отличие от случая «чем больше, тем лучше».

В ходе решения этой задачи налоги и дотации рассчитываются строго математически как поправочные коэффициенты на продукцию, производимую в избытке (местные налоги) и на продукцию, производимую в недостатке (местные дотации).

Именно к этому сводятся возможности целенаправленного государственного регулирования рыночной экономики. План и рынок в разумной государственности никогда не противопоставляются друг другу, но, напротив, являются взаимосвязанными элементами единого хозяйственного механизма. Один из них относится к структурным, а второй – к бесструктурным методам управления. Подобные подходы к формированию сбалансированного развития территориально-административных комплексов не являются откровениями. За разработку таких подходов в своё время ещё Леонтьев получил Нобелевскую премию, правда основным мотивом её присуждения, по нашему мнению, является тот факт, что он в угоду Западу обосновал невозможность однозначного решения. Разница с нашим подходом состоит лишь в том, что Леонтьев не вышел на понимание возможностей настраивания госмеханизма на удовлетворение точно фиксируемых демографически обусловленных потребностей и именно поэтому пришёл к выводам о невозможности решения системы уравнений межотраслевого баланса из-за неопределённости объёмов потребления.

После того, как сформированы механизмы регионального управления, появляются основания для реального государственного управления в высшем эшелоне власти, которое в существе своём сводится к сведению в единый баланс избытка и дефицита всех продуктов и услуг, производимых в регионах. На основании этих данных также строго математически, рассчитываются общегосударственные налоги на товары и услуги, представленные в избытке, и дотации на представленное в дефиците.

После завершения формирования общегосударственного баланса отраслей, получаются исходные данные для математического расчёта таможенных пошлин и введения режима беспошлинных поставок товаров, имеющих общегосударственный дефицит. Таможенные пошлины, вводимые на товары, производимые в стране, должны не только создавать здоровые конкурентные условия, но и целевым образом протекционистски направляться на развитие соответствующего сектора отечественного производства для формирования перспектив его выхода на конкурентоспособный уровень, либо на перепрофилирование на иную продукцию. Если ввоз того или иного товара связан с неминуемым банкротством отдельных крупных предприятий, либо целых отраслей (к примеру, птицеводство), то объёмы средств, получаемых от таможенных пошлин, должны превосходить суммарный наносимый общегосударственный ущерб, связанный с реструктуризацией производства, с созданием эквивалентного количества новых рабочих мест, выплатой пособий по безработице и т.п.

В кратком виде суть предполагаемого алгоритма можно выразить следующей формулой: от интегрированных технологически замкнутых аграрно-промышленных комплексов к сбалансированному развитию регионов во имя создания единого народно-хозяйственного комплекса по принципу самодостаточного государства-суперконцерна. Однако такое государство должно иметь адекватные экономической сути принципы обустройства и управления.

Территориально-административное устройство государства должно основываться на принципах экономической целесообразности с категорическим исключением установления административных границ по национальному признаку. Национальные границы – это символ концептуально не определившейся государственности, мина замедленного действия, срабатывающая в нужное время через подогрев амбиций национальных “элит”. Границы административного образования должны рассчитываться с позиций максимально полного удовлетворения всех потребностей, – проживающих на данной территории за счёт собственных возможностей при оптимизации издержек производства, транспортных расходов на базе территориальных, технологически замкнутых комплексов. Принципы построения производственно-транспортных, социальных инфраструктур должны быть подчинены созданию оптимальных условий проживания населения при обязательном обеспечении единства общества и биосферы планеты. В качестве идеальных следует принять условия проживания семьи в благоустроенном доме усадебного типа с садом и огородом под окнами, в населенном пункте диаметром не более 10 км, из любой точки которого в течение часа проживающие имеют возможность оказаться на природе. Проживание в каменных джунглях городов-мегаполисов, в отсутствии обратных связей с биосферой, извращает генетику и психику человека, блокирует его противодействие тенденциям на самоуничтожение человечества как биологического вида.

Концептуально независимая государственность должна иметь вертикаль административного управления, построенную по принципу прямого назначения и прямого отстранения от должности руководителей нижестоящего уровня, ответственных за реализацию концепции, общегосударственных программ, программ развития регионов. Количество территориальных административных образований должно обеспечивать реальную управляемость, при этом на руководителя любого ранга, включая первых лиц государства, должно замыкаться 7-9 прямых подчинённых, а не 89, как было до недавнего времени в высшем эшелоне власти России. Все демократические процедуры и выбранные на их основе руководители должны использоваться не в сфере профессионального административного управления, а в сфере общественного контроля и в процессах формирования вектора целей общественного развития.

Ситуация, когда на основе выборных процедур формируется управленческий корпус, наделённый полномочиями в системе исполнительной власти, в системе принятия административных решений при нынешнем информационном состоянии общества, заведомо порочна. Выборные процедуры имели под собой деловые основания в древности, когда каждый голосующий имел личные впечатления по избираемым кандидатам, приобретённые в результате совместной деятельности, в совместных боевых походах. Именно так, на основании впечатлений с поля брани, боевая дружина осмысленно определяла верховную власть переходящего на мирную жизнь региона.

В настоящее время выборные процедуры являются не более чем ширмой, с помощью которой скрывается истинный механизм подбора и продвижения кадров. Мнимая состязательность между претендентами в действительности сводится к финансовой и имиджмейкерской конкуренции продвигающих их кланов; а толпа выбирает не из конкретных людей, а из искусственно сформированных образов, очень далеких от оригинала. Любой из претендентов, пришедших в такой схеме к власти, просто не имеет ни возможностей, ни полномочий принимать решения во благо вверенной ему территории, ибо по условиям выборных процедур и финансово-информационных поддержек он обязан отрабатывать вложенные в его выборную компанию колоссальные финансовые средства. Так что в действительности голосованием определяется лишь тот клан, или связка кланов, которые получат приоритет в доступе к бюджетным средствам и к паразитированию на населении региона.

 

 

11. Сельскохозяйственное производство. Технология разорения
и пути к достатку

 

Сельскохозяйственное производство – это уникальная в своем роде отрасль. Любые иные отрасли производства являются по своей сути потребляющими, они способны лишь перевести то или иное вещество из одного состояния в другое, к примеру, руда – металл – автомобиль; зерно – мука – хлеб, либо превратить в прах нечто созданное на Земле в веках и тысячелетиях (добыча и потребление газа, нефти) . И лишь в сельском хозяйстве в процессе фотосинтеза за счёт дармовой солнечной энергии идёт процесс не превращения, но возникновения нового вещества, дающего основу всего сущего на Земле. Вопросы продовольственной безопасности для государственного суверинитета значат гораздо больше, чем военная техника. Как произошло, что эта базисная отрасль России оказалась в ситуации ужасающего по своим последствиям разорения? Это разорение не столь очевидно лишь в окрестностях мегаполисов.

Начало этому процессу положил 1990 год, когда ровно в межсезонье денежная составляющая оборотных средств села, предназначенная для предстоящей посевной, была практически обнулена через умышленно организованный неслыханный скачок цен. Восполнение их шло исключительно через кредитный ресурс, цена на который дошла до 210% годовых. При скачкообразном повышении ставки ссудного процента, это можно доказать математически строго, первыми из сборки народно-хозяйственного комплекса выпадают отрасли с длинным периодом оборота капитала, к которым и принадлежит сельхозпроизводство. С сельским хозяйством произошло ровно то, что с неизбежностью и должно было произойти, ведь проценты по кредиту почти на два порядка превосходили доходность оборота капитала в производстве с годичным циклом. С той поры идёт «доедание» основных фондов, износ которых превзошёл все мыслимые пределы. Для выявления существа этой антикрестьянской умышленной провокации следовало бы назначить Председателя ЦБ и Министра финансов директорами виртуальных сельскохозяйственных производств, работающих в созданной ими финансовой атмосфере. Создать им идеальные погодные и иные условия, и пусть они объяснят руководителям села, как, даже при всесторонне идеальных условиях, следует сводить концы с концами или хотя бы выживать чисто физиологически.

Одновременно с этим активно шёл процесс дезорганизации и де­зинтеграции сельхозпроизводства. Единый директивно управляе­мый, технологически увязанный комплекс был разделён на множе­ство юридически обособленных субъектов, взаимозависимых, но не координируемых между собой в рамках отраслевой горизонтальной системы управления. Прибыль одного из них всегда является убыт­ком для другого. При этом руководство страны уповало на то, что абстрактный рынок всё наладит и упорядочит. Однако известно, что нерегулируемый рынок с неизбежностью настраивается на макси­мум доходности и на процветание ростовщиков, производителей алкоголя, табака и пр. В нерегулируемом рынке рентабельность всегда снижается от прилавка к земле. К примеру, комбикормовый завод всегда может обеспечить себе более высокую рентабельность по отношению к птицефабрике, т.к. комбикорма могут и полежать, а вот куры требуют корм ежедневно и покупать его птицеводство вынуждено по любым ценам.

Все эти внутрироссийские схемы разорения села усугубляются геополитическими явлениями, характерными для «глобальной деревни». Феномен её состоит в том, что, как известно, все страны мира напрямую дотируют сельское хозяйств, либо применяют опосредованные схемы субсидирования и поддержки . (К примеру: Япония – на 80%, Финляндия – на 70%, США – не менее чем на 40%). Это связано с конкурентной борьбой и борьбой за рынок сбыта. Дело в том, что к сельскохозяйственным технологиям, в отличие скажем от ракетных, авиационных и т.п., имеют доступ практически все страны мира. Солнце на всех одно, вода тоже. Поэтому развитые страны умышленно устанавливают диспаритет цен, занижая цены на сельскохозяйственную продукцию, тем самым стараясь потеснить аналогичную продукцию страны-конкурента. При этом возникающие в иных отраслях сверхдоходы с помощью специальных схем перекачиваются на государственном уровне в сельское хозяйство. Страны, не осмыслившие эту алгоритмику, обречены на развал народнохозяйственного комплекса, на нарушение продовольственной безопасности. Предложения же отдельных реформаторов о прекращении сельхозпроизводства в связи с его «убыточностью» должны предваряться планами в отношении значительной части населения, проживающего на огромных пространствах, не имеющих никаких иных технологий, кроме земли, воды и солнца.

Государственное перераспределение финансовых потоков в пользу сельского хозяйства нельзя назвать дотациями, правильнее их назвать компенсациями, которые просто восстанавливают статус-кво и ставят труд сельхозпроизводителя в один ряд с трудом в других отраслях. Только при этих условиях умный, работоспособный человек может иметь достаток, связанный с тем, как он трудится, а не с тем, куда он пристроился. Только при этих условиях можно рассчитывать на комплексное взаимоувязанное развитие всего народно-хозяйственного комплекса страны, на его сбалансированное кадровое обеспечение. Можно иметь внутриотраслевую конкуренцию, но введение межотраслевой конкуренции за переток кадров, к примеру, между Газпромом, банковским ростовщичеством и трудом хлебороба – это полное безумие. Ведь Газпром и нефтяные компании потребляют то, что создавала энергия солнца на Земле за миллионы лет, ростовщики имеют доходы, пропорциональные ссудному проценту, устанавливаемому по произволу самим же банковским сектором, а крестьянин же довольствуется тем, что дарит солнце в ответ на его тяжелейший труд за один сезон. Выравнивание условий существования отраслей возможно исключительно на базе разумной налогово-дотационной политики государства, ибо как доходы от сырья, так и безумные доходы банковского сектора должны быть общегосударственной собственностью и формировать достойную жизнь всего народа.

Наше государство не желает понять эти элементарные истины, а поэтому у нас достаток определяется не трудом, а отраслевой принадлежностью. Вместо необходимых компенсаций сельскому хозяйству, все говорят о дотациях, забыв о предварительно созданном искусственном диспаритете цен. Ведь только за годы «перестройки» рост и без того непропорциональных цен на сельхозпродукцию в 5 раз отставал от роста цен на целый ряд товаров промышленного производства, в том числе и сельскохозяйственного назначения. Сравним доперестроечные и нынешние цены: литр бензина стоил 7 коп., десяток яиц – 90 копеек; сейчас тот же бензин – 7 рублей, десяток же яиц стоит многократно ниже эквивалентных по бензину 90 рублей. Вот вам наглядные, очевидные технологии разорения. Ценовая чехарда, превращение рублей в копейки, тысячекратные изменения масштаба цен – это всего лишь дымовая завеса, механизмы сокрытия безумных диспропорций в оплате труда разных категорий трудящихся, в ценах на разные группы товаров и т.п. Диву даёшься, что мы до сих пор едим натуральное яйцо, а не гуманитарный яичный порошок, как, видимо, планировалось архитекторами перестройки.

«Российская газета» (№41, 330 от 16.10.2001 г.) опубликовала статью «Село будут лечить от безденежья» по материалам заседания президиума Госсовета в г. Оренбурге. Задолженность сельхозпроизводителей в 12 раз превышает балансовую прибыль всего аграрного сектора и составляет 255 млрд рублей. Это теоретически неразрешимая ситуация свидетельствует о том, что лечить нужно не село, а руководителей финансового и экономического блоков страны, продолжающих отстаивать приоритеты финансового ростовщичества над трудом крестьянина. Федеральный бюджет предусматривал до 800 млн рублей на возмещение 2/3 учётной ставки ЦБ по банковским кредитам агропромышленного комплекса, обеспечивая сохранение объёмов невозможного к взысканию с крестьянина ростовщического грабежа. В результате официальная прибыль российских банков составила за 11 месяцев 2002 года 696,9 миллиардов рублей, а убытки сельского хозяйства в высокоурожайном 2002 году увеличились на 60 миллиардов и составили 350 миллиардов рублей. На возврат таких долгов, если даже заморозить проценты, потребуется не менее 50 лет. И это происходит в то время, когда США в течение 2001 года снижают ставку кредитования 8 раз и доводят её до 1,2% годовых, Англия снижает ставку 6 раз, Япония снижает её с 0.15% до 0%. Объясните мне, о какой свободной конкуренции можно говорить, если серьёзная зерноперерабатывающая корпорация, кредитоёмкая из-за сезонного характера работы, имеет кредиты 500 млн рублей и выплачивает ростовщикам 3.5 млн. долларов в год, сумму в десятки, а то и в сотни раз превосходящую затраты по этой статье у западных конкурентов.

Детальный анализ технологии разорения села позволяет без особого труда наметить пути его поворота от разорения к достатку. Первое обязательное условие – это серьёзные перемены «финансового климата» в стране. Сделайте завтра ставку рефинансирования 3%, и никого из финансистов не нужно будет агитировать за поворот к реальному сектору. Все банкиры вынуждены будут работать в режиме инвестиционных фондов и не уродовать города немыслимой архитектурой из гранита и вороненого стекла, а оборудовать себе скромные кабинеты на производстве и прежде всего в его базисном сельскохозяйственном секторе.

Если мы намерены сохранить Россию как суверенное государство, то мы обязаны пресечь убийственное банковское ростовщичество, выполнить расчёты уравнений межотраслевого баланса и обосновать математически строго налогово-компенсационную политику, обеспечивающую взаимоувязанное развитие народно-хозяйственного комплекса страны. При этом все отрасли, включая и сельскохозяйственную, должны стать в кадровом, финансовом отношении равно привлекательными.

 

 

12. Житейские экономические категории:
стоимость, цена, заработная плата

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.