Юридический нигилизм в России: причины и пути выхода
Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Юридический нигилизм в России: причины и пути выхода





Складывая фрагменты политической и экономической картины России, неизбежно приходишь к выводу, что решение основных существующих проблем во многом упирается в вопросы дееспособности правосудия, формирования целостной и эффективной системы, способной противостоять правовому нигилизму. Эта проблема до сих пор в полной мере не изучена. Потребность в ее глубоком научном осмыслении давно назрела, и основным аргументом, подтверждающим актуальность такого познания, является тот факт, что правовой нигилизм широко распространился в российской действительности как на бытовом уровне, в сознании и поведении людей, так нередко и в деятельности правоохранительной и исполнительной власти.

Правовой нигилизм способен разрушить основы любого государства, основной целью которого является обеспечение и защита прав и свобод гражданина. Россия находится в самом начале пути построения правового государства, поэтому изучение правового нигилизма, безусловно, имеет фундаментальное значение как фактор обеспечения стабильности и развития правопорядка и представляет для нее особую актуальность.

Право как социальное явление вызывает то или иное отношение к нему людей, которое может быть положительным (человек понимает необходимость и ценность права) или отрицательным (человек считает право бесполезным и ненужным). Люди в той или иной форме выражают свое отношение ко всему, что охватывается правовым регулированием, что связано с представлениями о праве (к законам и другим правовым актам, к деятельности суда и других правоприменительных органов, к поведению членов общества в сфере действия права).

В юриспруденции правовой (или юридический) нигилизм представляет собой непризнание права как социальной ценности и проявляется в негативно-отрицательном отношении к праву, законам, правопорядку, в неверии в необходимость права, его возможности, общественную полезность.



О феномене правового нигилизма сейчас много говорят и пишут. Действительно, в настоящее время нигилистическое отношение к праву стало наиболее показательной и неотъемлемой чертой сложившейся в России ситуации культурно-правового кризиса.

Считается, что Ф.И.Ницше одним из первых попытался раскрыть смысл данного явления. Он считал, что нигилизм - это состояние, когда высшие ценности теряют свою значимость.

Когда утрачиваются общие цели и нет ответа на вопрос «зачем?».1 Такой подход не содержит признаков и не указывает на специфические черты и характеристики нигилизма как социального явления. Однако существенным в нем является акцент на то, что личностные или общественные ценности подвергаются сомнению. И тем не менее правовой нигилизм и нигилизм вообще – достаточно длительное существующее и распространенное в мире явление, которое можно рассматривать как характерное для определенного этапа развития европейской цивилизации.

В структуре правового нигилизма отчетливо проявляются две ее крайние формы: правовая индифферентность – отсутствие интереса у личности к правовым явлениям, нежелание использовать (реализовать) права, предоставленные законом, отказ сотрудничать с правоохранительными органами в борьбе преступностью. Второй наиболее опасной формой правового нигилизма является правовой негативизм, т.е. активная противоправная направленность личности, которая проявляется в нигилистическом отношении к праву в целом, в убеждении, что его требования и запреты носят лишь формальный характер, а руководствоваться нужно своими желаниями и интересами. Закон сравнивается с преградой, которую можно обойти или преодолеть.

Причины правового нигилизма присутствуют в социуме постоянно и для каждого периода его развития имеют свой специфический характер. Правовой нигилизм имеет множество оснований. Он возникает, в частности, как следствие несовершенства правовых норм и правоприменительной деятельности органов государственной власти. Это означает, что для конкретного субъекта правовая норма не выполняет той задачи, которая в нее заложена. Правовой нигилизм проникает в сознание и сферу мироощущения отдельных граждан, групп, общностей людей. Поэтому причиняемый им социальный вред носит многосторонний характер, является катализатором практически всех нарушений законности.

Помимо этого, формируется комплекс негативных установок в сознании и практике работы правоохранительных органов и самих граждан (механизм виктимности, равнодушие или даже моральные оправдания некоторых видов правонарушений).

Таким образом, истоком множества негативных явлений являются дефекты индивидуального и общественного правового сознания. Особо следует заметить, что эти механизмы имеют как прямые, так и обратные связи. Действительно, если индивид периодически наблюдает всеобщее безразличие к хищениям, бездействие официальных представителей государства в сфере защиты имущественных интересов граждан, частое перекладывание вины на самого потерпевшего, то следствием этого становится постепенная деформация его правосознания, потеря веры в помощь государства и его органов. Когда это происходит в массовом масштабе, то следствием становится уже деформация общественного сознания и даже криминализации общества, в котором даже законопослушные граждане, не совершая преступления, безразлично относятся к совершению преступлений иными лицами.

Не менее важно и то, что проявление правового нигилизма всегда влечет нарушение прав, интересов граждан, является инструментом разрешения социальных противоречий, публичным показателем реальной власти к человеку. Под действием правового нигилизма идет формирование новых асоциальных ценностей. В итоге утрачивается взаимодействие между населением и государством, снижается ответственность друг перед другом, перед обществом.

Так, в России одной из идеологических причин правовой нигилизм марксистколенинская идея об отмирании права. Маркс и Энгельс писали: «Что касается права, то мы, наряду со многими другими, подчеркнули оппозицию коммунизма против права как политического и частного, так и в его наиболее общей форме в смысле права человека».

Но, не надо думать, что гипотеза об отмирании прав имела лишь теоретическое значение. В 1962 году в стране в параллель с представлением о построении коммунизма, пышно расцвели идеи о роли общественности в борьбе с правонарушениями. Отдавались на «поруки» преступники, вовсю работали товарищеские суды с их некомпетентностью и произволом. В итоге произошло умаление права, расцвели коррупция и иные противоправные акции − словом все то антисоциальное состояние от которого до сих пор не может оправиться российское общество.

Правовой нигилизм глубоко укоренился в правосознании русского народа. В России право отвергалось по самым разным причинам во имя самодержавия или анархии, во имя высших духовных ценностей. Что касается современного российского периода реформ, то ситуации выглядит еще более сложно. Помимо причин, порожденных мгновенным отказом от сложившихся десятилетиями «социалистических» устоев и переходом к классическому капитализму с жестокими рыночными законами, - таких причин, как социальная напряженность, экономические неурядицы, распад некогда единого жизненного пространства, влекущих за собой морально-психологического напряжения в обществе, правовой нигилизм в России провоцируется подчас и не поддающимися логическому объяснению действиями властей.

Когда государство само пренебрегает правом или использует его только как средство подавления индивидуальной воли, странно надеяться на то, что народ будет действовать в рамках закона, будет положительно оценивать его.

Подводя итог, хотелось бы отметить некоторые отличительные черты правового нигилизма в России на современном этапе.

Во-первых, он характеризуется массовостью. Правовой нигилизм в России распространен не только среди граждан, но и в официальных округах: в государственных структурах, в исполнительной и законодательной ветвях власти, в правоохранительных органах.

Во-вторых, он носит явно демонстративный, агрессивный и неконтролируемый характер.

В-третьих, правовой нигилизм проявляется в самых разных формах. Он может быть как криминальным, так и легитимным, проявляется как «наверху», так и «внизу» общества, как в профессиональных слоях, так и на бытовом уровне.

Одним из главных путей преодоления правового нигилизма должно стать всемирное стремление к повышению общей и правовой, в частности, культуры граждан. Естественно, необходимо модернизировать законодательство. Должна проводиться регулярная работа по профилактике правонарушений, осуществляться массовое просвещение и правовое воспитание населения и особенно молодежи. Юридические вузы должны готовить по-настоящему качественных специалистов. И, конечно же, должно, наконец, появиться уважение к правам и свободам личности со стороны государства. Граждане должны чувствовать себя безопасно, быть уверенными в том, что в случае проявления какой-либо несправедливости их защитят.

Таким образом, опираясь на право как часть правовой культуры и в целом на культурные традиции, в России можно преодолеть правовые нигилистические тенденции в обществе, что позволит, наконец, выйти их социокультурного кризиса и сформировать институты гражданского общества.

 

29. Перспективы российского права: дискуссионные вопросы

Современное российское государство развивается в направлении становления гражданского общества, формирования правового государства и связанного с этими процессами совершенствования национального законодательства и приведения его в соответствие с общепризнанными международными нормами и принципами.

Дальнейшее совершенствование законодательства связано в первую очередь с повышением качества законов. Именно с принятием и реализацией законов, указов, постановлений и иных актов связано преодоление различных конфликтов, в том числе юридических. На передний план выдвигается стратегическая задача гармонизации правовых актов, требующая динамичных способов разрешения.

На сегодняшний день особо актуализируются проблемы повышения эффективности законотворческой деятельности, построения системы законодательства в условиях модернизации современной России. Указанным проблемам посвящены многочисленные исследования — диссертации, монографии, научные статьи. Так, в «Концепции развития российского законодательства в целях обеспечения единого правового пространства в России» обозначены следующие проблемные вопросы: бессистемность и хаотичность в формировании массива нормативных правовых актов; нарушение приоритетов в правовом регулировании; погоня за количеством законов как самоцель; несбалансированность в системе действующего законодательства, принятие новых законов без увязки с уже действующими; отсутствие единства терминологии, нарушающее согласованность системы правовых актов; неоправданная поспешность подготовки проектов важнейших правовых решений; несоблюдение выработанных практикой правотворчества правил законодательной техники. Кроме того, во многих случаях нормативные решения принимаются в пользу групповых, корпоративных интересов.

В этой связи предпримем попытку осмыслить состояние российской системы законодательства в поисках ответа на вопрос, каковы дальнейшие важные, магистральные направления развития системы законодательства России.

Одной из безусловно важных тенденций развития системы законодательства является трансформация сферы правового регулирования в связи с изменением общественно-политической и социально-экономической ситуации в стране. Появление новых проблем — экологической безопасности, трансплантации органов человека, информационных технологий и других вносят изменения в отрасли российского права. Но, как заметил Н.А. Власенко, негативной тенденцией является «размывание» отраслей права, состоящее в стремлении «втиснуть» в однородные правовые комплексы нормы, регулирующие различные общественные отношения в том случае, если они не охватываются предметом правового регулирования, присущим данной отрасли. Можно утверждать, что формирование и развитие современной нормативно-правовой базы в Российской Федерации — постоянно обновляющийся процесс, требующий повышения механизмов его эффективности. Вместе с тем, по справедливому суждению Ю.А. Тихомирова, законодательство не может быть отождествлено только с суммой законодательных актов. Оно должно представлять структурно организованную совокупность законов в целях их объективного обзора и информации, учета и истематизации, динамичного законотворчества и должного правоприменения

Действительно, общепринято понимать под законодательством совокупность законов и подзаконных нормативно-правовых актов. С.В. Ермоленко указывает на проблему понимания законодательства, отмечая, что в теории права термин «законодательство» понимается как: 1) совокупность издаваемых в государстве нормативных правовых актов; 2) совокупность законов; 3) совокупность нормативных актов, издаваемых высшими органами государственной власти и управления.

Тем не менее, законодательство представляет собой не просто совокупность законодательных актов, а их систему. Быстро изменить понятие законодательства до понимания его только как системы законодательных актов сложно. Важно при

развитии системы законодательства, при принятии и изменении конкретных нормативных правовых актов учитывать эту позицию, осуществляя, аким образом медленный, но реальный подход к правовому регулированию преимущественно законодательными актами. Пока законотворческая практика часто идет по пути расширительного толкования понятия законодательства, что не повышает роли закона. Поэтому сегодня следует говорить о стабильности именно закона, а она, в

свою очередь, будет способствовать стабильности законодательства в целом. Таким образом, качественная характеристика законодательства вомногом зависит от разработки концепции закона — наиболее сложного и важного этапа в законотворчестве. Но проблема стабильности закона как и многие другие многоаспектные проблемы законотворчества) — комплексная. Стремление законодательно урегулировать различные аспекты наиболее важных общественных отношений на деле нередко приносит противоположный результат.

«Практика законодательных инициатив, — заметил Н.А. Власенко, — и особенно спешно принимаемых законов свидетельствует о сложившейся негативной тенденции решения того или иного вопроса исключительно посредством принятия законодательных актов. Тенденция тиражирования законов девальвирует его значение и роль; неприемлема и ситуация, когда закон заменяет подзаконные или даже ведомственные акты, особенно в случае содержания в нем чрезмерно

детализированного регулирования общественных отношений».

Ученый указывает на тенденции, сложившиеся в законотворческой практике:

федеральный законотворческий процесс превратился в некое «латание дыр и прорех» — принимаются сотни поправок, дополнений и изменений, разработка самостоятельных законопроектов концептуального характера стала редкостью; глубочайший кризис переживает региональное законотворчество; не разработаны критерии, с помощью которых можно определить, где грань или уровень федерального законотворчества и подзаконного нормотворчества.

Нельзя не отметить, что система законодательства, являясь с одной стороны саморегулирующейся системой, в большой степени является отражением сложившихся в государстве различных факторов юридической и социальной среды.

По мнению Ю.А. Тихомирова, система законодательства подвержена действию своего рода корреляций — влиянию внешней среды, развитие которой предопределяет выбор предметов регулирования и внутрисистемных зависимостей.

Повышение роли закона ведет к снижению объема подзаконного правотворчества и стимулирует локальное нормотворчество. В то же время активная нормативная саморегуляция экономических субъектов уменьшает потребность в централизованном и детальном регулировании. На наш взгляд, одна из обозначенных ученым проблем — проблема повышения роли закона объясняет

необходимость дальнейшей систематизации законодательства, разработки концепций новых кодексов, совершенствования нормотворческой деятельности, устранения пробелов в правовом регулировании.

Акцентируем внимание на одном из наиболее важных аспектов развития российской системы законодательства — это взаимоотношение системы права и системы законодательства на современном этапе. Система законодательства (в отличие от системы права) носит более выраженный субъективный характер, отражая различные стороны общественных отношений и охватывая большинство сфер человеческих отношений. Развитие системы законодательства нередко зависит от системы права, от которой система законодательства производна. «Подавляющее большинство исследователей, — заметила С.В. Поленина, — разделяют точку зрения, согласно которой система права носит объективный характер, и в силу этого ее развитие обусловливают соответствующую трансформацию системы законодательства, создаваемой законодателем». Иную точку зрения высказал Р.З. Лившиц, считавший, что объективна лишь система законодательства, применительно к которой наукой должна строиться система права.

Обоснованной представляется точка зрения Е.Э. Черенковой, полагающей, что «система законодательства — это органическое единство нормативно-правовых актов, обусловленное единством государственной воли и сочетанием частноправовых и публично-правовых начал, а также их дифференциация как по предметному признаку (основное деление), так и по комплексному критерию, в котором сочетаются предмет и метод правового регулирования».

Система права и система законодательства — разные, но взаимосвязанные категории. Первичным элементом системы права является норма права, а первичным элементом системы законодательства — нормативно-правовой акт.

Юридические нормы отраслей права — это строительный материал, из которого складывается отрасль законодательства. В одних случаях отрасль права есть, а отрасли законодательства нет (финансовое право, право социального обеспе

-

См.: Тихомиров Ю.А. Указ. соч. С. 15.

Поленина С.В. Взаимодействие системы права и систе

-

мы законодательства в современной России // Государство

и право. 1999. No9. С. 5.

Черенкова Е.Э. Система права и система законодатель

-

ства Российской Федерации: понятие и соотношение: ав

-

тореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 13.

чения). Может быть обратная ситуация, когда

отрасль законодательства существует без отрас

-

ли права (таможенное законодательство, Воз

-

душный кодекс)

.

Так, отрасли законодательства могут быть 1) одноименными с отраслью права, называясь одинаково (уголовное право — уголовное законодательство, гражданское право — гражданское законодательство и др.); 2) комплексными, состоящими из норм различных отраслей права (предпринимательское и др.); 3) образующимися на основе какого-либо института конкретной отрасли права с присоединением норм близкого содержания из другой отрасли законодательства

(банковское, таможенное, налоговое законодательство как одни из институтов финансового законодательства); 4) соприкасающимися с какой-либо областью государственного управления или государственной деятельности (законодательство

об образовании, обороне и др.).

Кроме того, здесь важно отметить возрастающую роль так называемых пограничных, сопредельных институтов, появление которых вызывает необходимость их законодательного закрепления комплексными нормативными актами. Особо следует остановиться на межотраслевых «пограничных» институтах, образующихся в результате тесного взаимодействия предметов регулирования смежных однородных отраслей права. Становление нового «пограничного» равового института чаще всего не проходит бесследно для системы законодательства. Это обстоятельство нередко служит основанием для увеличения комплексности отраслевых законов и подзаконных актов. Кроме того, «пограничные» правовые институты нередко оформляются специально посвященными им комплексными нормативными актами, то есть их становление ведет к увеличению общей массы нормативных правовых актов. Изменяются количественные параметры системы законодательства, весьма существенные для устойчивости и эффективности ее функционирования.

Вместе с тем следует отметить, что отрасль права не всегда получает выражение в отрасли законодательства (например, когда правовой институт оформляется в нормативно-правовых актах различной отраслевой принадлежности, но они не образуют самостоятельного института законодательства). Однако зачастую отраслью права именуют то, что в действительности является отраслью законодательства и наоборот.

Так в «Соглашении о партнерстве и сотрудничестве», подписанном между Европейским Союзом и Российской Федерации в 1994 г., к «отраслям права» отнесены различные виды деятельности, и даже феномены нормирования, по которым должны сближаться законодательство, предприятия и предпринимательская деятельность; банковская деятельность, бухгалтерский учет, финансовые услуги, охрана здоровья; технические нормы; нормативные акты в области ядерной энергетики и т.п., то есть понятие «отрасль права» употреблено в смысле «направления сближения законодательства»

Подтверждая эту мысль, заметим, что указанные изменения объясняются усиливающимися интеграционными процессами в рамках и между национальными законодательствами. Заметное влияние на состояние российской системы законодательства фактов сближения принципов и норм международного права и норм национального права является характерной чертой развития российской системы законодательства. Отметим, что актуализация вопросов гармонизации национального и международного законодательства стала возможной в связи с мировыми политико-правовыми изменениями в XX в., образованием межгосударственных объединений.

На внутригосударственном уровне взаимодействие норм международного права и национального права России происходит по двум основным направлениям: и в правотворческом процессе (через согласование норм национального и международного права) и в правоприменительном процессе (через совместное применение норм обеих систем или через применение норм только международного права). Основой их взаимодействия на внутригосударственном уровне являются Конституция РФ и ее международные договоры.

Немаловажная роль в процессе сближения принадлежит процессу правовой глобализации, проявляющемуся в форме интеграции права. О значимости интеграционных процессов в системе законодательства можно судить по тому, в какой мере его эффективность зависит от завершенности процессов формирования тех или иных законодательных массивов (комплексов). Речь идет о более крупных, чем отрасль, структурных образованиях законодательства, объем и внутренняя организация которых такова, что управление ими с помощью одного активного центра, то есть возглавляющего массив кодифицированного акта, по существу невозможно. В этом случае связи управления должны уступить место координационным связям, подобно тем, которые существуют в системе права внутри сфер публичного и частного права.

Хотя процессы интеграции правового регулирования ныне превалируют над процессами дифференциации, последние все же продолжают в известной мере оказывать влияние на развитие системы права России. Так, в административном

праве — наиболее объемной среди отраслей семейства публичного права — продолжают развиваться дифференциационные процессы. Вслед за отраслью финансового права от него отделилось в качестве подотрасли налоговое право.

Но не стоит забывать, что образование российского единого правового пространства основывается на Конституции РФ, и совершенствование законодательства должно быть направлено на реализацию в первую очередь положений Основного закона. Иерархия, представленная в виде схемы: Конституция РФ — Конституции субъектов РФ предопределяет два уровня конституционного регулирования. И одной из проблем в области развития системы

законодательства, в целом, и законотворчества, в частности сегодня, является соотношение двухуровневой системы законодательства — федерального законодательства и законодательства субъектов РФ .

Н.А. Власенко верно отметил, что Конституция РФ поставила стратегические задачи перед государством и обществом, одна из которых — построение правового государства и обеспечение прав и свобод человека как главной конституционной ценности. Гарантией и условием достижения данной цели является эффективная система законодательства, ее технико-юридические характеристики.

В.К. Самигуллин высказывает идею о том, что федеральный законодатель, принимая модельные, рамочные, рекомендательные, а также онкретные законы, должен направлять правотворческую активность республиканского законодателя в единое правовое русло. Это требует более высокого уровня законотворческой деятельности федерального законодателя, активизации государственных структур, которые ризваны укреплять федеративные начала, единство РФ и обеспечивать согласованное законотворчество, как по горизонтали, так и по вертикали.

На наш взгляд, одной из причин недостаточно эффективного законотворческого процесса является низкий уровень подготовки законодателя, поскольку законотворчество требует соответствующей квалификации. Успешная законотворческая деятельность зависит прежде всего от образованности и правовой культуры законодателя, его подлинно творческого отношения к своей миссии. Недостаточно образованный или плохо образованный законодатель не только не в состоянии создать доброкачественный закон, глубоко и всесторонне отражающий потребности прогрессивного развития общества, но и может нанести огромный вред этому развитию, непоправимые бедствия людям. Именно поэтому приизбрании соответствующих лиц в законодательный орган необходимо строго учитывать их образованность, более того, постоянно повышать профессиональный уровень депутатского корпуса, каждого депутата путем организации теоретических семинаров, научных конференций, учебы на тех или иных курсах или посредством самообучения (Керимов Д.А.).

Одной из важных и особенно актуальных проблем в развитии российской системы законодательства является проблема устранения дисгармонии в законодательном регулировании. «Гармонизация правовых актов, — пишет Ю.А. Тихмиров, — служит упорядочению нормативно-правовых массивов и поддержанию право.

Здесь важным направление является искоренение противоречий между федеральным и региональным законодательством. Например, в ряде случаев нормы кодексов Республики Башкортостан противоречат общефедеральному законодательству.

По мнению М.А. Пшеничнова, основной целью гармонизации является преодоление и устранение дисгармонии. В законе до того момента, когда он будет подвергнут гармонизации, должны проявиться недостатки (проявления дисгармонии). Для «здорового» закона гармонизация вполне может оказаться вредной. Гармонизация должна проводиться избирательно и только в отношении дисгармонирующих законов.

Гармонизация ориентирована в первую очередь на выявление и фиксацию дисгармонии закона, как в аспекте взаимосвязей его внутренних элементов, так и в контексте сопряжения с иными нормативными правовыми актами. Состав уровней гармонизации законодательства определяется не только структуризацией нормативного материала самого права (норма, акт, отрасль, федеральное законодательство и законодательство субъектов РФ, уровень законодательства и подзаконных и правоприменительных актов), но и построением системы государственного управления. Процесс гармонизации законодательства захватывает эти два организационных уровня нормотворчества и требует применения правил юридической техники в единых форматах и согласования законов по духу, целям и предметам ведения.

Итак, приведенный в данной статье перечень проблем не является исчерпывающим. Нам представляется, что их выделение из общего массива сложной и многоаспектной проблематики развития российской системы законодательства будет полезным, как для научных разработок, так и дальнейшей работы, направленной на совершенствование законодательства.

Проблемы повышения роли закона и его качества, соотношения федерального законодательства и законодательства субъектов РФ, устранения дисгармонии в законодательном регулировании требуют своего разрешения.

Кроме того, необходимо сосредоточить внимание на ближайших перспективах развития системы законодательства, к которым можно отнести увеличение нормативно-правовой базы РФ под влиянием международной правовой глобализации; сближения национального и наднационального законодательства, особенно законодательств государств — участников СНГ

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.