Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Субъективное отношение к цвету





ИОХАНЕС ИТТЕН

«ОСНОВЫ ЦВЕТА»

Содержание:

  1. Физика цвета
  2. Цвет и цветовое воздействие
  3. Цветовая гармония
  4. Субъективное отношение к цвету
  5. Цветовое конструирование
  6. Двенадцатичастный цветовой круг
  7. Семь типов контрастов
  8. Контраст цветовых сопоставлений
  9. Контраст светлого и темного
  10. Контраст холодного и теплого
  11. Контраст дополнительных цветов
  12. Симультанный контраст
  13. Контраст цветового насыщения
  14. Контраст цветового распространения
  15. Смешение цветов
  16. Цветовой шар
  17. Созвучие шести цветов
  18. Форма и цвет
  19. Пространственное воздействие цвета
  20. Теория цветовых впечатлений
  21. Теория цветовой выразительности
  22. Композиция

 

Физика цвета

 

 

В 1676 году сэр Исаак Ньютон с помощью трёхгранной призмы разложил белый солнечный свет на цветовой спектр. Подобный спектр содержал все цвета за исклю­чением пурпурного. Ньютон ставил свой опыт следующим образом (рис. 1):

солнечный свет пропускался через узкую щель и падал на призму. В призме луч белого цвета расслаивался на отдельные спектральные цвета. Разложенный таким об­разом он направлялся затем на экран, где возникало изображение спектра. Непрерывная цветная лента на­чиналась с красного цвета и через оранжевый, жёлтый, зелёный, синий кончалась фиолетовым. Если это изоб­ражение затем пропускалось через собирающую линзу, то соединение всех цветов вновь давало белый цвет. Эти цвета получаются из солнечного луча с помощью преломления. Существуют и другие физические пути образования цвета, например, связанные с процессами интерференции, дифракции, поляризации и флуорес­ценции.

Если мы разделим спектр на две части, например - на красно-оранжево-жёлтую и зелёно-сине-фиолетовую,



Рис.1 и соберём каждую из этих групп специальной линзой, то в результате получим два смешанных цвета, смесь которых в свою очередь также даст нам белый цвет. Два цвета, объединение которых даёт белый цвет, назы­ваются дополнительными цветами. Если мы удалим из спектра один цвет, например, зелё­ный, и посредством линзы соберём оставшиеся цвета — красный, оранжевый, жёлтый, синий и фиолетовый, — то полученный нами смешанный цвет окажется крас­ным, то есть цветом дополнительным по отношению к удалённому нами зелёному. Если мы удалим жёлтый цвет, — то оставшиеся цвета - красный, оранжевый, зе­лёный, синий и фиолетовый — дадут нам фиолетовый цвет, то есть цвет, дополнительный к жёлтому. Каждый цвет является дополнительным по отношению к смеси всех остальных цветов спектра. В смешанном цвете мы не можем увидеть отдельные его составляющие. В этом отношении глаз отличается от музыкального уха, которое может выделить любой из звуков аккорда. Различные цвета создаются световыми волнами, которые представляют собой определённый род электро­магнитной энергии.

Человеческий глаз может воспринимать свет только при длине волн от 400 до 700 миллимикрон:

1 микрон или 1 т = 1/1000 мм = 1/1 000000 м. 1 миллимикрон или 1 мт = 1/1 000 000 мм .Длина волн, соответствующая отдельным цветам спект­ра, и соответствующие частоты (число колебаний в се­кунду) для каждого призматического цвета имеют сле­дующие характеристики;

Длина волны Частота колебаний в н/м в секунду

Цвет

Красный 800 - 650 400 - 470 млрд. Оранжевый 640 - 590 470 - 520 млрд.

Жёлтый 580 - 550

520- 590 млрд. 590-650 млрд. 650-700 млрд. 700 - 760 млрд. 760 - 800 млрд.

Зелёный 530 - 490

Голубой 480 - 460

Синий 450 - 440

Фиолетовый 430 - 390

Отношение частот красного и фиолетового цвета при­близительно равно 1:2, то есть такое же как в музыкаль­ной октаве.

Каждый цвет спектра характеризуется своей длиной волны, то есть он может быть совершенно точно задан длиной волны или частотой колебаний. Световые волны сами по себе не имеют цвета. Цвет возникает лишь при восприятии этих волн человеческим глазом и мозгом. Каким образом он распознаёт эти волны до настоящего времени ещё полностью не известно. Мы только знаем, что различные цвета возникают в результате количест­венных различий светочувствительности.

Остается исследовать важный вопрос о корпусном цвете предметов. Если мы, например, поставим фильтр, про­пускающий красный цвет, и фильтр, пропускающий зе­лёный, перед дуговой лампой, то оба фильтра вместе дадут чёрный цвет или темноту. Красный цвет поглоща­ет все лучи спектра, кроме лучей в том интервале, кото­рый отвечает красному цвету, а зелёный фильтр задер­живает все цвета, кроме зелёного. таким образом, не пропускается ни один луч, и мы получаем темноту. По­глощаемые в физическом эксперименте цвета называ­ются также вычитаемыми.

Цвет предметов возникает, главным образом, в процес­се поглощения волн. Красный сосуд выглядит красным потому, что он поглощает все остальные цвета светового луча и отражает только красный. Когда мы говорим: «эта чашка красная», то мы на самом деле имеем в виду, что молекулярный состав поверхно­сти чашки таков, что он поглощает все световые лучи, кроме красных. Чашка сама по себе не имеет никакого цвета, цвет создаётся при её освещении. Если красная бумага (поверхность, поглощающая все лучи кроме красного) освещается зелёным светом, то бумага покажется нам чёрной, потому что зелёный цвет не содержит лучей, отвечающих красному цвету, кото­рые могли быть отражены нашей бумагой. Все живописные краски являются пигментными или ве­щественными. Это впитывающие (поглощающие) крас­ки, и при их смешивании следует руководствоваться правилами вычитания. Когда дополнительные краски или комбинации, содержащие три основных цвета — жёлтый, красный и синий — смешиваются в определён­ной пропорции, то результатом будет чёрный, в то вре­мя как аналогичная смесь невещественных цветов, по­лученных в ньютоновском эксперименте с призмой дает в результате белый цвет. поскольку здесь объединение цветов базируется на принципе сложения, а не вычита­ния.

 

Цвет и цветовое воздействие

 

Понятие цвета применяется собственно для обозначе­ния самого цветового пигмента или материала, которые поддаются физическому и химическому определению и анализу.

Цветовое видение, возникающее в глазах и в сознании человека, несет в себе человеческое смысловое содер­жание.

Однако глаза и мозг могут придти к чёткому различе­нию цвета лишь с помощью сравнений и контрастов. Значение и ценность хроматического цвета могут быть определены лишь с помощью его отношения к како­му-либо ахроматическому цвету — чёрному, белому или серому, или же по его отношению к одному или не­скольким другим хроматическим цветам. Восприятие цвета, в противоположность к его физико-химической реальности, является реальностью психофизиологичес­кой.

Психофизиологическая реальность цвета и есть именно то, что я называю цветовым воздействием. Цвет как та­ковой и цветовое воздействие совпадают только в слу­чае гармонических полутонов. Во всех других случаях

цвет мгновенно приобретает изменённое, новое качест­во. Приведём здесь несколько примеров. Известно, что белый квадрат на чёрном фоне будет ка­заться более крупным, чем чёрный квадрат такой же ве­личины на белом фоне. Белый цвет излучается и выхо­дит за свои пределы, в то время как чёрный ведёт к со­кращению размеров занимаемых им плоскостей. Светло-серый квадрат кажется тёмным на белом фоне, но тот же светло-серый квадрат на чёрном восприни­мается светлым.

На рисунке 58 жёлтый квадрат дан на белом и на чёр­ном фоне. На белом фоне он кажется темнее, произво­дя впечатление лёгкого нежного тепла. На чёрном же становится чрезвычайно светлым и приобретает холод­ный, агрессивный характер. На рисунке 59 красный квадрат изображён на белом и на чёрном фоне. На белом красный цвет кажется очень тёмным и его яркость едва заметна. Но на чёрном тот же красный излучает яркое тепло. Если синий квадрат изобразить на белом и чёрном фо­не, то на белом он будет выглядеть тёмным, глубоким цветом, а окружающий его белый станет даже более светлым, чем в случае с жёлтым квадратом. На чёрном же фоне синий цвет посветлеет и приобретёт яркий, глубокий и светящийся тон. Если серый квадрат изобразить на ледяном синем и на красно-оранжевом фоне, то на ледяном синем он ста­нет красноватым, в то время как в окружении красно-оранжевого — синеватым. Разница становится весьма заметной, если эти композиции рассматривать одно­временно. Когда цвет и впечатление от него (его воздействие) не совпадают, цвет производит диссонирующее, подвиж­ное, нереальное и мимолётное впечатление. Факт пре­вращения материальной данности формы и цвета в виртуальную вибрацию даёт художнику возможность выразить то, чего нельзя передать словами. Приведённые примеры могли бы быть рассмотрены и как проявление симультанности. Возможность симультанных превращений заставляет нас при работе над цветовой композицией начинать с оценки действия цвета и затем уже в соответствии с этим думать о харак­тере и размерах цветовых пятен.

Если тема произведения идёт от первого эмоциональ­ного толчка, то и весь процесс формообразования дол­жен быть подчинён этому первоначальному и основно­му чувству. Если главным выразительным средством яв­ляется цвет, то композиция должна начинаться с опре­деления цветовых пятен, которые определят и её рису­нок. Тому, кто начинает с рисунка, а затем добавляет к линиям цвет, никогда не удастся достичь убедительного и сильного цветового воздействия. Цвет обладает собст­венной массой и силой излучения и придает плоскости иную ценность, чем это делают линии.

Цветовая гармония

 

Когда люди говорят о цветовой гармонии, они оценива­ют впечатления от взаимодействия двух или более цве­тов. Живопись и наблюдения над субъективными цве­товыми предпочтениями различных людей говорят о неоднозначных представлениях о гармонии и дисгар­монии.

Для большинства цветовые сочетания, называемые в просторечии «гармоничными», обычно состоят из близких друг к другу тонов или же из различных цве­тов, имеющих одинаковую светосилу. В основном эти сочетания не обладают сильной контрастностью. Как правило, оценка гармонии или диссонанса вызвана ощущением приятного-неприятного или привлекатель­ного-непривлекательного. Подобные суждения постро­ены на личном мнении и не носят объективного харак­тера.

Понятие цветовой гармонии должно быть изъято из об­ласти субъективных чувств и перенесено в область объ­ективных закономерностей. Гармония — это равновесие, симметрия сил. 1/1) учение физиологической стороны цветового видения

приближает нас к решению этой проблемы. Так, если некоторое время смотреть на зелёный квадрат, а потом закрыть глаза, то в глазах у нас возникнет красный ква­драт. И наоборот, наблюдая красный квадрат, мы полу­чим его «обратку» - зелёный. Эти опыты можно произ­водить со всеми цветами, и они подтверждают, что цве­товой образ, возникающий в глазах, всегда основан на цвете, дополнительном к реально увиденному. Глаза требуют или порождают комплиментарные цвета. И это есть естественная потребность достичь равновесия. Это явление можно назвать последовательным контрастом. Другой опыт состоит в том, что на цветной квадрат мы накладываем серый квадрат меньшего размера, но той же яркости. На жёлтом этот серый квадрат покажется нам светло-фиолетовым, на оранжевом - голубова­то-серым, на красном - зеленовато-серым, а зелё­ном - красновато-серым, на синем - оранжево-серым и на фиолетовом - желтовато-серым (рис. 31-36). Каждый цвет заставляет серый принять его

Последовательный и симультанный контрасты указыва­ют на то, что глаз получает удовлетворение и ощущение равновесия только на основе закона о дополнительных цветах. Рассмотрим это ещё и с другой стороны. Физик Румфорд первым опубликовал в 1797 году в Никольсон-журнале свою гипотезу о том, что цвета явля­ются гармоничными в том случае, если их смесь даёт белый цвет. Как физик он исходил из изучения спект­ральных цветов, В разделе, посвящённом физике цвета, уже говорилось, что если изъять какой-либо спектраль­ный цвет, предположим, красный, из цветового спектра, а остальные окрашенные световые лучи — жёлтый, оранжевый, фиолетовый, синий и зелёный — собрать с помощью линзы вместе, то сумма этих остаточных цве­тов будет зелёной, то есть мы получим цвет дополни­тельный к изъятому. В области физики цвет, смешанный со своим дополнительным цветом, образует общую сумму всех цветов, то есть белый цвет, а пигментная же смесь даст в этом случае серо-чёрный тон. Физиологу Эвальду Герингу принадлежит следующее замечание: «Среднему или нейтральному серому цвету соответствует то состояние оптической субстанции, в ко­тором диссимиляция — расход сил, затраченных на вос­приятие цвета, и ассимиляция — их восстановление — уравновешены. Это значит, что средний серый цвет со­здаёт в глазах состояние равновесия». Геринг доказал, что глазу и мозгу требуется средний се­рый, иначе, при его отсутствии, они теряют спокойст­вие. Если мы видим белый квадрат на чёрном фоне, а затем посмотрим в другую сторону, то в виде остаточно­го изображения увидим чёрный квадрат. Если мы будем смотреть на чёрный квадрат на белом фоне, то остаточ­ным изображением окажется белый. Мы наблюдаем в глазах стремление к восстановлению состояния равно­весия. Но если мы будем смотреть на средне-серый квадрат на средне-сером фоне, то в глазах не появится никакого остаточного изображения, отличающегося от средне-серого цвета. Это означает, что средне-серый цвет соответствует состоянию равновесия, необходимо­му нашему зрению.

Процессы, идущие в зрительном восприятии, вызывают соответствующие психические ощущения. В этом случае гармония в нашем зрительном аппарате свидетельству­ет о психофизическом состоянии равновесия, в котором диссимиляция и ассимиляция зрительной субстанции одинаковы. Нейтральный серый соответствует этому со­стоянию. Я могу получить один и тот же серый цвет из чёрного и белого или из двух дополнительных цветов в том случае, если в их состав входят три основных цвета — жёлтый, красный и синий в надлежащей пропорции. ^ В частности, каждая пара дополнительных цветов включает в себя все три основных цвета:

красный - зелёный = красный - (жёлтый и синий); синий - оранжевый - синий — (жёлтый и красный);

жёлтый - фиолетовый = жёлтый — (красный и синий). Таким образом, можно сказать, что если группа из двух или более цветов содержит жёлтый, красный и синий в соответствующих пропорциях, то смесь этих цветов бу­дет серой.

Жёлтый, красный и синий представляют собой общую цветовую суммарность.

 

 

Глазу для его удовлетворения требуется эта общая цветовая связка, и только в этом случае восприятие цвета достигает гармоничного рав­новесия. Два или более цвета являются гармоничными, если их смесь представляет собой нейтральный серый цвет. Все другие цветовые сочетания, которые не дают нам серого цвета, по своему характеру становятся экспрес­сивными или дисгармоничными. В живописи существу­ет много произведений с односторонне-экспрессивной интонацией, причём их цветовая композиция, сточки зрения выше изложенного, не является гармоничной. Эти произведения действуют раздражающе и слишком возбуждающе своим подчёркнуто настойчивым исполь­зованием какого-то одного преобладающего цвета. Нет необходимости утверждать, что цветовые композиции должны быть обязательно гармоничными, и когда Сера говорит, что искусство - это гармония, то он путает ху­дожественные средства и цели искусства. Легко заметить, что большое значение имеет не только расположение цветов относительно друг друга, но и их количественное соотношение, как и степень их чистоты и яркости.

 

Основной принцип гармонии исходит из обусловленно­го физиологией закона дополнительных цветов. В сво­ём труде о цвете Гёте писал о гармонии и целостности так: «Когда глаз созерцает цвет, он сразу приходит в ак­тивное состояние и по своей природе неизбежно и бес­сознательно тотчас же создает другой цвет, который в соединении сданным цветом заключает в себе весь цветовой круг. Каждый отдельный цвет, благодаря спе­цифике восприятия заставляет глаз стремиться к все­общности. И затем, для того, чтобы добиться этого, глаз, в целях самоудовлетворения, ищет рядом с каж­дым цветом какое-либо бесцветно-пустое пространст­во, на которое он мог бы продуцировать недостающий цвет. В этом проявляете? основное правило цветовой гармонии».

Вопросов цветовой гармонии касался также и теоретик цвета Вильгельм Оствальд. В своей книге об основах цвета он писал: «Опыт учит, что некоторые сочетания

некоторых цветов приятны, другие неприятны или не вызывают эмоций. Возникает вопрос, что определяет это впечатление? На это можно ответить, что приятны те цвета, между которыми существует закономерная связь, те. порядок. Сочетания цветов, впечатление от которых нам приятно, мы называем гармоничными. Так что ос­новной закон, можно бы было сформулировать так: Гармония = Порядок.

Для того чтобы определить все возможные гармонич­ные сочетания, необходимо подыскать систему поряд­ка, предусматривающую все их варианты. Чем этот по­рядок проще, тем более очевидной или само собой ра­зумеющейся будет гармония. В основном мы нашли две системы, способные обеспечить этот порядок: цветовые круги, соединяющие цвета, обладающие одинаковой степенью яркости или затемнения, — и треугольники для цзетов, представляющих смеси того или иного цве­та с белым или чёрным. Цзетовые круги позволяют оп­ределить гармоничные сочетания различных цветов, треугольники — гармонию цветов равнозначной цвето­вой тональности».

Когда Оствальд утверждает, что «... цвета, впечатление от которых нам приятно, мы называем гармоничными», то он высказывает чисто своё субъективное представле­ние о гармонии. Но понятие цветовой гармонии должно быть перемещено из области субъективного отношения в область объективных законов. Когда Оствальд говорит: «Гармония == Порядок», пред­лагая в качестве системы порядка цветовые круги для различных цветов одинаковой яркости и цвето-тональные треугольники, он не учитывает физиологических законов остаточного изображения и симультанности.

Чрезвычайно важной основой любой эстетической тео­рии цвета является цветовой круг, поскольку он даёт си­стему расположения цветов. Так как художник-колорист работает с цветовыми пигментами, то и цветовой поря­док круга должен быть построен согласно законам пигментарных цветовых смесей. Это значит, что диамет--рально противоположные цвета должны быть дополни­тельными, т.е. дающими при смешивании серый цвет. Так, в моём цветовом круге синий цвет стоит против оранжевого, и смесь этих цветов даёт нам серый цвет. В то время как в цветовом круге Оствальда синий цвет расположен против жёлтого, и их пигментарная смесь даёт зелёный. Это основное различие в построении оз­начает, что цветовой круг Оствальда не может быть ис­пользован ни в живописи, ни в прикладных искусствах.

Определением гармонии закладывается фундамент гармоничной цветовой композиции. Для последней весьма важно количественное отношение цветов. На ос­новании яркости основных цветов Гёте вывел следую­щую формулу их количественного соотношения:

жёлтый : красный : синий =3:6:8. Можно сделать общее заключение, что все пары допол­нительных цветов, все сочетания трёх цветов в двенад­цатичастном цветовом круге, которые связаны друг с другом через равносторонние или равнобедренные треугольники, квадраты и прямоугольники, являются гармоничными.

Связь всех этих фигур в двенадцатичастном цветовом круге иллюстрирует рисунок 2. Жёлто-красно-синий

образуют здесь основное гармоничное трезвучие. Если эти цвета в системе двенадцатичастного цветового круга соединить между собой, то мы получим равносторон­ний треугольник. В этом трезвучии каждый цвет пред­ставлен с предельной силой и интенсивностью, причём каждый из них выступает здесь в своих типично родо­вых качествах, то есть жёлтый действует на зрителя как жёлтый, красный - как красный и синий - как синий. Глаз не требует добавочных дополнительных цветов, а их смесь даёт тёмный черно-серый цвет. Жёлтый, красно-фиолетовый и сине-фиолетовый цвета объединяет фигура равнобедренного треугольника. Гармоничное созвучие жёлтого, красно-оранжевого. фиолетового и сине-зелёного объединены квадратом. Прямоугольник же даёт сгармонизованное сочетание жёлто-оранжевого, красно-фиолетового, сине-фиоле­тового и жёлто-зелёного.

Связка геометрических фигур, состоящая из равносто­роннего и равнобедренного треугольника, квадрата и прямоугольника, может быть размещена в любой точке цветового круга. Эти фигуры можно вращать в пределах круга, заменяя, таким образом, треугольник, состоящий из жёлтого, красного и синего, треугольником, объеди­няющим жёлто-оранжевый, красно-фиолетовый и си­не-зелёный или красно-оранжевый, сине-фиолетовый и жёлто-зелёный.

Тот же опыт можно провести и с другими геометричес­кими фигурами. Дальнейшее развитие этой темы мож­но будет найти в разделе, посвящённом гармонии цве­товых созвучий.

 

Цветовое конструирование

 

Цветовое конструирование основано на законах прояв­ления цвета в том их виде, в каком они наблюдаются нами в эмпирических опытах. Однажды Райнер Мария Рильке спросил Родена: «Ува­жаемый мэтр, как идет ваш творческий процесс, когда вы только приступаете к созданию нового произведе­ния?» Роден отвечал: «Сначала я испытываю сильней­шие чувства, желания, которые всё больше крепнут во мне и подталкивают к пластическому воплощению за­мысла. Затем я начинаю планировать и конструировать. Наконец, когда дело доходит до исполнения, я снова отдаюсь чувству, которое может заставить меня изме­нить мой первоначальный план». Сезанн говорил о себе: «Я приступаю к логическому развитию того, что я вижу в природе». Матисс, который, па-видимому, руководствовался глав­ным образом собственным чувством, прежде чем на­чать писать маслом, делал маленькие наброски пред­полагаемых картин и чернилами надписывал названия Цветов, помечая их расположение. Другими словами, он, подобно Родену и многим другим мастерам, логи­чески продумывал и рассчитывал цветовую компози­цию, которую в процессе работы либо осуществлял, ли­бо отбрасывал в зависимости от своего интуитивного ощущения.

Всё заранее конструктивно рассчитанное не является в искусстве решающим. Интуитивное ощущение выше этого, ибо ведёт в царство иррационального и метафи­зического, неподчиненного никакому числу. Интеллек­туально-конструктивное обдумывание замысла - это только та «повозка», которая доставляет нас к дверям новой реальности.

Тот, кто хотел бы воспользоваться этой «повозкой», дол­жен с кистью в руке выполнить все последующие пред­ложенные мною упражнения. Рисунки в книге знакомят лишь с элементарными основами цветового конструи­рования и начинающий колорист должен выполнить го­раздо большее количество упражнений, если хочет ов­ладеть чем-то большим, чем теория. Как правило, я даю только один пример для каждого цвета. Таблицы для других цветов каждый обучающийся должен соста­вить сам.

Контраст светлого и тёмного

 

День и ночь, свет и тень. Эти противоположности имеют основополагающее значение в человеческой жизни и в природе вообще. Для художника белый и чёрный цвет является наиболее сильным выразительным средством для обозначения света и тени. Белое и чёрное во всех отношениях противоположны, но между ними располо­жены области серых тонов и весь ряд хроматического цвета. Проблемы света и тени, белого, чёрного и серого цвета, равно как проблемы света и тени собственно чис­тых цветов, а также и их связи, должны быть тщательно изучены, ибо решение этих задач оказывается особенно необходимым в нашей творческой работе. Чёрный бархат, возможно, представляет собой самый чёрный цвет, а сульфат бария - самый белый. Сущест­вует всего один максимально чёрный и один макси­мально белый цвет и бесконечное число светлых и тём­ных оттенков серого цвета, которые могут быть развёр­нуты в непрерывную шкалу между белым и чёрным. Число различимых глазом оттенков серого цвета зави­сит от чувствительности глаза и предела восприятия зрителя. Этот предел может быть снижен путём практи­ческих упражнений, и тем самым число различимых глазом постепенных переходов будет увеличено. Едино­образный серый цвет, его безжизненная поверхность может обрести таинственную активность с помощью тончайших модуляций тени. Эта возможность имеет громадное значение для живописцев и проектировщи­ков, требуя от них чрезвычайной чувствительности к то­нальным различиям. Нейтральный серый цвет представляет собой лишенный характера, безразличный ахроматический цвет, легко изменяющийся под воздействием контрастирующих то­нов и цветов. Он нем, но легко возбуждается и даёт ве­ликолепные тона. Любой цвет немедленно может выве­сти серый цвет из нейтрального ахроматического тона в цветовой ряд, придав ему тот оттенок, который является дополнительным по отношению к цвету, пробудившему его. Это превращение происходит субъективно в наших глазах, а не объективно в самом цветовом тоне. Серый цвет — это бесплодный, нейтральный цвет, жизнь и ха­рактер которого находится в зависимости от соседству­ющих с ним цветов. Он смягчает их силу или делает их более сочными. В качестве нейтрального посредника он примиряет между собой яркие противоположности, од­новременно поглощая их силу и тем самым, подобно вампиру, обретая собственную жизнь. На этом основа­нии Делакруа отвергал серый цвет как отнимающий си­лу других цветов.

Серый цвет может быть получен при смешении чёрного и белого или жёлтого, красного, синего и белого, или любой другой пары дополнительных цветов. Вначале мы выстроим последовательный двенадцатис­тупенчатый ряд серых тонов, начиная от белого до чёр­ного. Очень важно, чтобы ступени были выстроены строго в одинаковой степени затемнения. Серый цвет средней яркости должен быть расположен в центре шкалы, а каждая ступень быть абсолютно одноцветной и свободной от пятен, причём между ступенями не должно быть ни светлой, ни тёмной линии. Подобная шкала яркости может быть изготовлена для любого хро­матического цвета. Если мы возьмем тоновой ряд, то синий цвет подтемняется чёрным до сине-чёрного и осветляется белым до сине-белого цвета. Эти упражнения имеют целью развить чувствительность к цветовым оттенкам. Двенадцать тонов в искусстве это не то, что система «хорошо темперированного клавира» в музыке. В искусстве цвета важными выразительными средствами могут оказаться не только определенные интервалы, но и незаметные переходы подобные «глис­сандо» в музыке.

Нижеследующие упражнения предназначаются для уг­лубленного понимания контраста светлого и тёмного. Так, выбрав несколько серых тонов из их общей шкалы, необходимо создать единую композицию, соединив их между собой в любом порядке. Выполнив четыре-шесть подобных композиций и срав­нив их между собой, находим самое удачное решение. Студенты быстро понимают, что значит хорошо скомпо­нованные, убедительные решения и плохие, неустойчи­вые. Этим весьма простым упражнением у них выявля­ется способность владеть искусством контраста светлого и тёмного.

На рисунке 11 показано развитие композиции из свет­лых и тёмных тонов, расположенных в шахматном по­рядке. Данная композиция может быть решена более светлой или более тёмной, но её главная задача заклю­чается в том, чтобы воспитать видение и ощущение светло-тёмных градаций и их контраста. Овладев проблемами тональных соотношений белого, серого и чёрного, можно перейти к изучению контрас­тов, основанных на пропорциональных и количествен­ных соотношениях цветов. Контраст пропорций — это противопоставление большого — маленькому, длинного - короткому, широкого - узкому, толстого — тонкому. Для того чтобы освоить это, нужно выполнить упражне­ния на пропорциональные соотношения светлого и тём­ного, которые развивают не только чувство пропорций, но и восприятие позитивных-тёмных и негативных-бе­лых, остаточных форм.

В европейском и восточно-азиатском искусстве мы на­ходим много произведений, которые построены исклю­чительно на чистом контрасте светлого и тёмного. Этот контраст имел огромное значение для живописи тушью в Китае и Японии. Основы этого искусства выросли здесь из шрифта и письма кистью. Эти шрифтовые ри­сунки обладали огромным богатством форм. Чтобы до­биться смысловой и ритмической точности исполнения, рисовальщик должен был делать огромное количество движений руки. Предпосылкой «правильного» письма кистью являлось также чувство формы, ритмическое чу­тьё и интуитивная пластика движений, «Подобно тому, как стрелок из лука точно намечает себе цель, натягива­ет тетиву и выпускает стрелу, так и пишущий должен со­средоточиться, представить себе форму знаков, а затем с уверенностью в себе сильно и решительно вести кис­тью». Так говорил китаец Чанг Ие. Эта манера письма является результатом внутреннего автоматизма. Подобно тому, как шрифтовые знаки только после бесконечных упражнений, в конце концов, как бы автоматически стекали с кисти, так и изучение форм природы у китайских и японских художников шло до тех пор, пока их воспроизведение совершалось поч­ти «наизусть». Этот автоматизм предполагал духовную сосредоточенность и одновременно ослабление физи­ческого напряжения. Медитативные упражнения в чан или дзен-буддизме, составляли основу духовно-теле­сной подготовки. Поэтому среди самых больших худож­ников, работавших тушью, мы находим много монахов, принадлежавших к этим сектам. цвет должен быть по­казан столь же тёмным, как красный и синий. Светлый жёлтый цвет при затемнении поневоле теряет свой ха­рактер. Поэтому многие художники испытывают естест­венное желание не затемнять его. На рисунке 14 даны все цвета в той же степени затемнённости, как и синий в центре.

Особые затруднения вызывают холодные и тёплые цве­та. Холодные цвета производят впечатление прозрачно­сти и лёгкости и в большинстве случаев используются слишком светлыми, в то время как тёплые цвета, благо­даря их непрозрачности, используются слишком тём­ными. Одинаковая светлота или одинаковая темнота делают цвета как бы родственными. Благодаря одинаковой то­нальности они становятся как бы связанными и объе­динёнными между собой. Сам этот факт и его возмож­ности как художественного средства недооценивать нельзя. Особенно сложны проблемы светлого и тёмного в хро­матических цветах и в их отношении к ахроматическим цветам — чёрному, белому и серому.

 

На цветовом шаре (рис. 51, 52) представлены как хро­матические цвета цветового круга, состоящего из две­надцати частей, как и ахроматические. В противополож­ность живой вибрации многообразия хроматических цветов, ахроматические производят впечатление жёст­кости, недоступности и абстрактности. Однако с помо­щью хроматических цветов в цветах ахроматических можно пробудить трепетную жизненность.

На рисунках 31-36 мы видим, как ахроматический серый настолько находится под влиянием соседнего цвета, что начинает казаться дополнительным к нему. Но монахи не только медитировали, чтобы стать художниками, но и исполь­зовали рисование кистью в качестве медитативных уп­ражнений для достижения внутренней сосредоточенно­сти. Способ изображения в гравюрах на дереве и на меди также основан на сопоставлении тёмного и светлого. Благодаря направлению штриха и тональным плоско­стям гравер может добиться дифференцированной пе­редачи всех тональных градаций тёмного и светлого. Используя эти способы Рембрандт в своих гравюрах до­бивался решения огромного числа самых различных тем. И не удивительно, что в своих рисунках пером или кистью, мастерски выполненных в технике светотени, он часто достигал силы суггестивной убедительности, свойственной восточно-азиатской живописи тушью. Сера в своих многочисленных рисунках научно подхо­дил к выстраиванию градаций светлого и тёмного. Ра­ционально обдумывая точку за точкой, он добивался в своих рисунках, как и в своих картинах, мягчайших то­нальных переходов. До сих пор мы изучали контраст светлого и тёмного только в области чёрно-бело-серых тонов. Вместе с тем чрезвычайно важно, чтобы цвета, имеющие одинако­вую яркость или одинаковую темноту, могли быть точно различимы. Развить эту способность можно благодаря следующим трём упражнениям. На разграфлённом по­добно шахматной доске листе бумаги одна из клеток заполняется жёлтой, красной или синей краской. Зада­ча состоит в том, чтобы к каждому из этих цветов доба­вить цвета одинаковой светлоты или одинаковой с ни­ми темноты. При этом необходимо следить за тем, что­бы в каждом упражнении были использованы соответ­ственно желтоватые, синеватые или красноватые тона. Также не следует путать яркость или чистоту цвета с его светлотой. Задание, суть которого в том, чтобы написать все цвета столь же светлыми, как и жёлтый, весьма трудно, потому что тот факт, что жёлтый цвет очень све­тел, познается не сразу (рис. 13).

Другая трудность воз­никает также тогда, когда жёлтый Когда в композиции участвуют и граничат с хроматическими цветами цвета ахроматические одной с ними светлоты, то последние теряют свой нейтральный характер. Если художнику желательно, чтобы ахроматические цвета сохраняли свой абстрактный характер, он должен придавать хроматическим цветам отличную от них свет лоту. Если в цветовой композиции белые, серые и чёр­ные цвета используются в качестве средства создания абстрактного впечатления, то в этой композиции не должно быть хроматических цветов той же светлоты, ибо в противном случае в результате одновременного контраста серый цвет будет производить впечатление хроматического цвета. Если в цветовой композиции се­рый цвет используется в качестве живописного компо­нента, то его тон должен быть той же светлоты, что и хроматические цвета.

В то время как импрессионисты стремились к живопис­ному воздействию серых тонов, сторонники конструк­тивной и реалистической живописи относились к чёр­ному, белому и серому цвету как к средству абстрактно­го воздействия.

Проблемы цветовых контрастов светлого и тёмного лег­ко могут быть разрешены с помощью упражнения, представленного на рисунке 15. К двенадцатичастным градациям серого тона в его переходах от белого к чёр­ному, мы добавляем двенадцать чистых цветов цветово­го круга, соответствующих по своей светлоте градациям серого цвета. И видим, что чистый жёлтый цвет соответ­ствует третьей ступени серого цвета, оранжевый - пя­той, красный — шестой, синий - восьмой, а фиолето­вый — десятой. Таблица показывает, что насыщенный жёлтый цвет является самым светлым из чистых тонов, а фиолетовый — самым тёмным. Так что жёлтый цвет, что­бы совпасть с тёмными тонами серой шкалы, должен приглушаться, начиная уже с четвёртой ступени. Чистый красный и синий тона расположены более глубоко, на расстоянии всего нескольких ступеней от чёрного и да­леко от белого. Каждая примесь чёрного или белого уменьшает яркость цвета.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.