Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







СТАРЫЕ И НОВЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЕ





Если попытаться в двух словах сформулировать, в чем же заключаетсяосновное различие между аристотелевской теорией человека и современнымиконцепциями человеческой природы, выдвинутыми Гольдштейном, Фроммом, Хорни,Роджерсом, Бюлером, Мэем, Грофом, Дабровски, Мюр-реем, Сутичем, Бутенталем,Олпортом, Франклом, Мерфи, Роршахом и множеством других исследователей, то ябы сказал так: теперь мы знаем не только о том, что представляет собойчеловек, теперь мы знаем, каким он может быть. Другими словами, мы научилисьсмотреть вглубь, научились видеть не только актуальные, но и потенциальныехарактеристики человека. Теперь нам известны резервы человеческой природы,резервы, которые зачастую остаются незамеченными, нереализованными,подавленными. Мы научились говорить о сущностной природе человека в терминахвозможностей, потенций и отдаленных рубежей человеческого развития, неполагаясь лишь на внешнее, поверхностное, сиюминутное. Можно сказать, чтовпервые за всю историю своего развития человечество получило шанс отдатьдолжное человеческой природе. Динамическая психология дает нам еще одно преимущество передАристотелем: теперь мы знаем, что разум и интеллект ╬ не единственныесредства самопознания. Аристотель, как вы помните, предложил иерархиючеловеческих способностей, высшее место в которой он отвел разуму. Именноего воззрения стали причиной для противопоставления разума эмоциям иинстинктам, что в свою очередь породило представление о неизбежностиконфликта, борьбы, антагонизма между "высокими" и "низкими" началамичеловеческой природы. Однако данные исследований психопатологии и феноменапсихотерапии наглядно показали нам необходимость внесения существенныхпоправок в предложенную им иерархию, необходимость равного уважения как крациональным, так и к эмоциональным, как к конативным, так и к побудительнымаспектам нашей природы. Результаты эмпирических исследований, посвященныхизучению феномена здоровой личности, все больше убеждают нас в том, чтовышеупомянутые аспекты человеческой природы не только не противоречат другдругу, но и могут находиться в отношениях синергизма, в отношенияхвзаимовыгодного сотрудничества. Здоровый человек целостен и интегрирован.Только невротик утратил присущую человеку способность жить в согласии ссобственной природой, только у него разум находится в постоянном конфликте сэмоциями. Аристотелевское противопоставление разума другим аспектамчеловеческой природы стало причиной и ошибочного понимания эмоций и позывов,и неверного истолкования самого понятия "разум". Лишь сейчас мы начинаемосознавать необходимость отказа от прежних концепций рациональности. ЭрихФромм писал: "Разум, приставленный сторожить несчастного узника ╬человеческую природу ╬ сам утратил свободу, а в результате оба началачеловеческой природы ╬ и рациональное, и эмоциональное, оказались взаточении" (148). Тысячу раз прав Фромм, когда говорит о том, чтосамосознание есть не столько продукт интеллектуального процесса, сколькопроцесс актуализации всех заложенных в человеке тенденций, активнойреализации присущих человеку интеллектуальных, эмоциональных иинстинктоидных потенций. Только постигнув дальние пределы человеческого развития, познав, какимможет быть человек при хороших условиях существования, и признав, что толькосамовоплощение и самоактуализация приносят человеку счастье, душевный покойи гармонию, мы сможем, наконец, понять, что такое хорошо и что такое плохо,что правильно и что неправильно, что полезно и что вредно для человека. Лукавый философ, философ-технократ может спросить меня: "А чем выдокажете, что человеку лучше быть счастливым, чем несчастным?" Но даже наэтот иезуитский вопрос можно ответить эмпирически; достаточно простопонаблюдать за людьми, чтобы понять, что все они, они, а не наблюдатель,совершенно спонтанно, естественно выбирают то, что делает их счастливыми,спокойными, радостными или умиротворенными. Другими словами, каждый человекстремится к хорошему, а не к дурному (если, конечно, он более-менее здоров иесли он живет в условиях, хоть сколько-нибудь благоприятствующих этомустремлению). Эти же наблюдения помогут нам найти достойный ответ многим ложнымсуждениям причинно-следственного типа "Если хочешь X, нужно делать У" ("Еслихочешь жить дольше, нужно есть витамины"). Сейчас у нас появляетсявозможность определить истинные причинно-следственные связи. Мы уже знаем,что на самом деле нужно человеку, мы знаем, что человек стремится к любви, кбезопасности, к счастью, к долголетию, к душевному покою, к знаниям и т.п.Поэтому нам уже нет нужды говорить: "Если хочешь быть счастливым, то...".Вместо этого мы можем сказать: "Если ты здоровый представитель родачеловеческого, то...". Утверждение о том, что человек изначально устремлен к счастью,благополучию, здоровью, столь же эмпирично, как наши заявления о том, чтособака любит мясо, что аквариумным рыбкам нужна свежая вода, что цветытянутся к солнцу. Его нельзя воспринимать как чисто оценочное заявление, оноодновременно и нормативно, и дескриптивно. (Для нормативно-дескриптивныхпонятий я однажды предложил термин сплавленное понятие (314).) И еще несколько слов ╬ специально для тех из моих коллег-философов,которые привыкли четко обозначать, чем является человек на самом деле, и чемон должен быть. Им я готов предложить следующую формулу: То, чем мы можемстать, равно тому, чем мы должны быть. Заметьте, если мы подходим к вопросуэмпирически, с научной точки зрения, если мы ставим перед собой задачуописать реально существующие факты и явления, то мы не станем употреблятьслово должен, оно становится совершенно неуместным, ╬ ведь нам же неприходит в голову говорить о том, каким должен быть гладиолус или лев. Такаяпостановка вопроса лишена всякого смысла. То же самое верно и в отношенииребенка. Мне думается, что, рассуждая о человеке, правильнее было бы говорить отом, каков он есть и каким он может быть. Нам известно, что личностьмногослойна, мы говорим о разных уровнях ее организации. Бессознательное исознательное, пусть даже порой и противостоят друг другу, все жеравноположные образования, все-таки существуют одновременно. Так же и о том,что лежит на поверхности, можно сказать, что оно есть, что оно актуально, нои другое, то, что спрятано в глубинах личности, тоже существует, оно можетвыйти на поверхность, может стать осознанным, столь же актуальным, какпервое. Оказавшись в такой системе координат, мы уже не станем недоумевать,почему мы должны признавать доброту и способность к отзывчивости за людьми,чье поведение оставляет желать лучшего. Ведь если этим удастсяактуализировать этот общечеловеческий потенциал ╬ способность любить, то онинепременно станут более здоровыми, а значит и более нормальными людьми. Одна из важнейших особенностей человека, отличающая его от другихживотных, заключается в том, что его потребности, естественные предпочтения,инстинктоидные тенденции очень слабы, двусмысленны, завуалированы, ониоставляют место для сомнений, неуверенности и конфликтов; они взывают к человеку, но их зов слаб и невнятен, его легко заглушаетголос культуры, привычек, требования других людей.80 Многовековоепредставление об инстинктах как о чем-то могучем, требовательном,безошибочном (и это верно в отношении животных) не позволяло нам допуститьвозможность существования слабовыраженных инстинктов. Человек действительно наделен собственной, только ему присущейприродой, действительно обладает внутренним стержнем, костякомин-стинктоидных тенденций и возможностей, и счастлив тот, кому удаетсяпонять самого себя. Не так-то просто быть естественным и спонтанным, знать,кто ты есть на самом деле, что представляешь собой, чего ты действительнохочешь ╬ это требует огромного труда, терпения и мужества.

ВНУТРЕННЯЯ ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА



Наши рассуждения заставляют нас сделать два основополагающих вывода.Во-первых, следует признать, что природа человека не сводится лишь канатомии и физиологии, со всей обязательностью она включает в себя егобазовые потребности и его психологические возможности. Во-вторых, как мы ужеговорили, психологическая природа человека очень слаба, она затаена итрудноразличима. На чем основывается наша убежденность в том, что потребности итенденции, которые мы называем базовыми, имеют врожденный характер? Я провеланализ двенадцати независимых друг от друга рядов экспериментальных иклинических данных (см. главу 6 и работу, указанную в библиографии подномером 298) и на основании этого анализа готов сделать четыре вывода.Во-первых, данные исследований свидетельствуют о том, что фрустрация базовыхпотребностей и тенденций психопатогенна, то есть приводит к нездоровьючеловека. Во-вторых, можно говорить о том, что удовлетворение этихпотребностей, реализация этих тенденций способствует формированию здоровойличности (то есть удовлетворение евпсмлогенно). чего нельзя сказать обудовлетворении невротических потребностей. В-третьих, базовые потребности итенденции человека спонтанно проявляются в условиях свободного выбора.В-четвертых, их можно непосредственно изучить на выборке здоровых,самоактуализированных людей. При исследовании базовых потребностей нельзя полагаться только наинтроспективные отчеты, в равной степени бессмысленно основываться на однихлишь исследованиях бессознательных желаний. Невротические и базовыепотребности зачастую имеют сходную феноменологию, они могут одинаковоощущаться и переживаться человеком. И те, и другие требуют своегоудовлетворения, и те, и другие стремятся завладеть сознанием человека; онисходным образом представлены в сознании, и поэтому человеку редко когдаудается отличить одно от другого. Только в мгновения инсайта, или на порогесмерти человек постигает разницу между истинными желаниями и желаниямивнешними, случайными, несущественными (как это было с Иваном Ильичом, героемпроизведения Льва Толстого). Для того, чтобы уяснить природу того или иного желания, той или инойповеденческой тенденции, всегда следует искать некую внешнюю переменную, скоторой можно было бы соотнести это желание или эту тенденцию, и искать ееследует в континууме "невроз╬здоровье". Мы все более убеждаемся в том, чтоагрессивность вовсе не обусловлена базовой природой человека, ее нужнорассматривать скорее как реакцию организма, скорее как следствие, нежели какпричину. Злобный, агрессивный человек в процессе психотерапии становитсяменее злобным, менее агрессивным, и наоборот, здоровый человек, заболевая,начинает проявлять агрессию. Нам известно, что удовлетворение невротических потребностей, в отличиеот базового удовлетворения, не приносит человеку здоровья и счастья.Невротик, жаждущий власти, даже получив ее, не излечивается от невроза ╬невротическая жажда власти неутолима. Сколько бы ни ел невротик, он всеравно останется голодным (потому что на самом деле ему нужна не пища, анечто иное). Удовлетворение невротических потребностей, равно как и ихфрустрация, никак не отражается на состоянии здоровья индивидуума. Удовлетворение базовых потребностей, таких как потребности вбезопасности и любви, обязательно влечет за собой улучшение состоянияздоровья человека. Удовлетворение базовых потребностей, в отличие отневротических, приводит к их насыщению, фрустрация базовых потребностейчревата нездоровьем. Все сказанное, судя по всему, верно и по отношению к более специфичнымбазовым устремлениям, таким как потребность в познании, потребность винтеллектуальной активности. (Этот вывод основывается только на клиническихнаблюдениях.) Потребность в познании имеет характер позыва, она требуетсвоего удовлетворения. Удовлетворив ее, человек развивается гармонично исчастливо; фрустрация этой потребности и ее подавление вызываютразнообразные и очень специфичные, еще не до конца изученные намирасстройства. Наиболее очевидной техникой для исследования базовых потребностей мнепредставляется непосредственное изучение действительно здоровых людей. Наосновании того, что мы знаем сегодня о здоровье, мы можем отобрать из общейпопуляции относительно здоровых индивидуумов. Затем, признав, чтосовершенных людей не существует, мы применяем принцип вроде того, чтоприменяют геологи, ищущие месторождение радия ╬ чем выше концентрация радия,тем сильнее радиация, которую он излучает. Исследование, описанное мною в главе 11, показывает возможностьнаучного познания и описания нормы, которую я понимаю как психологическоездоровье, подкрепленное более-менее полной реализацией всех заложенных вчеловеке возможностей. Познавая, что представляют из себя хорошие люди иликакими они должны быть. мы даем человечеству (или тем его представителям,которые хотят стать лучше) своего рода образец для подражания. В настоящее время наиболее полно из всех базовых потребностей изученапотребность в любви. Именно на примере этой потребности мне и хочетсяпоказать, каким образом четыре сделанных нами вывода могут помочь намотделить врожденное и универсальное в человеке от внешнего и случайного. 1. Практически все психотерапевты сходятся во мнении относительно того,что большинство неврозов уходит своими корнями в детство, берут начало изнеудовлетворенной потребности в любви. Косвенным подтверждением этойгипотезы могут стать результаты ряда своеобразных экспериментальныхисследований, которые были проведены на новорожденных детях. Исследования совсей убедительностью продемонстрировали, что лишение младенца любви создаетреальную угрозу самой его жизни или, иначе говоря, депривация потребности влюбви патогенна. 2. Известно, что если болезнь ребенка еще не приняла необратимогохарактера, то для излечения зачастую достаточно окружить его любовью идобротой. Если говорить о взрослых людях, страдающих более серьезнымирасстройствами, то и здесь результаты психотерапии и психоанализа внушаютнам некоторый оптимизм; по крайней мере, мы можем уверенно заявить, что врезультате психотерапии человек обретает способность принимать любовь иучастие другого человека и использовать их во благо себе. Кроме того, внашем распоряжении оказывается все больше данных, свидетельствующих о том,что счастливый ребенок, ребенок, выросший в атмосфере любви, имеет большешансов стать здоровым взрослым человеком. Все эти данные укрепляют нас вомнении, что любовь является основополагающим фактором здорового развитиячеловека. 3. В ситуации свободного выбора ребенок, если, конечно, его психика ещене деформирована патогенными влияниями, всегда стремится к тому, чтобы бытьлюбимым, всегда жаждет ласки и в меру сил старается избежать ситуаций, вкоторых он ощущает себя брошенным или отвергнутым. Мы не располагаемэкспериментальными данными, которые подтвердили бы этот вывод, но множествосвидетельств клиницистов и некоторые данные этнологических исследований непозволяют нам сомневаться в справедливости такого предположения. Ни одиннормальный ребенок не предпочтет злого учителя, врача или друга, асовершенно естественно потянется к доброму и ласковому. Любой младенец, дажемладенец, родившийся от родителей-балинезийцев, которые, в отличие отсреднестатистического американца, вовсе не испытывают потребности в любви,отреагирует на лишение любви слезами. Балинезийских детей отучают от любви,но им не нравится такое обучение, они протестуют против него горестнымплачем. 4. В результате исследований здоровых взрослых людей обнаружено, чтопрактически все они (хотя и не абсолютно все) любили и были любимы.Собственно, и в момент исследования их можно было охарактеризовать каклюбящих людей. Парадоксально, но здоровые люди меньше нуждаются в любви, чемсреднестатистический человек. По всей видимости, причина этому кроется втом, что они уже удовлетворили свою потребность в любви. Надежность наших выводов настолько очевидна, что мы вправерассматривать их в качестве критериев здоровья. Наша убежденность станет вампонятней, если мы обратимся к рассмотрению болезней, вызванных недостатком ворганизме тех или иных веществ. Предположим, организму не хватает соли.Нехватка соли становится причиной патологии, справиться с которой можнотолько при помощи соли. Люди, страдающие солевым дисбалансом, в условияхсвободного выбора отдают предпочтение более соленой пище; им хочетсясоленого, соленая пища кажется им особенно вкусной. Напротив, здоровыйорганизм с нормальным солевым балансом не испытывает особой потребности всоли, он не нуждается в ней. В данном случае организм нуждается в соли, соль нужна ему для того,чтобы избежать болезни и сохранить здоровье. Но ведь точно так же человекнуждается и в любви, любовь так же как соль нужна человеку для того, чтобыизбежать болезни и сохранить здоровье. Иначе говоря, организм устроен так,что ему нужны и соль и любовь, так же как автомобилю нужны и бензин, имасло. Все наши рассуждения подводят нас к необходимости обсудить вопросусловий жизни. В данном случае обычные житейские обстоятельства обретают длянас значимость условий, необходимых и достаточных для решения логическойзадачи, и конкретность условий алгебраической задачи.

ЧТО ТАКОЕ "ХОРОШИЕ УСЛОВИЯ"?

В этом разделе мы рассмотрим, при каких условиях внутренняя природачеловека раскрывается в полную меру и какова позиция современнойдинамической психологии по данному вопросу. Мы уже говорили о том, насколько хрупка человеческая природа, наскольконеотчетливы и трудноуловимы ее очертания. Внутренняя природа человека не такмогуча и требовательна, как природа других животных. Животное никогда несомневается в том, что оно из себя представляет, чего оно хочет, что емунужно. Человеческие потребности в любви, знании, порядке, напротив, слабы ипочти неощутимы, они не кричат о себе, а тихо шепчут, и мы не всегда умеемуслышать их шепот. Для того, чтобы постичь человеческую природу, чтобы понять, каковыпотребности и возможности человека, необходимо создать особого рода условия,благоприятствующие выражению этих потребностей, повышающие вероятностьреализации его биологических тенденций. Главным из этих условий являетсяпозволенность удовлетворения и экспрессии. Каким образом мы определяем,какая пища полезна для беременной крысы? Мы предлагаем беременным крысамсамые разные продукты и предоставляем им свободу выбора, мы позволяем иместь то, что им захочется, когда захочется и в любых угодных им количествахи сочетаниях. Нам известно, что нет какого-то общего для всех младенцевконкретного срока отнятия от материнской груди, мы знаем, что ребенкаследует отнимать от груди тогда, когда это необходимо ему. Как мы можемузнать, настала ли эта пора? Ясно, что мы не можем спросить об этом ребенка,и мы уже научились не доверять в этом вопросе педиатрам. Тогда мы пытаемсяпредложить ребенку кашу, мы предоставляем ребенку свободу выбора, мыпозволяем ему самому решить, готов ли он к отъему от груди. Если емупонравится каша, он сам откажется сосать грудь. Следуя тем же принципам,окружая ребенка атмосферой доброты, ласки и свободы выбора, мы даем емувозможность выразить свои потребности в любви, безопасности и уважении. Мыуже знаем, что именно такая атмосфера является оптимальной, а, быть может ,даже единственно возможной для психотерапии. Свобода выбора может принестиблаготворные плоды в самых разных ситуациях, например, в интернате длямалолетних правонарушителей, где подросткам разрешают самим выбирать соседейпо комнате, или в колледже, где студенты имеют возможность самостоятельносоставлять свой учебный план и выбирать преподавателей, у которых они будутучиться, или при формировании авиационных экипажей и т.п. (Я оставляю встороне важный, но очень сложный вопрос о пользе фрустрации и дисциплины, онеобходимости пределов вседозволенности. Скажу лишь, что одного условиясвободы выбора, несмотря на все его удобство с точки зренияэкспериментального исследования, все-таки недостаточно для того, чтобынаучить человека считаться с другими людьми, с их потребностями и желаниями,оно не поможет человеку научиться предвидеть возможные неблагоприятныепоследствия удовлетворения того или иного желания.) Пока еще наше заключение имеет чисто теоретический характер, но я готовутверждать следующее: именно хорошая среда является для среднего организмаодним из первейших факторов самоактуализации и здоровья. Предоставиворганизму возможность самоактуализации, она подобно доброму наставникуотступает в тень, чтобы позволить ему самому вершить выбор в соответствии ссобственными желаниями и требованиями (оставляя за собой право следить затем, чтобы он учитывал желания и требования других людей).

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ УТОПИЯ

В последнее время я часто погружаюсь в грезы о психологической утопии ╬о государстве, все граждане которого обладают отменным психологическимздоровьем. Я даже придумал ей название ╬ Евпсихея. Давайте вместепредставим, что мы выбрали из всего населения Америки наиболее здоровыхграждан, например, тысячу здоровых семей и поселили их на каком-нибудьнеобитаемом острове, где они могли бы обосновать свое государство илиобщину. Мы кое-что знаем о характеристиках, свойственных наиболее здоровымлюдям. Можем ли мы предсказать, какой тип общественных отношений онипредпочтут? Какова будет система образования в их обществе? Экономическаясистема? Религиозная? Какими будут отношения между мужчинами и женщинами? На некоторые вопросы я, пожалуй, не готов ответить сразу, особенно нате, которые касаются экономики. Но есть вещи, в которых я совершенно уверен.В частности я убежден, что это будет анархическое общество (анархическое вфилософском смысле этого слова), они будут привержены культуре даоистичноготолка, культуре, основанной на любви, предоставляющей людям гораздо большуюсвободу выбора, чем предоставлено нам нашей культурой. Это будет общество, вкотором уважаются базовые потребности и метапотребности людей. Люди в этомобществе не будут обременительны друг для друга, они не будут навязыватьдруг другу свои мнения, убеждения и вкусы, будут гораздо более вольны ввыборе религии, мировоззрения, партнеров по общению, одежды, пищи,искусства. Другими словами, жители Евпсихеи будут по-даосскиневмешательными, доброжелательными, честными, любящими людьми, будут готовыидти навстречу желаниям другого человека, удовлетворять его потребности. Вих обществе будет гораздо меньше насилия, презрения, деспотизма и стремленияк власти. При таких условиях глубинные способности человеческой природызаявят о себе в полный голос. Возвращаясь к вопросу о свободе выбора, считаю нужным подчеркнуть, чтоситуации свободного выбора благоприятны не для всех взрослых людей, а лишьдля здоровых людей. Невротик не способен к верному выбору, он чаще всего незнает, чего он хочет, а если и знает, то не обладает мужеством, достаточнымдля того, чтобы сделать правильный выбор. Когда мы говорим о благотворностисвободного выбора у людей, мы имеем в виду здоровых взрослых и детей,внутренняя природа которых еще не деформирована патогенными влияниями. Ксожалению, большинство экспериментов по изучению свободного выбора былопроведено не на людях, а на животных, но мы располагаем множествомклинических данных, почерпнутых нами из анализа психотерапевтическогопроцесса, которые подтверждают справедливость вышеизложенной точки зрения.

СРЕДА И ЛИЧНОСТЬ

Новая концепция нормы в ее взаимосвязи со средой ставит перед нами ещеодну важную проблему. С теоретической точки зрения логично было быпредположить, что человек может обрести совершенное здоровье только всовершенном мире, только в абсолютно здоровом обществе. Однако на практикедело обстоит несколько иначе. Даже в нашем, далеком от совершенства обществе, можно найти чрезвычайноздоровых людей. Безусловно, они не обладают совершенным здоровьем, но ониявляют собой именно тот образец психологического здоровья, который мы можемпредставить себе сейчас, в наше время и в нашей культуре. Вполне возможно,что мы пока даже не догадываемся, насколько здоровым, насколько хорошимможет быть человек. Нам известно, что отдельно взятый индивидуум может быть гораздо болеездоровым, чем та культура, в которой он вырос и существует. Это становитсявозможным благодаря присущей здоровому человеку способности к отчужденностиот окружающей его среды, его умению жить по своим собственным законам, егомужеству противостоять гнету окружающего. Наша культура достаточно демократична и плюралистична, она оставляетчеловеку возможность развиваться в соответствии с его индивидуальнойприродой, она запрещает лишь те формы поведения, которые создают угрозу дляобщества в целом. Психологически здоровые люди внешне, как правило, неотличаются от остальных людей, им не свойственны стремление любой ценой"выделиться из толпы", вычурность манер или необычность в одежде. Они неотождествляют свободу с ее внешними атрибутами, им присуща внутренняянезависимость от среды. Для них не имеют большого значения одобрение ипризнание окружающих, они стремятся скорее к самоуважению, и потому их можноназвать психологически автономными людьми. Можно сделать вывод о том, что хорошая среда способствует развитиюхорошей личности, но эта взаимосвязь не абсолютна. Кроме того, рассуждая охорошей среде, мы должны иметь в виду не только условияматериально-экономического характера, но и духовный уклад общества,психологический климат в нем.

ПРИРОДА НОРМЫ

Возвращаясь к вопросу, поставленному нами в начале этой главы, квопросу о природе нормы, скажу, что мы уже вплотную приблизились к тому,чтобы отождествить норму с высочайшими возможностями человеческой природы.Мы говорим об идеале, но не имеем в виду некий манящий и все времяускользающий горизонт. Наша цель вполне реальна, она существует, пусть покаеще в неявной, скрытой форме; она представлена теми потенциями развития,которыми обладает каждый человек. Хочу особо подчеркнуть, что провозглашаемая мною концепция нормы ╬ ни вкоем случае не плод холодного ума, а результат эмпирических исследований,она рождена не мечтами и чаяниями, а основывается на строгихэкспериментальных данных. Понятие нормы подразумевает абсолютноестественную, натуралистичную систему ценностей, познать до конца которую мысумеем лишь в ходе дальнейших эмпирических исследований человеческойприроды. Такого рода исследования помогут нам ответить на вопросы, которымимногие века задаются лучшие умы человечества: "Как стать хорошимчеловеком?", "Как прожить хорошую, достойную жизнь?", "Как статьсчастливым?", "Как жить в ладу с собой?", "Как исполнить своепредназначение?" Мы должны признать, что организм сам подсказывает намответы на эти вопросы, сам говорит нам о том, что ему нужно ╬ а значит, ичто для него ценно ╬ тогда, когда заболевает и чахнет в условиях депривацииценностей. Если мы научимся слышать голос собственной природы, мы поймем,что хорошо для нас. И последнее. Ключевыми понятиями новой динамической психологии являютсяпонятия "спонтанность", "естественность", "обретение свободы", "свободныйвыбор", "самопознание", "согласие с собой", "удовлетворение". Стараяпсихология, считавшая глубинные импульсы человеческой природы опасными,злыми, алчными и порочными, оперировала другими понятиями, такими как"контроль", "подавление", "дисциплина", "научение", "формирование". И вобразовании, и в семейной жизни, и в воспитании детей, и в социализации вцелом ей виделся процесс укрощения и подавления темного, дьявольского началачеловека. Неудивительно, что из столь разных представлений о человеческой природерождаются и столь противоположные, на первый взгляд, концепции идеальногообщества, идеального закона, идеальной педагогики, идеальной семьи. Если,согласно старой психологии, все эти институты созданы для контроля зачеловеком, для подавления его свободы, то, в соответствии с нашейконцепцией, они обеспечивают человеку чувство базового удовлетворения.Разумеется, есть и такие вопросы, относительно которых обе концепциинаходятся в полном согласии, на самом деле контраст между ними не стольразителен, и в той, и в другой наверняка есть свои сильные и слабые стороны.Что поделать, я выдвигаю новую концепцию и должен доказать ее преимущества,я намеренно противопоставляю старую и новую психологию, дабы отчетливеепредставить вам разницу между ними. Но как бы то ни было, я искренне убежден в том, что принятие новойконцепции нормы, концепции, в соответствии с которой норма обретает чертыидеального здоровья, должна вдохнуть новую жизнь как в психологию, так и вобщественные науки.

КОММЕНТАРИИ









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.