Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Этические теории о сущности морали.





В истории развития этики как науки можно выделить этапы, предэтика, античная этика, средневековая этика, этика Нового времени, современная этика.

 

Предэтика.Уже в поэмах Гомера, отражающих высшую стадию имущественного расслоения первобытного общества, обнаруживается очень важное противоречие. С одной стороны, герои Гомера в высшей степени моральны. Они, принадлежа к своему племени, борются за его благо и это является смыслом их жизнедеятельности. Отечество, честь племени, слава воина, дружба, благо семьи составляют основу их поведения. С другой стороны, ни в «Ил­иаде», ни в «Одиссее» нет какого-либо четкого, определенного морального кодекса, соблюдение которого считалось бы критерием моральности. Поэмы Гомера лишены назидательного этического начала, а моральная терминология находится в зачаточном состоянии: выражения, обозначающие положительные и отрицательные качества личности и общие моральные понятия - немногочисленны.

Иная картина у Гесиода, который принадлежит уже к эпохе классовой цивилизации. Его поэмы пронизаны моральным смыслом. В качестве основных ценностей Гесиод выдвигает труд и справедливость, понимая под ними бережливость, расчетливость, законность и вообще все, что ведет к укреплению собственности.

Обособление моральных норм получает дальнейшее развитие в изречении Семи мудрецов. Заключенные в них моральные требования имеют общезначимую, абсолютную форму: «Чти старших» (Хи­лон), «Неправды убегай» (Клеобул), «Богам - почет, родителям – честь» (Солон). В этих заповедях предписывается почитание законов, богов, предков. «Ничего слишком» (Солон), «Мера - это лучшее» (Клеобул), «Со­блюдай меру» (Фалес), «Наслажде­нием властвуй» (Клеобул), «Обуз­дывай гнев» (Хилон), «Распущен­ность - это недостаток» (Фалес) - эти изречения требуют самоограничения, сдерживания, подавления страстей.



Античная этика.Наметившийся в V в. до н.э. поворот философии к проблемам человека имел решающее значение для становления этики. В античной этике можно выделить два основных направления: первое - софисты и аморалисты, отрицавшие обязательность нравственных требований; второе - учения крупнейших мыслителей Древней Греции - Сократа, Платона (Vв. до н.э.), Аристотеля (IVв. до н.э.), Эпикура (IIIв. до н.э.), заложивших основы этики как науки о нравственности. По мнению одного из представителей школы софистов - Протагора (конец V-IVвв. до н.э.), нравственность является конкретной для каждого человеческого общества в определенную эпоху, поэтому нравственные требования различны у всех народов, а добро и зло - понятия относительные.

Против софистов выступил Сократ (469-399гг. до н.э.), искавший более прочную основу для обоснования нравственности, сводивший все к верховному разуму человека и к выработке им внутренней гармонии между разумом и различными чувствами и страстями. Добродетель понималась Сократом как способность преуспевать в умственном развитии, в искусствах и в творчестве, для чего необходимо знание и понимание общественной жизни и взаимных отношений между людьми. Не являясь внушением богов, добродетель заключается в обоснованном знании того, что действительно хорошо и что делает человека способным жить, не тесня других, а относясь к ним справедливо: способным служить обществу, а не себе одному. Без этого общество немыслимо.

Еще более глубоко сущность нравственного объяснил ученик Сократа - Платон (428-348гг. до н.э.), считавший, что в природе су­ществуют идеи добра и справедливости наряду с множеством злого и несправедливого. Полагая, что основы нравственного заключены вне мира - в Идее, заложенной в устройстве мировой жизни и пронизывающей весь мир, все мироздание, в том числе и человека, Платон пришел к заключению, что искание человеком чего-то лучшего, чем обыденная жизнь, т.е. искание Добра и Справедливости, имеет свое объяснение и опору в чем-то находящемся за пределами нашего познания, чувств и опыта. Таким образом, Платон внес в этику идеальное понимание нравственного.

Итогом античных достижений в этой области явилась этика Аристотеля (4 в. до н.э.), который первым систематизировал ее как теоретическую науку о добродетелях и дал ей имя.

Аристотель разделил добродетели человека на два больших класса: этические, т.е. относящиеся к характеру, темпераменту, идианоэтические, т.е. относящиеся к разуму, которому он отводил огромную роль в выработке нравственности, в сдерживании страстей.

Все этическое учение Аристотеля делится на три части: учение о высшем благе; - учение о добродетелях вообще; - учение об отдельных добродетелях.

Этические добродетели Аристотель называет приобретенными свойствами души. Он обращает внимание на то, что они в решающей степени являются делом привычки. Кроме того, Аристотель определяет добродетель как известного рода середину. Речь идет о знаменитой золотой середине Аристотеля, который отмечал, что есть как бы три душевных состояния, два из них порочны, одно в силу избытка, другое - в силу недостатка. И только третье, среднее состояние, есть душевное расположение добродетели. Например, мужество есть середина страха и отважности, умеренность есть середина бесстрастия и невоздержанности, щедрость есть середина скупости и расточительства. Но середина эта не арифметическая. Добродетель хоть и середина, но отстоит от крайностей на разных расстояниях. Так, например, умеренность ближе к бесстрастию, чем к невоздержанности, мужество ближе к безумной отваге, чем к страху. У каждого действия есть своя середина. Если действия совершаются вовремя, при соответствующих обстоятельствах, направлены на лиц, которые заслуживают таких действий, возникли из причин и существуют в подобающей форме, то они соответствуют середине, являются совершенными, добродетельными.

 

Аристотель считал, что справедливыми являются только те действия, которые совершает справедливый человек. Недостаточно действиям иметь определенные добродетельные качества, чтобы их можно было назвать справедливыми. Для этого надо выяснить, не являются ли эти действия случайными для человека, стремился ли он к этим действиям сознательно. Нравственный поступок есть поступок нравственного человека, т.е. добродетельными или порочными могут быть конкретные люди, но не поступки сами по себе.

Аристотель несомненно был прав, когда говорил, что по отдельному поступку нельзя судить о нравственных достоинствах человека. И хороший человек иногда может совершать что-нибудь дурное. Да и несчастного человека мы не назовем счастливым, если он прожил счастливо всего один день.

В учении о добродетелях Аристотель углубил представление о морально совершенной добродетельной личности. Такая личность не является рабом наслаждений, а подчиняет свои страсти голосу разума, придает страстям разумный вид. Аристотель создает этику добродетельной личности. При этом он, как и его предшественники, рассматривает личность в живой взаимосвязи с другими людьми, с государством. Так, он считает, что для счастья нужно обладать определенными внешними благами (здо­ровьем, богатством и т.д.), пользоваться благосклонностью судьбы. Но наиболее важное значение имеет мнение Аристотеля о неотделимости счастья личности от счастья общества, т.к., по его мнению, стремление к благу общества дает гораздо высшее, гораздо более «прекрасное» «блаженство», чем стремление к удовлетворению своих личных порывов.

Учения Платона и Аристотеля резко расходились в понимании нравственного, имея в качестве общего представление о том, что нравственное в человеке - не случайное явление, оно имеет свою глубокую основу в природе человека и что существуют нравственные понятия, свойственные всем человеческим существам.

В послеаристотелевский период добродетельность личности отрывается от гражданской, политической жизни, что явилось следствием кризиса полисной организации античного общества. В III в. до н.э. появились две новые школы - стоиков и эпикурейцев. Стоики учили, подобно Платону и Аристотелю, что жить следует согласно со своей природой, т.е. со своим разумом и способностями, потому что только в такой жизни мы находим наибольшее счастье. Причем, человек находит свое счастье не в погоне за внешними благами - богатством, почестями и т.п., а в стремлении к чему-то высшему, идеальному, в развитии душевной жизни для блага самого человека, его семьи и общества, и, главным образом, в достижении внутренней свободы.

В противовес стоикам софисты считали основной чертой человека и всякого живого существа искание удовольствия, наслаждения, счастья (гедонизм). Однако они не акцентировали внимание на том, что могут быть всякие искания счастья - от чисто животного себялюбия до самого идеального самопожертвовавания, от узко личных стремлений до стремлений широко общественных.

Задача этики состоит в том, чтобы разобрать эти различные виды искания счастья и указать, к чему они приводят и какую степень удовлетворения дают те и другие. Эту проблему исследовал Эпикур, живший в III в. до н.э. и достигший широкой известности в тогдашнем греко-римском мире, благодаря разработанному им эвдемонизму - нравственному учению, построенному на искании счастья, но с разбором того, что лучше ведет к счастливой жизни.

Началом и концом счастливой жизни Эпикур называет удовольствие. В нем он видит критерий всякого блага. Что же он понимал под удовольствием? Эпикур прежде всего различает телесные и духовные наслаждения. Духовные он ставит выше телесных, характеризуя удовольствие как отсутствие телесных страданий и душевных тревог.

Эпикур разделяет удовольствия на три типа: естественные и необходимые (не голодать, не жаждать, не зябнуть); естественные, но не необходимые (изысканная пища); неестественные и не необходимые (честолюбивые замыслы, стремление, чтобы награждали венками, ставили статуи).

Эпикур считал, что для добродетельной и счастливой жизни достаточно естественных и необходимых желаний, т.к. они легко удовлетворяются. Человек, ограничивающий себя ими, получает независимость от обстоятельств и других людей. Если же брать желания в их полном объеме, то их, в принципе, нельзя насытить.

Ограничение желаний в этике Эпикура - это условие, позволяющее придать жизни нравственный смысл, а именно достичь безмятежного состояния. Вообще, по мнению Эпикура, основой поведения человека должно быть то, что приносит ему наибольшее удовлетворение, но такой основой не могут быть поползновения к личной пользе, так как наибольшее счастье достигается согласованностью стремлений личности со стремлениями других. Счастье есть свобода от зол, но она не может быть достигнута, если жизнь каждого не согласована с интересами всех.

Глубокий след в этическом мышлении оставила школа стоиков, развивавшаяся в Древней Греции, а потом в Риме. Основателем ее считают Зенона(IV – III вв. до н.э.), а затем в Римской империи эти учения развивали Сенека (54г. до н.э. – 36 г.н.э.), ЭпиктетиМарк Ав­релий (I – II вв. н.э.). Цель стоиков - дать человеку счастье, развивая в нем добродетель, которая состоит в жизни, согласной с природой, развитием разума и с познанием жизни вселенной. Они утверждали, что сама природа содержит в себе правила, а, следовательно, и образцы нравственного - то, что люди называют нравственным законом, вытекает из мировых законов, управ­ляющих жизнью природы. Разум человека, в учении стоиков, и наши понятия о нравственности - не что иное, как одно из проявлений сил природы. Зло в природе и в человеке - также естественное последствие жизни природы, как и добро. Все учение стоиков направлено на то, чтобы помочь человеку развить в себе добро и бороться со злом, тем самым, достигая наибольшего счастья.

Таким образом, античная этика утверждает образ уравновешенного, гармоничного человека, и внутри себя, и в общении с миром.

Средневековая этика. Суть средневековой этики состоит в том, что она стала религиозной. Ее исторические судьбы на многие столетия оказались сопряженными с христианством.

Моральная концепция христианства замкнута на идею Бога, ко­торый создал мир, весь мир развивается из него, он его непосредственный управитель. Все остальные создания существуют благодаря богу и для бога. Высшая цель - служить богу. Человек подобен богу, но не более. Он изначально греховен. Греховность человека непреодолима его собственными силами. Это достигается прямым и непосредственным участием бога. На вопрос учеников: «Так кто же может спастись?» Иисус отвечает: «Че­ловекам это невозможно, богу все возможно». Выражением такого божественного вмешательства, призванного указать путь к спасению, является приход Христа. Первая, высшая и в сущности единственная заповедь этики Христа есть заповедь любви к богу, что требует всего человека целиком, все его мысли и дела.

Характерные особенности средневековой этики мы рассмотрим на примере двух ее наиболее характерных представителей: Августина Блаженного и Фомы Аквинского.

Августин Блаженный считал, что бог - это начало, средоточие и цель всего, он - отец блаженства и добра. Божественные заповеди нужно принимать не потому, что они истинны и гуманны, а потому, что они божественны, божественность их происхождения является залогом их истинности и гуманности.

Поскольку все создано богом, то все есть добро, зла не существует. Зло - это свойство ангелов и людей, которые отказались от бога и сосредоточились на собственном бытии. «Радуйся богу, но не пользуйся им, пользуйся земными благами, но не радуйся им», таков основной этический мотив Августина.

По утверждению Августина, греховны все люди. Однако некоторых из них бог отмечает своей милостью. Кроме того, в день страшного суда, когда бог призовет всех для произнесения окончательного приговора, он одних обречет на вечные муки, а других - на вечное блаженство, одних - низвергнет в ад, других - вознесет в небеса. Критерий, на котором основывается бог, принимая свои решения - это тайна бога.

Несколько иные взгляды присущи, который заимствует содержание этики у Аристотеля, но Фоме Аквинскому придает ей религиозную форму, переосмысливает ее через призму христианства. Человек, по его мнению, представляет собой такую ступень совершенства, когда он может отступить от своей благости, его деятельность будет сопряжена в этом случае со злом. Все это становится препятствием на пути к блаженству. Человеку свойственно лишь частичное несовершенное блаженство, да и оно оказывается неустойчивым, подрывается болезнями и прочими несчастьями. В своем чистом виде блаженство возможно лишь в загробном мире. Фома Аквинский пытается дать рациональный ответ на вопросы, которые по существу противоразумны. Он рассуждает о том, что едят ангелы, могут ли быть воскрешены одновременно тела людоеда, который питался человеческим мясом и его жертв и т.д., пытался дать однозначные ответы на все частные вопросы брачных отношений, воспитания детей и т.д.

Если античная этика исходила из убеждения, что нравственное совершенство человека доступно ему самому, что нравственность это совокупность добродетелей человека, то нравственные требования средневековой этики выступают как заповеди бога.

Этика Нового времени.Наиболее развернутую и типичную для этой эпохи концепцию морали создал Гоббс. По его мнению не мораль нуждается в объяснении, а мир рассматривается с точки зрения моральной оценки. Природа создала людей одинаковыми и в умственном и в физическом отношении. Равенство способностей порождает равенство надежд на достижение целей. Поэтому, поскольку разные люди стремятся к обладанию одними и теми же вещами, между ними возникает недоверие, жажда славы, которые заставляют людей во имя наживы, безопасности и соображений чести нападать друг на друга.

Гоббс считал, что естественное состояние - это война всех против всех, игра эгоистических наклонностей. Эгоизмом пронизана вся жизнь, отправляясь в путь мы вооружаемся, отправляясь спать мы запираем двери, даже в своем доме запираем ящики. Из этого состояния человек выходит только тогда, когда он бывает покорен другими, более сильными и более коварными или же, когда группа людей, видя опасность взаимной борьбы, заключает соглашение между собой и основывает общество. Поэтому суть нравственного закона, по Гоббсу – «в случае согласия на то других, человек должен согласиться отказаться от права на вещи в той мере, в какой это необходимо в интересах мира и самозащиты, и довольствоваться такой степенью свободы, какую он бы допустил бы у других людей по отношению к себе». Гоббс прямо ссылается на, так называемое, золотое правило нравственности: «Не делай другому того, что не хотел бы, чтобы делали тебе». Полагая при этом, что только «общественный договор» будет способствовать становлению нравственности и законности в человеческом обществе.

Отрицая абсолютный характер нравственных требований, Гоббс полагал, что соблюдать их нужно только тогда, когда вам отвечают взаимностью. Соблюдать нравственные правила по отношению к тем, кто сам им не следует, - неразумно. Поэтому Гоббс приходит к выводу, что нужна власть, которая создает общественную нравственность под страхом наказания, и этой власти отдельного человека или собрания людей должны подчиняться все. В государстве, как и в природе, сила создает право. Воля государства - верховный закон. Мирное сожительство достигается только подчинением силе всемогущего государства. Несмотря на то, что личность всегда руководствуется своими собственными выгодами, заключает Гоббс, человек тем не менее приходит к пониманию, что его прямой интерес состоит в возможно большем развитии общительности и мирных взаимных отношений.

Иначе, чем Гоббс, подходит к пониманию морали Спиноза, хотя он также отрицает ее внеприродное происхождение. Бог, по мнению Спинозы, есть сама природа, причина всех вещей, который действует только по законам своей природы. В природе вещей нет ничего случайного, а все заранее определено божественной природой к существованию и к действию известным образом. То, что люди называют Богом, есть сама непонятая человеком природа. То могущество, которое толпа приписывает Богу, заключает в себе бессилие. Освободившись от христианской мистики, Спиноза утверждал, что без всякого вмешательства чувства страха перед верховным существом или перед правителями, разум человека, вполне свободный, неизбежно должен прийти к нравственному отношению к другим людям, потому что, делая это, человек находит высшее блаженство, таковы требования его свободно и правильно мыслящего разума. В природе нет ни добра, ни зла. Добро и зло, по мнению Спинозы, это ситуации человека. Они подвижны и изменчивы. Абсолютного добра и абсолютного зла не существует, поскольку мы называем добром и злом то, что полезно или вредно для сохранения нашего существования, то, что увеличивает или уменьшает, поддерживает или стесняет нашу способность к деятельности.

Задача этики, по мнению Спинозы, состоит не в том, чтобы осмеивать человеческие недостатки, а в том, чтобы их изучать. Спиноза строил свою нравственность на эвдемонистическом начале, т.е. на искании человеком счастья. Человек, как и все другие существа, стремится к наибольшему счастью, и из этого стремления его разум выводит нравственные правила жизни, но при этом человек не является свободным, так как он не может делать то, что необходимо вытекает из его природы.

Первым и единственным основанием добродетели является стремление к самосохранению. Польза, расчет, выгода - это движущая сила человеческих действий. Справедливо то, что необходимо для поддержания и увеличения своей выгоды, своего достояния. Чужой интерес человек защищает постольку, поскольку это соответствует его собственному интересу. Словом, добро тождественно пользе человека, а зло - это то, что препятствует достижению личной пользы.

Создание рациональной этики, основанной не на изучении человеческой природы и наблюдении над жизнью и поступками людей, а на отвлеченном мышлении, поставил себе целью величайший немецкий философ 18 века Иммануил Кант (1724-1804гг.) Размышляя об основах нравственности, Кант пришел к убеждению, что такой основой является наше сознание долга, которое представляет собой свойство человеческого разума, который может создавать правила для поведения человека двоякого рода, одни из них условны, а другие безусловны. К условным требованиям относятся все предписания поведения, основывающиеся на интересе, поэтому они не могут стать основой нравственности. Нравственные требования должны иметь абсолютный характер безусловного веления (кате­го­рический императив). Таким категорическим императивом и яв­ляется сознание человеком долга. Долг, по мнению Канта, в своей сущности имеет абсолютное значение и поэтому никогда не может быть только средством для чего-нибудь другого, но является в то же время и целью само по себе. Объект нравственного долга составляет свободная и разумная воля. Все вещи в мире, говорит Кант, имеют относительную ценность, и только разумная и свободная личность имеет безусловную ценность сама по себе. «Ты должен быть свободным и разумным» - таков моральный закон. Установив такой нравственный закон, Кант выводит далее первую формулу нравственного поведения: «Действуй таким образом, чтобы всегда признавать в себе и других свободную и разумную волю целью, а не средством».

Идеал, к которому стремится нравственность есть республика свободных и разумных личностей, республика, в которой каждая личность есть цель для других. На основании этого Кант определяет нравственный закон следующим образом: «Действуй так, чтобы правило руководящее твоей волей, могло быть также основой всемирного законодательства».

В противовес предшествовавшим теориям, учившим человека быть нравственным потому, что он найдет в нравственном поведении или счастье, или пользу, Кант призывал вести нравственную жизнь потому, что в этом заключается требование нашего разума. Абсолютное уважение к личности составляет, по мнению Канта, нравственное основание морали и права. Этика Канта включает в себя учение об «изначальном зле» в природе человека. Злом Кант называет эгоизм, свойственный природе человека и проявляющийся в самых различных наклонностях. По мнению Канта, центр всех мотивов и целей - себялюбие, реальный человек движим к стремлению к собственному счастью и это стремление неистребимо. В мире господствует эгоизм, корысть. Не нужно быть врагом человечества, а достаточно быть просто наблюдательным человеком, чтобы увидеть, что в мире нет подлинной добродетели. Он утверждал, что мораль не выводится из чего бы то ни было, она содержит свою причину в себе. Поведение человека может и должно зависеть от морали. Мораль априорна. Она существует несмотря ни на что и вопреки всему.

Кант полностью вырывает мораль из многообразия жизненных связей, он возвышает ее над миром и противопоставляет ее миру. Заслуга Канта в этической теории огромна. Он четко отграничил этику как отрасль философии, создав свою теорию этических взглядов. Кант показал, что этика имеет жизненно важное значение и должна являться основанием государства и политики.

 

Совершенно противоположную кантианской теории морали создал свою этику известный немецкий философ XIX века Фрид­рих Ницше (1844-1900гг.). В соответствии со взглядами Канта, мораль возможна потому, что у человека есть свобода воли. Ницше утве­р­ждает, что нет ни свободной, ни несвободной воли, а есть слабая и сильная воля. Это прежде всего - воля к власти, которая является движущей силой жизни. Идеал Ницше – «че­ловек воли», ис­пол­нен­ный избыточных витальных сил и наслаждающийся любым проявлением своей «мощи» - как утверждающим, так и разрушительным. Падающего - толкни, униженного - унизь еще боль­ше, оскор­б­ленного - оскорби дважды, добейся того, чтобы он взбунтовался, и тогда убей по «праву сильного». «Человек воли» - преступник, он сам творит нормы своего поведения, переступая через общепринятое и общепризнанное. По мнению Ницше, любой гений - преступник, потому что он переступает через то, что принято. Особенно Ницше оправдывает преступления против права и нравственных норм, они не должны останавливать «человека воли». Образцом такого человека он считал Наполеона.

Основные идеи этики Ницше - оправдание преступления, права сильного, отождествление гения и злодейства, отрицание христианства. В соответствии с его учением, слабые и неудачники должны погибнуть и первое положение нашей любви к человеку - помочь им в этом. В мире должна царствовать "мораль господ, т.е. людей сильных, злых, гениально-преступных.

Мораль, по мнению Ницше, - порча, изобретение «слабых», «ма­­леньких» людей, «мошенничество высшего порядка», наилучшее средство, с помощью которого люди «водятся за нос». Христианство вреднее всякого порока, потому что призывает к деятельному состраданию ко всем неудачникам и слабым, тем самым внося порчу в самый разум духовно-сильных натур.

Древнейшее, так называемое, «золотое правило» нравственности, положенное в основу категорического императива Канта и призывающее человека относиться к другим так же, как он хочет, чтобы относились к нему, Ницше называл «опасным для жизни».

Даже такой краткий обзор этических взглядов Ф.Ницше показывает, что неслучайно именно этого немецкого философа высоко ценил один из самых жестоких представителей кровавой истории XX века А.Гитлер.

В 40-е годы XIX века формируется марксистская теория, рассматривающая развитие человеческого общества с материалистических позиций. Основное положение марксистской этики заключается в следующем: чтобы выяснить, что должен делать человек, надо установить, что он есть на самом деле. «Сущность человека есть совокупность всех общественных отношений». Мораль возникает там, где человек встречается с обществом, человечеством. Отношения, в которые вступают люди между собой в жизни в ходе производства и воспроизводства, прежде всего, труда, являются источником их собственного формирования.

Современная этика.Среди теорий морали XX века следует обратить особое внимание на этику ненасилия, которая находит все большее количество приверженцев во всем мире.

Исторически существовала и до сих пор продолжает свое существование традиция разрешения различных государственных, национальных, межличностных проблем с позиций силы.

Этика ненасилия - это совершенно иной подход к разрешению конфликтов, исключающий насилие. Идеи ненасилия сфомулированы еще в Библии, в Новом Завете, рекомендующем, если, «кто ударит тебя в правую щеку, обрати к нему и другую». В данном случае отразился некий идеал, в соответствии с которым непротивление злу рассматривается как проявление нравственного совершенства, нравственного превосходства над чужим грехом. Неумножение зла расценивается как проявление добра. Соответствующие библейские заповеди с большим трудом утверждались в сознании человека и до сих пор многим кажутся невыполнимыми.

Значительное развитие этика ненасилия получила в работах выдающегося русского писателя и мыслителя Л.Н.Толстого, считавшего, что признание необходимости противления злу насилием есть не что иное, как оправдание людьми своих привычных излюбленных пороков: мести, корысти, зависти, злости, властолюбия. По его мнению, большинство людей христианского мира чувствуют бедственность своего положения и употребляют для избавления себя то средство, которое по своему миросозерцанию считают действительным. Средство это- насилие одних людей над другими. Одни люди, считающие для себя выгодным существующий государственный порядок, насилием государственной деятельности стараются удержать этот порядок, другие тем же насилием революционной деятельности стараются разрушить существующее устройство и установить на место его другое, лучшее.

Л.Толстой находит ошибку политических учений в том, что они считают возможным посредством насилия соединить людей так, чтобы они все, не противясь, подчинились одному и тому же устройству жизни. «Всякое насилие состоит в том, что одни люди под угрозой страданий или смерти заставляют других людей делать то, чего не хотят насилуемые». Насилие не создает ничего, оно только разрушает. Тот, кто отвечает злом на зло, умножает страдания, усиливает бедствия, но не избавляет от них ни других, ни себя. Таким образом, насилие бессильно, бесплодно, разрушительно. Недаром еще в учениях древних мудрецов любовь, сострадание, милосердие, воздаяние добром за зло считались основой нравственных отношений.

Другой сторонник данной теории - М.Ганди, мечтавший обрести свободу Индии мирными средствами, считал ненасилие оружием сильных. Страх и любовь - противоречащие понятия. Закон любви действует, как действует закон гравитации, независимо от того, принимаем мы это или нет. Так же, как ученый творит чудеса, по-разному применяя закон природы, так и человек, применяющий закон любви с аккуратностью ученого, может творить еще большие чудеса.

Ненасилие не означает пассивности, оно активно и предполагает, как минимум, две формы борьбы: несотрудничество и гражданское неповиновение. Идеи отказа от насилия как средства разрешения конфликтов и проблем находит все большее количество своих сторонников во всем мире.

Одной из интереснейших философских концепций XX века является этика благоговения перед жизнью, основоположник которой выдающийся гуманист современности - Альберт Швейцер. В основе этой теории находится принцип благоговения перед жизнью в любой форме, облегчение страданий всех живущих. Благоговение перед жизнью, по мнению А.Швейцера, относится как к природным, так и к духовным явлениям, так как преклонение перед естественной жизнью необходимо влечет за собой преклонение перед жизнью духовной. «Особенно странным находят в этике благоговения перед жизнью то, что она не подчеркивает различия между высшей и низшей, более ценной и менее ценной жизнью. У нее есть свои основания поступать таким образом. Для истинно нравственного человека всякая жизнь священна, даже та, которая с нашей человеческой точки зрения кажется нижестоящей»,- отмечает он. Уравнивая нравственную ценность всех существующих форм жизни, А.Швейцер, тем не менее, вполне допускает ситуацию морального выбора: «Находясь вместе со всеми живыми существами под действием закона самораздвоения воли к жизни, человек все чаще оказывается в положении, когда он может сохранить свою жизнь, как и жизнь вообще, только за счет другой жизни. Если он руководствуется этикой благоговения перед жизнью, то он наносит вред жизни и уничтожает ее лишь под давлением необходимости и никогда не делает это бездумно. Но там, где он свободен выбирать, человек ищет положение, в котором он мог бы помочь жизни и отвести от нее угрозу страдания и уничтожения». Понимая насколько трудна судьба того, кто будет следовать его идеям, А.Швейцер обращает внимание на необходимость самоотречения как средства деятельности. Самоотречение не обесценивает личность человека, а помогает освободиться от эгоизма, предвзятости в оценке других.

Бороться со злом необходимо, но не средствами зла, не отмщением, а пресекая распространение зла. В этом положении взгляды А.Швейцера близки идеям сторонников теории ненасилия. Одним из средств недопущения зла в человеческую душу он считает необходимость прощения, тем самым пренебрегая злом, исключая его. Такой способ недопущения зла позволяет избавить человека от мук нравственного выбора, необходимости поисков самооправдания. «Истинная этика начинается там, где перестают пользоваться словами». В этом высказывании А.Швей­цера заключен глубокий смысл. Вся его этическая концепция призывает к активной целенаправленной деятельности, сохранению всех существующих форм жизни, самоотверженному служению людям, отдавая им частицу своей жизни, участия, любви, доброты.

Таким образом, общий взгляд на разнообразные моральные учения и этико-культурные модели поведения позволяет выделить то общее, что присуще различным философским версиям морали. Можно указать на три момента – подавляющее большинство моралистов:

1. Рассматривали мораль как взаимность добра, выраженную в золотом правиле нравственности.

2. Возвышали мораль до абсолютного приоритета, практически задающего порядок человеческих благ.

3. Ставили осуществимость морали в зависимость от человеческих усилий по ее осуществлению.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.