Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Виды конституционно-правовых отношений





Классическая, научно устоявшаяся теория правоотношений была разработана в своих основах еще древнеримскими юристами и с тех пор не претерпела сколько-нибудь существенных изменений. Но базировалась она главным образом на гражданско-правовых, имущественных отношениях (как правило, договорных), где были четко выражены стороны с жестко установленными взаимными обязательствами.

Вклад цивилистической науки в развитие учения о правоотношениях несомненен, ведь для всей континентальной Европы эталоном является Римское гражданское право, но отработанный за тысячелетия четкий и безотказный юридический инструментарий, успешно применяемый в своей области, не всегда без всяких оговорок может быть использован в другой. Советский ученый Р.О. Халфина, основательно занимавшаяся проблемой правоотношений, констатировала, что «создание теории правоотношения требует глубокого изучения этого сложнейшего явления с более широких позиций, чем те, которые традиционно приняты в правовой науке [281, с. 8 ].

На выводах и положениях цивилистов в значительной мере основывается и общая теория права. Достаточно сказать, что многие авторитетные учетные в области теории права начинали свой путь в науку именно как цивилисты (Г.Ф.Шершеневич, Ю.С. Гамбаров, В.М. Хвостов, С.С. Алексееви др.) Однако, как тонко отмечает Н.И. Матузов, когда общая теория права «начинает вторгаться в иные социальные сферы и анализировать механизм правового опосредования общественных отношений более общего и более высокого уровня, у нее возникают «узкие места», затруднения» [271 , с. 499]. О каких общих отношения идет речь? Прежде всего – о конституционных. Необычность конституционно-правовых отношений состоит в том, что к ним не подходит или не совсем подходит классическая модель гражданско-правовой взаимосвязи субъектов («взял-уплатил», «взял на время – исполнил в срок» и т.д.). Поэтому в юридической науке с начала ХІХ века, когда заявляет о себе конституционно-правовая мысль, возникает ощутимая потребность дополнить отлаженный «цивилистический» механизм правоотношения, расширить его и сделать более адаптированным к изменившимся реалиям.

При помощи гражданско-правового инструментария невозможно понять и разрешить проблемы взаимодействия различных государственных структур и ветвей власти, реализации ими своих функций и полномочий, функционирования системы сдержек и противовесов. Ясно, что отношения типа продавец-покупатель, должник-кредитор, заказчик-подрядчик не имеют ничего общего с отношениями государство-гражданин, депутат- избиратель, президент-парламент и т.п. У отношений второй группы своя специфика, но в отличие от первых они недостаточно изучены.

Ещё раз подчеркнём тот факт, что если теория гражданского оборота насчитывает не одно тысячелетие, то теория конституционализма достаточно молода и неразвита, ведь о ней можно говорить лишь с эпохи буржуазных революций. Да и в Советском государстве термин «конституционализм» не вошел в юридический обиход, поскольку речь шла о государственном праве, где идея личности как члена гражданского общества вообще не рассматривалась. В настоящее время система конституционных правоотношений может быть представлена следующим образом.

1.Своеобразие предмета конституционного права, многообразный видовой характер его норм порождает и особенности классификации конституционно-правовых отношений, где принципиальным моментом является различение общих (общерегулятивных) и конкретных правоотношений.

Отношения общего характера регулируются главным образом нормами Конституции Республики Беларусь, и их своеобразие состоит в том, что они выражают сущность общественного и государственного устройства страны; определяют механизмы народовластия; опосредуют основные связи личности с обществом и государством; определяют систему государственных органов и основные связи между ними и т.п. Это своеобразные рамочные правоотношения, в пределах которых возможны достаточно существенные различия фактического поведения, они задают общий вектор конституционно-правового развития.

Реализация общих конституционных установлений, принципов в сфере правомерного поведения не всегда требует возникновения конкретных правоотношений, хотя и происходит в рамках существующего конституционного правопорядка. Можно сказать, что сверяя и корректируя свое поведение с требованиями Основного Закона, соответствующие субъекты автоматически становятся участниками общих конституционных правоотношений. Например, декларируемое Конституцией Республики Беларусь качество правового государства (ст.1) порождает общие конституционные правоотношения, в которых участвуют все без исключения государственные органы и должностные лица, обязанные вести себя в полном соответствии с правовыми предписаниями. При этом, разумеется, каждый раз невозможно определить, какие конкретно права и обязанности возникают у государственных органов и должностных лиц.

Рассматривая специфику общерегулятивных конституционных правоотношений, В.О. Лучин указывает, что «основанием возникновения общих конституционных правоотношений служит появление соответствующего субъекта, его конституирование, особое юридическое состояние, в котором он находится [118, с. 127 ]. Эти отношения, таким образом, выражают общее правовое состояние субъектов, их взаимоположение, ответственность друг перед другом и государством. Их действие совпадает с действием самой Конституции.

Наличие общих конституционных правоотношений предопределено и тем, что очень многие конституционные нормы по своей природе являются учредительно-закрепительными, программными, а поэтому рассматриваемые правоотношения нередко именуют базовыми, исходными, первичными, статусными. Они лежат в основе всех иных отраслевых правоотношений. Очень важно, что именно в рамках общих правоотношений существуют и реализуются основные (естественные) права человека, зафиксированные в основных национальных и международных документах (Всеобщей Декларации Прав Человека, Пакте о гражданских и политических правах и др.).

В условиях построения правового и демократического государства общерегулятивные правоотношения подчеркивают связанность власти правом (ст.7 Конституция Республики Беларусь), показывают, что само государство находится в рамках правоотношений и в качестве их участника несет перед гражданами соответствующие обязанности и ответственность. Несомненно, что признание общих правоотношений как соответствующей юридической категории имеет важное методологическое значение, так как позволяет более глубоко уяснить роль права в жизни общества и многообразные пути его влияния на поведение людей.

По мнению Н.И. Матузова, «специфика общерегулятивных правоотношений заключается в следующем: 1) они возникают главным образом на основе норм Конституции и других правовых актов такого же уровня и значения; 2) носят общий, а не строго индивидуализированный и детализированный характер; 3) являются постоянными или продолжительными, их длительность равна длительности действия самого закона; 4) опосредуют наиболее важные, основополагающие, относительно стабильные отношения; 5) выражают общее правовое положение (статус) субъектов, их взаимные права и обязанности, свободу и ответственность друг перед другом и перед государством; в этом смысле их можно назвать статусными; 6) возникают не из тех или иных юридических фактов, а, как правило, непосредственно из закона, точнее, тех обстоятельств, которые привели к его изданию; 7) будучи исходными, первичными (базовыми), служат предпосылкой для появления и функционирования разнообразных конкретных, частноотраслевых правоотношений [271 , с. 510 ].

Конституционные нормы при их прямом действии могут порождать как общие, так и конкретные правоотношения. Если первые возникают с момента вступления в силу указанных норм и существуют постоянно как правоотношения-состояния (например, состояние в гражданстве), то вторые появляются по поводу конкретных фактов, случаев, споров, притязаний. Они наглядны, очевидны, строго индивидуализированы, а некоторые из них достаточно скоротечны (голосование избирателя на выборах).

Особенность этих отношений состоит в том, что они тесно переплетены с другими правоотношениями, возникающими в процессе реализации норм других отраслей права. Так, в соответствии с Ч.2 ст. 32 Конституции Республики Беларусь женщина и мужчина по достижении брачного возраста имеют право на добровольной основе вступить в брак и создать семью. Однако для реализации этой нормы необходимо развитие конституционно-правовых отношений на отраслевом уровне, причем автоматизм в возникновении брачно-семейных отношений здесь исключается. Для возникновения этих отношений нужны конкретные юридические факты (заключение брака в установленном порядке), с наступлением которых конституционно-правовые отношения дополняются отраслевыми (брачно-семейными).

Для того, чтобы общерегулятивные конституционно-правовые отношения не воспринимались как пустые декларации, механизм их осуществления необходимо постоянно совершенствовать, оснащать реальными условиями и гарантиями, чтобы интересы личности могли быть юридически защищены. Например, ст. 57 Конституции Республики Беларусь говорит об основаниях и условиях освобождения от воинской службы либо замене ее на альтернативную, но в Республики Беларусь до сих пор (2008 г.) не принят закон о порядке прохождения альтернативной службы, что порождает на практике конфликтные ситуации между государством и теми гражданами, которые решили воспользоваться предоставленным им Конституцией правом на прохождение не воинской, а альтернативной службы.

Между общими и конкретными правоотношениями различие обнаруживается и по такому показателю, как форма реализации конституционных норм. Если первые связаны с тремя формами реализации: соблюдением, исполнением и использованием, то вторые – с применением, как особой формой реализации правовых норм. Соответственно, общие конституционные правоотношения носят правообеспечительный и правоохранительный характер, а конкретные конституционные правоотношения – правоприменительный характер.

2.Разграничение общих и конкретных конституционных правоотношений не исчерпывает их многообразия и специфики. Так, в соответствии с особенностями выполняемых конституционными нормами регулятивных функций выделяют учредительные, правоустановительные, охранительные, гарантирующие правоотношения.

Учредительные правоотношения опосредуют основы конституционного строя Беларуси, выражают наиболее значимые социальные связи между субъектами. Они возникают на основе конституционных принципов, статутных, программных и иных норм общерегулятивного характера (статьи: 1-9, 13, 17 Конституции Республики Беларусь и др.).

Правоустановительными являются такие отношения, в которых их субъекты осуществляют свои права и выполняют обязанности, установленные правовой нормой. Это, как правило, конкретные правоотношения, а их целью выступает только реализация участниками субъективных прав и обязанностей (статьи: 84, 85, 97, 98, 99 Конституции Республики Беларусь и др.). Они отражают динамический потенциал Основного Закона.

Охранительные правоотношения не получили широкого распространения в конституционном праве, но их роль велика в обеспечении конституционного правопорядка. Они возникают как следствие неправомерного поведения субъектов, это – своеобразная негативная реакция со стороны государства. Через эти отношения реализуются меры юридической ответственности, меры защиты субъективных прав и законных интересов, превентивные средства государственного принуждения. Например, Конституционный Суд Республики Беларусь в соответствии со ст. 116 Конституции Республики Беларусь вправе признать нормативный правовой акт Правительства Республики Беларусь неконституционным, что означает утрату им юридической силы. На основе этой правовой нормы между указанными субъектами возникло охранительное отношение конкретного характера. Однако правоохранительные отношения могут носить и общий характер, что иллюстрирует ст. 6 Конституции Республики Беларусь, в которой установлен принцип самостоятельного осуществления государственными органами своих полномочий в условиях взаимодействия, сдерживания и уравновешивания друг друга.

Гарантирующие правоотношения можно рассматривать в качестве разновидности конституционных охранительных правоотношений, но специфика их состоит в том, что они опосредуют наиболее высокую ступень охраны и защиты конституционных ценностей, обеспечения правомочий конституционных субъектов. Именно здесь государство выступает главным гарантом прав и свобод человека, ответственным субъектом перед гражданским обществом в целом. С помощью гарантирующих правоотношений государство вовлекается в выполнение взятых на себя обязанностей, что закреплено в соответствующих нормах ( статьи: 2, 8, 10, 13, 15 Конституции Республики Беларусь и др.).

3.Наличие в системе права материальных и процессуальных конституционных норм предполагает возникновение на их основе соответствующих отношений. В материальных правоотношениях реализуется само содержание права и обязанности, а в процессуальных правоотношениях – порядок (процедура) реализации юридических действий субъектов конституционного права. Иначе говоря, если материальные нормы указывают на то, что нужно делать для их осуществления, то процессуальные нормы определяют, каким образом и в каком порядке следует реализовать материальные нормы.

В соответствии с традицией римского права процессуальные нормы рассматривались как дополнение к материальным нормам, и лишь в ХIХ веке процессуальное право признают самостоятельной отраслью права. В конституциях материальные и процессуальные нормы достаточно тесно переплетены, да и конституционные процессуальные отношения не обладают столь высокой степенью завершенности, как это свойственно уголовно-процессуальным и гражданско-процессуальным отношениям.

Материальные конституционно-правовые отношения возникают, например, при реализации норм Конституции Республики Беларусь, определяющих взаимоотношения между Президентом и Правительством. В различного рода регламентах (Палат Парламента, Конституционного Суда и пр.) содержится много процессуальных норм, которые порождают соответствующие отношения.

4.По времени действия конституционно-правовые отношения бывают постоянные (бессрочные) и временные (срочные). Постоянные могут прекратить свое существование в определенных условиях, хотя изначально не ограничены во времени (например, принятие гражданином Республики Беларусь гражданства иностранного государства влечет за собой утрату белорусского гражданства). Временные конституционные правоотношения действуют в течение указанного в норме срока. Они прекращаются после того, как субъекты реализуют предписанные для них права и обязанности. Таковы правоотношения, возникающие в процессе реализации норм Избирательного кодекса Республики Беларусь при проведении выборов и референдумов.

5.По способу индивидуализации субъектов и степени их конкретизации конституционно-правовые отношения делятся на абсолютные и относительные.

Например, ст. 13 Конституции Республики Беларусь говорит о том, что государство предоставляет всем равные права для осуществления хозяйственной и иной деятельности, и гарантирует равную защиту и равные условия для развития всех форм собственности. А это означает, в свою очередь, что собственнику имущества «противостоят» все те, кто с ним соприкасается или может соприкоснуться, и которые обязаны уважать его право собственности, не чинить никаких препятствий его реализации. В конституционном праве обязанными в абсолютных отношениях выступают все другие лица, которых чаще всего именуют через обозначения «всякий», «каждый».

В относительных правоотношениях четко определены все их участники, как управомоченные, так и обязанные лица, что называется «поименно». Причем количество участников (два и более) не меняет сути этих отношений: каждому праву одного субъекта соответствует обязанность другого субъекта, заранее известного. Такое правоотношение складывается, например, в соответствии со ст. 130 Конституции Республики Беларусь: «Председатель Комитета государственного контроля назначается Президентом».

6.Конституционные правоотношения бывают активного и пассивного типа. Первые складываются на основе обязывающих норм и для своего существования требуют от субъектов совершения определенных действий, без которых интересы управомоченного не могут быть удовлетворены. Примером может служить правоотношение, складывающееся на основе ст. 62 Конституции Республики Беларусь, которая гласит: «В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается за счет государственных средств».

Отношения пассивного типа характеризуются тем, что определенные положительные действия совершаются уполномоченным лицом, а на обязанное лицо возлагается обязанность воздержаться от тех или иных поступков. Такие правоотношения возникают в соответствии со ст. 33 Конституции Республики Беларусь: «Каждому гарантируется свобода мнений, убеждений и их свободное выражение. Никто не может быть принужден к выражению своих убеждений или отказу от них». Здесь интересы каждого удовлетворяются его собственными действиями, обязанность же иных лиц – воздержаться от возможного нарушения предоставленного «каждому» такого права.

7.По форме конституционно-правовые отношения подразделяются на правоотношения в собственном смысле и правовые состояния. В первых четко определены права и обязанности субъектов (гражданин обращается с обращением в государственный орган), а в правовых состояниях юридический статус субъектов устанавливается многочисленными нормами, причем права и обязанности носят менее определенный характер (в этом их определенное сходство с общерегулятивными правоотношениями). Например, это состояние в гражданстве Республики Беларусь, что является важнейшим элементом конституционно-правового статуса гражданина.

Конституционно-правовые отношения могут различаться и по иным основаниям в зависимости от того, какой критерий положен в классификационную схему. Можно говорить о сложных и простых, вертикальных и горизонтальных конституционных правоотношениях, разграничивать их по субъекту и объекту и т.п. Изучение видов конституционных правоотношений представляет значительный научный и практический интерес, поскольку позволяет увидеть все многообразие и специфику предметного состава конституционно- правового регулирования.

 

5. Содержание конституционно-правовых отношений

 

В правовом отношении принято различать материальное, волевое и юридическое содержание. Как считает Н.И. Матузов, «материальное, или фактическое, составляют те общественные отношения, которые опосредуются правом; волевое – государственная воля, воплощенная в правовой норме и в венные отношения, которые опосредуются правом; волевое - государственная воля, воплощенная в правовой норме и в возникшем на ее основе правоотношении, а также волевые акты его участников; юридическое содержание образуют субъективные права и обязанности сторон (субъектов) правоотношения» [271, с. 490]. Остановимся подробно на юридическом содержании, поскольку через него достигается цель обеспечения удовлетворения законных интересов субъектов права в конституционной сфере.

Под субъективным юридическим правом понимается предоставляемая и охраняемая государством мера возможного (дозволенного) поведения лица по удовлетворению своих законных интересов, предусмотренных объективным правом. В отличие от объективного права, представляющего собой систему существующих норм, субъективное право принадлежит конкретному субъекту и реализуется не иначе, как только по усмотрению этого лица, но не произвольно, а в рамках действующих юридических норм.

Как указывают украинские ученые Н.Г. Диденко и В.Н. Селиванов, «субъективные права являются юридической границей индивидуальной свободы личности и ее воли.

Не случайно поиск правового значения законодательного акта осуществляется многими представителями философии и теории права в сфере определения четких границ поведения человека, которые он не должен преступать в свободном использовании своих потенциальных возможностей» [74, с. 12]. О проблеме соотношения свободы, закона и субъективного права писали такие выдающиеся мыслители , как Т. Гоббс «Левиафан», Ж.-Ж. Руссо «Об общественном договоре», И. Кант «Метафизика нравов», Г.-В.-Ф. Гегель «Философия права», А. Токвилль «Демократия в Америке» и др.

Под юридической обязанностью понимается предусмотренная юридическими нормами (т.е. объективным правом) необходимость должного поведения одного субъекта в интересах другого, управомоченного лица.Иными словами, это требуемый законом вид поведения обязанного лица.

Общетеоретические конструкции приложимы в сфере конституционного права. Отметим главное. Субъективные юридические обязанности, как и субъективные юридические права, строго персонифицированы. Они адресуются не абстрактным лицам, а возлагаются на конкретных участников реальных правоотношений. Юридическое содержание проявляется не просто в наличии у субъектов соответствующих прав и обязанностей, а в их тесной связи между собой.

Таким образом, субъективное конституционное право следует определить как гарантируемые юридическими нормами вид и меру возможного или дозволенного поведения, а субъективную конституционную обязанность - как вид и меру должного или требуемого поведения. В основе субъективного конституционного права лежит юридически обеспеченная возможность, а в основе субъективной конституционной обязанности – юридически закрепленная необходимость. Носитель возможности называется управомоченным, носитель обязанности – правообязанным. Первый может совершать определенные действия, а второй – обязан их исполнять.

Управомоченный и правообязанный выступают своеобразными полюсами конституционного правоотношения как взаимной юридической связи. Как отмечал русский дореволюционный юрист Н.М. Коркунов, «право непременно предполагает соответствующую обязанность. Если ее нет, то будет простое дозволение, а не правомочие. Но обязанность может иногда существовать и без соответствующего ей правомочия. Это бывает в тех случаях, когда интерес, составляющий содержание соответствующего права, еще только нарождается или прекратился только временно. Так обязанности не вредить жизни утробного младенца нет соответствующего права, так как зародыш, находящийся еще в утробе матери, не может быть еще субъектом прав. Обязанность тут установлена в ожидании права на охрану жизни имеющего родиться ребенка» [284 , с. 775]. Итак, правомочие следует определять как возможность осуществления интереса, прямо обусловленную соответствующей обязанностью.

Поскольку субъективное конституционное право есть определенная правовая возможность, она представлена соответствующими правомочиями, т.е. своеобразными элементами структуры субъективного конституционного права.

Структура субъективного конституционного права включает в себя четыре элемента:

1) право на собственные действия (гражданину участвовать в выборах);

2) право на чужие действия, т.е. возможность требовать соответствующего поведения от обязанного лица ( на обращение гражданина ответ должен быть дан в письменной форме);

3) возможность прибегнуть к помощи государства (государственному принуждению) в случае неисполнения обязанной стороной должных действий в отношении управомоченного лица (в случае нарушения избирательного законодательства кандидат в депутаты вправе обжаловать действия избирательной комиссии в суд);

4) возможность пользоваться на основе данного права определенным социальным благом (кандидат в депутаты имеет особый доступ на радио и телевидение для предвыборной аудитории) .

В науке конституционного права актуальной проблемой является соотношение категорий «субъективное право» и «законный интерес». Они выступают определенными уровнями правового обеспечения стремлений личности, находясь между собой в тесной связи и взаимодействии. Вместе с тем это разные юридические инструменты, которые необходимо различать как в теории, так и на практике. Выработка четких критериев разграничения субъективных прав и законных интересов способствует более полной реализации потребностей и запросов граждан, особенно при решении вопросов правовой охраны и судебной защиты.

В литературе наиболее детально анализ данной проблемы представлен российским правоведом А.В. Малько [121 , с. 36-40]. Общие черты между этими категориями он усматривает в том, что они:

- обусловлены материальными и духовными условиями жизни общества;

- содействуют развитию и совершенствованию социальных связей, фиксируя в себе определенное сочетание личных и общественных интересов;

- несут регулятивную нагрузку;

-предполагают удовлетворение собственных интересов личности, выступая своеобразными юридическими средствами (инструментами) реализации данных интересов, способами их правового оформления;

- имеют диспозитивный характер;

- выступают в качестве самостоятельных элементов правового статуса личности;

- представляют собой юридические дозволения;

- их осуществление связывается в основном с такой формой реализации права, как использование;

- являются объектами правовой охраны и защиты, гарантируются государством;

- определяют собой своего рода меру поведения, специфический критерий законных деяний.

Как видно, вышеназванные черты действительно говорят о схожести правовых категорий, но наряду с общими чертами А.В. Малько усматривает определенные различия:

- субъективное право обеспечено конкретной юридической обязанностью других лиц, а законный интерес имеет характер правового стремления и отражает лишь разрешенность действий, не более того;

- субъективное право позволяет лицу пользоваться благом в границах, установленных законом, а законный интерес не предполагает четких границ дозволенного поведения (вида и меры) и возможности требования определенных действий от других лиц;

- элементы содержания законного интереса носят характер стремлений, а не твердо гарантированный характер возможностей. Отсюда связь законного интереса с благом, а также с его защитой более отдаленна, чем это наблюдается у субъективного права.

Таким образом, законный интерес в отличие от субъективного права есть простая правовая дозволенность, имеющая характер стремления, в которой отсутствует указание действовать строго зафиксированным в законе образом и требовать соответствующего поведения от других лиц и которая не обеспечена конкретной юридической обязанностью. Можно сказать, что субъективное право отличается от законного интереса возможностью потребовать, т.е. своеобразной властью, присущей управомоченному лицу.

Обратной стороной субъективного конституционного права является субъективная конституционная обязанность, которая также включает в себя четыре компонента:

1) необходимость воздержаться от совершения определенных действий (противодействовать оказанию правовой помощи);

2) необходимость совершать активные действия в отношении управомоченных субъектов ( государственные органы, должностные лица, общественные объединения обязаны предоставить возможность гражданину Республики Беларусь ознакомиться с материалами, которые затрагивают его права и законные интересы);

3) необходимость претерпевать негативные последствия, нести ответственность за совершение неправомерных действий (заведомо неправильный подсчет голосов на выборах или референдуме влечет уголовную ответственность);

4) необходимость совершать определенные действия безотносительно какого-либо управомоченного субъекта (по достижении определенного возраста произвести обмен документов).

Можно сказать, что слагаемые юридической обязанности – это своего рода отдельные долженствования – наподобие правомочий в субъективном юридическом праве. Юридические обязанности, как видно, устанавливаются как в интересах управомоченных лиц, так общества и государства в целом.

Большинство конституционно-правовых отношений таково, что каждый из субъектов одновременно обладает правами и обязанностями, т.е. стороны взаимно управомочены и правообязаны, а их права и обязанности обеспечиваются и реализуются друг через друга. Н.И. Матузов объясняет это тем [271 , с. 493], что такая корреляция заложена уже в правовой норме, которая носит предоставительно-обязывающий характер, и особо отмечает, что юридическим содержанием правоотношений являются не сами реальные действия сторон, а лишь соответственно возможные и должные, т.е. предусмотренные законом.

В этой связи ценно замечание российского ученого Ю.И. Гревцова, который пишет следующее: «С установлением юридического отношения его сторонами реализация права не заканчивается, а только начинается. Между установлением юридического отношения и достижением в его рамках желаемого и законного результата обычно пролегает достаточно трудный и долгий путь» [146 , с. 415]. Иными словами, только активные действия субъектов правоотношений могут привести к полноценной и надлежащей реализации содержания правового отношения.

При определении юридического содержания конституционных правоотношений важное значение имеет разграничение общих и конкретных конституционных правоотношений. Дело в том, что юридическое содержание общих конституционных правоотношений проявляется через конституционный статус, конституционное состояние их участников, и поэтому здесь может и не быть поименной индивидуализации субъектов. В то время как в конкретных конституционных правоотношениях субъективное право представлено в обычном виде – как допустимая и гарантированная Основным Законом возможность определенного поведения лица, наделенного этим правом, а субъективная обязанность выступает как установленная конституционными нормами необходимость действий лица, на которое данная обязанность возложена.

Таким образом, юридическое содержание конституционного правоотношения представляет единство субъективных прав и обязанностей, оказывающих активное влияние на поведение участников этого отношения. Оно служит правовым средством обеспечения материального (фактического) содержания, но притязания участников конституционных правоотношений возможных лишь в пределах установленной меры поведения.

 







ЧТО ПРОИСХОДИТ ВО ВЗРОСЛОЙ ЖИЗНИ? Если вы все еще «неправильно» связаны с матерью, вы избегаете отделения и независимого взрослого существования...

Что будет с Землей, если ось ее сместится на 6666 км? Что будет с Землей? - задался я вопросом...

ЧТО ПРОИСХОДИТ, КОГДА МЫ ССОРИМСЯ Не понимая различий, существующих между мужчинами и женщинами, очень легко довести дело до ссоры...

Что вызывает тренды на фондовых и товарных рынках Объяснение теории грузового поезда Первые 17 лет моих рыночных исследований сводились к попыткам вычис­лить, когда этот...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2023 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.