Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Сентябрь 1894 года. Из писем Аликс





 

Мой родной, драгоценный, дорогой Ники.

Думаю, что тебе следует наградить меня медалью в честь моего юбилейного сотого послания; поторопись со своими письмами, чтобы догнать меня... Я надеюсь, что позднее придет письмо от тебя, так как ты знаешь, что я жадная – мне их никогда не хватает. Когда ты получишь это письмо, то, пожалуйста, свяжи первые 100 писем вместе. Интересно, сколько еще сотен я должна буду написать, пока мы не будем вместе в нашем маленьком домике...

Ты можешь представить, как много сегодня я думаю обо всех вас и твоем дорогом отце. Я знаю, как серьезно ты должен сейчас молиться. Да благословит его Бог и хранит от всех напастей и даст силы, которые ему сейчас так нужны.

Великолепное утро, Алиса уехала кататься верхом, Эрни пишет, остальные гуляют. Я на диване, в новом легком розовом платье; через широко открытое окно светит солнце. Плещет фонтан, щебечут птицы, воздух свежий – обычное осеннее утро, но все так радуются солнцу после этих дождей... Как бы я хотела, чтобы ты сейчас сидел рядом со мной в моей маленькой комнате. Так одиноко без тебя... вдали кашляет старый садовник, очищал граблями дорогу. Вот бы ты соскользнул ко мне с этого солнечного луча...

 

Сентябрь 1894 года. Из писем Николая

 

Мое дорогое Солнышко.

Мне не хватает слов, милая, чтобы достаточно отблагодарить тебя за те два прелестных письма, которые как раз сейчас пришли. Как прекрасно ты украсила свое письмо № 100 – надо же, сколько их уже, и горе мне, я так отстал. О! Девочка моя, как хорошо, что ты так много написала своему мальчику, который чувствует гораздо сильнее, чем может выразить. Я прихожу в такое волнение, когда мне приносят твои письма, и не знаю, чего бы только не отдал, чтобы полететь к тебе и покрыть жадными, горячими и любящими поцелуями твое милое лицо. Нет, Алики, я не могу выразить, как ты мне нужна и как я жажду, чтобы мы скорее были вместе.



...Я передал Папе твои приветы и твои пожелания и сказал ему, что ты усердно молилась за него в день его именин. Он был тронут этим, и он всегда говорит мне о тебе что-нибудь приятное, это греет мое сердце – ты не знаешь, как он тебя любит, он, который никогда не говорит о своих чувствах. Это меня безумно радует, милая. Но этой ночью он снова не спал и выглядит так плохо – мне больно видеть его в таком состоянии! Он начинает нервничать из-за своей слабости, но все же не слушает советы докторов. Что в таком случае можно сделать?..

О Алики, Алики моя, я знаю, что твое любящее сердце почувствует и поймет, как кровоточит мое! Я думаю, что я действительно сойду с ума с этими мыслями в голове, которые не оставляют меня ни на мгновение, с желанием видеть его снова здоровым, сильным и веселым и с ужасным желанием, от которого я умираю, приехать к тебе и снова сжать тебя в объятиях. Скоро будет два месяца, как мы расстались, и я не очень представляю, когда мы сможем встретиться. Это тяжело, но единственный способ преодолеть это – это молиться и просить Господа быть к нам милосердным, и да будет Его воля! Он лучше знает, что для нас хорошо, и я думаю, это такое блаженство – полностью отдаться Его воле со всеми своими печалями и радостями, чтобы Он вел нас по правильному пути...

...Алики, дорогая, любимая, я только что спросил Папу, захочет ли он, чтобы я ехал с ними в Крым, и он ответил: „Нет“, так как уверен, что кто-то меня ждет в Дармштадте. Итак! Радость! Меньше, чем через неделю я буду с тобой, моя родная девочка. Сейчас я действительно сойду с ума от счастья; блаженство снова увидеть, быть с тобой рядом, говорить с тобой, целовать тебя, мое милое маленькое Солнышко!

Много нежных поцелуев в твой дорогой лобик, и остаюсь, обожаемое Солнышко, твой вечно любящий, преданный, верный и счастливейший, твой нареченный.

...Я всегда перечитываю твои письма с новым наслаждением, и с какой радостью я слушаю твой милый голос, говорящий со мной. Только ты, только тебя я так глубоко и сильно люблю, о тебе мечтаю многие годы. О, быть любимым таким ангелом – это слишком божественно! Подумать только, ты ведь могла выбрать любого, кто бы тебе понравился, гораздо более достойного тебя, чем я – и душой, и телом. Почему же ты так долго ждешь своего любимого?

Моя дорогая невестушка, моя Алики. Может быть, я скоро действительно помешаюсь, потому что я сейчас воспринимаю только одну мысль и только одно слово: „Аликс“. Это для меня все твое имя стало символом всего хорошего, светлого, солнечного, любящего. Как будто внутри меня какой-то код – внутренний голос на все отзывается: „Аликс“. О, как я люблю эти пять букв и как я люблю громко повторять их для себя. Еще четыре дня, а потом! Нет, не верится, что мы встретимся снова. Какая радость и несказанное счастье!

Да благословит тебя Бог, мое драгоценное Солнышко. С нежнейшими поцелуями твой вечно любящий и верно преданный,

Ники

Я люблю тебя, я люблю тебя, это все, что я могу сказать!..

 

В конце сентября 1894 года Николай Александрович послал телеграмму, в которой сообщал Аликс, что из-за болезни отца все-таки должен ехать со своей семьей в Крым. Встреча, таким образом, откладывалась.

 

Сентябрь 1894 года. Из письма Аликс

 

Мой родной, бесценный.

Не могу тебе описать, в каком я состоянии. Я слишком несчастна, чтобы передать это словами. Каким ударом была для меня эта телеграмма, а для всех остальных – холодным душем. Когда я ее прочитала, я могла только смеяться, болтать и играть на пианино, как сумасшедшая, но когда я осталась одна в темноте в своей постели, дала себе волю, и слезы потекли ручьями. Я могу только тихо смеяться... Нет, это слишком тяжело – действительно, никогда ничего нельзя предвкушать в этом мире, так быстро разочаровываешься. Мы были слишком переполнены нашим счастьем, и Господь Бог решил нас испытать... А как ты должен себя чувствовать – о, если бы только пришло твое письмо с объяснениями, а то я так нервничаю в неведении! Может быть, ты не захотел, чтобы Папа отправился в одиночестве... Такое испытание: быть так близко и вдруг ускользнуть от своего маленького Солнышка... Здесь все тоже расстроились, так как с радостью ожидали твоего приезда, – все, вплоть до поваров. Но зачем я говорю это тебе и только расстраиваю тебя, ведь это случилось не по твоей вине. Я уверена, что бы там ни было, ты действовал правильно, только я сейчас не знаю, что думать и на что надеяться, боясь новых разочарований...

Молись Богу, дорогой. Он – единственное для нас утешение. Лучший способ перенести наше горе – это утешать другие измученные души. Не думать о себе, а постоянно чем-то заниматься, читать и думать о других – это помогает в подавленном состоянии. Вспомним о нашем Господе Иисусе Христе, о том, как Он страдал, чтобы спасти нас, и тогда наш крест не так тяжело будет нести. „На каждом кресте своя надпись“. Я думаю, что наша – это терпение.

Да благословит тебя Бог, мое родное сокровище. Самые нежные поцелуи.

Аликс

С любовью поцелуй за свою невесту своего дорогого отца. „Выполняй свой долг, это самое лучшее, остальное предоставь Богу“.

 

Царь Александр III, отец Николая Александровича, умер через месяц после того, как было написано это письмо, в окружении своей семьи и Аликс, которая прибыла за несколько дней до этого. Рядом с ними в этот тяжелый день находился святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. На следующий день Аликс была принята в лоно Православной Церкви с наречением имени Александра.

За полгода помолвки Аликс написала Николаю 133 письма, а жених невесте – 127 писем. Бракосочетание восшедшего на престол Николая Александровича и Александры состоялось 27 ноября 1894 года. После свадьбы Александра Феодоровна записала в дневнике мужа:

„Я никогда не верила, что в мире может быть такое полное счастье – такое чувство общности между двумя смертными. Больше не будет разлук. Соединившись наконец, мы связаны на всю жизнь, а когда эта жизнь закончится, мы встретимся снова в другом мире и навечно останемся вместе“.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.