Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Социально-психологическая структура семьи.





Раздел включает результаты обработки анкеты «Семейные отношения» у 174 матерей и 143 отцов детей с неврозами и 102 матерей и 76 отцов в норме. Помимо этого, использованы выборочные данные вопросника PARI и результаты исследования семьи на гомеостате. Приводятся достоверные различия, а также корреляции на ЭВМ при значении Q>0,5.

Удовлетворенность работой не имеет различий в обеих группах родителей. Чем меньше удовлетворены матери девочек с неврозами работой, тем более активно они стремятся доминировать в семье и воспитании.

Больше внимания на проблемы, связанные с семьей, обращают родители девочек с неврозами, отражая психологически сложную структуру семейных отношений.

Меньше всего времени в семье, по собственной оценке, проводят отцы детей с неврозами, что создает большую психологическую и физическую нагрузку у работающих матерей. Время, проводимое в семье, коррелирует у обоих родителей с временем, уделяемым ребенку, и доминированием в вопросах воспитания. Соответственно, отцы, мало бывающие дома, почти никогда не доминируют в вопросах воспитания.

Согласно вопроснику PARI (матери), забота о семье не имеет различий с нормой. В семьях девочек забота у матерей, в отличие от нормы, повышается по мере увеличения возраста детей. При неврозах она наибольшая при обсессивном неврозе, что сопровождается выраженной тревожностью. В то же время именно у матерей детей с этим диагнозом проявляется отрицательное, в отличие от нормы, отношение к семейной роли в целом и выполнению роли только хозяйки дома. Но и при остальных неврозах заметно увеличение с возрастом матерей негативного отношения к семейной роли, особенно выраженное после 40 лет по сравнению с возрастом 30—35 лет. Это результат действия многих факторов, в том числе уже упоминавшихся: гиперсоциальной направленности личности, ориентации на профессиональную деятельность, недостаточной роли отца в семье, нарастающего нервно-психического напряжения у матери, хронической усталости и постоянного чувства неудовлетворенности.



Рассмотрим характер группового взаимодействия в семье. При опросе 34 матерей и 29 отцов о том, подключение какого члена семьи к общению в той или иной семейной паре вызывает нарастание аффективной напряженности, мать (достоверно) и отец (тенденция) отметили друг друга, а не себя или ребенка. В какой-то мере это указывает на раздражение, конфликт и неприятие, более выраженное у матерей в отношении отцов.

Исследование характера взаимодействия в семейных диадах (родители между собой и с ребенком) и семье в целом проводилось на гомеостате конструкции Е. Я. Семенюка. В 101 семье детей с неврозами и 30 семьях в норме от испытуемых требовалось совместными усилиями привести стрелку прибора в среднее положение. Задаваемый режим работы прибора мог быть различным — от легкого до сложного, трудновыполнимого. В семьях при неврозах у детей по сравнению с семьями в норме взаимодействие в парах и в целом менее успешно и продуктивно. Много лишних движений, избыточного напряжения, импульсивности и непоследовательности, что осложняет тактику взаимодействия. Более часто встречается и отказ от группового сотрудничества при ригидной ориентации на свою точку зрения. Меньшая согласованность в совместных действиях и их разный, нередко взаимоисключающий, характер особенно заметны в парах «родитель — ребенок». Это не столько взаимодействие, сколько единодействие, поскольку родители, во всяком случае вначале, «давят» на ребенка, навязывая руководство, а не пытаясь найти общий, совместный режим действий. В результате взаимодействие родителей с детьми достоверно менее продуктивно, чем в норме. Приведенные данные указывают на проблемы межличностных отношений в семье, недостаточную интеграцию ее как группы, развитие в ней коллективных начал. В норме взаимодействие в семье более успешно и последовательно и сопровождается большей согласованностью при решении общих задач. Нет излишнего напряжения, партнеры более гибки (ситуативны) и определенны в выборе оптимального режима взаимодействия.

Доминирование в семейных отношениях — одна из наиболее существенных социально-психологических характеристик семьи как разновидности малой группы. От патриархального (мужского) типа доминирования в семье произошел переход в 50—60-е годы нашего столетия к матриархальному (женскому) типу. В немалой степени это было обусловлено возрастающей ролью женщин в тех видах профессиональной деятельности, которые ранее считались привилегией мужчин. Неизбежным следствием этого процесса стало снижение рождаемости, упавшей в больших городах до 1 ребенка в семье, и увеличение разводов по инициативе женщин. С начала 80-х годов наблюдается тенденция к уменьшению доминирования женщин в семье и увеличению количества детей ближе к 2. В южных республиках, где среднее число детей и раньше было больше 2, в семье почти всегда доминирует отец и, соответственно, меньшая статистика разводов.

Для изучения проблемы доминирования количество семей в норме было увеличено до 150 у матерей и 80 — у отцов. По результатам опроса матерей детей с неврозами и в норме различия в доминировании отсутствуют. В обеих группах семей преобладающая точка зрения на решение семейных вопросов принадлежит, в среднем, каждой второй матери. Отрицание доминирования (в том числе и «трудно сказать» — в анкете) идет на втором месте и на третьем — матери считают доминирующим отца. Отцы считают себя доминирующими как при неврозах, так и в норме, в среднем, в каждой пятой семье, т. е. достоверно реже, чем матери. В обеих группах семей доминирование матерей признается более частым, чем собственное, но отцы детей с неврозами достоверно чаще, чем отцы в норме, отрицают доминирование с чьей-либо стороны.

При изучении взаимодействия родителей на гомеостате они не могут договориться о совместных действиях для приведения стрелки прибора в среднее положение. Каждый предпочитает действовать по-своему, индивидуально, что затрудняет достижение общей цели. В норме родители лучше прогнозируют действия друг друга и распределяют функции. При взаимодействии относительно чаще, чем при неврозах, доминируют отцы, т. е. матери более уступчивы, и, наоборот, отцы действуют сообща при доминировании матери. Поэтому супружеская диада действует более успешно. При неврозах неудача в доминировании с одним партнером вызывает стремление к компенсаторному доминированию с другим, особенно в условиях задаваемого сложного режима взаимодействия. Так, если мать не может доминировать во взаимодействии с отцом, то она пытается сделать это в отношении ребенка.

На вопрос о предпочтении точки зрения одного из родителей матери и отцы детей с неврозами достоверно чаще, чем в норме, хотели бы иметь ведущей свою точку зрения, проявляя этим конфликтное восприятие семейных отношений и эгоцентризм. Соответственно, уменьшается доля ожидаемых паритетных отношений в семье.

Достоверно чаще матери доминируют при обсессивном неврозе у детей (отцы, соответственно, реже) по сравнению с другими неврозами, в чем находят выражение гиперсоциальные и нередко доминантные черты их характера. При этом диагнозе достоверные различия отмечаются и с нормой, что подтверждает и вопросник PARI.

Доминирование в начале брака сохраняется и в дальнейшем. В семьях девочек доминирование отрицательно коррелирует со сходством характера родителей, т. е. чем оно меньше, тем более выражено доминирование, и наоборот. В норме подобная зависимость отсутствует. При проживании в семье бабушек и дедушек доминирование матерей имеет тенденцию к уменьшению в результате диктата бабушки по линии матери; в норме тенденция имеет противоположный характер.

При опросе детей с неврозами о том, кого они считают главным в семье, включая себя, девочки отдают предпочтение матери: у мальчиков-дошкольников преобладает отец; у школьников — паритетность в отношениях. В единичных случаях дети 3 лет считают главным себя, демонстрируя заостренную потребность в признании и самоутверждении. Стремление у дошкольников считать главным в семье родителя того же пола закономерно отражает потребность в полоролевой идентификации с ним. У школьников мальчики, как и отцы, предпочитают паритетные отношения в семье, в то время как девочки подчеркивают доминирование матери.

Изучение структуры доминирования в прародительских семьях при неврозах и в норме показало его равное преобладание со стороны бабушки по материнской линии в обеих группах семей. По отцовской линии доминирование бабушки отмечается достоверно чаще при неврозах, подчеркивая ее большую роль в воспитании мальчиков.

Доминирование матерей увеличивается в возрастной группе после 40 лет по сравнению с 20—30 годами, т. е. структура семьи приобретает все более односторонний, иерархизированный характер. Следует отметить известную обусловленность доминирования матерей болезнью ребенка, его невротическим состоянием. По мере его выздоровления (повторные замеры на гомеостате) доминирование матери имеет тенденцию к уменьшению, в то время как возрастает доминирование отцов.

Рассмотрим зависимость доминирования от количества детей в семье и их пола. При единственном ребенке — девочке — матери считают себя более (а отца — менее) часто доминирующими, чем при наличии мальчика, когда имеет место противоположная тенденция. Сами отцы также более часто определяют доминирование матери при наличии девочки, но свое доминирование они расценивают без различий в обеих семьях. При 2 дочерях доминирование матери становится еще более выраженным, и она никогда не считает доминирующим отца. Доминирование последнего более выражено (но во всех случаях достоверно меньше доминирования матери) при 2 сыновьях. Таким образом, при детях того же пола, особенно 2, родители более склонны считать себя доминирующими в семье (и, соответственно, — в воспитании), поскольку супружеское доминирование и доминирование в воспитании взаимосвязаны. При 2 детях разного пола мать доминирует реже, чем при единственном ребенке и детях одного пола; отцы, наоборот, доминируют чаще, но только в семьях, где болен неврозом сын и здорова дочь (тенденция).

Лежащая в основе большинства случаев доминирования доминантность связана (коэффициент корреляции Q) с твердостью характера и ригидностью мышления.

Особое значение приобретает доминирование в вопросах воспитания. У матерей нет отличий в частоте доминирования с нормой. Различия в основном носят качественный характер. Так, при неврозах у детей матери более строги к ним (у мальчиков — достоверно), если доминируют в семье, в норме — обратное соотношение. Доминирующие матери чаще (тенденция) определяют свои отношения с детьми как конфликтные, и опять же в большей степени это заметно в отношении мальчиков. Колее часто доминирование матерей в воспитании проявляется у детей с обсессивным неврозом.

Отцы в норме на первое место ставят отсутствие доминирования в воспитании, затем в равной степени считают доминирующими в нем себя и мать. При неврозах на первое место выдвигается доминирование матери, затем его отсутствие и на последнем — доминирование себя. В итоге, отцы при неврозах по сравнению с нормой достоверно реже считают доминирующим в воспитании себя и достоверно чаще — мать, подчеркивая этим преобладание материнского влияния на детей.

По данным корреляционного анализа, одностороннее доминирование в воспитании со стороны одного из родителей, особенно матери, уменьшает общительность мальчиков. Объяснить это можно подменой матерью общения со сверстниками.

Изученный эффект доминирования позволяет понять и такой характерный феномен, как инверсия семейных ролей, когда доминирующая в семье и ориентированная на работу мать заменяет ряд мужских, еще в достаточной степени традиционных, функций. Эти же матери склонны к жесткому предопределению круга общения детей и более частым физическим наказаниям, особенно мальчиков. В немалой степени это — следствие наличия у матери гиперсоциальной направленности личности, максимально представленной при обсессивном неврозе у детей. Нередко мать не хочет, но вынуждена доминировать, чтобы обеспечить стабильность семьи, а отцы хотят доминировать, но не могут вследствие своего мягкого характера, мнительности или недостаточного времени, проводимого в семье. При проживании в семье родителей мужа или жены обстановка в плане доминирования становится еще более сложной. Тогда доминирующим лицом чаще оказывается бабушка по материнской линии или дедушка по отцовской. Бабушка заменяет многие функции матери, которая, в свою очередь, замещает некоторые функции отца. Последний обеспечивает недостающие тепло и любовь к детям или вступает в конфликт с матерью и бабушкой за свое право активно участвовать в жизни семьи. В ряде случаев он как «третий лишний» уходит из семьи, поскольку образующаяся психологическая структура «псевдосемьи» лишает его чувства компетентности в семейных отношениях и воспитании детей и, соответственно, уменьшает чувство принадлежности к семье.

Конфликт в семье.

Конфликт между родителями. Конфликт понимается как столкновение разнонаправленных интересов или мотиваций у его участников (Coser L., 1956). Конфликты в семье отражают многообразные процессы социально-экономического развития общества (Харчев А. Г., 1964; Чечот Д. М., 1973; Соловьев Н. Я., 1977; Харчев А. Г., Мацковский М. С, 1978). Предложена содержательная классификация семейных конфликтов на почве неудовлетворенных потребностей (Сысенко В. А., 1981, 1983).

Одной из причин расстроенных супружеских отношений может быть дисгармоническое дополнение потребностей партнеров, в том числе невротических (Ackerman N. W., 1958). При неврозах выделяются взаимоотношения в браке по типу соперничества, псевдосотрудничества и изоляции (Мишина Т. М., 1978). Подчеркивается, что невротические субъекты менее устойчивы по отношению к возможным сложностям в семье, труднее адаптируются к новой ситуации в связи с браком. При возникновении конфликта он носит затяжной характер и представляется неразрешимым его участникам. В свою очередь, он и сам по себе является наиболее частым источником невротизации, по крайней мере у женщин (Мягер В. К., 1979). В конфликтных семейных парах, как правило, меньшее сходство по личностным профилям (Обозов Н. Н., 1979; Cattell R., 1973). Отдельные черты — «застревание на препятствиях» и доминантность — могут быть общими у обоих партнеров (Мишина Т. М., 1978; Мохина И. В., 1978). Содержательный анализ конфликтных отношений — одно из условий успешности семейной консультации и психотерапии (Столин В. В., 1982).

Первое, что обращает на себя внимание, — это сравнительно небольшая разница в возрасте родителей — 2,6 лет, еще более уменьшающаяся в последние годы. Это указывает на высокую потребность в установлении дружеских, непосредственных отношений в начале брака, но этот же фактор облегчает в дальнейшем доминирование матери в семье. В первый период после заключения брака заметна идеализация партнера, в немалой степени обусловленная предшествующими проблемами отношений в родительской семье, неудовлетворенностью ими в целом, причем каждый из супругов видит в другом прежде всего образ своего «я», персонифицируя его по типу своих предшествующих родительских отношений. Нередко жена неосознанно отождествляет мужа со своим отцом, что встречается и в норме, но при неврозах она в большей ступени стремится восполнить нереализованный эмоциональный контакт в детстве, подобно тому как муж может ассоциировать жену со своей матерью, ожидая повышенной любви и заботы к себе. Подобные персонификации создают аффективную напряженность в браке и, наряду с другими факторами, способствуют появлению напряженности в отношениях под влиянием реальных жизненных обстоятельств и рождения детей. Возникающий кризис в отношениях родителей не преодолевается, как и личностный кризис, конструктивным образом, а находит свою реактивную компенсацию в конфликтных отношениях с детьми. Перейдем к анализу статистического материала о конфликте между родителями.

К большинстве случаев конфликт начинается после рождения ребенка, в возрасте 2—4 лет — по оценке матерей и 3—5 лет — по оценке отцов. Матери, следовательно, более чувствительны к конфликту в семье и раньше определяют его в отношениях с отцом, в то время как он продолжает считать их бесконфликтными.

Конфликт чаще всего не имеет преобладания в сфере супружеских или родительских (связанных с воспитанием) отношений, т. е. является смешанным. На втором месте он детерминирован только супружескими отношениями и на третьем — только вопросами воспитания.

Источники конфликтных напряжений рассмотрены при интервью по следующим параметрам: излишняя требовательность, придирчивость; невнимание; подавление, диктат; неуступчивость; особенности характера; различный подход к интимным отношениям; недостаточное участие в жизни семьи; поведение: грубость, алкоголизм. На первом месте конфликт мотивируется особенностями характера друг друга; на втором — у матерей невниманием супруга, у отцов — неуступчивостью супруги; на третьем — у матерей также неуступчивостью, но уже супруга, у отцов — излишней требовательностью, придирчивостью супруги. Неуступчивость означает недостаточную гибкость взаимодействия родителей, отсутствие компромиссов в решении спорных вопросов.

При конфликте родители достоверно чаще указывают на несходство характеров друг друга. У отцов девочек это выражено на уровне тенденции. В целом в изученных семьях несходство характеров отмечается 75% матерей и 68% отцов детей с неврозами. У матерей это достоверно превышает аналогичный показатель в норме в семьях как мальчиков, так и девочек, у мальчиков оно выше. У отцов достоверные различия с нормой обнаружены только в семьях мальчиков. Можно отметить большую значимость проблемы «сходства — несходства» характеров для родителей в семьях мальчиков. «Сходство характеров», по данным корреляционного анализа, связано с удовлетворенностью отношениями и взаимопониманием между родителями, общностью их взглядов на воспитание детей. Сходство характеров является, таким образом, позитивным фактором в установлении бесконфликтных отношений в семье. Поскольку в изучаемых семьях преобладает несходство характеров, то существует, соответственно, и более низкий уровень удовлетворенности отношениями и взаимопонимания. Несходство характеров по мнению матери и отца максимально представлено в семьях детей с обсессивным неврозом, достигая по оценке матерей 94%, в чем находят выражение их повышенная принципиальность, нетерпимость и непримиримость как паранойяльноподобные черты характера.

Ведущая точка зрения родителей на характерологически обусловленный конфликт между ними отражает и трудность сохранения устойчивых, приемлемых межличностных отношений. Рассмотрим их различные стороны.

Взаимопонимание у родителей детей с неврозами достоверно менее выражено, чем в норме, в первую очередь с точки зрения матерей в семьях девочек (р<0,001). Последнее объясняет феномен образования эмоционально обособленной диады матери с дочерью. Образовать ее с сыном труднее, так как этому препятствует полоролевая ориентация сына на отца, потребность идентификации с ним. Взаимопонимание у родителей, по данным корреляционного анализа, связано с удовлетворенностью их отношениями, сходством характеров и взглядов на воспитание, отсутствием напряженных отношений.

Интересно, что взаимопонимание родителей коррелирует с отсутствием у мальчиков страхов, уверенным в себе и бесстрашным поведением, а в норме — и с лидерством в общении со сверстниками.

Удовлетворенность отношениями у родителей связана двусторонней связью (коэффициент Ф) со степенью взаимопонимания между ними. Как и взаимопонимание, удовлетворенность отношениями достоверно ниже у родителей детей с неврозами по сравнению с нормой. Удовлетворенность семейными отношениями со стороны отцов коррелирует с отсутствием страхов у детей, подчеркивая исключительное значение этого фактора в формировании у детей уверенности в себе, в своих силах и возможностях.

Следующий параметр — напряженность в межличностных отношениях. Она достоверно более выражена у родителей детей с неврозами по сравнению с нормой. В свою очередь, у матерей девочек с неврозами напряженность в отношениях достоверно выше, чем у матерей мальчиков, подтверждая более выраженную конфликтную позицию матерей при наличии дочери в семье. Отсутствие напряженных отношений коррелирует с их удовлетворенностью, взаимопониманием и сходством взглядов на воспитание.

Факторный анализ отношений между родителями позволил выявить ведущий фактор с практически одинаковым удельным весом у матерей и отцов мальчиков и девочек при неврозах и в норме. Как модель бесконфликтных отношений он последовательно включает в себя взаимопонимание, отсутствие напряженных отношений, удовлетворенность ими, сходство характеров и общность взглядов на воспитание.

Конфликт между родителями определяется в том случае, если они находят отношения одновременно неудовлетворительными и напряженными. У 203 матерей и 169 отцов детей с неврозами он составляет, по оценке матерей мальчиков — 49%, девочек — 58%; отцов мальчиков — 37%, девочек — 45%. Заметно преобладание конфликтных позиций родителей при наличии дочери, когда мать образует с дочерью эмоционально обособленную диаду, а отец ранимо реагирует на свою изоляцию в семье. Хронический характер конфликта подчеркивается отсутствием в нем перемен или продолжающимся ухудшением отношений по оценкам 76% матерей и 79% отцов. Матери более пессимистичны в оценке конфликта и чаще, чем отцы, отмечают ухудшение отношений, в то время как отцы в большинстве случаев склонны отрицать изменение конфликта в ту или иную сторону. При наличии конфликта 63% матерей и 58% отцов не видят выхода из создавшегося положения. Неразрешимому и затяжному течению родительского конфликта способствует и невротическое заболевание ребенка. По мнению 82% матерей и 76% отцов (в семьях, где уже есть конфликт), оно приводит к ухудшению отношений или сохранению их на прежнем уровне. Психологический тупик взаимоотношений, в котором они оказываются, сопровождается возрастающим риском психической травматизации детей.

Существует и другое, более широкое определение отношений родителей как конфликтных или неприемлемых посредством вопроса «Как Вы находите свои отношения — хорошими или не очень?» Количество семей, в которых оба родителя оценивают свои отношения как неприемлемые, составляет 27%; чуть меньше семей, в которых только один из родителей определяет свои отношения как таковые (23%). В итоге, двусторонний и односторонний конфликт встречается в каждой второй семье, причем у девочек чаще, чем у мальчиков (тенденция). В остальных 50% семей конфликт отсутствует с точки зрения обоих родителей, но, как мы увидим далее, он будет достаточно часто встречаться в отношениях с детьми.

Рассмотрим у 121 матери и 90 отцов детей с неврозами детско-подростковые отношения в прародительской семье в связи с отношениями в семье в настоящем. Одним из параметров межличностных отношений выделяется их неприемлемость. Оценивается она как неудовлетворенность отношениями (вследствие непонимания, отсутствия тепла, излишней строгости и подавления) или как их конфликтность. Наиболее часто неприемлемость отношений в детстве встречается у матерей, чьи дочери в настоящем больны неврозом. Более всего неприемлемыми считаются отношения с матерью (бабушкой в настоящем), с которой не было удовлетворительных отношений в 80% семей. В немалой степени это следствие гиперсоциальных и авторитарных черт характера бабушки, наличия невротических наслоений. У отцов, чьи дочери опять же больны неврозом, обращает внимание отсутствие приемлемого опыта отношений со своим отцом (дедушкой) в детстве в 79% семей. Таким образом, наиболее неприемлемыми или конфликтными сферами отношений в прародительских семьях будут отношения с бабушкой (у матерей) и дедушкой (у отцов). Это уже и само по себе создаст проблемы полоролевой идентификации у будущих родителей детей с неврозами.

Полученные данные объясняют более выраженную конфликтную структуру отношений родителей при наличии дочери в семье, поскольку для каждого их них она характерна в детстве.

Следует отметить отсутствие у каждого третьего родителя отца в детстве. Это обусловлено его гибелью во время Великой Отечественной войны, разводом и смертью от заболевания. Неполная прародительская семья чаще всего наблюдается у отцов девочек, что также является одним из факторов, усложняющих отношения в браке в настоящем. Отсутствие отца в прародительской семье ухудшает прогноз и в отношении прочности брака у матери, когда достоверно (при р<0,001) преобладает ее конфликт с мужем или разрыв с ним семейных отношений. Отсутствие отца при неудовлетворительных отношениях с матерью в детстве и нередко в настоящем создают эффект повышенных, аффективно заостренных ожиданий и требований к мужу, что является одним из источников появления напряженности в отношениях с ним. Но если и в полной прародительской семье отношения между родителями были конфликтными, то у матерей также возрастают (тенденция) конфликтные отношения с мужем, в то время как у последнего отмечается противоположная тенденция. Итак, большая вероятность супружеского конфликта обусловлена среди прочих факторов конфликтной структурой семейных отношений в детстве и отсутствием отца.

Неудовлетворенность отношениями в браке, напряженность и конфликтность сравнивались при наличии и отсутствии у родителей высшего образования. Достоверные различия получены относительно напряженности. У матерей она встречается чаще при отсутствии высшего образования, у отцов — наоборот.

Напряженность в отношениях имеет отчетливую динамику в связи с возрастом родителей. У матерей она достоверно возрастает, а у отцов достоверно уменьшается после 40 лет по сравнению с периодом до 30 лет. Матери менее склонны перестраивать свои отношения, обнаруживая ригидную фиксацию на прошлом травмирующем опыте взаимоотношений.

Сопоставление конфликтов у родителей с возрастом детей показывает, что наиболее «конфликтный возраст» — младший школьный, когда возрастают разногласия у родителей по поводу учебы и приготовления уроков. У мальчиков это более заметно, но, как и у девочек, различия представлены тенденцией.

Конфликтность родителей рассмотрена в зависимости от количества и пола детей. У матерей максимальная конфликтность встречается при единственном ребенке — дочери — и уменьшается при 2 детях одного или разного пола, достигая минимума при единственном ребенке — сыне. Различия в конфликтности при единственной дочери и единственном сыне достоверны. У отцов заметна тенденция к повышению конфликтности, если они имеют дочь.

Изучение личностных аспектов конфликтности мы начнем с критерия «мягкость — твердость» характера по собственной оценке родителей. В семьях мальчиков выраженность конфликтных отношений родителей с мягкими или твердыми чертами характера не имеет различий. В семьях девочек матери с твердыми чертами характера достоверно чаще находят отношения с отцом конфликтными. У отцов подобное соотношение выглядит как тенденция.

Далее, конфликтность рассмотрена при различных сочетаниях характера у матерей и отцов (мягкий — мягкий характер, твердый — твердый, мягкий — твердый, твердый — мягкий). Всего, таким образом, изучено 329 родительских пар. Наиболее высокая конфликтность получена в парах, где мать и отец девочки обладают твердым характером, — 90%, затем также в семьях девочек, где мать с твердым, а отец с мягким характером, — 81%. Достоверно меньшая конфликтность в семьях мальчиков, где мать с мягким, а отец с твердым характером. Аналогичная динамика и в плане разводов, когда их частота достоверно уменьшается от семей с дочерью, где мать и отец с твердыми чертами характера или мать с твердым, а отец с мягким характером, до семей с сыном, в которых мать — с мягким, а отец с твердым характером. Таким образом, риск конфликтов и разводов достоверно выше при наличии у матери твердого характера. По данным корреляционного анализа, твердость характера матерей связана с гиперсоциальной направленностью личности, ригидностью в мышлении и доминантностью (властностью) в характере. Вместе эти черты осложняют отношения в браке и, как мы убедились, прежде всего в семьях девочек, где мать монополизирует отношения с дочерью, образуя изолированную семейную подгруппу. В семьях мальчиков отношения чаще имеют паритетный характер, и отцы принимают большее участие в воспитании. Соответственно, уменьшается риск неразрешимых конфликтов и разрыва семейных отношений.

Мнение о конфликте, с точки зрения самих родителей, сопоставлялось с результатами их обследования следующими личностными вопросниками: Айзенка, MMPI, Кеттела, Розенцвейга, «незаконченные предложения», Лири, PARI, «шкала невротизации». В тексте «конфликтный родитель» означает мать или отца, считающих отношения друг с другом конфликтными. При изложении данных приводятся достоверные различия.

Вопросник Айзенка. Различия по шкале «экстраверсия — интроверсия» характерны только для отцов. При наличии конфликта они более интровертированы. У обоих конфликтных друг с другом родителей выше уровень нейротизма, особенно у матерей, что нужно рассматривать одновременно как причину и следствие конфликта. Заметно преобладание меланхолического типа темперамента при более редком сангвиническом у конфликтных отцов.

Вопросник MMPI. У обоих конфликтных родителей в отличие от бесконфликтных в профиле MMPI выделяются подъемы 2-й, 4-й, 6-й, 8-й шкал. Это расценивается как чувство внутренней неудовлетворенности, низкий уровень самооценки, моральный дискомфорт (2-я шкала); конфликтность, проблемы самоконтроля, трудности во взаимоотношениях с окружающими (4); недоверчивость, нетерпимость и упрямство, ригидность мышления, склонность к образованию сверхценных идей, предвзятых оценок, излишне категоричных и бескомпромиссных суждений (6); недостаточная эмоциональная отзывчивость, склонность к формализации отношений (8). К перечисленным характеристикам необходимо добавить у матерей подъемы по 1-й, 3-й и 7-й шкалам. Это указывает на хроническое чувство усталости, большое количество жалоб, тревожно-мнительную фиксацию болезненных ощущений (1); стремление к вытеснению неприятных переживаний, эмотивность и эгоцентризм (3); неуверенность в себе, тревожную мнительность, загруженность переживаниями, застревание на трудностях взаимоотношений, озабоченность вопросами морали (7). Таким образом, личностный профиль у конфликтных матерей более отягощен, чем у отцов.

Из дополнительных шкал MMPI у конфликтных матерей более выражены в сырых оценках показатели по шкалам: тревожности, зависимости (у матерей девочек), контроля, личностной изменчивости, плохой приспособляемости. У отцов при конфликте подчеркнуты шкалы: тревожности (в семьях мальчиков), зависимости, контроля (у отцов мальчиков), личностной изменчивости, плохой приспособляемости (у отцов мальчиков). Общей шкалой для конфликтных матерей и отцов детей обоего пола будет личностная изменчивость (нестабильность).

Вопросник Кеттела. Как и при сравнении с нормой, использованы формы А и С одновременно. Более низкий показатель по фактору «Н» у конфликтных родителей выделяет повышенную чувствительность к угрозе в свой адрес, а более высокий показатель по фактору «О» указывает на пессимизм, неуверенность в себе, подверженность беспокойству и опасениям, чувству вины. О недостаточной контактности, негибкости в общении говорит более низкий фактор «А» у обоих конфликтных родителей в семьях мальчиков. При конфликте с отцом матери напряжены, фрустрированы, усталые, перегружены работой, что особенно звучит в семьях девочек (высокий фактор «Q4»). У отцов подобные изменения как тенденция.

Методика Розенцвейга. У матерей, определяющих отношения с отцами конфликтными, в отличие от матерей, отрицающих конфликт, преобладает сочетание самозащитного типа реакций (ЕД) и их экстрапунитивной направленности (Е). Это означает, что виноватым в конфликтной ситуации всегда считается другой, на которого направлены обвинения, угрозы, упреки, саркастические замечания. Это более характерно в семьях девочек, матери которых часто конфликтуют с отцами, считая их неправыми и неспособными пойти на уступки. Фактически, как мы видим, односторонний, предвзятый взгляд присущ самой матери, что осложняет отношения в семье и делает трудноразрешимыми периодически возникающие в ней разногласия. У отцов девочек проявляется противоположное матери стремление к уменьшению обвинений кого-либо в конфликте, т. е. отцы более уступчивы и склонны в большей степени принимать вину на себя (тенденция).

По методике «незаконченные предложения» у обоих конфликтных родителей более заметно преобладание конфликтного отношения к семье, противоположному полу и половой жизни. К этому нужно добавить конфликтные переживания у матерей, связанные с чувством вины, и конфликтное отношение у отцов к прошлому. Сумма конфликтных отношений по всем шкалам выше у родителей, признающих конфликт друг с другом.

Отчетливо разделяет рассматриваемые группы родителей и предложенная нами «шкала невротизации». У родителей с индексом невротизма выше среднего конфликт встречается чаще, чем у родителей с более низким индексом невротизма.

По вопроснику PARI матери при конфликте чаще считают мужа безучастным к делам семьи (17-й признак). Кроме этого, в семьях мальчиков матери более чувствительно воспринимают семейный конфликт (7) и боятся обидеть сыновей (6), что надо расценивать как известное чувство вины. В семьях девочек матери при конфликте с отцом, помимо низкой оценки роли отца в семье, стремятся исключить внешнее влияние на дочь (10) и отказываются от выполнения роли только хозяйки дома (13), что подтверждает ранее полученные аналогичные выводы.

Вопросник Лири, как и PARI, специально направлен на изучение семейных отношений. Вначале рассмотрим характер взаимных оценок родителей вне связи с конфликтом. По аспекту «мой муж (жена)» матери в отличие от нормы оценивают отцов как более стремящихся к доминированию (доминантных), самоуверенных (т. е. недостаточно, с их точки зрения, критичных), непримиримых (повышенно требовательных) и упрямых (несговорчивых). Отцы оценивают матерей в отличие от нормы в большей степени стремящимися к доминированию, требовательными (принципиальными), упрямыми и одновременно зависимыми, конформными (т. е. согласными только внешне). Таким образом, уже в этих взаимных оценках, имеющих в немалой степени проективный характер, заложены предпосылки конфликта между родителями. Они наделяют друг друга такими одинаковыми чертами, как доминантность, требовательность — непримиримость, несговорчивость (упрямство), обнаруживания в этом сходство, одинаковый характер отношений.

По аспекту «я, по мнению мужа (жены)» оба родителя дают более выраженную конфликтную оценку, чем в норме, по всем октантам. Следовательно, конфликтность звучит как при оценке родителями друг друга, так и при оценке предполагаемого мнения другого о себе, подчеркивая этим конфликтную позицию в семейных отношениях.

Различия с нормой несущественны при конструировании супругами идеального образа друг друга, если не считать установку у матерей детей с неврозами на снижение самоуверенности у мужа.

При оценке родителями своих отношений как конфликтных они еще в большей степени, чем при отсутствии конфликта, выделяют ряд дезадаптивных черт характера друг друга. В семьях мальчиков это такие общие для обоих родителей характеристики, как недостаточная уступчивость и конформность; в семьях девочек — взаимно оцениваемое стремление к доминированию (доминантность) и негативизм (упрямство). Отцы в семьях девочек обращают особое внимание на непримиримость матери, ее повышенную требовательность и принципиальность.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.