Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







МЕТОД ПСИХОМОДЕЛИРУЮЩЕГО ГРОТЕСКА





Метод психомоделирующего гротеска представляет собой своеобразную психотерапевтическую акцию, моделирующую адаптивные поведенческие стереотипы с использованием меха­низмов скрытой суггестии, психологической десентизации, пара­доксальной интенции и извлечения положительных эмоций при воздействии патогенных стимулов. При этом происходит разру­шение привычного стереотипа в проявлениях болезни, дезактуа-лизация и нейтрализация патологических переживаний.

Положительные эффекты метода возникают на фоне неожи­данных для пациента (часто комических) ситуаций, которые вы­зывают взрыв радости, удивления, и в итоге - открытие факта исчезновения проявлений болезни. Иногда гротеск, ирония и ко­мичность остаются скрытыми для больного и очевидными лишь для «посвященных».

Сценарий и психотехнологические компоненты таких акций подбираются индивидуально и реализуются как под непосредст­венным руководством психотерапевта, так и в виде домашних заданий. Психомоделирующий гротеск реализуется в виде науко­образных внушений, ролевых тренингов, тренингов навыков и упражнений по усилению симптомов, лечебных приемов гроте­скной модификации вербального и невербального поведения, психосенсорной репродукции и др.

Так, например, мальчик-подросток 12 лет, из семьи офицера, страдавший навязчивым психогенным страхом водных процедур, захватывающих лицо и голову, в т. ч. обычного умывания, был объявлен генералиссимусом, одет в военный мундир, противогаз и водонепроницаемый фартук, а далее «обстреливался» водой из шприца без иглы. Вначале использовался самый маленький шприц, далее объем воды увеличивался, противогаз заменили



обычными очками, которые, в конце концов, были сняты. Для уст­ранения многолетнего страха оказалось достаточно двух сеансов.

Другой ребенок, примерно того же возраста, с навязчивым стра­хом пожара в любых помещениях, где он находился, «назначенный» главным пожарником Москвы, одетый в этот же противогаз и мун­дир быстро научился без страха устраивать «пожары» в ванной ком­нате и эффективно их тушить с помощью воды и маленького огне­тушителя. Кроме этого, ему были даны инструкции о поведении во время пожара и «на всякий случай» была куплена складная веревоч­ная лесенка для эвакуации из помещения через окно. Провели не­сколько тренировочных спусков на спортивной площадке. Мальчик был обязан постоянно носить лесенку с собой в рюкзачке вместе с огнетушителем (общий вес «снаряжения» 3 кг), если будет сохра­няться страх. Однако после 7 выходов он оставил их дома, т. к. пере­стал опасаться пожара, и выгоднее было ходить налегке.

Одной из задач психомоделирующего гротеска является мнимое обучение пациента способности жить со своим заболева­нием, как можно более полно адаптироваться к жизни, несмотря ни на что - «научиться жить со своим заболеванием, раз уж так получилось. Живут же люди с диабетом, и даже уколы себе де­лают несколько раз в день, люди с ампутированными конечно­стями адаптируются к этому. При любой болезни остается опре­деленный резерв возможностей, радостей и удовольствий».

Здесь же может быть проведено «обучение» пациента тому, как «правильно болеть», выбирая для этого подходящее время и место, где можно «полноценно проявить все симптомы заболева­ния и в то же время выдержать их натиск». Подготовка к обостре­нию симптоматики, новым кризисам сравнивается с подготовкой летчиков испытателей, которые сначала занимаются на тренаже­рах, а далее, усвоив необходимые навыки, переходят на самолеты. Близко к этому стоит и «глубокое изучение себя», для того чтобы «окончательно понять ценность своих негативных пережи­ваний на уровне сознания, которое уже готово к освобождению от болезни, и дать возможность понять это своему подсознанию, которое еще удерживает болезнь». Необходимо также «удовле­творить подсознание, пресытить его», дать ему возможность «во всей полноте пережить то, к чему оно стремится», чтобы приня-

тие решения об отказе от патологических явлений было обосно­ванным и окончательным.

Так, при психогенной депрессии невротического уровня дает­ся задание: стоя на стуле перед зеркалом, понастоящему погру­стить, погоревать, порыдать, позаламывать руки, попричитать: «Бедная я, несчастная, сирота, горемыка!». Для этого нужно одеться «трагически», выбрать подходящее время, может быть, и зрителей и уделить этой акции полчаса или час. Далее, как только захочется погрустить, нужно подождать появления удобной воз­можности и делать это аналогичным образом, «правильно» - и по содержанию действия и по продолжительности.

Подобный алгоритм может быть использован при эксплозивности - «выплеснуть раздражение по-настоящему, прокричаться как следует, агрессивно разорвать 100 газет» и т. д. При истериче­ских расстройствах проводят спектакль самодемонстрации с пате­тическими высказываниями о своих неисчислимых достоинствах, первенстве во всем и притязаниях на всеобщую любовь, многочис­ленные льготы и пожизненное счастье. При невротических страхах, чтобы научиться «держать удар», пугают себя «как следует - до общей дрожи, сердцебиения, слабости в ногах, потоотделения».

При фобиях пространства основным содержанием страха яв­ляется боязнь обморока, смерти или потери контроля над собой. В этих случаях пациенту в адаптированном виде разъясняют при­знаки предобморочных состояний и сердечно-сосудистых кризи­сов, их отличие от состояний страха и его физиологических ком­понентов. Важно внушить, что наблюдаемые у него симптомы «являются лишь типичным, стандартным проявлением необосно­ванного страха, никак не угрожающим здоровью».

В то же время объясняют, что «обмороки - это очень важная защита организма, особенно головного мозга - они спасают его от ишемии и инсульта. Сердцу в горизонтальном положении ра­ботать гораздо легче - это спасение сердца от инфаркта, а мозга от инсульта. Слава богу, что есть обмороки!». Затем, для того чтобы «вовремя принять правильные меры, справиться с тем, че­го никогда не было, но раз уж возникают опасения, то вполне ра­зумно подготовиться к этому», проводится обучение правильно­му падению в обморок. Это тренируют в кабинете врача, на гла-

зах у персонала, на улице, среди людей, в лифте и т. д. Важно научиться «падать красиво и без каких-либо травм, а затем пра­вильно полежать со слегка поднятыми ногами для улучшения мозгового кровообращения». Пациенту может быть рекомендо­вано «для профилактики сразу ложиться на пол при появлении малейших признаков угрозы обморока».

При фобиях и панических атаках эффективным является мо­делирование сосудистого кризиса «для того, чтобы научиться справляться с колебаниями сосудистого тонуса». Это осуществ­ляется с помощью никотиновой кислоты (см. «Метод телесно-фиксированной и фармакологической имитации, негативного подкрепления и моделирования»), которая воссоздает многие из ощущений, знакомых таким больным. Вводная инструкция -«научиться переносить эти состояния без паники, научиться спо­койно жить с ними, если что-то и сохранится».

Этот же препарат может быть назначен при психогенно обу­словленной гипертермии, особенно имеющей в своей основе рентные установки (это расстройство часто наблюдается у школьников, не желающих по каким-либо причинам посещать учебное заведение). Обоснование подобной терапии: «адаптиро­ваться к такой серьезной болезни, натренировать организм - и сердце, и сосуды, и нервную систему и тело в целом». На фоне реакции на действие препарата, аналогичной ощущению измене­ния температуры, пациент выполняет определенные, адекватные упражнения и задания из учебных, бытовых и занимается физкуль­турой. Как правило, истерогенные температурные реакции прохо­дят после 3-4 подобных «адаптирующих сеансов».

Желательно также «вооружить» пациента, опасающегося обморока «техникой активации артериального давления» с по­мощью напряжения мышц нижних конечностей, а также аптеч­кой с кордиамином, адреналином, кофеином, нашатырным спир­том и одноразовыми шприцами. При страхе лифтов больной мо­жет быть также оснащен компактным набором инструментов, типа «Универсал» размером с перочинный нож, включающим в себя отвертки, минипилу, кусачки и т. п. При страхе поездок в метро - ключом для межвагонных дверей, аналогичным психиат­рической «гранке» или поворачивающейся ручке от замка. Этот «инструментарий» способствует нейтрализации концепции бес­помощности и отсутствия выхода в этих ситуациях.

Проводят соответствующие тренинги, при которых пациента первоначально обучают пользоваться этими лекарствами и инст­рументами, а затем дают задание «пугать себя как следует» (см. выше). Выполнить последнее задание, как правило, не удается -срабатывает механизм парадоксальной интенции. Неспособность произвольно вызвать у себя состояние страха дезактуализирует проблему. Если страх возникает, пациенту высказывают одобре­ние и помогают пережить приступ.

Параллельно активизации страха проводят псевдосерьезное исследование параметров сердечно-сосудистой деятельности (ар­териального давления, пульса) и «интеллектуальных процессов» (задают простые вопросы). В процессе этого опыта и исследований больному внушают, что он без проблем и без какого-либо ущерба для организма и психики переносит эмоциональную нагрузку и никакой угрозы для физического или психического здоровья нет и быть не может, его сердце, сосуды и самоконтроль сверхнадежны.

При нарушениях засыпания может быть назначен «сон с от­крытыми глазами». Пациенту говорят: «Так хочется Вашему ор­ганизму, хочется сразу и спать и не спать. По отдельности эти желания удовлетворить не удавалось. Можно удовлетворить оба сразу, одновременно». Чтобы «удовлетворение организма» про­изошло быстро, больного обучают техникам релаксации и само­гипноза и дают инструкцию заниматься ими, но при этом спать с открытыми глазами, однако с фиксацией взгляда на точках, рас­положенных выше или ниже уровня комфортного взора.

Снотворный эффект усиливается при засыпании сидя или с приподнятыми руками. Кроме этого капризное подсознание мо­жет быть удовлетворено самовнушением «не спать», как правило, имеющим хороший снотворный эффект. Во всех случаях пациен­ту помимо информации о психогигиене вечернего времени и сна внушают концепцию безвредности бессонницы и отсутствия ее как таковой: «Нет людей длительно не спящих, эпизодически не спит каждый. У тех, кто жалуется на длительную бессонницу, на самом деле нарушено чувство сна и из-за тревожных опасений перед сном, при пробуждениях и утром возникают самовнушен­ные отрицательные эффекты».

Ребенку со страхом темноты, который обычно связан с мыс­лями о привидениях, скелетах или устрашающих персонажах из сказок и фильмов, внушают, учитывая возраст, что такие монстры «боятся резких запахов, не пристают к детям с кислым, соленым или горьким вкусом или к тем, кто принял снотворные лекарства, так как они боятся заснуть сами. Соответственно назначают про­тивоядия - нашатырный спирт, духи с резким запахом, которые в допустимых концентрациях распыляют в комнате или «обрабаты­вают» ими ребенка, чеснок, соль, горькие седативные и снотвор­ные травы и лекарства, которые принимает перед сном ребенок.

При этом родителям важно «попробовать» ребенка на вкус -при поцелуе перед сном отметить насколько он горький, соле­ный и противный, высказаться о том, как «противно пахнет в комнате - точно всех распугать можно».

Ребенку также может быть торжественно вручено «спе­циальное сверхмощное устройство для отпугивания привидений и другой нечисти» - светящийся жезл или полый цилиндр, запол­ненный мелкодисперсным песком, восточные подвески с коло­кольчиками и т. п. Религиозные дети могут использовать молит­вы и соответствующие атрибуты культа. Наконец, могут быть натренированы различные приемы запугивания привидений (гримасы, позы) или установления дружбы с ними.

При страхе грабителей ребенку может быть внушено, что они не пристают к слабоумным или парализованным детям -«они не вызывают у них опасений, что смогут понять то, что происходит, запомнить их и рассказать милиции, а как заложники такие дети не имеют никакой ценности, являясь только обузой». С ребенком репетируют «слабоумие» и «парализацию» - обучают изображать соответствующую симптоматику.

Кроме этого в адекватных случаях ребенку может быть гро­тескно продемонстрирована бессмысленность ограбления данной семьи, отсутствие внешних признаков богатства, на которые гра­бители ориентируются при выборе жертв. Ребенок далее по «спецзаданию», войдя в образ вора, должен будет найти эти при­знаки вместе с родителями у окружающих, ориентируясь на осо­бенности одежды, марку автомобиля, уровень жилья, особенно­сти оконных рам, наличие спутниковой антенны и т. п.

При лечении детей также эффективно срабатывает прием «покупки болезни». Здесь врач предлагает «купить» болезнь у ребенка за определенную сумму, достаточную, чтобы у пациента возникла мотивация преодолевать заболевание. Желательно со­ставить письменный договор купли-продажи. Для пущей серьез­ности может быть приглашен «милиционер» - человек с какими-либо милицейскими атрибутами или просто названный милицио­нером. Можно включить в договор пункт о штрафе за нарушение условий купли-продажи. Деньги на покупку тайно от ребенка врачу передают родители. Можно покупать болезнь частями -симптом за симптомом или целиком (в зависимости от тяжести состояния выбирают более выигрышный вариант).

Болезнь можно также обменять на какой-нибудь значимый для пациента предмет, например, велосипед или компьютер. Вы­дача денег или предмета производится тогда, когда болезнь или ее «части» «действительно» будут «проданы», т. е. перестанут проявляться в переживаниях и поведении ребенка. Проданная болезнь в виде записей ребенка или о ребенке, его рисунков, ви­део- или аудиоматериалов, договора и т. п. может быть заперта в сейф или тем или иным способом «нейтрализована».

Хорошо действует копирование купленных проявлений бо­лезни кем-либо из персонала. Они потом могут «вылечиться» или перепродать болезнь другим людям.

Близко к этой технике стоит «жетонная система» бихевио-ральной терапии, при которой пациента награждают или штра­фуют тем или иным образом в зависимости от успеха или неус­пеха в лечении.

Прием смены формулировок, ярлыков (см. «Метод контра­стных переживаний») в рамках рассматриваемого метода имеет соответствующие особенности - альтернативный вариант назва­ния проблемы или псевдоним приобретают парадоксальный, гро­тескный характер. Например, одним из пациентов с клаустрофо­бией в виде навязчивого страха лифтов успешно использовалось многосторонне приятное «лифтчик» вместо пугающего «лифт».

В других случаях вызывавшие тревожность «инфаркт», «цистит» и «уретрит», на которых сформировалась ипохондриче­ская фиксация у разных пациентов, были успешно вытеснены «ласкательными» терминами «инфарктик», «циститик» и «уретритик», а грозный муж-дебошир и алкоголик Василий, получив псевдоним «Хряк Васютка», стал вызывать меньшую тревогу и тоску у его измученной жены, что позволило ей более эффектив­но влиять на его поведение и в конце концов развестись.

Точно так же гротескным образом преформируют интерпре­тацию и вербализацию психотравмирующих факторов, изменяют звукоречевые характеристики и стиль рассказа о патогенных объ­ектах и ситуациях, находят в происшедшем или происходящем положительный смысл. Так, одна из пациенток с тревожной пси­хогенной депрессией и паническими атаками, перенесшая попыт­ку изнасилования в лифте, с хорошим десенсибилизирующим эффектом использовала такую гротескную стилизацию: «Не так давно один дяденька, на вид вполне симпатичный, не выдержал моего обаяния, стал жертвой моей красоты. Я, сама того не же­лая, вскружила ему голову, он позабыл обо всем на свете, не сов­ладал с нахлынувшими чувствами. Может быть, это было у него впервые в жизни. Он пытался заниматься со мною любовью пря­мо в лифте, возможно он казался ему тогда прекрасным будуа­ром, а я, глупенькая, испугалась, хотя могла бы получить удо­вольствие. Все это на самом деле это было комплиментом мне -потому, что нельзя быть красивой такой».

Психосенсорно опосредованные варианты психомодели-рующего гротеска включают в себя гротескные визуализации и «аудиализации». Так, негативно действующий человек может быть представлен в водолазном костюме, одеянии балерины или с какими-то физиогномическими дополнениями. Соответствую­щим образом можно представить свою копию, находящуюся в психотравмирующей ситуации, контактирующую с отрицатель­ными объектами. Например, при фобии метро пациент может ви­зуализировать себя там, в валенках и с воздушными шарами.

«Аудиализация» - гротескная модификация вербально пси­хотравмирующих факторов. Аранжировка темпа, громкости, ско­рости негативных высказываний, прослушивание их задом напе­ред, наложение их на подходящий музыкальный фон, усиливаю­щий гротеск (например, «песенное» воспроизведение обидных высказываний, оформленных в рифму или куплеты с мелодией

«В траве сидел кузнечик» или «Чижик-пыжик»). Все это воспро­изводится импрессивно, про себя, или экспрессивно, вслух. Мо­гут быть написаны арии, миниоперы и миниоперетты, в которых с участием других лиц или без таковых разыгрывается десенси­билизирующий сюжет.

Одним из вариантов психомоделирующего гротеска является побуждение пациента к принятию позитивной интерпретации собственного состояния и психотравмирующих факторов с по­мощью приемов «кражи заболевания», «временного сравнитель­ного заражения» или «кражи судьбы», «обмена судьбой». Па­циенту помогают на время (от нескольких минут до нескольких часов) перевоплотиться в человека, страдающего более тяжелым заболеванием или переживающего более тяжелые жизненные коллизии. Это может осуществляться в виде осознания нового положения, с помощью визуализации или ролевого тренинга.

Лицам тревожно-мнительным при этом внушают, что ника­кой фиксации, привития болезни или чужой судьбы на самом деле не произойдет, речь идет лишь о сравнении, изучении чужого за­болевания и проблем. Для подобного анализа используют имита­цию истерии, эксплозивности, паркинсонизма, слабоумия, пара­лича, слепоты, тугоухости или глухоты, имущественного краха, супружеской измены, потери работы, уголовного наказания и т. д.

Результаты «обменов» и «перевоплощений» анализируются, обсуждаются, при этом важно привести больного к убеждению, что его проблемы и симптомы гораздо проще, легче и обратимее, чем те, которые были «украдены» на время и, «слава 6oiy», что он так легко «отделался», заполучив свою болезнь, избежав более тяжелой.

Можно заимствовать также более благополучные судьбы или черты характера (позитивный контраст). Дети успешно усваивают повадки животных (спокойствие слона, смелость тигра и т. п.). Пациенту при этом соответственно внушают: «Они смогли, и Вы сможете, если захотите и изучите их опыт», «Они этим обладают, и Вы вполне можете этим обладать, развить это в себе и даже пой­ти дальше, сделать больше».

Каждый из вариантов психомоделирующего гротеска или их комплекс повторяют необходимое количество раз.

Глава 14









ЧТО ПРОИСХОДИТ, КОГДА МЫ ССОРИМСЯ Не понимая различий, существующих между мужчинами и женщинами, очень легко довести дело до ссоры...

ЧТО ПРОИСХОДИТ ВО ВЗРОСЛОЙ ЖИЗНИ? Если вы все еще «неправильно» связаны с матерью, вы избегаете отделения и независимого взрослого существования...

Что будет с Землей, если ось ее сместится на 6666 км? Что будет с Землей? - задался я вопросом...

Что делать, если нет взаимности? А теперь спустимся с небес на землю. Приземлились? Продолжаем разговор...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2021 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.