Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Экспериментальные исследования мышления





В эмпирическом исследовании мышление рассматривается в узком смысле, как решение задач. Его экспериментальные, как правило, лабораторные исследования направлены на выявление внутренних психологических механизмов этого процесса и определяющих его условий. При изложении основных результатов этих исследований будут рассмотрены детерминанты процесса решения задач, его психологические средства, стадии и способы принятия задачи субъектом. Анализ мышления как индивидуальной деятельности затрагивает, главным образом, именно эти вопросы.

Детерминанты процесса решения задач. В современной психологии мышления принято различать решение задачи как продукт мыслительной работы и процесс его порождения, признавая последний собственно предметом психологического анализа. Однако в экспериментальной практике, при формулировке конкретных гипотез зависимой переменной является именно продуктивность процесса решения задач, количество найденных испытуемыми правильных решений. В качестве же независимых переменных выступают возможные детерминанты этого процесса, так или иначе влияющие на его эффективность.

Среди этих детерминант, или факторов разделяют: а) ситуативные, действующие лишь при решении задачи, и постоянные, присущие субъекту решения, а также б) специфические и неспецифические для задач используемого типа. Совмещение этих двух пар факторов позволяет представить детерминанты процесса решения задач.

К ситуативным специфическим факторам относятся, прежде всего, различные способы предъявления испытуемому условий задачи: способы провокации нахождения (или, напротив, маскировки) оптимального решения, формирования соответствующей установки. Так, пространственная организация предъявленных условий на рисунке, схеме, чертеже может направлять поиск решения и влиять на результат. Подобную готовность (или неготовность) к выделению эффективного принципа решения можно создавать с помощью временной организации условий: либо не разовым, а постепенным их предъявлением, либо предъявлением ряда однотипных (например, комбинаторных) - задач, алгоритм решения которых сменяется с достаточно сложного на более простой. Направленность на поиск единственного способа решения (особенно в тех случаях, когда его нахождение требовало серьезных усилий) препятствует выделению других способов, даже более простых. Кроме того, установки, способствующие успешному решению, могут быть сформированы с помощью прямых и косвенных подсказок: например, путем инструктирования на поиск не одного, а всех возможных решений задачи или предъявления дополнительной (наводящей) задачи, сходной с основной по функциональному решению.



К постоянным специфическим факторам относятся, прежде всего, характер наличных (в том числе профессиональных) знаний субъекта и его интеллектуальные способности. Готовность к актуализации знаний является и самостоятельным предметом исследования, специфически связанным как с достаточным опытом субъекта в решении задач того или иного типа, так и с личностными его чертами. Таковы, например, тревожность, расширяющая область поиска необычных признаков объектов при решении творческих задач, конформность к групповому мнению, затрудняющая самостоятельное порождение оригинальных решений, или исходная установка на критику идей, не имеющих прямого практического применения.

Ситуативные неспецифические детерминанты процесса решения задач связаны; как правило, с мотивационной динамикой и отношением к задаче. Сохранение интереса к ней при оптимальной эмоциональной напряженности субъекта - вот основные факторы продуктивности решения в данном контексте. Сверхмотивированность, так же, как и стремление найти ответ как можно быстрее (произвольное или вынужденное) отрицательно влияет на продуктивность. К положительным факторам обычно относят групповой эффект взаимного стимулирования при совместном решении задач, который является неспецифическим в отличие от распределения функций при оптимизации коллективного умственного труда, хотя ситуация соревнования также может становиться стрессовой.

Постоянные неспецифические факторы - это те индивидуальные черты субъекта, связь которых с продуктивностью решения задач устанавливается статистически и не всегда разъясняется по содержанию. К психологическому портрету творческой личности обычно относят высокую мотивацию достижения, инициативность, самостоятельность, доходящую до принципиального нонконформизма, стремление к доминированию и т.д. Иногда в этот список попадают и такие особенные черты, как чувство собственной уникальности, повышенная саморефлексия, стремление к одиночеству и др. Общим неспецифическим фактором успешности решения задач является также ориентация субъекта на предметное содержание выполняемой деятельности, а не на свое состояние в ходе ее выполнения.

Понятно, однако, что описание факторов, влияющих на успешность решения мыслительных задач, не раскрывает психологической природы исследуемого процесса. Поэтому еще со времен гештальтпсихологов (см. гл. 2) такие факторы именовались внешними, дополнительными к процессу решения в отличие от его действительных, внутренних механизмов, изучение которых является подлинной целью экспериментальной психологии мышления. Именно в этом смысле мышление для психолога выступает, по свидетельству С.Л. Рубинштейна, как процесс как деятельность, и его исследование свободно от суждений по результату и по критерию продуктивности.

Психологические средства процесса решения задач. Объективно задача характеризуется поставленным субъекту требованием и условиями его выполнения (см. гл. I). Для субъекта это требование выступает как сознательная цель действия (или нескольких действий) по его достижению. Тогда, согласно психологической теории деятельности, задача - это цель, заданная в определенных условиях. Если такая цель присвоена" субъектом, то психологический анализ процесса решения задачи есть выделение операциональной структуры осуществляемого действия (или действий), то есть применяемых субъектом способов, средств достижения цели. Понятно, что базой для поиска средств решения задачи служат заданные субъекту условия.

Условия решения задачи можно понимать в узком и широком смысле. В первом случае к ним относят совокупность конкретных элементов проблемной ситуации и их взаимосвязей. Во втором - условия решения включают все возможные его детерминанты, то есть весь наличный - прошлый и актуальный - опыт субъекта, имеющий специфическое и неспецифическое отношение к решаемой задаче. Специальные предметные знания, профессиональные умения и опыт, навыки логического рассуждения, способности, интересы, особенности мотивационной и эмоционально-волевой сферы человека вплоть до темперамента и защитных механизмов личности - все они могут стать способами достижения поставленной цели, средствами решения задачи.

Если судить об этой возможности по результату - состоявшемуся решению, использованному приему или какому-то эмоциональному переживанию, зафиксированному в протоколе, то их анализ сведется к фиксации условий, уже готовых к употреблению в качестве средств решения задачи. Раз средство применено, значит оно содержалось в опыте субъекта как подготовленное условие решения. Тогда условия и средства отождествляются как исходно наличные и актуализированные в процессе решения способы достижения цели. Кроме того, они разделяются на способствующие и препятствующие успешному ее достижению.

Если же исследуется процесс решения задачи (в его операциональном аспекте), то прежде всего необходимо осознать, что условия и средства решения никогда не тождественны психологически. Это относится не только к неспецифическим факторам, например, эмоциональным состояниям или особенностям мотивационной сферы субъекта, которые как бы кстати (или некстати) оказываются функционально включенными в мыслительный процесс. Столь же глубокое психологическое расстояние существует также между специфическими знаниями, логическими способностями субъекта и средствами решения (по результату - теми же знаниями и т.п.) в процессе их применения. Даже при наличии необходимых знаний процесс решения задачи не сводится лишь к простой их актуализации, это процесс построения средств. Как отмечал А.Н. Леонтьев, интеллектуальный акт (в отличие от навыка) качественно, неоднороден по своему составу: этапу ого реализации необходимо предшествует подготовительный этап. Если анализ мыслительного процесса по результатам опирается на реализацию готовых средств, способов, приемов, то собственно психологический его анализ есть исследование их подготовки и становления.

Таким образом, поскольку наличие специфических знаний, умений может оказываться недостаточным для выбора или построения конкретных способов достижения поставленной цели, реальные средства решения могут быть достаточно универсальными, имеющими косвенное отношение к предметному содержанию задачи. Для их обозначения было предложено понятие эвристики (К. Дункер) как общего правила направленного выбора путей решения среди их возможного множества (см. гл. I). Эвристические правила сокращения поиска необходимых знаний отличаются от алгоритмов, хотя последние также являются универсальными. Если они (например, навыки логического рассуждения) хорошо усвоены субъектом, то могут использоваться им автоматически, на уровне операций. Напротив, эвристики всегда применяются на уровне действий и, не гарантируя успешного результата, требуют постоянного сознательного контроля. Иными словами, применение эвристик представляет собой процесс преобразования возможных условий в средства решения задачи и как таковое составляет предмет экспериментальной психологии мышления.

Исследование мышления как психологического процесса представлено в концепции С.Л. Рубинштейна. Принципиальным является здесь различие логических операций и соответствующих психологических процессов. Хотя в качестве исходного материала привлекаются две основные логические операции - абстракция и обобщение, а также их элементарные формы - анализ и синтез, но психологически они рассматриваются как процессы взаимодействия субъекта с объектом - условиями и требованиями задачи. Показательно, что даже само употребление терминов требует акцентирования процессуальных моментов: "абстрагирование", а не "абстракция", "анализирование", а не "анализ", "синтезирование", а не "синтез" и т.п. Кроме того, если при логическом описании операции анализа и синтеза могут в принципе быть разделены, то в психологии они всегда реально взаимосвязаны. Так, основным психологическим процессом мышления при решении задачи является, согласно С.Л. Рубинштейну, "анализ через синтез". Этот процесс также рассматривается как универсальный, позволяющий вскрыть внутренние механизмы мыслительной деятельности субъектами, в частности, выделить психологические стадии процесса решения задачи.

Стадии процесса решения задачи. К выделению стадий мыслительного процесса при решении задач (так же, как и к анализу инсайта) можно подходить либо описывая его как развернутую во времени последовательность внешне наблюдаемых событий, либо вскрывая внутренние психологические механизмы.

Классической "схемой процесса" является описание решения творческих задач по Г. Уоллесу. В этом описании выделяются четыре стадии: а) подготовка к решению задачи, предварительный анализ ее условий; б) "созревание", непроизвольный поиск возможных путей решения и выдвижение гипотез; в) "озарение", нахождение принципа решения; г) проверка его истинности. В современной ' психологии эта схема существенно модифицирована и дополнена, но ее основные этапы и их последовательность остаются прежними. Схема процесса широко используется при моделировании мыслительной деятельности с помощью ЭВМ, так как последовательное и поэтапное описание процесса решения задач соответствует требованиям большинства наличных языков алгоритмических машинных программ. Следует заметить, однако, что схемы подобного рода отражают скорее необходимую функциональную организацию мыслительного процесса, чем его действительное психологическое содержание.

Объяснение психологической структуры решения задачи было впервые предложено в гештальтпсихологии. Так, К. Дункер выделил ряд эвристик как правил преобразования условий проблемной ситуации в средства ее решения: анализ материала, анализ конфликта, анализ условий, анализ цели и другие. При этом характерно, что для продуктивного решения задачи эти эвристики должны применяться совместно. Например, анализ ситуации должен совершаться вместе с анализом цели, т.е. свойства ситуации, исходного материала должны варьироваться с точки зрения возможных путей достижения цели. В результате задача приобретает для субъекта новую психологическую структуру, переструктурируется. Конечно, в основном стимульном материале гештальтпсихологов - в задачах-головоломках - переструктурирование означает также и решение самой задачи, т.е. решение происходит в один этап. Однако в принципе для любых задач каждое психологическое переструктурирование условий и требований является качественно новым этапом ее решения. Согласно Дункеру, каждый такой этап есть решение некоторой самостоятельной (промежуточной по отношению к основной) задачи и постановка следующей. Таким образом, переструктурирование задачи - это одновременно и психологический механизм ее решения, и критерий выделения стадий данного процесса.

Что же представляет собой процесс анализа через синтез по C.Л. Рубинштейну? Автор определяет его как процесс анализа условий задачи через их синтез (соотнесение) с ее требованиями. Иными словами, процесс анализа (анализирование) проблемной ситуации обретает для субъекта смысл, становится продуктивным только тогда; когда он направлен на поиск путей достижения цели. Каждое продуктивное предположение о пути, ведущем к цели, будет означать, что исходная формулировка задачи существенно изменена субъектом. Переформулирование задачи и есть внутренне необходимая и качественно новая для субъекта стадия ее решения. Интересно, что при рассмотрении процесса решения задачи и интерпретации экспериментальных результатов в школе С.Л. Рубинштейна (опыты с исследованием влияния вспомогательной задачи на решение основной) выделяются "ранние" и "поздние" этапы этого процесса. Так, вспомогательная задача оказывается эффективной именно на поздних этапах решения основной. Однако определение этапов не предполагает их соотнесенности лишь с временными параметрами решения: поздние отличаются от ранних не тем, что они возникают позже по времени, а тем, что условия задачи полностью переформулированы субъектом, в частности, им привлекаются новые знания по отношению к исходному материалу. Понятно, что именно в этих случаях условия и требования основной и вспомогательной задач могут быть соотнесены, совместно проанализированы, что и дает продуктивный эффект. Следует подчеркнуть, что процесс решения задачи имеет принципиально неаддитивный характер (А.В. Брушлинский), т.е. не сводится к сумме отдельных шагов: даже если очередной этап решения оказался неудачным, то возвращение к его началу тоже будет иметь свои продуктивные следствия.

Представление о необходимой взаимосвязи анализа условий проблемной ситуации с поиском вариантов выполнения требований является также существенным для смысловой теории мышления, предложенной O.K.Тихомировым. В исследованиях мыслительной деятельности на материале шахматной игры была описана особая форма психического отражения объекта, которая является результатом исследовательских действий субъекта по ходу решения задачи. Эта форма названа "операциональным смыслом" как отдельных элементов ситуации, так и задачи в целом. Элементы проблемной ситуации приобретают для субъекта определенные операциональные смыслы в зависимости от того, какие конкретные поисковые операции совершает субъект в достижении поставленной цели. Поскольку в процессе решения задачи одни и те же элементы включаются в различные комбинации (связанные с конкретной возможностью достичь цель), постольку операциональные смыслы этих элементов изменяются и развиваются. Динамика развития смыслов непосредственно связана с преобразованием психологической структуры проблемной ситуации и тем самым носит стадиальный характер. Принципиально, что операциональные смыслы элементов не тождественны их объективным значениям, так же как психологическая структура задачи не совпадает с ее объективной структурой.

Преобразование условии задачи в средства ее решения предполагает, что объективное требование, поставленное перед субъектом, принимается им как субъективная цель. Однако сама постановка цели или принятие задачи субъектом может выступать как самостоятельный психологический процесс. Исследование подобных процессов, названных процессами целеобразования, составляет еще одну область экспериментального изучения мышления.

Психологические механизмы решения задач и процессы целеобразования. Понятно, что процессы целеобразования входят в структуру и осуществление любой деятельности человека, не только мыслительной. В исследованиях мышления как процесса решения задач выделяют следующие основные виды этих процессов: а) преобразование наличного требования в субъективную цель; б) выдвижение промежуточных целей по ходу решения задачи; в) выдвижение целей, выходящих за пределы условий проблемной ситуации и поставленных требований.

Различные виды целеобразования подробно изучены в экспериментальных исследованиях, относящихся к смысловой теории мышления. Выявлены взаимосвязи между процессами выдвижения цели и мотивами познавательной деятельности, эмоциональными состояниями в процессе решения задач. Полученные факты достаточно полно представлены в рекомендованной литературе. Мы рассмотрим, главным образом, один из видов целеобразования, а именно, процесс постановки цели, или принятия задачи субъектом.

Если рассматривать процесс решения задачи как некоторый ряд этапов ее переструктурирования субъектом, переформулировки и качественного изменения операциональных смыслов элементов проблемной ситуации, то возникает вопрос о "начале" этого процесса, его необходимых условиях. Действительно, для того, чтобы иметь возможность как-то действовать с условиями задачи, переструктурировать их, необходимо уже иметь, представлять определенную ее структуру. Иными словами, поиск средств решения задачи предполагает определенное её представление, "видение" субъектом.

Процесс порождения данного представления также можно рассматривать со стороны влияющих на него внешне фиксируемых факторов и его внутреннего психологического содержания.

Факторы, определяющие то или иное представление задачи, сходны с теми, что влияют на эффективность ее решения. К ним, в частности, относятся прошлые знания субъекта, его профессиональный опыт[13], которые, структурируя условия и требования задачи, могут как бы подсказывать субъекту правильный ход ее решения.

Прием подсказки (иди наводящей задачи) - один из методов исследования процесса решения задач. Он направлен на формирование готовности субъекта к актуализации необходимого знания или структурирования условий задачи, адекватного для ее решения. Выступая как прием провокации определенного представления задачи, подсказка может быть прямой и косвенной. Поскольку прямые подсказки, обычно гарантирующие испытуемому успех, редко позволяют исследовать сам мыслительный процесс, чаще используются косвенные подсказки. Приведем простой пример. Условия задачи: "прямая L и точки А и В вне ее (на предлагаемом испытуемому рисунке эти точки расположены с одной стороны от прямой)", требование: "найти такую точку С на прямой L , сумма расстояний до которой от двух данных точек А и В была бы минимальной". Если задача не решается, можно дать испытуемому косвенную подсказку: указать, что точки А и В могут быть расположены по разные стороны прямой L. Для эффективного влияния на решение основной задачи наводящая (подсказка) должна быть функционально подобна ей по принципу решения. Этот факт был установлен в экспериментальных исследованиях творческого мышления, проведенных Я.А. Пономаревым и Ю.Б.Гиппенрейтер под руководством А.Н. Леонтьева. Одной из задач была известная головоломка: "построить из шести спичек четыре равносторонних (одна спичка) треугольника". Предъявлялось два типа наводящих задач. В первой из них испытуемый непосредственно получал в результате искомую фигуру (тетраэдр), вторая же была сходна с основной только функционально, т.е. также не решалась на плоскости, а требовала "выхода в пространство". Именно последняя задача оказалась более адекватной подсказкой: предъявленная после ряда безуспешных попыток решения задачи "шесть спичек" на плоскости, но при условии сохранения интереса к ней, она приводила к ее инсайтному решению.

Интересно заметить, что в полемике с результатами и выводами указанного исследования в школе С.Л. Рубинштейна[14] также проводились опыты с наводящими задачами. Использовались как школьные геометрические задачи, не требующие для своего решения опоры на единственный общий принцип, так и задачи-головоломки, в том числе "шесть спичек". Авторы пытались показать, что даже такие задачи могут быть решены не с помощью "догадки", а логическим путем. Например, понимание того, что четыре треугольника имеют 12 сторон, а спичек всего 6, приводит к выводу: искомая фигура должна быть такой, чтобы одна спичка была стороной сразу двух треугольников. Конечно, объективно это и будет определением тетраэдра, но будет ли это сразу ясно для испытуемого? Являются ли психологически тождественными объективное определение результата решения и его субъективное представление?

Обратимся вновь к геометрической задаче о линии и двух точках. Одна из испытуемых, студентка технического вуза, решала ее так: она соединила заданные точки А и В, а также искомую С, и, получив треугольник, применила теорему косинусов и путем преобразований получила следующий результат - требование задачи выполняется тогда, когда угол АСВ равен 180°. Просьбу экспериментатора пояснить ответ наглядно (угол, равный 180° - прямая линия) испытуемая встретила с недоумением; уже данный ответ, по ее мнению, был точен и определенен. Впоследствии - собственно геометрическое решение психологически выступило для нее как решение совершенно другой задачи. Во-первых, подобные факты позволяют утверждать, что между различными формами представления результата решения существует психологическое расстояние ("зазор"), которое трудно преодолеть, находясь лишь в пределах собственной и единственной психологической структуры задачи. Во-вторых, в акте принятия задачи, структурировании условий проблемной ситуации предопределяется характер будущего результата.

Представление о будущем результате есть субъективная цель, тем самым акт принятия задачи является одновременно и актом преобразования поставленного требования в конкретные цели действий субъекта по решению задачи.

По своему внутреннему психологическому содержанию представление задачи субъектом является необходимым условием собственно познавательной деятельности, поиска средств ее решения. Действительно, само это представление нельзя сводить лишь к поиску новых знаний, оно является именно осознанием наличных условий, их структурированием. Сознательное представление задачи определяет "пространство" поиска возможных средств решения, выбор его условий. Ясно, что по своей функции представление задачи субъектом близко определению инсайта (понимания), но требует следующего уточнения. Оно есть такое целостное структурирование условий - и требований проблемной ситуации, в котором определяется (но еще не разрешается) ее основной конфликт и пути к его устранению.

Если решение задачи требует смены нескольких качественно разных ее представлений и, соответственно, процесс решения разделяется на самостоятельные этапы поиска новых средств, то этот процесс можно назвать процессом "прерывного познания". Действительно, акты понимания, переформулировки и переструктурирования задачи как бы разрывают единый процесс поиска новых знаний, необходимых для решения задачи. Тем самым данные акты не являются чисто познавательными, но представляют собой (см. гл. I) неразрывное единство, "сплав" интеллектуальных, аффективных и действенных компонентов. Поэтому закономерно, что любые (а особенно решающие) акты понимания задачи, переструктурирования ее условий в ходе решения сопровождаются эмоциональными реакциями. Что же касается "действенного" компонента понимания задачи, то следует заключить, что каких-либо особых, специальных способов представления задачи не существует. Функцию структурирования проблемной ситуации в единую психологическую структуру могут выполнять конкретные приемы решения задачи. Так, в приведенных примерах это. были формы логического рассуждения, теорема косинусов, в других задачах - предметно-специфические правила, эвристические приемы, а также ставите выражением принципа решения образы предметов, явлений, событий. Иными словами, эти приемы выступают одновременно в двух различных функциях: и как средства познавательной деятельности субъекта по решению задачи, и как способы ее представления.

Завершая характеристику экспериментальных исследований мышления, можно предложить типологию проблемных ситуаций и путей их решения по двум следующим основаниям: а) наличие или отсутствия представления (понимания) задачи субъектом; б) наличие или отсутствие средств ее решения.

1. Понимание задачи при наличии средств соответствует ситуации инсайтного решения (в один этап). С одной стороны, если ситуация такова для субъекта с самого начала, она не является проблемной и требует лишь применения очевидных алгоритмов. С другой стороны, если она, как при решении задач-головоломок, становится понятной, адекватно представленной субъектом только в результате переструктурирования условий и требований, то этот акт и означает наличие инсайта.

2. Понимание задачи при отсутствии средств означает полную субъективную ясность доставленного требования, которое не может быть достигнуто непосредственно. Типичным примером подобных проблемных ситуаций являются комбинаторные задачи, решаемые с помощью поиска необходимых средств путем модификации условий. Кроме того, процесс решения таких задач может характеризоваться начальным дефицитом информации, необходимостью более полного изучения ситуации, направленного на устранение конфликта, а также обращением к прошлому опыту для актуализации знаний и умений.

3. Отсутствие понимания задачи при наличии средств решения, с одной стороны, отвечает известным случаям "решения без понимания", т.е. автоматического применения алгоритмов, не требующего от субъекта их специального осознания. С другой стороны, таковы типичные задачи "на целеполагание", когда сама проблема и ее основной конфликт остаются неясными субъекту, и их отыскание происходит путем перебора наличных и любых возможных средств решения. Перекомбинация элементов проблемной ситуации должна сопровождаться постоянными попытками отыскания их функционального значения, формулировкой рабочих целей, осознанием конкретных операциональных смыслов.

4. Отсутствие понимания задачи при отсутствии средств характеризует сверхсложные для субъекта проблемные ситуации, ярким примером которых служит проблемная клетка Торндайка. Подобно поведению испытуемых в его экспериментах, "решение" задачи осуществляется в форме хаотических и ненаправленных проб, которые могут привести к случайному достижению результата. При восполнении дефицита информации, получении помощи извне в виде прямой подсказки или конструировании средств с возможной формулировкой конкретных целей данная ситуация может быть преобразована в ситуацию 2 и 3.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.