Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Об отношении прихожан к священнику





Нам часто непонятно отношение православных к своему cвященнику, и мы обвиняем их в том, что они называют его отцом и батюшкой, хотя написано: "...Отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец..." (Мф. 23:9). Под это же обвинение подпадает и именование некоторых учителей Церкви "отцами Церкви". Указываем мы и на то, что Православие жестко делится на клир и прихожан и что между ними существует большой разрыв.
Кроме этого, зачем это православные целуют батюшке руку? Что это за честь, ведь он такой же человек, как и я.
И еще: как оправдать то, что многие из священства носят длинные волосы, ведь написано: "Не сама ли природа учит вас, что если муж растит волосы, то это бесчестье для него..." (1 Кор. 11:14). Есть ли какие-то обоснования всему этому?

Прежде всего рассмотрим запрет называть кого-либо отцами в контексте (Мф. 23:1-12).
Христос обличает фарисеев в том, что они любят почести и все делают для этого: приветствуются народно, возлежат впереди и т. д. Обращаясь же к ученикам, Христос говорит, что у вас пусть так не будет, а больший из вас да будет вам слуга, и учителями, отцами и наставниками не называйте себя. Смысл в том, что нужно не возвышать, а унижать себя, самим себя не делать отцами и учителями. Но разве другой не может называть тебя отцом? Практика называть пресвитеров отцами пошла от народа и является вопросом не столько богословским, как церковной этики.
Православные просто осознают вот так реально и по-детски, что они - одна семья. Ведь категорическим запрещением называться отцом слова Христа не могут быть вот почему.
Библия говорит о том, что Бог поставил в Церкви учителей. Написано также и о том, чтобы поминать своих наставников. Как же такое возможно, если Христос в том же месте (Мф. 23:8-10) запретил кому-либо называться и учителями, и наставниками? Кроме этого, Павел называет Тимофея своим сыном (1 Тим. 1:2) - кто же тогда Павел был Тимофею? Очевидно, что отец. Так же и Иоанн называет своих адресатов "дети", а значит, что и он - отец им (1 Ин. 2:1; 18, 28; 3:7). Коринфянам же Павел прямо заявляет, что он их духовный отец: "...вразумляю вас, как возлюбленных детей моих. Ибо хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов: я родил вас во Христе Иисусе" (1 Кор. 4:14). Похожее он пишет и Галатам: "Дети мои, для которых я снова в муках рождения..." (4:19). Думаю, что здесь Апостолы не согрешили. Также Стефан в своей речи называет иудеев отцами (Деян. 7:2). В притче же о богаче и Лазаре богач называет Авраама "отче" и Авраам принимает это обращение, называя его чадом (Лк. 16:24-25). Кроме того, почему же мы называем своего отца отцом, если написано, что никого на земле нельзя называть отцом?



Теперь о различии между священниками и прихожанами.
Прежде всего хочу спросить наших рядовых баптистов: часто ли ваш пастор вам поклоняется, часто ли просит прощения? А мне мой священник, как и всем прихожанам, постоянно поклоняется и на каждой службе просит прощения. Мужчин, к тому же, он часто обнимает и дает им целование, а часто ли ваш пастор вас обнимает и целует? Если так, то хорошо. Если я заболею и буду нуждаться в священнике - он прийдет ко мне ради меня одного во всем облачении и совершит службу, исповедает, причастит, елеопомажет, что занимает немало времени, независимо от того, смогу ли я его отблагодарить или нет.
К тому же, священник всегда готов уделить вам внимание и поговорить с вами, если у него есть время, а у вас какая-то нужда. Да и разве сможет он относиться к вам как-то иначе, свысока после того, как вы назовете его по-семейному - "батюшка"? Но не должно быть и панибратства в отношении ко священнику; должна соблюдаться субординация. Представьте себе, что каждый прихожанин, ради равенства, будет приветствовать священника: "Привет, Леха", - и хлопать его по плечу.
Уважать должны священника не только как личность, но и как священнослужителя, Божия слугу, как и Писание говорит: "...пресвитерам должно оказывать сугубую честь..." (1 Тим. 5:17). Ап. Павел писал также, что нужно повиноваться своим наставникам (Евр. 13:17), уважать и почитать своих предстоятелей (1 Фес. 5:12,13).

Что же касается целования руки, то происходит это тогда, когда человек просит священника: "Благословите, батюшка". Священник отвечает: "Бог благословит", - и осеняет просящего крестным знамением, и человек уже целует руку священнику не как простому человеку, а как самому Богу, священнику, как представителю и служителю Бога, эту благословляющую руку Божию. Мне один батюшка как-то сказал: "Запомни, не мне, грешному, ты целуешь руку: я больший из всех грешник". Чествуется ведь не лицо, а сан, священство человека. Иисус Христос не то что руки поцеловал, но ноги умыл ученикам; а блудница не только руки, а ноги Христу целовала. Почему же мы так горды, что боимся и брезгуем поцеловать руку слуге Христа?
Протопресвитер А.Мень пишет: "Обычай целовать руку епископа (или священника) напоминает о том, что эта рука держала Св. Чашу Евхаристии" (А Мень "Православное богослужение: таинство, слово и образ". - Москва, 1991 г).
Кроме того, это простое действие должно напоминать человеку о том, что священник - это Божий помазанник и слуга волею Божией, который поставлен Им, чтобы пасти Божие стадо, и я должен повиноваться ему (1 Пет. 5:5; Евр. 13:17).

Теперь о ношении длинных волос. В 1 Кор. 11:14 Ап. Павел говорит о правиле, из которого, что совершенно очевидно, могут быть исключения. Тот же Ап. Павел в том же послании пишет о другом правиле: "...каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа" (1 Кор. 7:2). В то же время, сам Апостол жены не имел. Не имел ее также ни Иоанн Богослов, ни Иоанн Креститель, ни другие скопцы то ли от природы, то ли ради Царствия Божия. Также есть исключения и относительно длинных волос. Этот общий закон о волосах был справедлив и для В.3., раз этому учит, по словам Апостола, сама природа; тем не менее, Авесалом, Самсон и другие назареи носили длинные волосы (Числ. 6:5). Сам Христос и Иоанн Креститель имели длинные волосы, как то видно на Туринской плащанице и на многих древних иконах.
Священники - это тоже назареи. Они посвящены Богу для особого служения, а потому имеют право носить длинные волосы. Эта ветхозаветная традиция была продолжена Церковью с первых веков, это бесспорно, хотя не стричься не вменяется священству как обязанность. Мирянам же не стричься - действительно бесчестье, и это Церковью не благословляется.

 

 

О постах

Часто мы не понимаем православных в том, что у них есть общие посты для всех. Как можно заставлять человека поститься, ведь это дело каждого?
Кроме этого, обвинению подлежат и частичные посты, когда отказываются не от всякой еды, а только лишь от мясной и животного происхождения. Мы говорим: разве это пост? И, вообще, ведь Библия осуждает тех, кто запрещает вкушать то, что Бог сотворил (1 Тим. 4:3). Интересно здесь отметить то, что учеников Христа обвиняли, наоборот, в том, что они не постятся. Сейчас мы обвиняем их уже в обратном, но давайте рассмотрим и этот вопрос.

Прежде всего - об организованном, всеобщем посте. В Библии мы несколько раз встречаем примеры всеобщего поста (Зах. 8:19; Есф. 4:3; Иоиль 1:4; Иер. 3:6 и др.). Если в Израиле, Ветхзаветной Церкви, были всеобщие посты, то почему сейчас Церковь не может их иметь?
К тому же, и в Н.3. мы встречаем ссылку на всеобщий пост: "...пост уже прошел" (Деян. 2:9). Да и у нас самих бывает, что объявляют об общем посте по какой-то особей нужде, но только довольно редко. Так почему же Церковь не может установить на все времена пост по самой острой нашей нужде, которая постоянно есть у каждого человека - его освящение, усовершенствование, богоуподобление? Человек постоянно нуждается в том, чтобы быть еще лучше, еще ближе к Богу, еще более непривязанным к земному, еще более кротким и воздержанным. Для этого и делается пост, ведь он так помогает в этом.
Отец А.Мень пишет: "В чем смысл постов? Они прививают навык воздержания, обуздывают плоть, способствуют духовному совершенствованию. Они несут в себе принцип самоконтроля - важнейшего условия внутренней работы. Следование установленному посту, а не тому, который каждый изобретает для себя, ecть акт добровольного принятия руководства Церкви" (А Мень "Православное богослужение: таинство, слово и образ". - Москва, 1991 г. с.168).

Рассмотрим еще некоторые места Библии, где говорится о посте.
В 1 Кор. 11:27 Павел свидетельствует, что он пребывал "часто в пocте" Христос также предсказывал, что Его ученики "будут поститься..." (Мф. 9:15). Давид говорит: "Колена мои изнемогли от поста" (Пс. 108:24). Анна же день и ночь служила Богу постом и молитвой (Лк. 3:37). Если даже бегло взглянуть на место, которое занимает пост, как в учении, так и в практике православных и протестантов, можно понять, кто более соответствует библейскому определению поста.
Теперь о том, можно ли частично поститься? Даниил описывает свой пост: "Вкусного хлеба я не ел мясо и вино не входило в уста мои" (Дан. 10:3). Т.е., он ел, но простую и невкусную пищу. Также и Креститель всю жизнь постился частично и ел, но oчень скудно, только акриды и мед. Ведь не так трудно день не есть, но 40 дней постничать - гораздо больше воздержания вырабатывается и духовной пользы пpиобретается.
В Православии пост, вообще, понимается намного глубже, чем у нас. Святые учат поститься всеми своими чувствами: и глазами, и ушами; ограничивать себя не только в еде, но и во сне, развлечениях, в словах, в посещении празднеств, в общении с людьми, в супружеском общении, в домашних заботах, чтобы посвятить максимум времени, сил и внимания молитве, чтению Писания и других душеполезных книг, богомыслию, самоанализу и покаянию.
Итак, Христос говорил, что когда Он уйдет - Его ученики будут поститься. На основании Библии можно поститься и организованно, всем вместе, и частично. Павел и Апостолы часто были в постах. Пост нужен для того, чтобы возводить нас к Богу и вырабатывать воздержание. Человек может поститься и по своему усердию, дополнительно, как делают это многие монахи и подвижники благочестия, но для всех Церковь установила общие посты - еженедельно в среду и пятницу и 4 больших поста в году. (Эти дни установлены были самими Апостолами. В Дидахе (Учение 12 Апостолов), документе, датируемом концом I века, в 8-й главе говорится: "Да не совпадают посты ваши с постами лицемеров; ибо они постятся во вторый и пятый день по субботе, вы же поститесь в среду и в канун (субботний)". Эти дни были избраны не случайно. Христос говорил: "Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься" (Mф.. 9:15). Значение этого текста таково: ученики Христа будут поститься после Его ухода с земли. Дни же поста (среда и пятница) избраны потому, что в среду Христос был продан Иудой первосвященникам, а в пятницу - распят.
Таким образом, в эти дни Церковь постится и скорбит об этих печальных событиях.)

 

 

О заученных молитвах

Не понимаем мы и не соглашаемся с православными в том, что они молятся часто по молитвослову, заученно, "не от сердца". С кафедры я слышал такой пример: молиться заученно - это то же, как если бы кто стал разговаривать со своим отцом выученным текстом или послал бы ему письмо, но не от себя, а письмо другого человека. Разве Богу это будет приятно? Ведь Он хочет слышать наши слова, от нашего сердца. После такого примера действительно многие соглашаются, что молиться по молитвослову - это чистый формализм и обида Бога.

Давайте все же попробуем посмотреть на это с другой стороны да и, вообще, проанализируем, не подпадаем ли мы сами под свое же осуждение?
Во-первых, сам Христос научил молиться учеников "заученно", и мы нередко молимся этой молитвой - "Отче наш". Но разве нельзя ею молиться от сердца, хотя и заученно? Также и Давид, и другие псалмопевцы оставили нам в Псалмах много своих молитв, которые они уже после самой молитвы сели и записали. Мы же, особенно старые баптисты, иногда поем их молитвенно, стоя на коленях, тоже, можно сказать, заученно.
Кроме этого, что делают наши "евангелисты", такие как Виктор Гам, Билли Грэм и др. на евангелизациях? Они приглашают людей вперед и просят молиться за ними, повторять их молитву. После этого oни радостно сообщают, что Бог услышал их молитву. Но какая же это их молитва, ведь они повторили ее за проповедником, не от сердца, заученно? Также в разных фильмах, передачах, брошюрах в конце часто дается текст молитвы и предлагается помолиться Богу этой молитвой покаяния, но ведь и это молитвы не от сердца, чужие, не свои. Но мы ведь полагаем, что ими человек может помолиться от сердца, если соглашается со смыслом молитвы.

Еще вопрос: как мы учим детей молиться? Не знаю, как кого, но меня отец учил повторять за ним слова молитвы, и потом уже через время, я начинал молиться сам. Если даже мы и не yчим прямо, как в школе, то люди все равно сами учатся по тому образцу, который они слышат от других. Ведь человек всему почти учится, особенно в начале жизни, подражая взрослым и более опытным.
Если ребенок будет слышать в семье бранную речь, то он и сам так будет говорить, и наоборот, если родители его говорят литературно и красиво, то и он так же будет разговаривать.
Так же и в молитве: если человек, только прийдя в Церковь, будет слышать правильные молитвы, то и сам так будет молиться. Потому-то Церковь и предлагает человеку примеры лучших молитв, чтобы он учился сразу по хорошим образцам. Это для того, чтобы человек учился молиться правильно и по воле Божией. Ведь человек от сердца может, не понимая, просить Бога о том что не согласуется с Его волей. Одного наркомана миссионерка уговаривала помолиться, но тот сказал, что не умеет. Она говорит: "Молись о том, что на сердце". Он и помолился: "Господи, дай моему другу А. доброе сердце, чтоб он поделился со мной анашой (наркотиком)". Ну, и что лучше: пусть так молится, главное, что искренне и от сердца, или лучше научить его молиться правильно и дать ему молитвослов? Почему устно мы можем учить молиться, а письменно, через молитвослов, что более эффективно и удобно, нельзя? Ведь человек по своей простоте может молить Бога о том, чтобы он спас диавола или приснился ему, или чтоб наказал его врагов, или чтобы завтра пришел уже, что не является тем, о чем стоило бы молиться. Человек ведь должен понимать, какие молитвы угодны Богу, а какие - нет, и какие вообще должны быть приоритеты в молитве, за что нужно хвалить и за что благодарить, и о чем просить, и какое расположение духа вообще угодно Господу в молитве.
Православные молитвы все исполнены духа покаяния, сокрушения о своих грехах и благодарности Богу, и просьб не материальных благословений каких-то, а просьб об обличении, исправлении, исцелении души от греха и т.п.
Сейчас, когда я познакомился с некоторыми молитвами святых, я хочу молиться по молитвослову и чувствую, насколько я еще не умею молиться. После молитвы по молитвослову и свои молитвы становятся уже совсем другого и духа, и содержания.
Отец А.Мень говорит: "В молитве же, как и во всяком большом и трудном деле, одного "вдохновения", "настроения" и импровизации недостаточно. Подобно тому, как человек, смотря на картину или икону, слушая музыку или стихи, приобщается к внутреннему миру их создателей, так и чтение молитв связует нас с их творцами: псалмопевцами и подвижниками. Это помогает нам обрести духовный настрой, родственный их сердечному горению. "В том, чтобы молиться нам "чужими" словами, - говорит О. А. Ельчанинов, - пример нам Христос. Его молитвенные вопли на кресте - цитаты из Псалмов (Пс. 21:2; 30:6)" ("Православное богослужение", стр. 144-145.). Ведь и своими словами можно молиться не от сердца, формально, для людей; а можно и по молитвослову или Псалтыри молиться со слезами и от всей души. Ведь то, что переживал, к примеру, Давид, переживает сейчас каждый настоящий христианин также.
Например, молитва покаяния Давида (Пс. 50). Если человек живет всегда тесно с Богом, то эта молитва никогда не перестанет быть для него актуальной. Она будет как Его личной. Ведь если Господь с нами работает, то Он всегда будет нам указывать на наши грехи, и значит эта молитва всегда для нас будет живой. Ведь мы, например, постоянно поем чужие" песни. Мы поем: "Не пройди Иисус меня", "Иисус, как ты дopoг для меня", "Мне видны пятна на троне", "С днем рождения тебя поздравляю" и т.д. Ведь это же не наши слова. Написаны они другим автором, но мы поем их как от себя, и с этим у нас проблем не возникает. Почему же песни других я могу петь от своего лица, а молитвы других произносить как от себя нельзя? Первые разы читается молитвослов действительно как книга. Через время же эти молитвы входят в сердце и произносятся как свои. Произнося слова: "Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот твоих очисти беззаконие мое" (Пс. 50:3), - ты уже и не думаешь о Давиде, а говоришь Богу: "Меня помилуй, я согрешил".
Церковь лишь предлагает лучшие образцы молитв для того, чтобы человек мог войти в этот православный дух покаяния, самоумаления и благодарности Богу, хотя и не запрещает молиться своими словами. Часто ведь Христос и те святые, молитвы которых вошли в молитвослов, молились сами от себя.
Поэтому молитвослов - это не ограничение духовной жизни, а только лишь помощь.

 

О монашестве

В Церкви с ранних веков существует монашество. Даже Рогозин рассказывает о монахе Антонии (251 г.) и некоторых других много хорошего. Правда, потом все сводит к тому, что монашество - это не что иное, как устранение Голгофы и жертвы Христа, п.ч. монахи, якобы, пытаются оправдаться своею праведностью. В эпиграф он поставил очень, по его мнению, подходящий стих из Захарии 13:4: "...и будут надевать на себя власяницы, чтобы обманывать" (П. Рогозин "Откуда все это появилось". - Луцьк, "Християнське життя", с.74).
Кроме этого, монашество нами отвергается потому, что Христос ведь послал нас проповедовать и быть в мире, а монахи, как мы считаем, уходили от мира и от повеления Христа.
Итак, по-нашему выходит, что монахи - это злостные отвергатели жертвы Христа, обманщики и беглецы от Божьего повеления, типа Ионы. Давайте посмотрим на заслуги монашества для христианства и его действительное основание.

Монашество, как его стали позже называть, появилось в xpистианстве почти сразу (даже еще раньше, в В.3.). Антоний был известный монах, но не самый первый.
Первый монах, упоминамый в Евангелии, был Иоанн Креститель, и, причем, строжайший монах. Жил в пустыне уединенно и ел не то, чтобы скудно, а для нас невообразимо плохо. Одевался, видимо, только в одну грубую одежду, "власяницу", но вряд ли, чтобы обманывать, не так ли? Вообще, по сути, имея только один такой пример величайшего из рожденных женами, уже можно признать законность монашества.
Кроме того, разве в В.3. мало примеров людей, часто и долго живших в уединении? Моисей 40 лет пас овец, находясь почти всегда в одиночестве.
Илия долго был сам в пустыне. Ап. Павел пишет: "Те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли" (Евр. 11:38). Иисус любил часто уединяться, даже тогда, когда народ хотел слушать Его (Лк. 5:16). Но Христос знал цену одиночества. Павел также после откровения на дороге уходил в Аравийскую пустыню на 3 года один, и нам на это указывали на курсе Нового Завета в Университете (Гал. 1:17-18). Зачем эти люди часто были одни? П.ч. наедине, в тишине только можно слышать Бога, молиться и получать откровения, познавать себя. Ап. Павел признавал: "Неженатый заботится о господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене" (1 Кор. 7:32-33). И еще "... хорошо человеку не касаться женщины.(...). Ибо желаю, чтобы все люди были, как и я (т.е., неженатыми)" (1 Кор. 7:1-7). Христос также говорил: "...есть скопцы (т.е., безбрачные), которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного" (Мф. 19:12).
Путь безбрачия и полного посвящения себя для служения Богу, для молитвы весьма одобряется Писанием. Христос также призывал, хотя и не всех: "...если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах: и приходи, и следуй за Мной" (Мф. 19:21). Многие люди, слыша этот особый призыв Христа, так и поступали: раздавали свое имение, лишались своего положения, друзей, своего права иметь жену и уходили в монастырь трудиться и молиться.
Но протестанты не просто отвергают монашество, а чаще всего вообще его высмеивают. Говорят, что в монастыри идут те, кто не способен создать семью и у кого какие-то физические отклонения. Хулят протестанты путь безбрачия, как будто бы Христос никогда и не говорил о скопцах, оскопивших себя для Царства Божия (Мф. 19:12); как будто у нас нет примеров Христа, Иоанна Крестителя; Aп. Павла и многих отцов Церкви, сознательно, не по причине физической болезни отказавшихся от брака, а pади Господа. Но такова уж наша грешная гордая природа: те высоты, которые взять нам не под силу, мы, вместо благоговения перед ними, просто высмеиваем. Такова, кстати, основная черта в отношении протестантизма к Православию: насмешка и извращение.
В Православии все величественнее, чем у нас, но т.к. сознавать это неприятно, то лучше все, подобно Рогозину, извратить, поставить с ног на голову, оклеветать, чем почтить и преклониться. Монахи же, как правило, живут гораздо строже и достигают больших результатов, чем живущие в миру. Это доказывает и тот факт, что святые в Православии в большинстве своем монахи. Можно съездить в наш Святогорский монастырь (Украина, Донецкая область. Ныне - Лавра) и пocмотреть на жизнь этих монахов. На данный момент их около 115 человек. Все они оставили все и имеют только комнату на несколько человек, свою рясу и часто постное и скудное пропитание. Многие из них совсем молодые. Вся их жизнь - это труд и молитва - общая на богослужении и частная, келейная. Разве это плохо? Разве такое полное посвящение на служение Богу не похвально?

Протестанты говорят, что Христос послал нас в мир, а монахи уходили из мира, нарушая тем повеление Христа.
Bo-первых, это, фактически, неправда. Монастыри ведь не на небе находятся, а в мире, на земле.
Во-вторых, есть много людей, которые живут очень тихо и имеют весьма ограниченный круг общения, но мы никогда их не упрекаем, что они не проповедуют и yшли от мира. А если монахи имеют общение с таким же ограниченым числом людей, то для нас это уже грех. В Сибири или где-то в пустыне люди часто живут небольшими группами, но мы полагаем, что они могут быть христианами; а монахи, живущие часто гораздо большей группой, грешат почему-то тем, что они оторваны от мира.
В-третьих, большинство монастырей открытого типа и не закрыты от людей. Они не обосабливаются и не уходят от служения людям, живущим в мире. В Святогорском монастыре ежедневно дважды кормят десятки и сотни людей - приезжих и нищих. Там вам всегда могут дать место для ночлега. Монастыри, вообще, являются не какими-то отшибами, как нам часто кажется, а наоборот - духовными центрами, основой, совестью, передовыми отрядами Церкви. Ежедневно там могут бывать сотни и тысячи людей. Монахи часто пишут книги и листовки, которые, что нетрудно заметить, всегда отличаются большой глубиной и точностью оценки духовного состояния нашего мира. Многие верующие ездят в монастыри и получают большую благодать, поддержку и воодушевление для своей духовной жизни. Рогозин сам рассказывает, что Антоний во время гонений приходил и оказывал верующим большую духовную поддержку и немало их ободрял и утешал. Люди толпами искали его, но он, так же как Христос, часто уходил в уединение. И он бы никогда столько не сделал бы, никогда бы его люди так не искали, если бы он десятилетия прежде не провел в уединении, если бы не "убегал от повеления Христа". Так же поступали и другие монахи, такие как Серафим Саровский, Кирилл и Мефодий. Пробыв долго в монастыре и одиночестве, Серафим Саровский стал принимать людей и был настолько водим Духом, что почти никогда не спрашивал человека о его нужде и проблеме, п.ч. знал уже заранее все и сразу при входе говорил человеку, что ему делать. За эти немногие годы он сделал столько добра людям и Церкви, сколько он не сделал бы за всю жизнь, если бы прежде не был в одиночестве; и десятой части того не сделал бы. Десятки, а может и сотни тысяч людей побывали у него и получили большую духовную помощь в своей жизни. Кроме помощи людям он оставил для Церкви свой молитвенный опыт общения с Богом и духовной борьбы с искушениями и пороками, который и до сего дня приносит огромную пользу для духовного роста многим. Кирилл и Мефодий тоже были монахами, но результатом их служения стало обращение огромной страны в веру христианскую. Так же действовал и Креститель. Пробыв в пустыне долгое время, он вышел на служение на короткий срок, но результат был великим.
Вообще, самые великие труды по богословию, толкованию Библии, практической христианской жизни были написаны именно монахами. Почти все Отцы Церкви были монахами, такие как Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов и др., и именно их монашество и объясняет в большой мере то, почему их жизнь была столь плодотворна. Были и такие, которые уходили в затвор на всю жизнь.
Но, во-первых, не всех Бог призывает к общественному служению.
Во-вторых, они совершали многие молитвы за мир, и только православные понимают так глубоко действенную важность молитвы и всю серьезность и трудность этого служения. Многие могли молиться годами с очень малыми перерывами на сон и еду. Ведь это тяжелейшее служение и большой дар Божий. Многие же из них, хотя не служили общественно, оставили свой духовный опыт письменно, и о их жизни написали книги, которые другим приносят пользу.
О том же, что можно скудно одеваться и питаться, мы уже говорили; к тому же, в Писании написано: "Имея пропитание и одежду, будем довольны тем" (1 Тим. 6:8). И постоянное сокрушение о грехах - это не попытка оправдаться делами и не отвержение жертвы Христа, а исполнение блаженства: "Блаженны плачущие", плачущие о грехах своих. Желая спасаться не прилагая больших усилий протестанты отвергают и поносят аскетизм, ссылаясь чаще всего на то, что аскетизм есть отвержение спасения по благодати. Но о чем же тогда говорит Писание? "Усмиряю и порабощаю тело мое..." (1 Кор. 9:27); "Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями" (Гал. 5:24); "Все подвижники воздерживаются от всего..." (1 Кор. 9:25); "Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя..." (Мф. 16:24); "...Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его..." (Мф.11:12); "...Страдающий плотию перестает грешит…" (1 Пет. 4:1) и т.д.
Самое главное основание для аскетизма, для подвижничества дает первая заповедь о любви к Богу. Любовь практически немыслима без жертвенности, без готовности отдать любимому самое дорогое. Христос тем и явил Свою и нам любовь, что отдал ради нас самое ценное: оставил блаженство неба перенес разлуку с Отцом; претерпел страшные пытки. Потому и материнская любовь так сильна, что мать с самого вынашивания ребенка многим жертвует для него: лишается аппетита; теряет свою красоту; рождает в болях; ночами не спит и имеет множество труда и хлопот с ним ежедневно не один год.
Таким образом, чтобы нам исполнить первую заповедь, нужно также чем-то жертвовать для Бога. Потому Церковь, чтобы научить своих чад любить Бога, и предлагает приносить различные жертвы: на службах стоять, поститься, ложить поклоны, читать акафисты, исполнять молитвенные правила и различные послушания, творить милостыню и т.д. Монахи лишь особенно усердно в этом подвизаются.
Кстати, монашество получило свое широкое развитие после Константина, когда в Церковь хлынуло много номинальных верующих. Многие истинные христиане не могли этого выносить, но и не в силах были изменить эту ситуацию и уходили в пустыню. Там образовывали монастыри, и так Церковь была спасена. Даже протестантский христианский историк Эрл. Е. Керне называет этот период Церкви "Христианство в монастырях" (Эрл Е. Керне "Дорогами Христианства". - Москва, изд. "Протестант", 1992 г., с 119.). Он понимал, что именно истинные представители христианства были тогда в монастырях, а не обманщики и беглецы. Но куда уж протестантизму признать и понять весь смысл, законность и величие монашества после примера Лютера, нарушившего свой обет Богу и женившемуся на монахине? Мирскому и материалистическому протестантизму, в особенности западному, никогда не понять, вообще, смысла аскетизма и воздержания. Теперь же давайте суммируем заслуги монашества.
1) Монашество - это подвиг отрешения от мира, друзей, имения, семьи ради большего познания Бога и посвящения себя молитвенному служению, а не попытка искупить себя самим.
2) Монастыри часто служат убежищем для обездоленных и гонимых. Это надежный приют, где пришедшего накормят и дадут ночлег, так что монахи не уклоняются от служения миру.
3) Монастыри являются местом, куда люди часто приходят за духовной помощью и советом (хотя у монахов есть одна особенность, которую я предлагаю вам проверить: в их присутствии часто пропадают все вопросы. Достаточно только побыть там, посмотреть на этих монахов, на их жизнь и посвящение, и все вопросы и сомнения уходят).
4) Величайшие труды были написаны монашествующими. Величайшие из деятелей Церкви, епископы, богословы были монахами.
5) Монахами переписывалось и распространялось Священное Писание, когда еще не было печати. Этим они оказали огромную услугу для его сохранения. Монастыри практически всегда были Ровными и образовательными центрами.
6) Многие монахи были миссионерами. Нам в ДХУ рассказывали, что на Чукотке обнаруживали следы того, что даже туда доходили монахи с проповедью еще в ХV веке. Так что монахи не уходили от повеления Христа проповедовать, а наоборот, первые его исполняли. Исторически расцвет монашества всегда сопровождался расцветом проповедничества и миссионерства.

Есть еще и внешние доказательства духовной силы монашества. В газете SOS за 2000 г., №3, с. 4-5, описан случай, произошедший в Оптиной пустыне в монастыре. Один сознательный сатанист, Николай Аверин, в пасхальную ночь убил трех монахов сатанинским мечом с надписью 666. Когда его на допросе спросили, почему он убил именно монахов - он ответил: "П.ч. они - главные враги сатаны". Сатана более всего боится молитвы и реальной святости, а это - главные стремления монахов. Т.е., сам он указывает на тех, которые ему более всего ненавистны, а значит - ближе всего к Богу.

Итак, монашество трудно переоценить. Монашество - это не всегда пустыня и уход от мира на расстояние; это образ жизни, сосредоточенный на тесных отношениях с Богом, молитве и внутренней работе над собой. Церковь уже давно проповедует о монашеском образе жизни везде, не только в монастыре. Есть книга в двух томах, которая так и называется - "Монастырь в миру". И к жизни монашеской, как к идеалу, должен стремиться каждый православный христианин, даже если он состоит в браке и живет среди людей. Златоуст говорил, что монах отличается от мирянина только тем, что он не женат. Во всем остальном идеалы остаются одинаковыми, ведь Христос всех, не только монахов, призывал к совершенству и отречению от мира.
Монашество - это, по сути, просто исполнение воли Божией по максимуму. Это такой образ жизни, когда человек отказывается от всего пустого или даже второстепенного: пустых общений, пустых встреч, времяпрепровождений, развлечений; когда он по силам постится, оставляет все любопытное ради концентрации внутренних сил души на Боге и своем внутреннем мире. Вот что по сути своей есть монашество, и разве это плохо?

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.