Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Природа философского знания. Язык философии. Философия и мифология.





Установить правильные отношения с философией можно лишь в том случае, если правильно понимать её природу. Какова же эта природа? При внимательном рассмотрении оказывается, что природа эта диалогическая. От слова диалог. Это значит, что философия рождается в беседе. Причём, важно отметить, что философия рождается в беседе не только с кем-то, кто находится вне нас, т.е., в так называемой внешней беседе, но так же, и главным образом, философия рождается в беседе внутренней. Т.е. в беседе с кем-то, кто внутри нас. Но кто же это внутри нас?

Начну разговор с распространённого мнения, будто мы наши идеи черпаем из внешнего, окружающего нас мира, как бы извлекая из событий нашей жизни. На самом деле думать так – ошибка. Почему же?

Впечатление, что жизнь нас пытается чему-то научить, создаётся, например, вследствие того, что её события порой складываются так, что приходится, как говорят, возвращаться «на круги своя». Т.е., жизнь иногда возвращает нас к почти таким же, аналогичным ситуациям, как бы для того, чтобы что-то показать, научить. И чтобы отвязаться от этих повторений, надо сделать какой-то вывод, научиться чему-то.

Так вот, правильно ли будет сказать, что жизнь нас учит? Нет, не правильно. Я категорически не согласен с такой формулировкой. Почему? Да просто потому, что жизнь, явления окружающей жизни – есть нечто низшее по статусу, чем мы сами. Например, известный русский философ Николай Бердяев пишет по этому поводу: всё многообразие окружающей нас жизни меньше, чем то, что внутри нас.

Принимая во внимание сказанное, можно задать себе вопрос: ну как то, что меньше, может учить то, что больше? Учит ли яйцо курицу, скажите мне? Нет, конечно. Более того, если исходить из таких предпосылок, что нас учит то, что находится вне нас, мы можем прийти к ряду не очень приятных следствий.



В самом деле, ведь как, каким образом может учить нас жизнь? Скажем, путём запретов: она может показать, чего не надо делать. Либо – указанием на то, что надо делать. Как, например, следует правильно поступить в той или иной ситуации. Итак, мы из окружающей нас жизни можем черпать информацию, как бы некие указания, относительно того, как надо поступать и как не надо поступать.

 

Но есть ли это истинное познание? Учит ли нас, таким образом, жизнь? Некоторым может показаться, что учит. И есть люди, которые, скажем, получая образование в высшем учебном заведении, очевидно, исходят из того, что то знание, которое они получают – это то, что поможет стать хорошим специалистом, а значит - в некотором смысле – сделает их свободнее. Свободнее в действиях.

В самом деле – если вы не знаете правил дорожного движения, то вы не свободны, вы не можете свободно двигаться по городу. А если знаете – это создаёт для вас условия передвижения. Точно так же, человек думает, что он закончит вуз, женится, станет добропорядочным семьянином, и всё это, всё что он будет делать, исходя из правил «надо – не надо», обеспечит ему свободу. А не тут то было.

Живя так, рано или поздно человек приходит к ощущению, что его обманули. В чём состоит обман? Он-то думал, что благодаря тому знанию, которое даёт ему жизнь, он станет свободным, а на самом деле чувствует себя совершенно не свободным, скорее какой-то шестерёнкой в огромном механизме, который называется жизнь.

Какие пути чаще всего избирают для себя люди, пытаясь решить это противоречие? Первый путь – это продолжать думать, насилуя свою волю, что они свободны. Но не все бывают склонны, чувствуя обман, продолжать тащить на себе этот груз, называемый жизнью. И у некоторых требование свободы прорывается наружу. Ощущение, что у него отобрали то, что является неотъемлемым его качеством - ведь никто не может покушаться на человеческую свободу - заставляет человека бунтовать, и начинается разрушение того механизма, в который этот человек заключён.

Примеров этому из жизни можно приводить бесчисленное множество. Скажем, человек в семье. Мне как-то на глаза попалось высказывание одного известного представителя шоу бизнеса. Он дивился тому, что до своей очередной свадьбы любит свою избранницу. Но как только женится, любовь куда-то напрочь испаряется. Почему уходит любовь? Потому, что исчезает ощущение свободы. А настоящей любви нужна свобода, любовь и свобода – это, можно сказать, две стороны одной медали.

Другой пример. Известно, что сегодня многие занимаются бизнесом. Известно так же, что не только деньги часто привлекают человека в бизнес, но и возможность самореализовываться, заниматься творчеством, т.е. именно творчески подходить и к деньгам, и к их зарабатыванию. Через это человек так же приобретает чувство свободы, свободы не только внешней, но и внутренней. Так вот, почему же так часто бизнесменам приходится вступать в конфликт с законом?

 

Это противоречие между свободой и необходимостью кажется неразрешимым, и многими так и не разрешается в течение всей жизни. А можно ли вообще его разрешить? Оказывается – можно, и решение это предлагает философия. Оно заключается в следующем: прислушиваться следует не к тому, что ниже нас – в этом заключается ошибка людей, находящихся во власти так называемого обыденного мышления - а к тому, что выше, мудрее нас. И вот что интересно - то, что является выше нас, мы можем обнаружить в себе. Это – то, что называют духовностью или элементами, искорками, островочками духовности в человеке.

Как мы уже говорили, почти во всех наших идеях присутствуют чистые смыслы. Это значит, что – в идеях как бы просвечивает некая реальность, которую принято называть духовной реальностью. И даже сама мысль оказывается возможной лишь в этом просвете. Об этом говорит знаменитый немецкий философ Мартин Хайдеггер. Так вот, любую нашу идею можно рассматривать так же и как некую интерпретацию или толкование тех смыслов, которые в нас уже есть.

Другими словами, по-настоящему учить нас может не то, что находится вне нас, а то, что внутри нас. События же окружающей нас жизни в этом процессе обучения можно рассматривать лишь как своего рода «наглядные пособия».

Однако, несмотря на то, что духовная составляющая наших идей создаёт предпосылки, без которых невозможно истинное познание, сама эта духовность часто ускользает из поля нашего внимания. Почему это происходит? Дело в том, что любая интерпретация осуществляется на определённом языке. А какой же язык используют люди обычно? Язык повседневности, как говорят, т.е. язык, который берётся из повседневного общения, или, как ещё говорят - из окружающей нас жизни.

Таким образом, мы можем сказать, что интерпретация смыслов, заложенных в нас, происходит с помощью повседневного, обыденного или, проще сказать, обычного языка. И вот этот самый язык – он как раз и не улавливает то самое, духовное содержание наших идей. Результатом этого является то, что человек впадает в иллюзии, подобные тем, которую мы уже рассмотрели выше.

На подобной же иллюзии выстраивается так называемое мифологическое мировоззрение: человек начинает замечать, что события его жизни живо откликаются на его мысли, настроения, чувства, и то, причиной чего, на самом деле, является его внутренний мир, начинает приписывать каким-то внешним силам. Например, многочисленный пантеон богов древней Греции и древнего Рима, которые олицетворяли различные силы природы. Здесь вполне уместной является идея немецкого

 

философа Людвига Фейербаха, который говорил, что религия – это то, что транслирует некие внутренние возможности человека вовне его и заставляет его этому поклоняться.

Подтверждением данного тезиса является так называемый антропоморфизм – важнейшая особенность древнегреческой религии, основанной на мифологическом мировосприятии. Это значит, что древние греки из своих богов делали людей. Но только качества их были усилены во много раз, причём, не только лучшие, но и худшие, такие, как зависть, мстительность, похотливость и.д.

И вот, действительно осознать то, что в нас есть, понять, что с нами происходит, позволяет не обыденный язык, а язык философский. Именно соприкасаясь с настоящим философским текстом, человек оказывается способным различить, увидеть – вот где я, а где то, что называют духовностью во мне. А также и то, что вообще ниже меня находится, т.е. то, чему «научила» меня жизнь. Способность вот к этому различению человек приобретает, через чтение живого философского текста.

Каким образом это оказывается возможным, и вообще – что такое философский текст? Знаменитый философ Платон, а вслед за ним и его ученик Аристотель, говорили, что философия начинается с удивления. Откуда берётся это удивление? Одним из его составляющих является следующее.

Было ли у вас в жизни такое, что вы, проходя мимо какого-то места, может быть в тысячно первый раз, вдруг, смотрите на него и как бы не узнаёте? Не потому, что оно изменилось, а потому, что ваш взгляд изменился. Вы как будто в первый раз видите его. Говорят дети – они вообще смотрят на мир именно так – взглядом удивления. Детский взгляд лишён той «коросты», тех мыслительных штампов, той привычности во взгляде на окружающий мир, которые присущи нам.

Это видение сопровождается определённым состоянием души. Иногда это чувство, например, возникает после дождя. Предгрозовое состояние природы вначале гнетёт человека, а потом, когда дождь прошёл, то ли озон в воздухе, то ли что-то ещё, как бы очищает нас изнутри, освежает наш взгляд.

Примерно таким взглядом смотрят на мир люди творчества. Например, художник. Чем отличается взгляд художника от взгляда фотоаппарата? Возможно, фотоаппарат фиксирует много таких деталей, которые художник упускает из поля своего зрения, не изображает их. Таким образом, кажется, что фотоаппарат более точно передаёт изображение. Но взгляд художника отличается именно этой вот свежестью, тем настроением, которое является чем-то субъективным, исходящим от самого художника. И вот это своё настроение он передаёт на полотно, а через полотно оно

 

 

передаётся нам.

Понятно, что такой взгляд позволяет человеку обнаруживать что-то такое, чего другие могут не замечать. Своеобразие именно философского взгляда заключается в том, что то новое, что открывается человеку, оформляется в виде неких суждений. Из этих суждений складываются так называемые понятия, а те, соединяясь, в свою очередь, образуют то, что принято называть категориями. Такие понятия и категории мы с вами, конечно, должны будем вводить в наши беседы, и я должен буду растолковывать их смысл.

Теперь же замечу лишь, что философский язык берётся не с неба, не откуда-то извне. Он рождается из нашего с вами языка, из обычного языка. Но как это возможно? Дело в том, что то, что начинает замечать человек, приобщающийся к философии, оказывается самой сутью явлений окружающего нас мира. Вот почему философия может собирать и осмысливать жизненный опыт человека во всём его многообразии, включая самые элементарные порывы, впечатления, действия и т.д.

Таким образом, что мы можем зафиксировать? Что формирование философского языка есть прояснение и конкретизация обычного языка, т.е. тех слов, которыми люди пользуются в обычном языке. Путём именно конкретизации и уточнения живого человеческого языка происходит восхождение к языку философскому. Они тесно друг с другом связаны. И именно это позволяет любому человеку, даже не философу понимать философские тексты.

Очевидно ведь, что многие, из сидящих здесь – не философы и философами никогда не станут. И с моей стороны абсурдным было бы пытаться из всех вас сделать философов. Это – бессмысленно хотя бы уже потому, что философами не становятся, а рождаются. Т.е., чтобы стать философом, нужно иметь к этому врождённые способности, талант. Точно так же, как талант к музыке или к рисованию. Но приобщиться к философии может каждый. Вот о чём речь то идёт, и вот чем мы с вами здесь занимаемся.

Нужно понять, что приобщение к философии – не только возможно, но и необходимо всякому, считающему себя образованным, человеку. Почему это необходимо, мы уже говорили на прошлой лекции. Но вот вам ещё один аргумент: без приобщения к философии, человеку бывает трудно, а иногда даже и невозможно не просто выразить, но даже и помыслить то, что он ощущает и переживает. Неприятно находиться в этом положении. Ну, просто элементарно, человек оказывается в ситуации, что его никто не понимает. Хорошо это или плохо, когда речь идёт о том, что вас не понимают в самых глубинных каких-то, смысложизненных вопросах?

 

Одной из проблем известного немецкого философа Фридриха Ницше была именно эта. В конце жизни он, даже написав какое-то новое своё произведение, не мог дать его никому почитать. И близкие друзья перестали его понимать. Интересно, а почему? Может быть, он не владел философским языком? Да владел, конечно. Более того, он был филологом по образованию, и ему его коллеги пророчили блестящее будущее учёного-филолога. Но дело в том, что Ницше изобретал философский язык, он трансформировал и переосмысливал его. Процесс рождения и изменения языка – он сопряжён с этим внутренним кризисом.

Каждый великий философ двигается дальше в развитии философского языка, и этот язык позволяет каждому новому поколению осмыслять важнейшие современные проблемы. Люди, игнорирующие философию, отказывающиеся от результатов усилий философов, отказывают себе в дополнительных, а иногда – и незаменимых жизненных возможностях.

Что я имею ввиду? То, что язык философии – это не просто то, что оформляет некую духовность, которая уже присутствует или пребывает в нас. Язык философии как бы и создаёт или конструирует наш внутренний духовный мир. А если говорить точнее – позволяет тому, что называют духовностью и то, что до поры до времени находится во внешнем положении по отношению к нам, хотя и окутывает нас со всех сторон, проникнуть в нас. В этом и заключается наше приобщение к духовности.

Если вам это кажется удивительным, я обращу ваше внимание на то, что и язык обычный является тем, что впускает в нас, или открывает для нас мир окружающей нас жизни. Приведу такой пример. Психологам, как впрочем, и каждому из нас, известен такой трюк: если хочешь лучше спрятать вещь, положи её на самое видное место. Иногда это срабатывает. А почему? Потому, что мало увидеть что-то глазом, надо увидеть это ещё и умственным взором. Мы можем сто раз пробежать мимо этой вещи и не заметить её. А почему? Потому, что мы не додумываемся, что она может быть там.

Таким образом, любой акт восприятия есть одновременно акт мыслительный. А чтобы мы могли что-то помыслить, необходим язык. Именно через наш язык мы впускаем в себя мир. Именно поэтому, не владея, не прикасаясь к языку философии, не читая философские тексты, настоящие, живые философские тексты, вы не можете обнаружить в себе ту духовность, о которой мы говорим. Нет её для вас.

Вернёмся с этих позиций к рассмотрению мифологического мировоззрения. Как мы уже говорили, мифологическое сознание формируется на основе представлений обыденных и на основе обычного человеческого языка. Что видит вокруг себя человек, то и обозначает. И это

 

 

обозначение позволяет ещё что-то увидеть. Миф оперирует понятиями нефилософскими, не владеет философским языком. В период господства мифологического мышления, философии в обществе нет.

И что же происходит? Та духовность, которая вокруг нас, она бывает не открыта для самого человека. Человек как бы варится в соку этой духовности, но не впускает её в себя. Она вне его находится. И первоначально такое положение человека вполне устраивает. Положение человека, который живёт в мифологическом мировосприятии можно сравнить с положением ребёнка. Сознание детей, можно сказать, мифологическое. В частности, выражением этих мифов служат сказки, детские сказки. Вот скажите, сказки – это полезная или вредная вещь для ребёнка? Вроде ложь, обман, нереальные вещи там описываются. Однако, почему же читают родители сказки детям своим? А потому, что сказки формируют человека, они воспитывают его.

И вот миф – он, на определённой стадии человеческой истории – тоже воспитывал и формировал, он был неотъемлемой и очень важной частью или составляющей человеческой культуры. Но в какой-то момент началось отторжение мифа. Человек естественным образом в своей жизни приходит к такому созреванию внутреннему, что мифологическое мировоззрение или сознание его перестаёт устраивать. Душа его просит о том, чтобы он впустил в себя ту духовность, которая вокруг него. Ну и те мировоззренческие установки, те ответы, которые даёт миф, на вопросы, которые ставит жизнь, перестают человека удовлетворять. Они не срабатывают, и человек, по внутренним ощущениям, оказывается в том положении, о котором писал Пушкин: «В пустыне мрачной я влачился». Вот это – ощущение человека, который находится в состоянии предродовых мук или на стадии подготовки впускания в себя духовности о которых я говорил на прошлой своей лекции. И вот на этой стадии происходит как бы отторжение мифологического мировоззрения.

Чтобы это показать, следует проследить эволюцию мифа. Например, как отмечают исследователи, «образный ряд гомеровского типа структурирован согласно чувству гармонии, пропорции и меры». Поэмы Гомера, этого великого мифотворца древней Греции, «не изобилуют … описаниями чудовищного и деформированного…» И это говорит о том, что человека ещё вполне устраивал мифологический взгляд на мир. Но что же мы видим уже у Гесиода, который отстоит несколько дальше от изначальной стихии греческой религии? Вот что говорит этот поэт в своей знаменитой «Теогонии».

У истоков мироздания стояли бог неба Уран и его супруга, богиня земли Гея. Особенностью взаимоотношений этой четы было то, что Уран весьма часто приставал к своей жене, в результате чего у Геи слишком

 

часто рождались дети. И как-то раз всё это ей порядком надоело. Она одного из своих сыновей вооружила «серпом острозубым» и посадила в то самое место, откуда он появился на свет. И вот, как только Уран в очередной раз возлёг на ложе своей супруги, откуда ни возьмись, из засады выскочил его сынишка по имени Кронос, сильным взмахом руки отсёк отцу половые органы и бросил их в море.

Когда Кронос женился на своей родной сестре Рее, у них тоже стало рождаться много детей. Но Кронос всех их проглатывал. И тогда Рея решила спасти одного из своих сыновей: в пелёнки, которые уже собрался проглотить её муж, она вместо дитя положила камень. Таким образом, был спасён Зевс. Ну и когда Зевс подрос, пришла очередь мстить ему.

Несомненно, что такие «жизнеописания» богов говорят уже о наступлении кризиса мифологического сознания. Здесь явственно слышится критическое отношение к богам. Как прорыв из этого кризиса мифологии, возникает впервые философия. Философия, в которой впервые приоткрывается подлинно духовная реальность. И эту реальность человек обнаруживает в себе.

Некоторые философы даже говорили, что они слышат внутри себя голос. Конечно, это не голос в обычном смысле этого слова. Это как бы голос разума. Вообще, всякому человеку по природе свойственно носить и чувствовать в себе живой разум. Но при этом иногда человек может явственно различать, что своим этот разум следует называть не потому, что он наш, а потому, что он – в нас.

В философии произошло новое, на более высоком уровне примирение человека с окружающим его миром. Как говорил римский философ Сенека: «Найди друга в себе, и тогда весь мир станет тебе другом».

 

 

Задание:

Из текста лекции соберите всё, что касается вопросов:

1. Какова природа философского знания?

2. В чём особенность и для чего нужен язык философии?

3. Чем отличаются мифологическое и философское мировоззрения?

 

 

 









Живите по правилу: МАЛО ЛИ ЧТО НА СВЕТЕ СУЩЕСТВУЕТ? Я неслучайно подчеркиваю, что место в голове ограничено, а информации вокруг много, и что ваше право...

Что делает отдел по эксплуатации и сопровождению ИС? Отвечает за сохранность данных (расписания копирования, копирование и пр.)...

Конфликты в семейной жизни. Как это изменить? Редкий брак и взаимоотношения существуют без конфликтов и напряженности. Через это проходят все...

ЧТО И КАК ПИСАЛИ О МОДЕ В ЖУРНАЛАХ НАЧАЛА XX ВЕКА Первый номер журнала «Аполлон» за 1909 г. начинался, по сути, с программного заявления редакции журнала...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2021 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.