Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







ТАКТИКО-АНАЛИТИЧЕСКАЯ СТАТЬЯ





Она обращена прежде всего к актуальным практическим про­блемам промышленности, сельского хозяйства, предприниматель­ства, культуры, науки, образования, бизнеса, финансов и т.д. В этих статьях анализируются конкретные проблемы, события, действия, ситуации, связанные с практическими задачами, решаемыми в той или иной сфере деятельности, отрасли производства и пр. Ав­тор практико-аналитической статьи ставит перед собой цель выя­вить причины ситуации, сложившейся в той или иной сфере про­изводства, на ряде предприятий, в социальной сфере и т.д., оце­нить эти ситуации, определить тенденции их развития, назвать проблемы, стоящие на пути решения тех или иных практических задач, по возможности найти пути эффективного разрешения этих задач, вынести на суд общественности какие-то конструктивные предложения.

Если автор общеисследовательской статьи мыслит такими ка­тегориями, как «страна», «мир», «планета», «общественное уст­ройство», «политика», «экономика», «благосостояние народа», «цели правящей элиты», «парламентское решение», «международ­ные договоренности», «тенденции развития взаимоотношения стран», «цивилизация», то автор практико-аналитической статьи обращается к категориям типа «задачи обрабатывающей промыш­ленности», «парк машин», «взаимосвязи предприятий», «ситуа­ция, сложившаяся в отрасли», «план реконструкции завода», «прибыли АО», «ценообразование», «учреждение», «предприни­матели», «атмосфера в коллективе» и т.п.

Подготовка проблемной статьи начинается с изучения проблем­ной ситуации, конфликта, существующего в реальности между желаемым и возможным. Проблема встает перед журналистом че­рез осознание им противоречия, существующего между имеющимся у него знанием о заинтересовавшем его явлении и непознанной стороной данного явления. Это противоречие отражается автором в формулировке проблемы.



 

Спрашивая: «Почему растут цены на продукты питания?», он демонстрирует, что: 1) знает, что цены на продукты питания растут; 2) но не знает, почему они растут. Именно на выяснение причин роста цен, т.е. на устранение незнания о явлении, он и нацеливает потом свое выступление.

 

Чем больше журналист знает о том предмете, который иссле­дует, чем компетентнее он в той сфере, которую освещает и счи­тает «своей темой», тем больше у него шансов выступить с инте­ресным проблемным материалом. Правильная постановка пробле­мы возможна только на основе достоверного знания. Если журналист, не имея данных о современной ситуации в стране или опираясь на знания двадцатилетней давности, задаст вопрос: «Чем обусловлен рост населения России?», то в нем отразится непра­вильно понятая проблема. Выбор конкретной проблемы из той их совокупности, которая может существовать в интересующей жур­налиста области, первоочередное освещение ее обусловлены прежде всего наиболее актуальными потребностями аудитории, на кото­рую «работает» данное издание.

Уточнение проблемы осуществляется в ходе анализа существую­щей проблемной ситуации. А для этого необходимо добыть соответ­ствующую информацию. Начинается поиск с выявления конкрет­ных действующих лиц ситуации. Определив их, далее следует узнать конкретные ответы на следующие вопросы: что было (будет) пред­принято и кем? К каким социальным группам относятся участники? Какие цели они преследуют? При каких условиях они действуют? Какие противоречия есть между общественными требованиями и личными интересами участников? Какие проблемы возникают при этом? Как реагируют на это участники? Какие средства и методы применяют? С кем и против кого они действуют? Почему действуют так, а не по-другому? К чему это может привести? Что это значит для общества? Какие пути выхода из ситуации можно использовать? Получив подобную информацию, автор может сформулировать ос­новную проблему для обсуждения в будущем выступлении.

В современной журналистике встречается достаточно много статей, претендующих на статус проблемных, однако по сути ими не являющихся: иногда речь в них идет о вопросах, не заслужива­ющих общественного внимания, или же рассматриваются «проблемоидные» ситуации. В этих случаях проблемы предстают в формулировках такого типа: «Как стать брюнетом?», «Почему Моисе­ев не нравится Жирику?», «Как взять автограф у Пугачевой?» и пр. Порой формулировки отражают псевдопроблемы: «Почему инопланетяне не идут на контакт с землянами?», «Как сделать человечество счастливым?», «Как построить вечный двигатель?» и пр. Подобного рода «проблемы» журналисты называют «проблемоидами». Увидеть такой «проблемоид» помогает доказательство неразрешимости поставленного вопроса (например, открытие за­кона сохранения энергии поставило за грань реальных проблем человечества вопрос о создании вечного двигателя).

Настоящая проблема всегда связана с потребностью в реше­нии задач, важных для общества. Чем большего числа людей каса­ется проблема, тем она важнее, тем больше заслуживает внима­ния серьезного журналиста.

В журналистской среде существует ходячее мнение, что пра­вильная постановка проблемы чуть ли не наполовину означает ее решение. Конечно же, это преувеличение. Точнее будет сказать, что решение проблемы обязательно обусловлено ее правильной постановкой. Решение проблемы журналистом — это ответ на тот вопрос, который содержится в ее формулировке. Получить необ­ходимое для этого знание можно различными методами — как эмпирическими, так и теоретическими. Все они подчинены дости­жению основных целей проблемного выступления:

1) описанию и оценке проблемной ситуации;

2) выяснению причин возникновения проблемы (барьера, пре­пятствия, задачи);

3) установлению программы и поиску путей устранения (т.е. решения) проблемы, т.е. формулирование действий.

Напомним, что под описанием в журналистике понимается фик­сация результатов наблюдения, интервью, беседы, изучение журна­листом документов, т.е. результатов эмпирического исследования, а при необходимости и их группировка, типологизация. Оценка — это отношение человека к анализируемому предмету. Часто именно с описания и оценки автор начинает свое проблемное выступление.

 

Из публикации «Как погибают самолеты» (АиФ. № 12. 1998)
Старый, видавший виды «Икарус», доставляющий пас­сажиров от здания аэропорта к трапу самолета, лихо развернулся на полосе и взору пас­сажиров предстал Ил - 18. На нем нам предлагалось лететь по маршруту Москва-Львов. На плохо покрашенном фюзе­ляже проступал герб города Берлина и флаг ГДР. Теперь самолет принадлежал компании «Украинские авиалинии», и на борту красовался жовтоблакитный флаг. «Не боитесь летать на таком "гробе"?» - спросил я стю­ардессу. «Что вы! Это наш лучший самолет. Все остальные гораз­до хуже». Те, что хуже, - это Ан-24 и Як-42, ресурс большинства ко­торых давно уже выработан...
Как правило, описание проблемной ситуации существует в единстве с оценкой разных ее сторон. В приведенном выше отрывке оценочную нагрузку несут вопрос журналиста, обращенный к стюардессе: «Не бои­тесь летать на таком "гробе"?», и ее ответ: «Что вы! Это наш лучший самолет. Все остальные гораздо хуже», и последующее уточнение авто­ром ее ответа. В данной статье автор пытается также найти ответ на вопрос: почему так часто в последние годы разбиваются самолеты? Ему удалось выявить пять причин: 1) созданные на базе прежнего «Аэрофлота» 466 авиакомпаний стре­мятся выкачать как можно больше денег из перевозок, но не выделяют средства на ремонт самолетов; 2) летчики очень плохо (в основной массе) подготовлены, так как учебные полеты сокращены до минимума; 3) все российские аэропорты, наземное оборудование, взлетно-по­садочные полосы устарели; 4) диспетчерский состав, аэродромные службы подготовлены пло­хо, часто не выполняют инструкции; 5) отечественные авиадвигатели малонадежны. У другого автора этот перечень, вероятно, был бы несколько иной и причины сформулированы были бы хотя и отчасти, но по-другому. Это Предопределено не только тем, что автор — «другой» человек, что он может получить другую информацию из других источников, но и тем, что он может нацеливать себя на другой уровень анализа причин авиака­тастроф, его детализации. Каждая из названных выше причин аварий российских самолетов при желании и возможности может быть «развернута». Так, говоря о пер­вой причине, автор мог бы назвать те авиакомпании, скаредность кото­рых привела к наибольшему числу авиакатастроф. Кроме того, он мог бы, например, привести статистику, показывающую зависимость кру­шений от изношенности авиалайнеров. Говоря о второй причине, мог бы назвать те денежные суммы, которые необходимы для хорошего обу­чения летчиков, и те, которые реально выделяются. Он мог бы также указать нормативы по налету часов курсантами и то количество часов, которое получается на практике. Усугубляя причинно-следственный анализ гибели самолетов, автор мог бы попытаться установить: 1) по какой причине авиакомпании не стремятся и не могут обеспе­чить надежность авиаперелетов? 2) кем и почему не выделяются необходимые средства на обучение летчиков? 3) кто виноват в том, что не подготовлен и плохо работает диспет­черский состав? 4) в чем причина плохого содержания аэропортов? 5) почему не все самолеты снабжены радарами? 6) почему сегодня в России не созданы надежные (по мировым мер­кам) авиадвигатели? Конечно же, автор должен определить конечную точку движения «в глубь» причин. Иначе истинную причину того же бедственного состоя­ния российских самолетов он может увидеть в неправильных действиях Сталина или Николая II, или Петра I, или в российском менталитете, или в происках Запада и т.д.

 

Важно выявление тех причин, на которые в современных усло­виях можно повлиять так, чтобы изменить что-то к лучшему. Если же причины лежат за пределами воздействия на них, то они пред­ставляют скорее теоретический интерес. Для журналистики, заня­той актуальными практическими проблемами, излишняя глубина анализа в известной мере противопоказана.

Очень часто бывает необходимо прогнозировать развитие про­блемной ситуации. Ведь именно прогноз дает «модель» будущего состояния исследуемого явления.

 

Приведенная нами статья также содержит прогноз развития исследу­емой ситуации: «И тем не менее нынешний «самолетопад» многие про­фессионалы старого «Аэрофлота» считают только «цветочками». В буду­щем по вине экипажей самолеты будут падать гораздо чаще, если не из­менить систему подготовки личного состава...»

 

Практико-аналитическая статья нередко включает в себя и программу действий, которые могут изменить ситуацию в авиа­ции. Конечно, серьезную программу могут составить только спе­циалисты в соответствующей сфере деятельности. Дело журналис­та в таком случае изучить программу и толково рассказать о ней аудитории. Но журналисты иногда выступают и со своими предло­жениями по обсуждаемым в статье вопросам. В этом случае журна­лист, как правило, ограничивается выражением краткого мнения «по поводу». Само же решение остается за соответствующими служ­бами, учреждениями, организациями.

 

ПОЛЕМИЧЕСКАЯ СТАТЬЯ

Некоторые издания печатают полемику довольно часто (на­пример, «Независимая газета»). Но в большинстве из них полеми­ческие статьи обычно публикуются тогда, когда в обществе возни­кают споры по каким-либо значительным проблемам. В большин­стве СМИ «пик» полемической активности наблюдается чаще всего в преддверии всевозможных избирательных кампаний. Непосред­ственным поводом публикации полемической статьи обычно яв­ляется выступление политических оппонентов, представителей «чужой» научной школы, «теоретического», религиозного тече­ния, задевающее каким-то образом интересы автора будущей по­лемической статьи, его издания, выражающее оценки, представ­ления, выводы, предложения, с которыми автор этой статьи, это издание согласиться не могут.

Осознаваемая автором цель полемической статьи, как прави­ло, представляется ему двоякой. Во-первых, он видит перед собой задачу — обосновать свою собственную позицию по спорному воп­росу, показать свое видение проблемы, причин ее возникнове­ния, значимости, способов ее решения. А во-вторых, ему пред­ставляется необходимым опровергнуть позицию своего оппонента. Это, естественно, не может не отразиться как на содержании при­водимых фактов, примеров, так и на логической структуре статьи. Используемые факты, примеры обычно подбираются таким об­разом, что они лишь подтверждают позицию автора. Он не может себе позволить в отличие от авторов других видов статьи приво­дить факты, примеры, которые противоречат его тезисам, не мо­жет применить к своему выступлению позицию философа, исхо­дящую из того, что «жизнь есть борьба противоречий». Его выс­тупление должно быть непротиворечивым — это, пожалуй, принципиальное требование полемической статьи.

Своеобразие осознаваемой автором цели выливается в своеобра­зие логической структуры полемического выступления. Оно форми­руется на базе доказательного рассуждения, включающего в себя, с одной стороны, аргументацию в пользу главного тезиса автора выс­тупления, а с другой — опровержение тезиса, аргументов, демонст­рации, содержащихся в выступлении оппонента. Но это распростра­ненное представление об особенностях полемического выступления обязательно должно быть дополнено знанием и следованием основ­ным законам, которые присущи культурному (цивилизованному) полемическому общению людей с помощью СМИ.

Что они собой представляют? Грубо говоря, такие законы — это совокупность требований, способствующих поиску истины участниками полемики (полемистами)[22][3]. Ориентация на такой поиск — исходное, базовое положение, которое они обязательно должны иметь в виду. Ибо, как говорили древние, «в споре рождается ис­тина». Если нет желания или умения искать истину в публичной полемике, то нет и никакого смысла ее начинать. Законы спора, представляемого журналистом на суд читательской аудитории, имеют комплексный характер и вырастают из выработанных в те­чение веков норм логики, правил убеждающего коммуникативно­го воздействия, требований морали и права.

Поскольку полемика протекает как обмен журналистскими выступлениями, то для каждого отдельного ее участника эти зако­ны выступают прежде всего как требования к содержанию и форме полемической статьи. Правда, требования своеобразного. А своеоб­разие это заключается в том, что, как уже было сказано выше, автор ее обычно стремится опровергнуть позицию оппонента и доказать, утвердить свою. В том или ином конкретном полемичес­ком произведении соотношение доказательства и опровержения может быть разным. Но и то, и другое в какой-то мере обязательно присутствует в тексте. Поэтому полемист должен владеть как ис­кусством доказательства, так и искусством опровержения.

В любом случае создание полемического текста должно начи­наться с формулирования главной мысли (главного тезиса), кото­рую далее автор будет отстаивать как в данном, так и в последую­щих выступлениях в ходе всей полемической кампании. Эта мысль может быть сформулирована в тексте в виде самостоятельного пред­ложения. Но может быть высказана и в форме намека или ссылки на уже известные публике обстоятельства. Главное, чтобы она была понятна и ясна читателю данного номера издания. Это требование становится особенно актуальным теперь, когда из-за обнищания населения у печатных СМИ становится все меньше постоянных подписчиков и все больше покупателей отдельных номеров газеты или журнала.

Следующее требование — доказательность доводов (аргумен­тов) в пользу основной мысли выступления. Выполнение этого тре­бования — наиболее трудная для полемиста задача. Трудна она по ряду причин. Одна из них, хорошо известная каждому журналис­ту, заключается в том, что эти самые доводы надо искать. Доводы становятся таковыми только тогда, когда они присутствуют в тек­сте в качестве подтверждений мысли журналиста. А до этого они обычно существуют для автора под именем фактов. Серьезная по­лемика требует серьезных фактов. А такого рода факты в наше вре­мя часто тщательно скрываются или оказываются недоступными для прессы. В чем отличие фактов от серьезных фактов, многим людям хорошо понятно. Одно дело, скажем, использовать в каче­стве довода в пользу утверждения, что какой-то человек является героем, тот факт, что он не пожалел времени и перевел через дорогу старушку, а другое дело — сослаться на то, что он, рискуя жизнью, вынес из горящего дома ребенка.

Однако доказательность для читательской аудитории того, что обычно называется фактами, зависит не только от степени их се­рьезности. Очень важным моментом является источник происхож­дения фактов. Чаще всего в полемике используются данные, пред­ставляющие собой: а) результаты личного наблюдения автором тех или иных событий, о которых он рассуждает, б) свидетельства других лиц, к которым обращается за информацией журналист, в) документы, содержащие сведения по обсуждаемому вопросу.

К сожалению, многие полемисты не вникают в «тонкости» происхождения фактов, которые они используют в качестве аргу­ментов в своих рассуждениях. Между тем, по имеющимся научным данным, наибольшей доказательной силой для большей части ауди­тории обладают документы. За ними следуют свидетельские пока­зания, мнения (особенно показания авторитетных для аудитории лиц). А на третьем месте стоят личные наблюдения журналиста. Если бы этот момент учитывался участниками спора на газетной полосе, то истина, на которую они стремятся открыть глаза ауди­тории, стала бы для нее намного очевиднее.

Значительную роль играет и «содержание» факта, т.е. то, являет­ся ли журналистский факт действительно фактом, или же за этим понятием стоит мнение, предположение, оценка. Напомним, что факт в журналистике — это твердое знание о том, что реально суще­ствует («имеет быть», как говорят философы) в мире. Оценка — это отношение к факту, т.е. утверждение о том, насколько хорошо или плохо (прекрасно, безобразно и пр.) его существование для нас или кого-то другого. Предположение — это неясное знание о том, суще­ствует ли факт или нет, или же каково его значение для кого-то (его ценность). Мнение может включать как фактические данные, так и предположения разного рода. Наибольшей доказательной силой для непредвзятого читателя обладают факты. Поэтому полемист, разуме­ется, должен стремиться к тому, чтобы его утверждения опирались прежде всего на документы, и прежде всего — документы, содер­жащие изложение фактов. Хотя в реальной журналистской практи­ке, как известно, это не всегда возможно.

То, какой тип аргументов применяет журналист, когда гото­вит обычное (неполемическое), разовое выступление, конечно же, может не иметь особого значения. Главное, чтобы текст был инте­ресным, убедительным. Но вот если он собрался вступить в спор по какому-то вопросу, то характер возможной аргументации не­обходимо тщательно осмыслить. При этом следует найти и пред­ставить в тексте такие аргументы, которые по своей доказательной силе должны быть равными тем, которые применяет оппонент, или же превосходить ихв этом отношении. К сожалению, изложенные выше соображения не всегда принимаются во внимание некото­рыми полемистами, что резко снижает их шансы на победу в пуб­личном споре.

 

Тульская газета «Молодой коммунар» на протяжении ряда послед­них лет периодически критикует так называемые губернаторские проек­ты по строительству в области трех объектов: по производству горюче-смазочных материалов, стекловолоконных труб и соледобыче. Эти про­екты газета называет прожектами, поскольку считает их исключительно невыгодным для туляков долгостроем, который ведется в основном за счет не запланированных на его осуществление расходов из бюджета области и соответствующей задержки выплат населению зарплат, пен­сий, пособий. При этом «Молодой коммунар» вступает в полемику с газетой «Тульские известия», отстаивающей необходимость и важность реализации «губернаторских проектов», а также утверждающей, что это строительство ведется за счет внебюджетного финансирования. Обосно­вывая верность своей позиции, журналист А. Гелин цитирует официаль­ные документы.
Из публикации «К сожалению, слово "победа" на две трети — из слова "беда"» (Молодой коммунар. 19 июня 1999)
Вот первая цитата из по­становления областной Думы от 21.01.98 г. № 22/565 «Об обращении губернатора Туль­ской области об участии адми­нистрации области в создании совместных предприятий по производству стекловолоконных изделий, поваренной соли, нефтепродуктов»: «2. Ад­министрации области финан­сирование указанных проек­тов осуществлять за счет об­ластного бюджета...» Вторая цитата — из Заключения Контрольной комиссии областной Думы по результа­там проверки исполнения бюджета на 1998 год: «...уста­новлено, что 10.04.98 г. Фи­нансовым управлением пере­числены средства для оплаты оборудования по контрактам о приобретении нефтеперераба­тывающего мини-завода, рас­ходы на который не были пре­дусмотрены в областном бюд­жете на 1998 год», и только принятием 17 декабря 1998 г. Закона Тульской области «О внесении изменений и до­полнений в Закон Тульской области «Об областном бюд­жете на 1990 год» были уза­конены уже произведенные расходы на указанный объект». В этом же документе мы находим прямое подтвержде­ние того, что деньги, пошед­шие на строительство завода, украдены у стариков, детей, учителей, медиков: «В течение 1998 года администрацией об­ласти проводилось финанси­рование отдельных меропри­ятий капитального характера за счет средств бюджета теку­щих расходов (так как бюджет развития не был сформиро­ван), что повлекло за собой низкий уровень финансирова­ния по основным социальным разделам». И т.д.
В отличие от «Молодого коммунара» журналист Ю. Аргонов исполь­зует в качестве оснований своей позиции аргументы иного типа, а имен­но — ссылки на мнения лиц, участвующих в осуществлении «губерна­торских проектов» (сначала приводит выдержки из беседы с генераль­ным директором ОАО СП «Тульская нефтеперерабатывающая компания» Владимиром Чернятиным, который сообщил, что «завод создается на базе американской установки «Хай-Тек 100», способной перерабатывать в год 100 тысяч тонн сырья. Но эта установка — далеко еще не весь завод...» И т.д. Затем дается изложение интервью с директором амери­канской фирмы «MG Export-import international», которая поставляет тулякам оборудование для мини-нефтеперерабатывающего завода, Бер­нардом Голдстейном.
Из публикации «Крах прожектов "МК", или "Секреты", которые не хотят знать крикуны из оппозиционной прессы» (Тульские известия. 19 июня 1999)
— Коллеги из «МК» вы­ражали сомнение относи­тельно содержимого контей­неров, которые пришли на тульскую таможню при ва­шем содействии. Так что же в этих контейнерах? Некондиция? Старье? Б/у? — Наша фирма существу­ет 50 лет. За это время мы за­вершили монтаж 47 нефтеперерабатывающих установок в США и других странах мира. В том числе в России: Сур­гут, Якутия, Дагестан. Обору­дование, которое мы постави­ли в Тулу, производства 1997-1998 годов. Разработка же 1997 года... — Необходимое оборудо­вание поставлено полностью? — Полностью поставлено и полностью смонтировано. В ближайшее время мы ждем наших специалистов по элек­трике и электронике для под­готовки оборудования к пусконаладочным работам. — Ваше мнение о работе российских специалистов, с которыми вам приходилось сталкиваться? — Очень высокое о профес­сионализме сотрудников АО «Энерготехмонтаж» и очень низкое о журналистах «Моло­дого коммунара». Ведь если отдельно взятый журналист некомпетентен, а порой и не­чистоплотен, то должен же быть над ним контроль глав­ного редактора?.. И т.д.
Рассказ о заводе журналист заканчивает беседой с первым замести­телем губернатора Тульской области В. Богомоловым, курирующим стро­ительство этого объекта:
— Виталий Алексеевич, «MК» пишет, что деньги на строительство завода «украде­ны у стариков, детей, учите­лей и медиков». — На это строительство не истрачено ни одной копейки из бюджетных денег. Област­ная администрация получила льготный кредит при посред­ничестве Юрия Михайловича Лужкова... И т.д.
Сами по себе примеры, суждения, приведенные автором «Тульс­ких известий», могли бы показаться аудитории в каком-то другом слу­чае достоверными. Но не в данной полемической ситуации, когда чита­тели могут сравнивать аргументацию, представленную первой и второй газетами. В результате читатель отдаст пальму первенства доводам «Мо­лодого коммунара». Почему? Потому что, во-первых, документы, на которые опирается журналист А. Гелин, осознаются аудиторией (по пси­хологическим основаниям) как более доказательная аргументация, по сравнению с мнениями, использованными Ю. Аргоновым. А во-вто­рых, доводы, приведенные автором публикации в «Тульских извести­ях», проигрывают в том, что они имеют еще один серьезный недоста­ток, не заметный на первый взгляд. А именно: цифры даны в абсолют­ном варианте. И по ним трудно судить, насколько значительны масштабы строительства? Что оно дает? Насколько достижения соответствуют по­требностям города? Определить это, исходя из приведенных в статье данных, простому читателю, не имеющему дополнительных достовер­ных сведений об экономической ситуации в жизни области, невозмож­но. Изъяном аргументации «Тульских известий», несомненно, является и то, что автор использует в качестве аргументов мнения тех лиц, которые, собственно говоря, и критикуются в выступлениях «Молодого коммунара», т.е. заинтересованной стороны. А ведь хорошо известно, что, например, в ходе установления истины в суде заинтересованные лица в качестве свидетелей никогда не привлекаются. Делается это с целью исключения лжесвидетельствования. К сожалению, журналист не учел данное обстоятельство.

 

Успешный поиск истины в ходе полемики, как уже говорилось выше, будучи основной ее целью, невозможен без установки на взаимопонимание участников полемики. Это требование может по­казаться нереальным и не соответствующим сути полемики. Но на самом деле только стремление людей понять друг друга помогает удержать ускользающую «правду». К сожалению, на полях газет­ных сражений приходится наблюдать прежде всего полемистов, которые искренне уверены, что именно они уже владеют истиной «в последней инстанции». А если это так, то поиск взаимопонима­ния, ради установления истины, уже мало волнует участника спо­ра, он просто хочет навязать всем свою «самую верную» точку зрения. Именно в таком желании заключена исходная причина того, что полемист прилагает все усилия для победы над своим оппо­нентом любой ценой. Ведь он отстаивает истину! А оппонент этого почему-то не хочет понять. Как тут не показать ему, что он собой представляет? И показывают.

 

Так, названное выше полемическое выступление «Тульские извес­тия» начинают, как можно предположить, с самого главного для них — выражения своего отношения к оппоненту — «Молодому коммунару». Оно заявлено уже в набранном аршинными буквами, расположенном над названием газеты аншлаге полемической публикации: «Вкусна ли уже обглоданная кость?» Первые абзацы самого текста также повеству­ют «о главном».
Из публикации «Крах прожекторов "МК"» (Тульские известия. 19 июня. 1999)
Гениальный английский сатирик Джонатан Свифт, из­вестный широкому кругу чи­тателей своей мудрой книж­кой «Путешествия Гулливе­ра», в молодые годы написал не менее талантливую, но мало известную «Сказку бочки»... Есть там, между прочим, и не­лицеприятное высказывание молодого острослова в адрес тогдашней литературной кри­тики: «Они (критики), как го­лодные псы, поднимают тем больший вой и лай, чем мень­ше костей в подаваемом им кушаний...» Эти слова я посто­янно вспоминаю, когда читаю очередной опус младокоммунаровских критиков, касаю­щийся любых начинаний гу­бернатора Тульской области В.А. Стародубцева. Есть ли в очередном начинании областной администрации «минусы» или «плюсы», вой и лай со страниц «Молодого коммуна­ра» все равно прозвучит. Та­кова уж она, собачья природа. Но, как правильно говорят в народе, собака лает, а караван идет...
Нередко достается не только «противной» газете, но и ее читателям, а тем более тем, кого она защищает. Автор «Вечерней Рязани» Д. Про­скурин так отзывается о полемизирующих с «вечеркой» «Рязанских ве­домостях» и тех, кто выступает на ее страницах — губернаторе области В. Н. Любимове, его избирателях, местных коммунистах.
Из публикации «Год в кресле губернатора» (Вечерняя Рязань. 16 января. 1999)
О качестве материалов в «Рязанских ведомостях» су­дить вам... Если вам кажется, что мы несколько сгущаем краски, читайте «Рязанские ведомости». В них все так гладко, словно мы дошли до светлого будущего — доходяги, блин! Вот, буквально на прошлой не - деле в стенгазете рязанских властей появилась рубрика «Рязанцы о работе властей» — рязанцы всем до­вольны, а Любимов — просто ангел. «Ведомости», наверное, получат премию. Из бюджета.
Не менее воинственно настроен и В. Михайлов, другой автор рязан­ской «вечерки». Он так видит свои отношения с уже упомянутым губер­натором области, в которого мечет свои раскаленные стрелы со страниц того же номера газеты.
Из публикации «Михайловщина. Нолики обожают ставить крестики» (Вечерняя Рязань. 16 января. 1999)
М-да, прямо скажем, не сложились отношения между Вадимом Владимировичем (ав­тором статьи. — А Г.) и Вячес­лавом Николаевичем (губернатором. — А Г.). Да и не могло быть иначе... Что-что вы гово­рите? Кто ты, смерд, и кто Он?! Мол, да как ты смеешь даже в мыслях ставить себя, хиппующего борзописца, на одну дос­ку с Ним, Вседержателем цель­ной губернии, Помазанником Самого Геннадия Андреевича Зюганова и, в конце концов, Членом Совета Федерации?! Не любит журналист и чи­тателей «красной»газеты, «большевиков», которые, по его словам, «в силу своей классовой тупости, не только обеща­ли, но и пытались построить рай земной (типа, коммунизм). Чем это закончилось? — Пол­ной и безоговорочной жопой. В коей мы пребываем и по сей день, свидетельством чему слу­жит четырехкратная победа рязанских коммунистов на ме­стных выборах 1996-97 гг.
Хлестко написано. И грубо. Только к чему ведут такие хлесткость и грубость? Помогают ли они найти истину в споре, истину, необходи­мую всем? — таков вопрос. Ответ на который очевиден — нет. Как оче­видно и то, что читатели, наблюдающие за полемикой, ведущейся на страницах газет подобным образом, действительно вспоминают слова великого Джонатана Свифта о дерущихся за лишнюю кость голодных псах. Чтобы не давать аудитории поводов для подобных мыслей, начина­ющему журналисту, решившему выступать в жанре полемической ста­тьи, надо всегда начинать с главного — прежде всего нацеливать себя на спокойный и аргументированный разговор, никак не унижающий дос­тоинство оппонента, а значит, и свое собственное достоинство.

 

в начало

ЖУРНАЛИСТСКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

 

Достаточно долгое время понятие «журналистское расследова­ние» в отечественной прессе и в науке о журналистике восприни­малось как синоним журналистского исследования действитель­ности. И в этом плане оно обозначало собой сбор материала, свя­занного с анализом различных проблем общественной жизни, подготовкой выступлений прежде всего в жанрах аналитической статьи, очерка, фельетона. И лишь с началом перестройки обще­ства в обиход отечественной журналистики вошло то понимание журналистского расследования, которое на Западе уже обозначало определенный жанр журналистских публикаций.

Сравнивая современное журналистское расследование с пуб­ликацией какого-то иного жанра, например со статьей, коррес­понденцией, очерком и т.д., в нем можно найти черты, роднящие его с этими жанрами. И все же полнокровное журналистское рас­следование трудно спутать с каким-то иным жанром. Своеобразие журналистского расследования как особого жанра определяется качествами, возникающими под воздействием предмета, цели, методов получения информации, особенностями изложения по­лученного материала.

Предметом журналистского расследования обычно становится наиболее «кричащее» негативное явление, не заметить которое невозможно (это в первую очередь различные преступления, «из ряда вон выходящие случаи», события, приковывающие внима­ние общества). Если такие негативные явления — результат опре­деленных действий каких-то людей или их некомпетентности, ха­латности и т.п., то эти люди, как правило, принимают все необ­ходимые меры для того, чтобы скрыть корни, причины происходящего.

Цель журналистского расследования прежде всего и заключа­ется в том, чтобы определить эти корни, причины, обнаружить скрытые пружины, приведшие в действие некий механизм, поро­дивший вполне конкретный результат. Основной вопрос, который задает журналист-расследователь: почему? Не менее важным для данного жанра является еще один вопрос: как? Причем ответ на второй вопрос занимает в расследовании обычно львиную долю времени (в ходе расследования) и места (в самой публикации).

Поскольку обстоятельства всевозможных преступлений или тайных акций часто тщательно скрываются, то это, разумеется, резко затрудняет расследование. В силу этого журналист может при­бегать к методам получения информации, роднящим его, с одной стороны, со следователем, инспектором уголовного розыска, а с другой — с ученым-исследователем, если речь идет об историчес­ких расследованиях, связанных с громкими делами давно минув­ших дней. Это родство проявляется прежде всего в скрупулезности изучения связи явлений, когда внимание уделяется каждой мело­чи, способной пролить свет на происходящее, вывести журналис­та на верный след.

Идя по этому следу, он часто ведет за собой и читателя, слу­шателя, зрителя. Именно это движение за путеводной нитью в тем­ном лабиринте взаимосвязанных событий выступает канвой спо­соба изложения полученного материала, что неизбежно придает любому журналистскому расследованию детективный оттенок. Од­нако в отличие от литературно-художественного детектива, в ко­тором по мере разматывания следователем запутанного клубка со­бытий на поверхности появляются все новые герои, в журналист­ском расследовании люди, с которыми общался журналист, которые дали ему информацию, очень часто даже не упоминаются. Конфиденциальность источников информации, по известным при­чинам, очень часто становится неизбежной, в то время как в публикациях других жанров необходимость сохранять в тайне источ­ники информации обычно не имеет особого смысла.

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.