Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Пирамида (иерархия) человеческих потребностей по А. Маслоу





 

7) Самореализация: развитие личности и способностей

6) Эстетические потребности: красота, гармония, порядок

5) Познавательные потребности: знать, уметь, понимать, исследовать

4) Потребность в уважении (почитании): одобрение, признание, уважение, авторитет

3) Потребность в принадлежности и любви: принадлежать к группе, не быть в одиночестве, ощущать любовь к себе

2) Потребность в безопасности: чувствовать себя защищенным, в безопасности, под опекой, застрахованным

1) Физиологические (органические) потребности: голод, жажда, половое влечение, потребность в тепле, свете и т.п.

 

 

Каких только потребностей у нас не бывает, но большей частью все безумные: стать лучшим, стать первым, самым богатым, самым уважаемым и любимым, застраховаться от всех возможных и невозможных неприятностей, обеспечить себе жизнь вечную — и здесь; и на небесах. И это ведь только общий, хотя и неполный, универсальный для всех людей перечень, а какие у каждого из нас есть эксклюзивные, личные потребности и желания! Ух, любо-дорого смотреть — от сексуальных и гурманских до эстетических и религиозных!

 

 

Можно смело сказать, что каждый невротик «хочет иметь все». Эта алчность прикрывается управляющей фикцией — желанием быть сильнейшим. Для него имеют значение только самые сильные доказательства его превосходства. Если он пугается предприятия, обещающего выигрыш, то это потому, что он опасается за свое личное ощущение.

Альфред Адлер

 

 

Хорошо-то хорошо, но как вы себе представляете доведение всех этих желаний до логического конца? Это дело не только крайне трудоемкое, но зачастую и нереальное, как, например, желание быть самым умным, самым богатым, самым известным… При здравом рассуждении, конечно, понятно, что все это, мягко говоря, фантазии, поскольку нельзя быть «самым», а тем более «во всем». Таких иллюзорных мечтаний реальная жизнь на дух не переносит. Но это только так понятно, а внутри-то сидит червь, сидит и гложет: нельзя, а хочется, очень хочется!



Вот и получается, что когда такая фикция (фантазия или иллюзия) становится доминантной потребностью, когда она встает во главе угла, когда учреждает она свою гегемонию, то благодаря действию все того же хорошо известного нам принципа доминанты все наши жизненные силы сосредоточиваются в этом «пункте», в этой «точке», на этом абсолютно бесперспективном и заведомо проигрышном «проекте»!

Всех денег не заработаешь, но почему не попытаться, благодаря соответствующей доминанте? Первого встречного в себя не влюбишь, причем так, чтобы навсегда и по уши — есть, как известно, и здесь ограничения. Но когда захотелось, когда доминанта образовалась, разве же это ограничения?! Да ничуть не бывало! С доминантой — море по колено, так что мы даже спасательным жилетом не запасаемся, а зря.

 

 

Доминанта куражится: любовь нечаянно нагрянула!

Никакая очевидность не способна достучаться до слепоглухонемого сознания влюбленного субъекта, осаждающего неприступные стены возлюбленного. Ни один довод рассудка, ни одно здравое рассуждение не возымеет эффекта! Напротив, все они будут разрушены этим «воспаленным мозгом», и высвободившуюся энергию он направит не против господствующего безумия, а на его еще пущее разжигание.

«Ах, она любит другого?! Хорошо же, я докажу ей, что она будет счастлива только со мной!»; «Он меня игнорирует, значит, я недостаточно хороша. Ничего! Прическа, новый стиль, ситцевое платьице… Не сможет не заметить!» Нормально?! Самое время психиатрическую скорую помощь вызывать.

И нет у этих наших с вами доминант ни конца, ни края, поскольку взяты в оборот не природные, не биологические потребности, как в случае с обычным косматым зверем, а виртуальные представления — фикции, по большому счету. Ведь что такое «любовь», если не плод нашего воображения, разнообразных иллюзий и впечатлений от детских сказок, где все кончается счастливой свадьбой, но почему-то ничего не говорится о жизни после свадьбы — ссорах, обидах, отчуждении, изменах, о разводе, наконец!

Да и что хочет любящий от возлюбленного? Ответ прост: «большой и вечной любви», на которую влюбленный и сам не способен. Тем более не расположен к ней и тот, на кого эта патологическая страсть обрушилась! Но всякий влюбленный будет утверждать, что он способен, что его чувство вечное, что его просто никто не понимает!

Приходится признать, что попытки удовлетворения сексуальной потребности человека, превратившейся благодаря работе сознания в «любовь», напоминают собой коктейль из легких галлюцинаций и тяжелого бреда. В результате чего, кстати говоря, горит Троя, гибнут юный Вертер и далеко не юная Анна Каренина…

 

 

Концы доминанты

Алексей Алексеевич — солнце русской физиологической науки — показал, что у доминанты есть два «конца». Первый — «внутренний» — является результатом удовлетворения потребности (например, пищевой после приема пищи), второй — «внешний» — представляет собой результат насильственного вытеснения господствующей доминанты другой, более сильной, более важной и актуальной на настоящий момент (например, заприметив льва, антилопа оставит прием пищи с тем, чтобы не стать таковой — т.е. пищей — для хищника).

Но приведенные выше примеры «куража» старушки доминанты человека якобы разумного разыгрываются с участием неуемного и безграничного почти сознания (а чем сознание ограничишь?), где искомый объект (или цель) — виртуален (то бишь отсутствует в природе), а потому достижение «внутреннего конца» невозможно, а в качестве «внешнего» может выступить только чудо или гильотина.

Да, в нашем с вами случае естественные психические механизмы за счет вовлечения в них неестественного для Матушки-Природы сознания, с его удивительной способностью связывать воедино вещи, друг с другом совсем не связанные, дают сбой.

Такая доминанта, становящаяся центром притяжения всех мыслимых и немыслимых сил человека, пожирающая эти силы, раскручивает, словно центрифуга, всю начинку психического, перемалывает его содержание, льет, как заправский сталелитейщик, возникающее месиво в нужные только ей одной формы.

 

 

Мудр тот, кто потушил костер своих страстей, умерил чувства, отказался от всех желаний и избавил свое сердце от вожделения, только такой мудрец правильно шествует своей верной дорогой.

Гаутама Будда

 

Патологическая связь

Примером того, как с помощью сознания могут связываться воедино вещи, абсолютно друг с другом не связанные, является анорексия. Это такой невроз, когда девушка начинает худеть и не может остановиться, достигая степеней тяжелой дистрофии (истощения).

Здесь сходятся множество факторов. Во-первых, культура с ее извечными глупостями, рекламой идеальных форм, безобразных диет и средств для похудания. Во-вторых, родители, которые то упрекают в полноте и обжорстве, то закармливают как на убой. В-третьих, неудачи в личной жизни: любимый мужчина бросил, или сказал что-то обидное, или просто внимания со стороны мужского пола недостаточно.

И начинаются «гонки» в голове: «Отчего? Почему?». «Наверное, толстая» — решает, наконец, сознание, и давай худеть! И еще как, прости Господи… Сначала едим понемногу, потом рвоту вызываем, чтобы «убрать лишнее», наконец, от такой жизни аппетит пропадает напрочь, а в животе «тяжесть» начинается уже после двух ложек супа. Все, готовая анорексия — получите, распишитесь.

То, что они больны, и больны психически, сами эти девушки, как правило, не понимают. Родители бьют тревогу, а тем кажется, что к ним «придираются». Внимание со стороны мужчин к худеющим особам до поры до времени возрастает, но далее дело обретает совсем другой оборот. Измученный диетами и рвотами организм отказывается что-либо хотеть, и мужчин в том числе. Могут начаться приступы обжорства, за которыми неизменно следует чувство вины, вызванная рвота, а дальше все по новой. Нет у этой доминанты конца, ни внешнего, ни внутреннего!

Девушка уже похожа на скелет, врачи ставят диагноз дистрофии, но она, уже полностью замороченная своей «идеей фикс» — похудеть, словно слепнет! Пора в массовках для фильма об Освенциме сниматься, а ей кажется, что красивое у нее тело — и баста! Ничего странного, это болезнь, вызванная тем, что у этой нашей больной в голове все смешалось: сексуальное влечение и половая потребность, желание нравиться и пищевые рефлексы. Возникшая таким образом доминанта похудания — это доминанта-убийца! Действительно, это заболевание часто кончается смертью «юной красавицы»…

 

 

Мир таков, каковы наши доминанты!

«Мир таков, каковы наши доминанты!» — говорил Алексей Алексеевич Ухтомский и, как всегда, был прав. Строитель заходит в квартиру и видит, какие тут стены — ровные или неровные, какие потолки: подвесные или нет, как двери установлены, как краска лежит и т.д., и т.п. Обывателя будет интересовать другое — каких размеров кухня, проходные комнаты или раздельные, какой высоты потолки, слышен звук машин или нет и т.д. Зайдет художник — его будет интересовать вид из окна; ученый будет смотреть, разместится ли здесь его библиотека; слесарь будет исследовать кладовки и антресоли… Каждый человек увидит «свою» квартиру.

И так ведь во всем. Один и тот же фильм на одного окажет неизгладимое впечатление, а другому покажется бессмыслицей. Один в лесу красотой природы наслаждается, другой — грибы собирает, и все остальное ему «до лампочки», третий расстраивается, что время зря тратит, четвертый смотрит, сколько из этого леса можно «шкафов» сделать, пятый поведение животных изучает, шестой думает о том, хорошо ли он оделся, а то, не дай бог, простудится, седьмой…

Даже людей мы рассматриваем исходя из собственных представлений о жизни, из собственных, так сказать, интересов. Те, кто заморочен на престиже и статусе, будет смотреть, во что его vis-a-vis одет — от Кельвина Кляйна или от фабрики «Большевичка». Футбольные фанаты посчитают завсегдатая музеев сумасшедшим, последний посчитает, что его собеседники — «дебилы». Кому-то важно, чтобы у человека грязи под ногтями не было, а кому-то, чтобы у его знакомого хорошая толерантность к алкоголю была, «чтобы выпить с ним можно было по-нормальному».

 

 

Всякий видит вещи, как того заслужил. И восприятие отражает одинаково и то, что воспринимается, и того, кто воспринимает!.

А. А. Ухтомский

 

 

Наконец, даже отношение к себе мы толкуем, исходя из собственных доминант. Если мы кажемся себе некрасивыми, то будем думать, что это всеобщее мнение. Если мы кажемся себе недостаточно умными, то будем бояться, что об этом все догадаются. Если же мы выработали в себе чувство обиды, то, что бы нам ни сказали, что бы ни сделали для нас другие люди, — нам будет казаться, что они хотели нас обидеть. Вы, кажется, человеку комплимент сказали, а он воспринял все так, словно бы его оскорбили. Почему? Потому что мир таков, каковы наши доминанты.

Теперь же припомним уже говорившееся прежде: доминанты у человека бывают ужасно непродуктивные. Потребности его страшно гипертрофированы, а зачастую просто нереалистичны. И потому мир так часто кажется человеку досадным недоразумением, полным обмана и несправедливости. Если же подобные чувства возникают, то, согласно принципу доминанты, в последующем они будут только увеличиваться. По этому принципу развиваются и наши тревоги, и наши депрессии, и наша ипохондрия (страх за состояние своего здоровья), да и любые другие «комплексы» — от неполноценности до мании величия.

 

 

Депрессивная доминанта

При депрессии, если мы взглянем на нее со знанием принципа доминанты, возникает вообще практически патовая ситуация! Возбуждается, условно говоря, «депрессивный центр» (целая система), формируется специфическая — «депрессивная» — система функционирования головного мозга, с соответствующими реакциями, ответами, взаимосвязями, «депрессивными мыслями» о том, что все плохо, жизнь не удалась, будущее ужасно и т.д., и т.п.; а другие центры при этом тормозятся, отдавая свое возбуждение «депрессии».

Депрессивный больной, руководимый принципом доминанты, оказывается в своеобразном замкнутом круге. Вы пытаетесь его развеселить, а ему становится еще хуже; вы пытаетесь его отвлечь, а он с удивительным (но не для физиолога или психотерапевта!) упорством возвращается к своим прежним идеям и состояниям; вы назначаете ему препараты (любые, кроме антидепрессантов), но не можете ожидать даже эффекта плацебо, больному обязательно станет хуже.

Доминанта депрессивного больного, словно черная дыра, сжирает все и вся и только растет при этом, увеличивается. Никакое лечение, кроме строго и научно обоснованного антидепрессивного — фармакологического и психотерапевтического, не возымеет действия. И если мир таков, каковы наши доминанты, то каков «мир» у человека с депрессивным расстройством, должно быть понятно…

 

Глава 3.

По ту сторону слова

(или несознательное сознание)

 

 

Гениальный Лев Семенович

В государстве Российском, надо признать, гражданами своими никогда не интересовались. Считается, что у нас гражданин должен радеть за Отечество, а Отечество никому ничего не должно, а своему гражданину тем более. Наверное, быть, поэтому нам кажется, что гениев в России не бывает, за исключением, может быть, нескольких загадочных исключений на ниве литературы. Тем более странно, что о Льве Семеновиче Выготском говорят именно как о «настоящем гении» и почти не смущаются (может быть, потому, что он таковым признан на Западе, где открылись десятки кафедр, изучающих его открытия?), чинно говорят, а не между делом.

Лев Семенович сделал для изучения психики человека вещь невообразимую, невозможную даже — как для своих предшественников и современников, так и для, не побоюсь этого слова, потомков. Он осуществил переход, который не удавался более никому, он перекинул мост от исследований на братьях наших меньших (крысах, собаках, обезьянах и проч.) к изучению человека. Он рассказал о возможностях сознания, о его сложных отношениях с подсознанием, он превратил бессознательное из мистического царства г-на Фрейда в строго научную и понятную систему.

Наконец, он научил слепоглухонемых детей быть людьми, что до него и без его науки было невозможно. Он — гений, который, правда, ошибся местом и временем своего появления на свет, оказавшись, во-первых, в России (где пророков и гениев гноят самыми изощренными способами), во-вторых — в «смутные времена» первой половины XX века.

Он умер от туберкулеза, его научная школа была разогнана на волне происходивших в стране репрессий. К сожалению, закончить построение целостной научной системы «психической жизни человека» ему не удалось. Если бы в его возрасте — в 38 лет — умер И. П. Павлов или З. Фрейд, то наука не знала бы ни учения об условных рефлексах и высшей нервной деятельности, ни психоанализа. Однако, несмотря на столь раннюю смерть, вклад Выготского в науку огромен. Вот такой это был человек.

 

 

Успешная ошибка Фрейда

То, что сознание с подсознанием не дружат, известно было давно, и до Выготского, конечно. Но как они «не дружат» — этого никто не знал. Фрейд, правда, предложил одну версию, но по причине ее крайней умозрительности она вряд ли может занять серьезное место на Олимпе науки о мозге. По Фрейду, конфликт «сознания» и «бессознательного» пролегает между «можно» и «нельзя». То, что «можно», относится, согласно теории психоанализа, к «сознанию»; то, что «нельзя», — к «бессознательному». Собственно, потому оно и бессознательное, что это «нельзя» настолько, что об этом даже думать — ни-ни! Вот и получается бес-сознательное.

Фрейд начал свою жизнь в викторианскую эпоху, эпоху, когда на Западе «секса не было», а закончил на рассвете сексуальной революции. В этом смысле судьба Фрейда чем-то напоминает судьбу В. И. Ленина, разница только в том, что первый разрабатывал тему сексуальности, а второй — классовых отношений. Фрейд начинал как вполне заурядный врач-невропатолог. Как ученый, он занимался изучением обезболивающего эффекта кокаина, и, вероятно, история не сохранила бы его имени, если бы в 40 лет этот доктор не стал очевидцем одного загадочного клинического случая, который и подтолкнул его на размышления о человеческой сексуальности.

Тема эта не была разработанной, о клонировании и искусственном оплодотворении тогда, понятное дело, никто ничего не знал, а потому сексуальность рассматривалась как единственный способ продолжения человеческого рода. Но Фрейд предположил, что роль сексуальной сферы простирается значительно дальше, что она определяет функционирование всей человеческой психики. Конечно, тогда подобная идея казалась смехотворной, и сейчас данное предположение выглядит комичным, однако между «тогда» и «сейчас» пролегла целая эра, «эра сексуализма».

 

 

Все считают, что я отстаиваю научный характер своей работы и что сфера моей деятельности ограничивается лечением психических заболеваний. Это ужасное заблуждение… Я ученый по необходимости, а не по призванию. В действительности, я прирожденный художник-беллетрист.

Зигмунд Фрейд

 

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2021 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.