Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Священник Сергий Кобзарь. Почему я не могу оставаться баптистом и вообще протестантом.





Священник Сергий Кобзарь. Почему я не могу оставаться баптистом и вообще протестантом.

 

 

Пятое издание, исправленное.

 

 

 

Оглавление

Предисловие

Введение: Мой опыт поиска Истины

Часть I. О НАШИХ ОБВИНЕНИЯХ ПРАВОСЛАВНЫХ:

НАСКОЛЬКО ОНИ ОБОСНОВАННЫ

Глава 1. О ношении крестика, об осенении себя крестным

знамением, и о кресте вообще

Глава 2. О вещественных святынях

Глава 3. Об иконопочитании и молитвенном общении

земной и небесной Церкви

Глава 4. О почитании Девы Марии

Глава 5. О православном богослужении и его сложности

Глава 6. Об отношении прихожан к священнику

Глава 7. О постах

Глава 8. О заученных молитвах
Глава 9. О монашестве

Глава 10. О спасении в Православии: по делам или

благодати? Об уверенности в спасении

Глава 11. О проповеди в Православии

Глава 12. О грехах и грешниках в Православии

Часть II. О ТАИНСТВАХ ЦЕРКВИ

Глава 1. О таинстве Священства

Глава 2. О таинстве Крещения

Глава 3. О таинстве Миропомазания

Глава 4. О таинстве Исповеди

Глава 5. О таинстве Причастия

Глава 6. О таинствах Елеопомазания и Брака

Часть III. О СВЯЩЕННОМ ПРЕДАНИИ

Часть IV. О СУЩНОСТИ ЦЕРКВИ

Глава 1. О единстве и неодолимости Церкви Христовой

Глава 2. Об отношении Православия к экуменизму
Заключение: Последнее слово к протестантам

Приложение I: О неканонических книгах
Приложение II: О Септуагинте
Приложение к 5-му изданию
Примечания
Библиография

Предисловие

Эта книга является, по сути, свидетельством моей веры и описанием результатов моих духовных поисков, моего пути от баптизма к Православию. Здесь я хочу представить те главные библейские, богословские, исторические и другие аргументы, которые убедили меня или даже просто заставили принять Православие; хочу предоставить «отчет в своем уповании» (1 Пет. 3:15) и намерен не только свидетельствовать о своем обращении, но и защищать свою веру. Данная книга является откорректированным и дополненным вариантом той работы, которую я написал как раз перед своим уходом из баптизма для объяснения своего шага. Поэтому, чаще всего в местоимения «мы», «нас», «нам» и т.д. я включал и себя (в то время еще протестанта).



Посвящаю свой труд, прежде всего, тем протестантам, которым будет интересно, пусть даже из любопытства, узнать о причинах моего обращения в Православие. Прошу лишь моего дорогого читателя дочитать книгу до конца и только затем уже составить свое отношение к ней, её автору и, возможно, вообще к Православию.

Верю также, что и для моих новых братьев и сестер, православных, эта книга послужит для большего ободрения и умножения Веры.

Часть I. О НАШИХ ОБВИНЕНИЯХ ПРАВОСЛАВНЫХ: НАСКОЛЬКО ОНИ ОБОСНОВАННЫ

Введение

Вопросы, которые я хочу рассмотреть в этой части, вызывают у протестантов часто много возражений и несогласий. Многие из этих вопросов не являются по сути своей первостепенно важными, но именно они чаще всего являются для нас камнем преткновения и служат для нас основанием и оправданием того непростительного греха, который совершили баптисты, отделившись от Церкви. Мы думаем, что раз Православная Церковь отступила и впала в ересь и заблуждение - значит мы имеем право и даже должны основать свою правильную церковь без заблуждений. В принципе, обсуждению этого главного вопроса - Православная Церковь или мы отступили от Писания, Истины, учения и жизни первой Церкви - посвящена эта книга. По этой причине эту работу, и первую часть особенно, я посвящаю исключительно тем претензиям, которые я предъявлял Православию прежде всего, и которые предъявляет к нему практически любой протестант, к какой бы деноминации он ни принадлежал. Если мы и не обвиняем активно, то, в любом случае, не соглашаемся, иначе не отделились бы от Православия и не были бы протестантами. Я знаю то, что по некоторым вопросам у некоторых протестантов может и не быть несогласий, так что выражения «протестанты обвиняют» или «протестанты считают» являются больше относительными, отображающими не мнение лично каждого, а большинства протестантов.

Глава 7. О постах

 

Часто мы не понимаем православных в том, что у них есть общие посты для всех. Как можно заставлять человека поститься, ведь это дело каждого? Кроме этого, обвинению подлежат и частичные посты, когда отказываются не от всякой еды, а только лишь от мясной и животного происхождения. Мы говорим: разве это пост? И, вообще, ведь Библия осуждает тех, кто запрещает вкушать то, что Бог сотворил (1 Тим. 4:3). Интересно здесь отметить то, что учеников Христа обвиняли, наоборот, в том, что они не постятся. Сейчас мы обвиняем их уже в обратном, но давайте рассмотрим и этот вопрос.

Прежде всего - об организованном, всеобщем посте. В Библии мы несколько раз встречаем примеры всеобщего поста (Зах. 8:19; Есф. 4:3; Иоиль 1:4; Иер. 3:6 и др.). Если в Израиле, Ветхозаветной Церкви, были всеобщие посты, то почему сейчас Церковь не может их иметь? К тому же, и в Новом Завете мы встречаем ссылку на всеобщий пост: «...пост уже прошел» (Деян. 2:9). Да и у нас самих бывает, что объявляют об общем посте по какой-то особой нужде, но только довольно редко. Так почему же Церковь не может установить на все времена пост по самой острой нашей нужде, которая постоянно есть у каждого человека - его освящение, усовершенствование, богоуподобление? Человек постоянно нуждается в том, чтобы быть еще лучше, еще ближе к Богу, еще более непривязанным к земному, еще более кротким и воздержанным. Для этого и делается пост, ведь он так помогает в этом. Отец А. Мень пишет: «В чем смысл постов? Они прививают навык воздержания, обуздывают плоть,

способствуют духовному совершенствованию. Они несут в себе принцип самоконтроля - важнейшего условия внутренней работы. Следование установленному посту, а не тому, который каждый изобретает для себя, есть акт добровольного принятия руководства Церкви»56. Рассмотрим еще некоторые места Библии, где говорится о посте. В 1 Кор. 11:27 Павел свидетельствует, что он пребывал «часто в посте». Христос также предсказывал, что Его ученики «будут поститься...» (Мф. 9:15). Давид говорит: «Колена мои

изнемогли от поста» (Пс. 108:24). Анна же день и ночь служила Богу постом и молитвой (Лк. 3:37). Если даже бегло взглянуть на место, которое занимает пост, как в учении, так и в практике православных и протестантов, можно понять, кто более соответствует библейскому определению поста. Теперь о том, можно ли частично поститься? Даниил описывает свой пост: «Вкусного хлеба я не ел; мясо и вино не входило в уста мои» (Дан. 10:3). Т.е. он ел, но простую и невкусную пищу. Также и Креститель всю жизнь постился частично и ел, но очень скудно, только акриды и мед. Ведь не так трудно день не есть, но сорок дней постничать - гораздо больше воздержания вырабатывается и духовной пользы приобретается. В Православии пост, вообще, понимается намного глубже, чем у нас. Святые учат поститься всеми своими чувствами: и глазами, и ушами; ограничивать себя не только в еде, но и во сне, в развлечениях, в словах, в посещении празднеств, в общении с людьми, в супружеском общении, в домашних заботах, чтобы посвятить максимум времени, сил и внимания молитве, чтению Писания и других душеполезных книг, богомыслию, самоанализу и покаянию.

Итак, Христос говорил, что когда Он уйдет - Его ученики будут поститься. На основании Библии можно поститься и организованно, всем вместе, и частично. Павел и Апостолы часто были в постах. Пост нужен для того, чтобы возводить нас к Богу и вырабатывать воздержание. Человек может поститься и по своему усердию, дополнительно, как делают это многие монахи и подвижники благочестия, но для всех Церковь установила общие посты - еженедельно в среду

и пятницу57 и 4 больших поста в году.

Глава 9. О монашестве

 

В Церкви с ранних веков существует монашество. Даже Рогозин рассказывает о монахе Антонии (251г.) и некоторых других много хорошего. Правда, потом все сводит к тому, что монашество - это не что иное, как устранение Голгофы и жертвы Христа, п. ч. монахи, якобы, пытаются оправдаться своею праведностью. В эпиграф он поставил очень, по его мнению, подходящий стих из Захарии 13:4: «...и будут надевать на себя власяницы, чтобы обманывать»59. Кроме этого, монашество нами отвергается потому, что Христос ведь послал нас проповедовать и быть в мире, а монахи, как мы считаем, уходили от мира и от повеления Христа. Итак, по-нашему выходит, что монахи - это злостные отвергатели жертвы Христа, обманщики и беглецы от Божьего повеления, типа Ионы. Давайте посмотрим на заслуги монашества для христианства и его действительное основание.

Монашество, как его стали позже называть, появилось в христианстве почти сразу. Антоний был известный монах, но не самый первый. Первый монах, упоминаемый в Евангелии, был Иоанн Креститель, и, причем, строжайший монах. Жил в пустыне уединенно и ел не то, чтобы скудно, а для нас невообразимо плохо. Одевался, видимо, только в одну грубую одежду, «власяницу», но вряд ли, чтобы обманывать, не так ли? Вообще, по сути, имея только один такой пример величайшего из рожденных женами, уже можно признать законность монашества. Кроме того, разве в Ветхом Завете мало примеров людей, часто и долго живших в уединении? Моисей 40 лет пас овец, находясь почти всегда в одиночестве. Илия

долго был сам в пустыне. Ап. Павел пишет: «Те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли» (Евр. 11:38). Иисус любил часто уединяться, даже тогда, когда народ хотел слушать Его (Лк. 5:16). Но Христос знал цену одиночества. Павел также после откровения на дороге уходил в Аравийскую пустыню на 3 года один, и нам на это указывали на курсе Нового Завета в Университете (Гал. 1:17-18). Зачем эти люди часто были одни? Потому что наедине, в тишине только можно слышать Бога, молиться и получать откровения, познавать себя. Ап. Павел признавал: «Неженатый заботится о господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1 Кор. 7:32-33). И еще «... хорошо человеку не касаться женщины.(...). Ибо желаю, чтобы все люди были, как и я (т.е. неженатыми)» (1 Кор. 7:1-7). Христос также говорил: «...есть скопцы (т.е. безбрачные), которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного» (Мф. 19:12). Путь

безбрачия и полного посвящения себя для служения Богу, для молитвы весьма одобряется Писанием. Христос также призывал, хотя и не всех: «...если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах: и приходи, и следуй за Мной» (Мф. 19:21). Многие люди, слыша этот особый призыв Христа, так и поступали: раздавали свое имение, лишались своего

положения, друзей, своего права иметь жену и уходили в монастырь трудиться и молиться. Но протестанты не просто отвергают монашество, а чаще всего вообще его высмеивают. Говорят, что в монастыри идут те, кто не способен создать семью и у кого какие-то физические отклонения. Хулят протестанты путь безбрачия, как будто бы Христос никогда и не говорил о скопцах, оскопивших себя для Царства Божия (Мф. 19:12); как будто у нас нет примеров Христа, Иоанна Крестителя, Ап. Павла и многих отцов Церкви, сознательно, не по причине физической болезни отказавшихся от брака, а ради Господа. Но такова уж наша грешная гордая природа: те высоты, которые взять нам не под силу, мы, вместо благоговения перед ними, просто высмеиваем. Такова, кстати, основная черта в отношении протестантизма к Православию: насмешка и извращение. В Православии все величественнее, чем у нас, но так как сознавать это неприятно, то лучше все, подобно Рогозину, извратить, поставить с ног на голову, оклеветать, чем почтить и преклониться. Монахи же, как правило, живут гораздо строже и достигают больших результатов, чем живущие в миру. Это доказывает и тот факт, что святые в Православии в большинстве своем монахи. Можно съездить в наш Святогорский монастырь и посмотреть на жизнь этих монахов. На данный момент их около 115 человек. Все они оставили все и имеют только комнату на несколько человек, свою рясу и часто постное и скудное пропитание. Многие из них совсем молодые. Вся их жизнь -это труд и молитва - общая на богослужении и частная, келейная. Разве это плохо? Разве такое полное посвящение на служение Богу не похвально? Протестанты говорят, что Христос послал нас в мир, а монахи уходили из мира, нарушая тем повеление Христа. Во-первых, это, фактически, неправда. Монастыри ведь не на небе находятся, а в мире, на земле. Во-вторых, есть много людей, которые живут очень тихо и имеют весьма ограниченный круг общения, но мы никогда их не упрекаем, что они не проповедуют и ушли от мира. А если монахи имеют общение с таким же ограниченным числом людей, то для нас это уже грех. В Сибири или где-то в пустыне люди часто живут небольшими группами, но мы полагаем, что они могут быть христианами; а монахи, живущие часто гораздо большей группой, грешат почему-то тем, что они оторваны от мира. В-третьих, большинство монастырей открытого типа и не закрыты от людей. Они не обосабливаются и не уходят от служения людям, живущим в мире. В Святогорском монастыре ежедневно дважды кормят десятки и сотни людей - приезжих и нищих. Там вам всегда могут дать место для ночлега. Монастыри, вообще, являются не какими-то отшибами, как нам часто это кажется, а наоборот - духовными центрами, основой, совестью, передовыми отрядами Церкви. Ежедневно там могут бывать сотни и тысячи людей. Монахи часто пишут книги и листовки, которые, что нетрудно заметить, всегда отличаются большой глубиной и точностью оценки духовного состояния нашего мира. Многие верующие ездят в монастыри и получают большую благодать, поддержку и воодушевление для своей духовной жизни. Рогозин сам рассказывает, что Антоний во время гонений приходил и оказывал верующим большую духовную поддержку и немало их ободрял и утешал. Люди толпами искали его, но он, так же как Христос, часто уходил в уединение. И он бы никогда столько не сделал бы, никогда бы его люди так не искали, если бы он десятилетия прежде не провел в уединении, если бы не «убегал от повеления Христа». Так же поступали и другие монахи, такие как Серафим Саровский, Кирилл и Мефодий. Пробыв долго в монастыре и одиночестве, Серафим Саровский стал принимать людей и был настолько водим Духом, что почти никогда не спрашивал человека о его нужде и проблеме, потому что знал уже за раннее все и сразу при входе говорил человеку, что ему делать. За эти немногие годы он сделал столько добра людям и Церкви, сколько он не сделал бы за всю жизнь, если бы прежде не был в одиночестве; и десятой части того не сделал бы. Десятки, а может и сотни тысяч людей побывали у него и получили большую духовную помощь в своей жизни. Кроме помощи людям он оставил для Церкви свой молитвенный опыт общения с Богом и духовной борьбы с искушениями и пороками, который и до сего дня приносит огромную пользу для духовного роста многим. Кирилл и Мефодий тоже были монахами, но результатом их служения стало обращение огромной страны в веру христианскую. Так же действовал и Креститель. Пробыв в пустыне долгое время, он вышел на служение на короткий срок, но результат был великим. Вообще, самые великие труды по богословию, толкованию Библии, практической христианской жизни были написаны именно монахами. Почти все Отцы Церкви были монахами, такие как Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов и другие, и именно их монашество и объясняет в большой мере то, почему их жизнь была столь плодотворна. Были и такие, которые уходили в

затвор на всю жизнь. Но, во-первых, не всех Бог призывает к общественному служению. Во-вторых, они совершали многие молитвы за мир, и только православные понимают так глубоко действенную важность молитвы и всю серьезность и трудность этого служения. Многие могли молиться годами с очень малыми перерывами на сон и еду. Ведь это тяжелейшее служение и большой дар Божий. Многие же из них, хотя не служили общественно, оставили свой духовный опыт письменно, и о их жизни написали книги, которые другим приносят пользу. О том же, что можно скудно одеваться и питаться, мы уже говорили; к тому же, в Писании написано: «Имея пропитание и одежду, будем довольны тем» (1 Тим. 6:8). И постоянное сокрушение о грехах - это не попытка оправдаться делами и не отвержение жертвы Христа, а исполнение блаженства: «Блаженны плачущие», плачущие о грехах своих. Желая спасаться не прилагая больших усилий протестанты отвергают и поносят аскетизм, ссылаясь чаще всего на то, что аскетизм есть отвержение спасения по благодати. Но о чем же тогда говорит Писание? «Усмиряю и порабощаю тело мое...» (1 Кор. 9:27); «Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:24); «Все подвижники воздерживаются от всего...» (1 Кор. 9:25); «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя...» (Мф. 16:24);

«...Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его...» (Мф.11:12); «...Страдающий плотию перестает грешить... » (1 Пет. 4:1) и т.д. Самое главное основание для аскетизма, для подвижничества дает первая заповедь о любви к Богу. Любовь практически немыслима без жертвенности, без готовности отдать любимому самое дорогое. Христос тем и явил Свою и нам любовь, что отдал ради нас самое ценное: оставил блаженство неба; перенес разлуку с Отцом; претерпел страшные пытки. Потому и материнская любовь так сильна, что мать с самого вынашивания ребенка многим жертвует для него: лишается аппетита; теряет свою красоту; рождает в болях; ночами не спит и имеет множество труда и хлопот с ним ежедневно не один год. Таким образом, чтобы нам исполнить первую

заповедь, нужно также чем-то жертвовать для Бога. Потому Церковь, чтобы научить своих чад любить Бога, и предлагает приносить различные жертвы: на службах стоять, поститься, ложить поклоны, читать акафисты, исполнять молитвенные правила и различные послушания, творить милостыню и т. д. Монахи лишь особенно усердно в этом подвизаются. Кстати, монашество получило свое широкое развитие после Константина, когда в Церковь хлынуло много номинальных верующих. Многие истинные христиане не могли этого выносить, но и не в силах были изменить эту ситуацию и уходили в пустыню. Там образовывали монастыри, и так Церковь была спасена. Даже протестантский христианский историк Эрл. Е. Кернс называет этот период Церкви «Христианство в монастырях»60. Он понимал, что именно истинные представители христианства были тогда в монастырях, а не обманщики и беглецы. Но куда уж протестантизму признать и понять весь смысл, законность и величие монашества после примера Лютера, нарушившего свой обет Богу и женившемуся на монахине? Мирскому и материалистическому протестантизму, в особенности западному, никогда не понять, вообще, смысла аскетизма и воздержания. Теперь давайте суммируем заслуги монашества.

Монашество - это подвиг отрешения от мира, друзей, имения, семьи ради большего познания Бога и посвящения себя молитвенному служению, а не попытка искупить себя самим.

Монастыри часто служат убежищем для обездоленных и гонимых. Это надежный приют, где пришедшего накормят и дадут ночлег, так что монахи не уклоняются от служения миру.

Монастыри являются местом, куда люди часто приходят за духовной помощью и советом (хотя у монахов есть одна особенность, которую я предлагаю вам проверить: в их присутствии часто пропадают все вопросы. Иногда достаточно только побыть там, посмотреть на монахов, на их жизнь и посвящение, чтобы все вопросы и сомнения ушли.

Величайшие труды были написаны монашествующими. Величайшие из деятелей Церкви, епископы, богословы были монахами.

Монахами переписывалось и распространялось Священное Писание, когда еще не было печати. Этим они оказали огромную услугу для его сохранения. Монастыри практически всегда были духовными и образовательными центрами.

Многие монахи были миссионерами. Нам в ДХУ рассказывали, что на Чукотке обнаруживали следы того, что даже туда доходили монахи с проповедью еще в 15 веке. Так что монахи не уходили от повеления Христа проповедовать, а наоборот, первые его исполняли. Исторически расцвет монашества всегда сопровождался расцветом проповедничества и миссионерства.

Есть еще и внешние доказательства духовной силы монашества. В газете 808 за 2000 г., № 3, с. 4-5, описан случай, произошедший в Оптиной пустыне в монастыре. Один сознательный сатанист, Николай Аверин, в пасхальную ночь убил трех монахов сатанинским мечом с надписью 666. Когда его на допросе спросили, почему он убил именно монахов - он ответил: «Потому что они -главные враги сатаны». Сатана более всего боится молитвы и реальной святости, а это - главные стремления монахов. Т. е., сам он указывает на тех, которые ему более всего ненавистны, а значит - ближе всего к Богу.

Итак, монашество трудно переоценить. Монашество -это не всегда пустыня и уход от мира на расстояние; это образ жизни, сосредоточенный на тесных отношениях с Богом, молитве и внутренней работе над собой. Церковь уже давно проповедует о монашеском образе жизни везде, не только в монастыре. Есть книга в двух томах, которая так и называется - «Монастырь в миру». И к жизни монашеской, как к идеалу, должен стремиться каждый православный христианин, даже если он состоит в браке и живет среди людей. Златоуст говорил, что монах отличается от мирянина только тем, что он не женат. Во всем остальном идеалы остаются одинаковыми, ведь Христос всех, не только монахов, призывал к совершенству и отречению от мира. Монашество - это, по сути, просто исполнение воли Божией по максимуму. Это такой образ жизни, когда человек отказывается от всего пустого или даже второстепенного: пустых общений, пустых встреч, времяпрепровождений, развлечений; когда он по силам постится, оставляет все любопытное ради концентрации внутренних сил души на Боге и своем внутреннем мире. Вот что по сути своей есть монашество, и разве это плохо?

Введение

Баптисты, отделившись от Церкви, отвергли всю обрядовую сторону поклонения Богу; хотя не остались без обрядов совсем, но изобрели свои обряды и традиции, только более простые и сухие. И если бы только в этом заключалась суть разногласий, то, вероятно, не было бы столько проблем, но баптисты, кроме обрядов, отвергли Таинства, а без них Церковь уже не мыслит себя полноценно, так как вся Ее таинственная жизнь как Тела Христова заключена в этом. Из семи Таинств Церкви мы оставили только два (крещение и причастие), да и то в таком выхолощенном виде, что трудно их уже и Таинствами назвать, да и мало кто их так называет у нас. Вообще, слово «таинство» для нас редкое и не имеет большого смысла, но для Церкви это самое важное и близкое понятие. Что же такое таинство? Таинство - это такое священнодействие, которое совершается в Церкви и Церковью, при котором через видимые элементы невидимо подается благодать Святого Духа. Семь Таинств Церкви суть следующие: 1. Крещение; 2. Миропомазание; 3. Священство; 4. Брак; 5. Исповедь; 6. Евхаристия; 7. Елеоосвящение. Первые два вводят человека в Церковь и совершаются один раз в жизни над всеми; вторые два - не для всех, а только для священства и желающих вступить в брак соответственно; следующие два совершаются постоянно и с практической точки зрения являются самыми главными; последнее совершается по нужде: болезни или перед смертью. Само число Таинств, семь, указывает на божественность и неслучайность их происхождения. Мы по каким-то причинам отвергаем Таинства и совершаем только их подобия, да и то не все. Для нас это не важный вопрос, но для Церкви Таинства - это жизнь во Христе, это один из важнейших путей общения с Ним, и участие в Таинствах - самый важный признак церковности, принадлежности человека к Телу Христа. В Церкви Православной дается немалая свобода для поисков, частных мнений и различий во второстепенном. Но когда кто-то отвергает Таинства - Церковь с этим не может никак мириться, так как это, по сути, отрицание самой Ее природы как Богочеловеческого организма, Тела Христова. Когда я пытался оправдать для себя баптизм и убедить себя в том, что не так важно, как верить, то я осознавал, что вопросы о монашестве, об иконах, о молитвах святым и Ангелам, о крестном знамении и постах хотя и разделяют православных с нами весьма значительно, но они не являются самой сердцевиной нашего разделения. Я мог принять православное понимание этих вопросов, но оставаться в среде протестантов. Глубина и единство православного богословия, красота музыки, храмов и богослужения также еще не причина для разрыва с баптизмом. Но когда я размышлял о Таинствах, то я понимал, что их никак нельзя обойти или спастись без них и что именно здесь лежит наибольшая пропасть, разделяющая Православие и протестантизм. Итак, я хочу рассказать о том, что я понял о Таинствах, изучая Православие, и почему они так важны67. Рассмотрим их последовательно.

Часть IV. О СУЩНОСТИ ЦЕРКВИ

Введение

Церковь - это Тело Христово, это Богочеловеческий организм. К Ней можно только присоединяться, как кирпичики присоединяются к общему зданию. В этой части я хочу рассказать о том, как Бог дал мне осознать то безумие, которым мы занимаемся, созидая свои церкви вне той, которая была рождена в первом веке.

Заключение: Последнее слово к протестантам

 

Каждый грех имеет в себе самоосуждение и является самонаказуемым. Человек, который, спрыгивает с корабля, думая доплыть до берега, утонул по собственной вине, в результате своей глупости. Ребенок, который ослушался маму и взял нож поиграться, также пострадал в результате своего непослушания, а не потому, что его мама наказала. Так и с католичеством и протестантизмом. Они отделились от Церкви, и в этом уже есть проклятие. Протестанты, отвергнув Евхаристию, лишили себя вкушения Тела и Плоти Христовой, реального причастия Христу. Отвергнув исповедь, лишили себя хорошего пути для исправления и духовного роста, законного пути прощения грехов. Отказавшись от икон, крестного знамения, святынь - они затруднили себе реальное ощущение Божьего присутствия и деятельное воспоминание о Христе. Отвергнув молитву святым, они лишились их молитв и ходатайств. Отвергнув Св. Предание - оставили себя без этого огромного духовного опыта других великих христиан и учителей, которых давал Церкви Бог на протяжении всей истории, без их советов и предостережений на пути в духовном возрастании. Отказавшись от покаяния как образа жизни и заменив его учением об уверенности в спасении, они ввергли себя в самообман; стали легкомысленно относиться к своему спасению. Отвергнув священство и установив свое, самочинное, протестанты остались без Церкви и без Таинств, и Христа вообще. Протестанты сами избрали не тот путь.

Ничего нет характернее для протестантизма, чем его желание вернуться к Церкви апостольской. Благое желание! Давайте вернемся к этой Церкви. Но эта Церковь есть Православие! Она хранит учение, догматы, Дух и практику первой Церкви. Мы хотим жить, как жила Церковь первых веков и Отцов Церкви? Но эта Церковь молилась святым и за умерших, почитала Деву Марию, святых, мощи; имела иконы; верила в пресуществление; крестила детей; имела трехчинную иерархию; практиковала крестное знамение; служила литургию, которую и сейчас служит Православная Церковь. Все это исторически проверяемые факты. Проф. Карташев пишет: «Должна быть и есть одна из всех христианских церквей, превосходящая все другие своей верностью апостольским заветам, своей неповрежденностью в учении, устройстве... тайнодействе и пастырском руководстве на путях спасения. Не чуждая, как и все другие церкви в сфере относительного, своих искушений, падений, ошибок и недостатков, но святая и непорочная в главном, абсолютном. Эта церковь - православная восточная. Хотя в вопросах веры не может быть математически принудительных доказательств, но мы смеем утверждать, что это заявление - не субъективная иллюзия, а объективно доказуемый факт. И если бы арбитром над нами, христианами, поставить кого-либо или каких-либо в совершенстве знающих христианское богословие и историю церкви внешних беспристрастных судей, то они, разумеется, без особых колебаний высказались бы за первенство апостольской верности нашей восточно-православной церкви»152. Так же, как не трудно установить, во что верили древние греки или римляне, так же и еще легче из-за обилия информации и источников установить, во что верили древние христиане. Да, давайте вернемся к первоапостольской Церкви, но вернемся не к своей иллюзии, а к реальной Церкви первых веков, к Православию. Некоторые протестантские лидеры имели доброе намерение - освободить католицизм от его заблуждений и ужасов и вернуться к истинной Церкви. К сожалению, реформаторы не смогли увидеть, что Православие там, на Востоке, есть то, что они ищут, и потому протестантизм пошел своим путем, в общем, не лучшим, чем католицизм.

Поразительно одно наблюдение. «Свидетели Иеговы» несколько раз предсказывали конец света, но после того, как эти пророчества не исполнились, они все же не разочаровались в своей вере и не раскаялись. Также и адвентисты возникли в результате пророчества о конце света, но когда это пророчество не исполнилось, они, все же, не раскаялись и не вернулись туда, откуда вышли. Такова природа гордости. Так же и с баптизмом, и со всем протестантизмом. Главный толчок и причина возникновения, по крайней мере, русского баптизма есть убеждение, что Православная Церковь отступила, впала в язычество и умерла.

И хотя этот тезис абсолютно ложен, в чем можно убедиться, изучая наследие первой Церкви, историю, Отцов Церкви, баптисты все равно не возвращаются назад. Один из мною уважаемых преподавателей в ДХУ, прочтя мою работу, сказал мне, что он так же как и я критикует Рогозина, понимая, что он дает ложную историческую перспективу развития Церкви. Но если это так, если Рогозин лжет (а он выражает веру и убеждение среднего баптиста), если баптисты лгут, то почему же мы, понимая это, не возвращаемся к истине?

Смотря на протестантизм, мне не о чем так не хочется скорбеть, как о том, что никому не нужна истина. Людям, читающим постоянно Писание, на самом деле неинтересно знать, чему это Писание учит. Как когда-то Сократ бегал с зажженным факелом среди бела дня по многолюдной площади, ища человека, так и сейчас нужно бегать среди протестантов, ища того, кому на самом деле нужна истина! Если Христос говорил, что многие будут искать спасения и не найдут (Лк. 13:24), то как же спастись тем, кто и искать не хочет? Жизнь в тысячу раз серьезнее, чем она подчас нам кажется. Студенты ДХУ знают, какая реакция происходит обычно в аудитории, когда кто-то начинает говорить о спасении, о том, можно ли его потерять или нет. Все улыбаются. К самому важному вопросу жизни относятся с поразительным легкомыслием, в то время, как стоит лишиться всего, и притом, и самой жизни, только бы найти истинный путь спасения. Но истина нам безразлична, особенно тогда, когда принятие ее грозит нам потерей чего-либо в жизни. Доказательством тому будет служить то, что многие, прочтя эту книгу и поняв по совести, что все это истина, что баптизм - это неверный путь, останутся, тем не менее, при своем, придумав для себя и других какое-нибудь дешевенькое оправдание. Сейчас я говорю не о том, что многие действительно ищут, но искренне заблуждаются и по незнанию верят в то, чему их научили. Есть и такие. Я говорю сейчас о том, что многим нет дела до истины вообще. Они верят так потому, что им это удобно. Другим доказательством тому будет служить и то, что многие из моих родных и друзей, хорошо меня знавших, знающих о моем обращении, не захотят даже прочитать эту книгу. Даже любопытство их не сможет заставить это сделать - так они убеждены в своей правоте, а сказать точнее - так их держит диавол в прелести и обольщении.

Когда меня отлучали от церкви (слава Богу, что от баптистской, а не Христовой), то меня и послушать не захотел никто: а почему я так решил? Какие есть у меня на то библейские основания? Решили, что я сошел с ума и закончу в доме для сумасшедших, что я очень близок к одержимости, что я - бунтарь и предатель своей семьи, что я просто нашел возможность уйти в мир, что все это - результат моего скрытого греха, что я принял веру, которая есть ничто иное как идолопоклонство, язычество, спиритизм и каннибализм, что мне показалось мало моей зарплаты и захотелось получать больше, что я теперь почему-то брошу свою жену и пр. Оказывается, нам легче поверить и сразу принять без всякого суда, что человек, не подававший раньше к тому, казалось бы, никаких признаков, сразу мог впасть во все эти подобные жуткие грехи, чем хотя бы предположить, что, может, он действительно нашел нечто лучшее. Мы по-прежнему вместе с Нафанаилом недоумеваем: «Из Назарета может ли быть что доброе?» (Ин. 1:46). Так и мы сейчас спрашиваем: «Может ли что доброе быть в Православии?» Но разница между нами и Нафанаилом в том, что он пошел, посмотрел и переубедился, а мы ни идти, ни смотреть, ни слышать, ни знать ничего не хотим. Полнейшее предубеждение!

Я надеюсь лишь на то, что некоторые в дальнейшем хотя бы начнут поиск и станут дальше изучать эти вопросы. Многие не захотят этого, так как сочтут это за сомнение в вере, а ведь сомнение - грех. Таким хочется сказать, что ведь сам Христос говорил: «Ищите и найдете». Поиск Истины и сомнение как проверка своих убеждений - не есть грех. Ап. Павел пишет: «Испытывайте, в вере ли вы? Самих себя исследывайте» (2 Кор. 13:5). Грехом является как раз не подобное сомнение, а безразличие к истине и предубежденность. Ведь если мы правы, что есть Бог, то если мы даже 10 раз проверим свои убеждения, вера наша от того не поколеблется, а окрепнет. Мы являемся баптистами ведь потому, что искренне убеждены в том, что храним веру первой Церкви, не так ли? Но давайте устроим диспут, пригласим и выслушаем доклады протестантских и православных историков, знатоков церковной истории именно первых 4-х веков, когда Церковь, даже по признанию Рогозина, была еще истинной; сверим все факты: как же первая Церковь верила в действительности? Если не получится даже устроить подобной встречи, то каждый все равно должен сам разобраться в этом, ведь это вопрос жизни и смерти. Ведь я не являюсь большим знатоком жизни и учения древней Церкви, но и то смог найти по тем скудным источникам, которые у меня имелись, больше чем достаточно (для меня, по крайней мере) свидетельств, чтобы сделать правильные выводы. Если вам мало этих свидетельств, изучайте больше церковное наследие первых веков, и вы убедитесь, что Православие, а не протестантизм хранит веру первой Церкви и догматически, и по духу. Истина не боится проверки. Боится ее ложь.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.