Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Проклятие, наложенное на Панду





Царь Джанамеджайя сказал:

– О ты, овладевший ведическим знанием, ты поведал мне, как при помощи мудреца Вьясадевы, сыновья Дхритараштры родились весьма необычным нечеловеческим образом. И я слышал, как ты одно за другим перечислил их имена, о брахман. А теперь, прошу, опиши сыновей Панду, этих великих мужей, могучих, как сам царь богов, ибо, кк ты упомянул, боги воплотились в этом мире, вложив свою силу в сыновей Панду. По этому я хочу слышать все, что ты знаешь об их рождении, так как их дела были поистине сверхчеловеческими. Расскажи же мне об этом, Вайшампаяна!

Шри Вайшампаяна сказал:

Однажды царь Панду бродил по обширному лесу, что изобиловал опасными дикими зверями. Тут он увидел большого оленя, который спаривался с ланью, и поразил их обоих пятью своими быстролетными смертоносными стрелами с золотыми древками и красивым оперением. Олень этот на самом деле был сыном мудреца, который обрел могущество с помощью сурового подвижничества. И вот, как раз в тот самый момент, когда могучий молодой отшельник совокуплялся со своей женой в обличии прекрасной лани, он был пронезн стрелами Панду. Испустив человеческий стон, в изумлении и боли он упал наземь и, поняв, чтоЯ произошло, крикнул царю:

– Даже самые закоренелые грешники, переполненные вожделением гневом и лишенные всякого здравого смысла, никогда не поступили бы так жестоко, как ты. Ты со своими суждениями не выше закона. Наоборот, закон выше тебя! Мудрость не может согласиться с целями, запрещенными законом и Провидением. Ты родился в знатной семье, семье, что всегда была привержена религиозным принципам. В каком ослеплении желанием и алчностью ты позволил себе так далеко отклониться от этих принципов!



Панду сказал:

#ИМЯ? битве, и его право – охотиться на диких животных. О олень, ты не должен несправедливо порицать меня. Царям дозволяется убивать оленей, если они делают это открыто, не прибегая к подлым уловка. Ты знаешь, что таков закон, почему же ты осуждаешь меня?

Великий мудрец Агастья, присутствуя однажды на жертвоприношении, зашел в лесную чащобу и стал охотиться на оленей, которых он затем освящал и приносил как жертву всем соответствующим божествам. Почему же ты порицаешь нас, когда мы всего лишь исполняем свой долг, как это явствует из примера с великим мужем? Ведь именно с заклинанием, обращенным к Агастье, твое мясо приносится в жертву.

Олень ответил:

– Цари не стреляют во врагов, застигнутых в минуту их слабости. Врагов разрешается убивать только в строго определенное время.

Панду сказал:

– Цари убивают оленей, настороже они или не настороже, везде, где находят их, пользуясь своими острыми стрелами и силой. Поэтому, олень, почему ты осуждаешь меня?

Олень сказал:

– Я осуждаю тебя не от своего собственного лица, просто за то, что ты охотишься на оленей. Но тебе следовало подождать, полкуда я зачну ребенка во чреве своей любимой жены. Ты не оджен бы проявлять такую жестокость. Все Божии существа хотят иметь детей, ибо зачинать новую жизнь – блаженство для всех. Какой истинно мудрый человек решится убить оленя как раз в то вермя, когда тот зачинает дитя? Мы хотели произвести на свет благочестивое дитя. Такова была наша жизненная цель, но ты расстроил весь наш замысел.

Ты принадлежишь к великой династии Куру. Мудрые цари Куру никогда не причиняли боли или зла невинным. Поэтому ты совершил нечто, тебе не подобающее. Ты совершил жесточайший поступок, осуждаемый всем миром. Совершенное тобой никак не будет способствовать твоему вознесению на небеса или твоей доброй славе, ибо ты поступил как отъявленный безбожник, о правитель Бхаратов.

О Панду, ты хорошо знаешь, как имеют дело с женщинами, и ты знаешь истинный смысл и значение закона, который ты изучил по священным писаниям. О Панду, ты, сверкающий, точно бог, никогда не должен был совершить столь нечестивый поступок! Более того, именно твой долг – укрощать виновных в жестокости, грешников, которым нет дела до доброчестивой жизни, которые гоняются за деньгами и удовольствиями, пренебрегая правами или счастьем других. О лучший из царей, ты сразил своими стрелами меня, простого мудреца, никогда никого не оскорблявшего, ничего у кого не просившего. Я жил в этом лесу, питаясь кореньями и дикими плодами, неизменно миролюбивый и добрый ко всем существам.

Послушай меня, Панду! За то, что ты жестоко убил нас, семейную чету, в момент соединения, я проклинаю тебя: однажды, когда захваченный сильным желанием, ты будешь в беспомощном состоянии, подобная попытка соединения положит конец твоей жизни!

Я Киндама, мудрец, превзошедший всех своим подвижничеством. Испытывая стеснение в человеческом обществе, я принял облик оленя и бродил по лесным чащобам со стадами оленей, живя семейной жизнью со своею женой, принявшей облик лани. На тебя не падет столь тяжкий грех, как убийство брахмана, ибо ты не ведал, кто я такой. Однако ты убил меня в тот момент, когда я был охвачен желанием продолжить свой род. За этот грех, о глупец, ты [сурово] поплатишься. Тебя постигнет точно такая же судьба [как меня], ибо в тот момент, когда, объятый желанием, ты захочешь возлечь с любимой женщиной, ты отправишься в мир усопших. И когда ты попадешь в петлю бога смерти, которому дожлны повиноваться все существа, та, что будет с тобой в последний миг, с безмерной преданностью последует за тобой. О мудрейший из людей, подобно тому, как я был сражен, когда испытывал такое блаженство, и ты тоже лишишься жизни, едва изведав блаженство.

Шри Вайшампаяна сказал:

С этими словами терзаемый горем отшельник умер, и в то же мгновение Панду впал в безграничное отчаяние.

Шри Вайшампаяна продолжил:

Увидев, что молодой мудерц испустил дух, царь чуть не лишился рассудка. Раскаиваясь в случайном убийстве святого брахмана, царь и его жены оплакивали умерешего как своего близкого родественника.

Панду сказал:

– Такие, как я люди, недостаточно духовного развитые, хотя и рожденные в знатных семьях, страдают из-за собственной опрометчивости. Они попадаются в сети своих собственных корыстных желаний.

Я слышал, что мой отец, молодой отец Вичитравирья, хотя и рожденный от благочестивых родителей, злоупотреблял чувственными удовольствиями и из-за этого умер бездетным. Поэтому меня породил от жены отца обуздавший свои чувства божественный мудрец Двайпаяна. [Какая благословенная судьба!] И однако сегодня моей сбившейся с пути праведного душой овладела порочная страсть, и я безрассудно увлекся охотой. Я так порочен, что даже боги отступились от меня!

[Я покорил воинской силой весь мир, но я не смог покорить сових собственных мирских устремлений и поэтому пребываю в рабстве. Я полон решимости добиться освобождения, ибо рабство в этом мире – величайшее бедствие. Отныне я последую незарастающей тропой отца моего, Двайпаяны. Тут у меня нет сомнений. Я буду свершать самое суровое подвижничество, одиноко блуждая по всему миру как мудрый нищий проситель, останавливающийся каждый день под каким-нибудь деревом. Я обрею свою голову и буду бродить весь в пыли. Останавливаться я буду в заброшенных домах или просто в сени дерева, и ничто не будет вызывать моего удовольствия или неудовольствия. Ничто мирское не будет огорчать или радовать меня. Что бы ни ждало меня: насмешки или хвалы, я приму с одинаковым равнодушием и звалы и насмешки. Я не буду ни к чему стремиться в этом бренно мире, не буду льстить ни одному человеку, домогаясь его милости. Жара и холод, счастье и беда, победа и поражение – ничто не дрогнет во мне перед лицом этих противоположностей; и я не буду иметь ничего, принадлежащего мне лично. Я не буду высмеивать ни одно существо, ни на одно существо не буду смотреть насупленно. Я всегда буду сохранять веселый вид, посвящать себя духовному благу всех сущих. Я не буду посягать на жизнь никаких существ, движущихся или недвижущихся, ибо я буду смотреть на все Божии создания, как на моих любимых родичей. Я буду относиться равно ко всем живым существам.

Каждый день я буду просить милостыню у семи семей, и если все мне откажут, буду просто поститься. Я буду есть очень мало и тольк еду, достойную, чтобы ее предложили Верховному Господу. Сколько бы пищи я не получил, я никогда не буду откладывать на следующую трапезу. Обойдя семь домов, даже если получу везде отказ, я не зайду ни в один другой дом. Я никогда не нарушу этого правила. Подадут мне еду или не подадут, все равно. Я буду свершать суровое подвижничество.

Если кто-нибудь отрубит топором одну из моих рук, я не буду его проклинать, как и не буду благословлять того, кто натрет другую мою руку благовонной сандаловой пастой. Я не буду себя вести ни как человек, стремящийся жить, ни как человек, стремящийся умереть. Я не буду питать ни любви, ни ненависти как к жизни, так и к смерти.

Отныне я должен полностью отказаться от всех тех обрядов и дел, с помощью которых люди стараются достичь процветания в этой жизни. Я буду жить, подобно святым, просиживающими целые дни с полузакрытыми глазами, в полном отрешении от мира внешнего. В каких бы [соблазнительных] положениях я не оказывался, я отрекусь от всех чувственных радостей. В полном отрешении от мира, всецело преданный добродетели, я несомненно сумею очиститься от последствий своих дурных дел. Освободившись от всех грехов, я смогу избежать всех ловушек и ям этого материального мира.

Так я и буду отныне жить, придерживаясь этих принципов, без всякого беспокойства, ибо приверженность им непременно освободит меня от малейшего страха. Никогда я не буду жить, как обычный пес, служа и угождая другим, чтобы они, в свой черед, позаботились о моих телесных потребностях. Если бы, пренебрегая собственным достоинством, я наслаждался подобным существованием, я бы нарушил свои духовные принципы.

Человек, который в своей алчности и подлости продается другим из сугубо корыстных побуждений, уподобляется обычному псу, и неважно, уважают его или презирают.

Шри Вайшампаяна сказал:

Долгое время, глубоко опечаленный, Панду тяжело дышал, [все не мог успокоиться]. Затем, глядя прямо в глаза своим любимым женам Кунти и Мадри, он сказал им:

– Оповестите всех [о том, что я меняю свою жизнь]. Многие люди зависят от меня, поэтому, стараясь никого не волновать, сообщите о моем намерении мудрому Видуре, царю Дхритараштре, моей матери и всем нашим родичам. Поговорите с благородной Сатьявати и Бхишмой, со всеми жрецами царской семьи и брахманами, этими великими мужами, столь строгими в соблюдении обетов, вкушающими нектар богов. Предупредите всех старших по положению и возрасту горожан. Скажите им всем, что Панду уходит, один удаляется в лес.

Услышав о его решении стать лесным отшельником, обе женщины с неменьшей решимостью сказали:

– Есть такой период в жизни семейных людей, когда муж может свершать суровое подвижничество вместе со своими законными женами. Немосненно, что ты преуспешь [в своих подвигах] и достигнешь небесного обиталища. Мы обе готовы сосредоточить свои мысли и чувства на духовной жизни, ибо обе мы твердо намерены следовать за тобой и в этом существовании и в последующем. Мы решили отказаться от всякого вожделения и стремления к наслаждениям и посвятить себя суровому подвижничеству. О ученейший, о повелитель земли, если ты отвергнешь нас, мы тут же, без всякого сомнения, покончим с собой.

Панду сказал:

– Если таково ваше решение, вы можете пойти вместе со мной, ибо ваше предложение соответствует религиозным принципам. Но предупреждаю вас, я буду неукоснительно исполнять свои обеты, следуя примеру отца моего Двайпаяны Вьясы. Я твердо намерен отринуть все домашние удобства и заботы и предаться суровому подвижничеству. Я буду бродить по лесной чащобе в одежде из древесной коры, питаясь дикими плодами, орехами и кореньями. Я буду сидеть у костра не только холодной зимой, но и палящим летом. Я буду купаться в реке не только летом, но и зимой. Я буду ходить в отрепьях и шкурах, тращу себе длинные косматые волосы, и тело мое исхудает от скудного питания. Мне придется терпеть и холод, и ветер и жару. Голод, жажда и усталость будут постоянными моими спутниками. Этим трудными подвигами я олжен буду покорить и иссушить свои чувства, покуда они не покорили меня. Если мои чувства одержат верх надо мной, я тотчас же умру и смерть моя будет бесславной.

У всех моих мыслей и дел будет одна-единственная цель – духовное развитие. Дарами лесной глухомани, спелыми или неспелыми плодами, всем, что я смогу собрать, своими словами и мыслями я буду почитать уважаемых предков и Верховную Личность Бога, которой они поклоняются, буду почитать полномочных представителей Господа, управляющих этим бренным миром.

Блуждая в лесной глуши, я не сделаю ничего неугодного, никакого зла тем пожилым людям, которые удалились в лес, чтобы достичь духовного развития.

Я не буду беспокоить никого из моих соотечественников, никого из простых селян. Я буду строго следовать заповедям священных писаний, касающимся отшельнической жизни в лесу. Я хочу следовать самым суровым из этих заповедей, покуда тело мое, истощив все свои силы, не опочиет в мире.

Шри Вайшампаяна сказала:

Сказав все это Кунти и Мадри, великий царь Куру снял с себя усыпанную драгоценными каменьями корону, медальон, браслеты и серьги и опдарил все это брахманам, присовокупив к этому дару все свои бесценные одеяния и одеяния и драгоценности жен.

Затем Панду заговорил снова, обращаясь к своим приближенным и личным слугам.

– Идите в Хастинапур, – произнес он печально, – сообщите всем, что Панду вместе со своими верными женами отправился в лес, где будет вести существование нищего, отринув мирские богатства и радости.

Услышав эти нестерпимо горькие слова повелителя, его приближенные и слуги, испустив горестный крик, зарыдали. Проливая горючие слезы, они повернулись и побежали в Хастинапур, чтобы передать прощальное послание своего властителя. Когда правитель Куру Дхритараштра услышал обо всем, что случилось в лесной чащобе, и он тоже долго рыдал, думая о младшем брате.

Меж тем Панду, возлюбленный повелитель Куру, питаясь лишь дикими плодами, орехами и кореньями, отправился вместе с Кунти и Мадри к горе Нагасабха. Затем они побывали в садах Читраратхи, пересекли страну Варишена, перевалили через могучий Гималайский хребет и достигли Гандхамаданы. На протяжении всего пути Панду и его жен защищали могущественные высшие существа – мистические сиддхи и достигшие освобождения мудрецы. Иногда он делал привал на гладкой и ровной земле, иногда – на крутых склонах гор. Иногда он бедствовал, иногда наслаждался обилием природных даров. Достигнув знаменитого озера древнего венценосца Индрадьюмны, он переправился в Хамсакуту и наконец прибыл в горный край Шаташринга ["Сто вершин"], где целиком посвятил себя суровому подвижничеству.

Рождение Пандавов

Шри Вайшампаяна сказал:

Некоторое время могучий Панду прожил в краю Шаташринга, безукоризненно свершая подвижничество. Высшие существа – сиддхи и чараны, часто здесь бывавшие, оценили его благородный нрав и полюбили его. Они видели, что Панду лишен ложной гордости, всегда готов помогать другим и полностью управляет своим умом и чувствами. Для некоторых обитателей Шаташринги он бы точно брат родной, для других он был близким другом. Старшие мудрецы любили его как сына и всячески о нем заботились. О благородный Бхарата, по прошествии длительного времени Панду достиг совершенства в подвижничестве и стал точь-в-точь как могущественный мудрец, хорошо осведомленный с духовной мудростью Вед. Стремясь достичь берегов небесного обиталища, Панду вместе со своими двумя женами уже собирался отправиться из Шаташринги на север, когда отшельники сказали ему:

– Направляясь на север [по пути в обиталище Брахмы], поднимаясь к вершине царя гор Саилараджи, мы видели много труднопроходимых мест, мест, которые используются самими богами, а также гандхарвами и апсарами для развлечений и отдыха. Мы видели там знаменитые сады Куберы, и на плато и на утесах, мы видели звилистые берега могучих рек, и непроходимы горные ущелья.

Там есть места, где всегда стоит ледяной холод, где не могут жить ни деревья, ни животные, ни птицы. Там есть обширные пространства недоступных земель, где хлещут такие могучие ливни, что даже и птицы не могут летать, а уж животным туда и подавно заказан путь. Эти края могут пройти лишь мистические сиддхи и такие достигшие освобождения мудрецы, как мы, но, кроме нас, там бывает лишь ветер. Как смогут твои жены благополучно перейти через Саилараджу? Эти благородные госпожи – царские дочери, совершенно не привыкшие к подобным тяготам. Добавим к этому, что они не заслужили столь мучительных испытаний. О царь Бхарата, тебе не следует туда ходить!

[Выслушав это мнение глубоко уважаемых им мудрецов, Панду решил внять их совету. И тут он открыл им то, что тревожило его сердце, невзирая на все его отшельнические подвиги.]

Панду сказал:

– О счастливейшие мудрецы, люди сведущие утверждают, что бездетным закрыта дорога на небо. Признаюсь, что отсутствие детей внушает мне большое беспокойство. Люди рождаются на свет, обремененные четырьмя видами долга: долг перед предками, долг перед богами, долг перед мудрецами и долг перед другими людьми – сотнями и тысячами. Знатоки закона установили, что человеческое существо, которое не платит в должное время этих долгов, не сможет достичь высоких планет. Богов ублажают жертвоприношениями, мудрецов – учением и покаянием, предков – детьми и поминальными обрядами шраддха, а род человеческий – добротой.

Закон освобождает меня от долгов перед мудрецами, богами и родом человеческим, но остается долг перед предками, это-то и причиняет мне боль, о отшельники, богатые подвижничеством. Если человек не оставляет потомков, с гибелью его тела погибают и предки. Это бесспорная истина. Ведь именно для продолжения рода рождаются на свет благородные люди.

Дорогие мудрецы, в свое время я сам был зачат великим мужем в утробе вдовы моего отца; нельзя ли устроить так, чтобы подобным же образом мои жены родили детей?

Отшельники сказали:

О всеправедный царь, конечно, ты можешь иметь прекрасных безгрешных детей, подобных богам. Мы знаем это с помощью божественного прозрения. О тигр среди людей, ты должен исполнить то, что предопределено Провидением. УМный, с неомраченным рассудком человек достигает счастливого исхода. дорогой сын, с неомраченным рассудком человек достигает счастливого исхода. Дорогой сын, цель уже ясно обозначена перед тобой, остается приложить необходимые усилия; обретя превосходных детей, ты одновременно обретешь и счастье.

Шри Вайшампаяна сказал:

Выслушав эти слова мудрых отшельников, Панду погрузился в глубокое размышление, ибо хорошо знал, что проклятием оленя-брахмана он обречен на бездетность. Затем в уединенном уголке леса он поговорил со своей благочестивой женой Кунти, настаивая, чтобы эта прославленная женищна прибегла к тем вполне оправданным, необходимым средствам, которыми пользуются, когда с рождением детей возникают трудности.

Панду сказал:

– Моя дорогая Кунти, продолжение рода, хорошие дети – религиозная основа общества, так утверждается в священных книгах закона. Люди разумные и сведущие признают таким образом, что продолжение рода является санатана дхармой, – неизменным долгом для всех просвещенных человеческих существ. Говорят, что даже свершение жертвоприношений, благотворительность, подвижничество, тщательное соблюдение регулятивных принципов, все это, вместе взятое, недостаточно для того, чтобы освятить жизнь бездетного человека.

Хорошо это зная, я ясно сознаю, что, будучи бездетным, я не смогу достичь благословенных миров. Так я полагаю, о сладко улыбающаяся женщина. О застенчивая, я проявил [духовную] незрелость, поступив столь жестоко с оленем-брахманом; я помешал его соединению с женой, и за это он проклял меня, лишив способности деторождения.

Но перед лицом закона различаются шесть видов сыновей, являющихся законными наследниками семейного состояния, и шесть видов сыновей, не являющихся законными наследниками. Послушая о них, Притха.

Первый из законных наследников – сын, рожденный самим отцом от законной жены. Если мужчина оказывается бесплдным, он может разрешить своей жене соединиться с каким-нибудь достойным человеком, действующим бескорыстно; родившийся у них ребенок считается сыном матери и ее законного мужа; это второй вид законного наследника. В третьем случае бесплодный отец нанимает за деньги какого-нибудь подходящего человека. Законным наследником считается и сын, рожденный после смерти отца. Это четвертый вид законного наследника. В пятом случае для рождения ребенка, в соответствии с религиозными принципами, муж соединяется с достойной молодой девушкой. И наконец, ребенок, рожденный даже от нецеломудренной жены, считается законным наследником.

Ребенок, отданый в другую семью, не может наследовать семейное состояние. То же относится и к ребенку купленному или усыновленному. Не наследует семейного состояния и ребенок, который упрашивает семейную чету принять его к себе. Четвертый случай касается ребенка, родившегося от женщины, котрая была уже беременна ко дню свадьбы. Не может быть законным наследником сын брата, не может быть законным наследником и ребенком, порожденный в утробе недостойной женщины, не являющейся законной женой.

Женщина всегда должна стремиться иметь ребенка первого вида, в случае невозможности, второго вида, третьего и так далее, покуда не родит наследника. Сталкиваясь с затруднениями, женщина всегда должна стараться найти для соединения наидостойнейшего человека.

Моя дорогая Притха, ученые люди хорошо знают, что лучший способ достичь благочестия и всех сопутствующих этому наград – вырастить хорошего, доброчестивого сына. Великий законодатель Сваямбхува Ману провозгласил, что это именно так. И он тоже подтверждает, что если муж не может породить ребенка своим семенем, он все равно должен вырастить благочестивого сына или дочь.

Моя глубоко уважаемая жена, вот почему я хочу, чтобы ты сегоданя же зачала ребенка от кого-нибудь равного мне или выше меня, ибо в этом существовании я не могу иметь детей. Кунти, послушай историю о царице Сарадандаяни. Она была женой могущественного правителя, и, когда оказалось, что ее муж бесплоден, старшие родственники велели ей как-нибудь родить сына, который стал бы продолжателем семейных традиций.

Дорогая Кунти, однажды вечером, когда наступило благоприятное для зачатия время, свершив омовение, она отправилась на большой перекресток дорог, чтобы найти достойного отца. Она выбрала ученого брахмана, достигшего духовного совершенства, и вместе с ним разожгла священный костер, дабы почтить Верховного Господа. Она постилась, свершала различные священные обряды, чтобы очистить свою душу от вожделения, и только исполнив все необходимое, соединилась с ним в благочестивом соитии.

У этой женщины родилось три сына, первым из которых был Дурджая, – все они стали великими воинами и властителями. Таким же образом, по моему велению, и ты, моя прекрасная целомудренная жена, должна родить мне ребенка от святого брахмана, еще более великого, чем я, в подвижничестве и преданности религиозному долгу.

Шри Вайшампаяна сказал:

Панду был правителем мира, но для Кунти он был ее возлюбленным супругом. Выслушав могущественного властителя, глядя прямо ему в глаза, которые казались ей прекрасными, словно серебряные луны, она ответила ему:

Ты никогда не должен говорить со мной подобным образом. Ты знаешь наши священные принципы. Именно в соответствии с этими принципами, ты принял меня как свою верную благочестивую жену. О мощнорукий Бхарата, ты [истинный] герой, и от тебя, в согласии со священным законом, у меня родятся доблестные дети. О тигр среди людей, я вознесусь вместе с тобой в небесное обиталище. О возлюбленный правитель Куру, приди же ко мне, ты один, и у нас с тобой родится ребенок. Я никогда, даже мысленно, не соединюсь ни с кем, кроме тебя. [Ты говоришь, чтобы я соединилась с кем-нибудь лучше тебя], но есть ли на земле человек лучше тебя? У тебя такие большие и красивые глаза. А теперь и ты послушай меня, я расскажу тебе древнюю историю, хорошо известную знатокам Вед, которая поможет нам продвинуться по тропе благочестия.

Некогда жил на земле царь Вьюшиташва, всецело преданный религиозным принципам. Столь велик был этот царь, что приумножил славу и влияние знаменитой династии Пуру.

Однажды, когда этот великий благочестивец свершал жертвоприношение Верховному Господу, полубоги во главе с Индрой, а также великие мудрецы, явились присутствовать на этом обряде. Сам Индра опьянел; испив большое количество сомы, небесного нектара, порожденного могущественным жертвоприношением царя. Святые брахманы были сильно обрадованы многочисленными бесценными дарами, полученными от великого мужа Вьюшиташвы.

Мой дорогой супруг, своим блеском Вьюшиташва затмевал всех других людей, как могучее солнце, сверкающее над всеми человеческими существами прохладной ранней весной. Этот величайший из веценосцев покорил царей всех восточных, северных, южных, западных, а также срединных стран, принудив их выплачивать подать и подчинив их власти ведического закона.

Покорив всех других правителей, Вьюшиташва свершил жертвоприношение Ашвамедха и стал могущественным императором, обладающим силой десяти слонов. Знающие древние истории поют такую песню о великом царе:

"Покорив всю изобильную, окруженную водой землю, Вьюшиташва правил своими подданными, словно любящий отец. В честь Верховного Господа и Его полномочных представителей он свершал великолепные жертвоприношения, раздавая баснословные богатства святым наставникам. Собрав бессчетные драгоценности, свершив соответствующий обряд для приготовления сомы, Вьюшиташва приготовил большое количество этого небесного напитка.

Его женою, о властитель царей, была знаменитая Какшивати Бхадра, которая своей красотой превосходила всех женщин. История повествует, что они очень любили друг друга. Вьюшиташва так безудержно предавался соитиям с женой, что в конце концов захворал чахоткой, ив скором времени угаас, как неотвратимо угасает заходящее солнце.

Его бедная жена Бхадра, овдовевшая и бездетная, рыдала в отчаянии. О тигр среди людей, дорогой Панду, послушай, как она взывала к покойному мужу:

"О мой мудрейший, всеправедный муж, – стонала она, – ты заешь, что жизненное предначертание женщины, не имеющей ни мужа, ни ребенка, остается невыполненным. Женщина, живущая без мужа, можно сказать, и не живет вовсе, ибо ее жизнь – сплошное мучение. О яростный повелитель воинов, для женщины, птерявшей мужа, лучше умереть, чем жить. Я хочу покинуть этот мир вместе с тобой. Будь же милостив и возьми меня вместе с собой. Я и мгновения не могу прожить без тебя. Будь же милосерден ко мне, о царь, и быстро забери меня отсюда. Я буду следовать за тобой, и в добрую пору и в недобрую, и куда бы ты ни направил путь, тебе не придется меня ожидать. Я стану твоею тенью, никогда не оставлю тебя и всегда буду слушаться твоих повелений. Каждый миг я буду заботиться о твоем счастье. О мой возлюбленный лотосоглазый супруг, если отныне мне придется расстаться с тобой, невыносимое горе, всецело овладев мной, иссушит мое сердце.

Должно быть, во время предыдущих существований, о царь, без всякой жалости или сострадания я покидала любящих меня, разрывала нежные узы. Должно быть, вся боль, которую я причинила [другим] своими греховными деяниями, теперь с полной силой проявилась во мне, о царь, перед разлукой с тобой. С этого дня я буду стелить себе ложе из голых стеблей травы куша, ибо я испытываю горчайшее горе. О дорогой мой царь, я хочу только видеть тебя. О тигр среди людей, будь добр и открой мне свою душу, ибо я переполнена мучительной болью. Покинутая тобой, глубоко несчастная, я взываю к тебе, о повелитель людей."

Так взывала жена Вьюшиташвы к своему мужу, и, крепко обнимая мертвое тело, жалобно молила его снова и снова, и вдруг услышала обращающийся к ней бестелесный голос:

"Встань, дорогая Бхадра, и иди! Я исполню твое желание. О Бхадра! Пусть на твои губы вернется [всегдашняя] прелестная улыка, ибо я подарю тебе детей. На восьмой или четырнадцатый день луны, в благоприятное для тебя время, соверши омовение, о стройная женщина, и возляг со мною на ложе".

Преданная мужу богиня Бхадра, мечтавшая о ребенке от него, поступила в точности так, как велел ей голос. И, соединившись с телом усопшего мужа, эта доброчестивая женщина родила семерых знаменитых сыновей: трех царей Шальвы и четырех царей Мадры. И ты тоже силой своего подвижничества и преданности Богу, о благородный Бхарата, сможешь мысленно породить во мне сыновей."

Шри Вайшампаяна продолжил:

Выслушав Кунти, царь Панду, который знал путь, указуемый ему добродетелью, ответил лагочестивой своей жене словами, исполненными добродетели.

Панду сказал:

– Моя дорогая Кунти, царь Вьюшиташва в самом деле выполнил все, что сказал. Но, моя прекрасная госпожа, он был словно бог на земле. Сейчас я объясню тебе один достойный внимания нравственный принцип. Выслушай же меня, ибо это древнее правило, известное мудрецам, великим мужам, знатокам священного закона.

О моя красавица, некогда женщины не знали никаких ограничений. В те отдаленные времена они во всем полагались на свои собственные силы, ходили, куда хотели, наслаждались жизнью, как хотели. С самой юности, прекрасная госпожа, они не хранили верность мужьям, но это не вменялось им в вину, ибо таков был религиозный принцип тех давнишних дней.

Даже и ныне, не зная ни вожделения, ни чувства соперничества, самки животных придерживаются этого древнего правила. [Подобным же образом женщины в те отдаленые времена были от природы чисты и невинны, чужды вожделения и не испорчены близкими отношениями с мужчинами. Точно так же мужчины не знали ревности и чувства собственности. Это был Золотой Век, когда жили высоко развитые человеческие существа. Великие мудрецы признавали эту чистоту людей.] Поэтому они чтили этот нестеснительный закон, о ктором упоминается в Пуранах.

Еще и сегодня, о стройная женщина, этот принцип существует среди некоторых племен северных Куру. Это вечное правило, весьма снисходительное к женщинам. О сладко улыбающаяся, я подробно расскажу тебе, зачем и кто не так давно установил нынешний нарвственный закон. Мы слышали о мудреце Уддалаке, чей сын был известен как Шветакету – "мудрец белого флага". Этот-то Шветакуту, по свидетельству Вед, и ограничил свободу отношений между мужчинами и женщинами. Сделал он это, о лотосоглазая, во гневе, и я поведаю тебе, как именно это произошло.

Однажды брахман схватил за руку мать Шветакету, в присутствии ее мужа, и велел ей:

– Пойдем со мной вместе, уединимся где-нибудь!

Тут как раз появился Шветакету, и увидев, что его мать уводят чуть ли не силой, воспылал сильной яростью. Заметив, что сын в таком взбешенном состоянии, Уддалака, его отец, сказал:

– Не сердись, мой дорогой сын. Этот брахман поступает в согласии с принципами религии. Для женщин всех сословий нет на земле никаких ограничений. Существа всех видов, различной общественной принадлежности, могут соединяться так же свободно, как коровы и быки.

Но сын мудреца не захотел признать этот принцип и установил нравственный закон для людей, мужчин и женщин, не касающийся, однако, других существ. Мы знаем от людей осведомленных, о счастливая госпожа, что с этих пор этот закон соблюдается. Шветакету провозгласил:

– С этого дня женщины, изменяющие своему мужу, совершают грех столь же тяжкий, как убийство зародыша в материнской утробе, они жестоко поплатятся за прелюбодеяние. Тот же самый грех совершает и мужчина, прелюбодействующий с преданной благочестивой женой. И тот же самый грех совершает жена, отказывающая мужу, желающему иметь детей.

О робкая, именно таким образом Шветакету, сын Уддалаки, своей духовной силой утвердил этот нравственный закон в давнишние времена. Мы также знаем, о стройная, что по велению Саудасы его жена Мадаянти, "чаровница", пошла к мудрецу Васиштхе и, желая угодить мужу, эта застенчивая женщина родила от мудреца сына Ашмаку. Ты знаешь, о лотосоглазая, что и я сам был зачат подобным же образом Кришной Двайпаяной, дабы династия Куру могла процветать.

О безупречная госпожа, приняв во внимание все приведенные мною примеры, ты должна выполнить мои законные желания.

Дорогая царская дочь, строгая в своем целомудрии, [ты должна знать, что] когда для женщины наступает благоприятное время, она не может отвергать просьбы своего мужа. Знатоки священного закона знают, что таков закон. Во всякое другое время женщина вольна решать, как захочет. Святые признают это древнее правило. О царская дочь, с какой бы просьбой, обычной или необычной, муж ни обратилс як жене, эта просьба должна быть выполнена. [Все] знатоки закона понимают этот принцип. Особенно широко он применяется он в тех случаях, когда муж хочет иметь сына, но потерял способность к деторождению. Именно в таком положении нахожусь я, о дорогая, безупречно сложенная царица, ты знаешь, как я хочу иметь сына.

Дорогая женщина, я складываю свои руки с алыми ногтями наподобие чаш лотоса, возлагаю их на голову и умоляю тебя о снисхождении. О женщина с красиво убанными волосами, внемли моей просьбе, обратись к брахману, более великому, чем я, в своих обетах и подвижничестве, и роди от него сыновей, наделенных всеми благородными достоинствами. С твоей помощью, о стройная и статная женщина, я непременно вознесусь в благословенные края, отведенные для отцов хороших сыновей.

Шри Вайшампаяна сказал:

Полная решимости помочь своему мужу, доставить ему радость, эта прелестная крутобедрая женщина ответила Панду, покорителю городов всех нечестивых царей.

Кунти сказала:

– Когда, еще будучи молоденькой женщиной, я жила в доме отца, я принимала почтенных гостей, прибывавших в наше царство. Однажды я принималал вспыльчивого нравом, неуклонного в соблюдении обетов брахмана Дурвасу. Дурваса обладает ужасающим могуществом и, если навлечь на себя его неудовольствие, бывает чрезвычайно опасен. К тому же весьма трудно понять, чтоЯ доставляет ему удовольствие, а что раздражает. Я приложила все старания, чтобы угодить ему, и в конце концов этот строгий провидец остался доволен. Он даровал мне дар, научив меня мантре, обладающей мистической силой. "Этой мантрой ты можешь призвать к себе любого, какого пожелаешь, полубога, – сказал мне мудрец – он волей-неволей подчинится твоим желаниям".

О Бхарата, брахман сказал мне это, когда я еще жила в доме отца. Его слова не могут быть лживыми, настало время [воспользоваться его даром]. О могучий святой царь, с твоего позволения я призову этой мантрой какого-нибудь бога, чтобы с его помощью мы родили ребенка. Ты знаешь лучше меня, как следует поступить в этом случае. Скажи мне, какого бога призвать. Знай, что я только ожидаю твоего дозволения, ибо я полна решимости выполнить твое повеление.

Панду сказал:

– Ты должна действовать сегодня же, о женщина стройная, как изваяние, и действовать в соответствии с правилом. О добрая госпожа, призови сюда бога Дхарму, ибо из всех богов он наиболее преданный добродетели. Дхарма ни за что не примет участия в задуманном нами деле, если оно дурное или порочное. И весь мир, о стойная, как изваяние, женищна, сможет заключить: "Это дело совершенно законное". Наш маленький сын, без сомнения, будет олицетворением справедливости для всех нас Куру. Будучи порожден Дхармой, богом справедливости, он никогда не сможет радоваться адхарме, несправедливости. О сладко улыбающаяся, ты должна сосредоточить свои мысли прежде всего на дхарме, добродетели и справедливости и с помощью мистической мантры почтительно воззвать к Дхарме, прося его благословения.

Шри Вайшампаяна сказал:

Выслушав слова мужа, Кунти, эта замечательная женщина, сказала:

– Да будет так!

Выразив мужу свое глубокое уважение, она, с его разрешения, почтительно обошла его слева направо.

Шри Вайшампаяна сказал:









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.