Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Континуум форм распространения культуры





Рассмотренные три формы распространения культуры можно считать общими. Внутри них выделяются частные формы, представляющие собой конкретные культурные практики заимствования новшеств.

Все многообразие частных форм распространения культуры — от торгового обмена народов и туризма до колонизации и насильственной русификации (американизации, европеизации) — можно расположить на некотором континууме. Полюса такого континуума представлены двумя противоположными формами распространения: стихийное (нецеленаправленное) и организованное (целенаправленное)распространение.

Организованной формой является только такой способ, при котором в качестве основной цели сознательно выдвигается навязывание, перенесение или заимствование культурных образцов у другой страны. В этом смысле миссионерство и шпионаж своей главной целью имеют в одном случае — насаждение другим народам своей религии (христианства, ислама, буддизма), а в другом — заимствование культурных нововведений: чертежей ядерного оружия, промышленных секретов и т. п. Торговля между странами, хотя и является насквозь организованным процессом, относится к стихийным формам потому, что культурный обмен выступает побочным эффектом, а на первом месте стоит купля и продажа товаров и получение прибыли (т. е. экономические цели).

К организованным формам относятся экономическая помощь развитых стран слаборазвитым, так как она оказывается при условии, что в странах-реципиентах произойдут демократические преобразования и будут усвоены культурные ценности капитализма. Колонизация располагается посредине. Ее главная цель — добыча новой и дешевой рабочей силы в Африке, а вовсе не распространение западной культуры. Оно происходит позже — как побочный эффект.



К стихийным формам следует относить лишь те способы распространения культурных артефактов, которые возникают сами собой, никем заранее не планируются, не управляются, никак не организуются и не оцениваются. Они возникают в точках массовых этнических контактов. Стихийные формы растянуты во времени, а организованные сжаты, поскольку они планомерно внедряются правительством или местными властями.

Организованное распространение нередко принимает форму насильственного культурного внедрения. Оно осуществляется по-военному быстро, эффективно, но держится краткое время, часто вызывая народные возмущения. При стихийных формах процесс идет медленно, но новшество приживается надолго. Часто новое синтезируется и органично уживается со старым.

Наиболее яркий пример — распространение европейской обуви на Востоке. Устройство интерьера национального дома корейцев и японцев (несмотря на значительные различия) на протяжении многих столетий выработало у этих народов обычай разуваться и переобуваться, входя в помещение. В результате в современном быту корейцев и японцев преобладает нешнурованная европейская обувь, широко распространены всевозможные приспособления для надевания обуви, туфли-слипперы используются не только в домашнем быту, но и на производстве, в транспорте. В Корее обычай переобуваться сохраняется даже при входе в жилое помещение, обставленное европейской мебелью. Домашние туфли стали непременной деталью сервиса европейских отелей в Корее и в Японии. Кроме того, в Японии в самолетах и в железнодорожных вагонах в креслах устраивают специальные приспособления, которые предусматривают употребление их в одном положении для опоры обутых ног, в других — для опоры разутых. Обычай корейцев обязательно перед едой мыть руки или протирать их влажным полотенцем привел к тому, что деталью костюма корейского рабочего или строителя, одетого по-европейски, стало заткнутое за пояс с правой стороны свернутое полотенце

23. Главные процессы динамики культуры, их характеристика. Культурная динамика и статика.

ДИНАМИКА КУЛЬТУРЫ, срез или угол зрения, под которым рассматривается культура. Она описывает изменения или модификацию черт культуры во времени и пространстве. К Д.К. относятся средства, механизмы и процессы, которые описывают трансформацию культуры, ее изменение. Культура зарождается, распространяется, разрушается, сохраняется, с ней происходит множество всевозможных метаморфоз. Первокирпичиками Д.К. выступают культурные открытия и изобретения. В 30-х гг. Сорокин назвал свой четырехтомный труд об истории культуры с древнейших времен и о переходе от одной культурной системы к другой (или от одного культурного стиля к другому) «Социальная и культурная динамика». Широкое использование понятия Д.К. приходится на вторую половину XX в., когда в область научного исследования активно вторгаются проблемы развития, изменения и распространения культурных институтов, культурных конфликтов и инноваций, деградации, застоя и кризиса культуры, типологии культурного развития (линейно-поступательные, фазовые, циклич. и этапные, волновые, инверсионные, маятниковые и другие модели), дифференциации и диффузии культуры, взаимодействия разных культур. Специалисты говорят об интеграционной или дезинтеграционной, восходящей или нисходящей К. Д., об эволюционном или революционном характере ее изменений. Динамические процессы в культуре различают по месту и длительности. Так, крупномасштабными изменениями в культуре считают интервалы времени в 100—1000 лет (цивилизационные сдвиги), микромасштабными — периоды от 25—30 лет (время активной жизни в культуре одного поколения) до 100 лет), быстропроходящими — от одного месяца до нескольких лет (напр., сезонные изменения моды, жаргон молодежной культуры), они не способны закрепиться в глубоких пластах культурной жизни.

Культурная статика – это срез или угол зрения, под которым рассматривается культура. Она изображает предмет исследования с точки зрения его структуры, компоновки частей, соединения каждой части (элемента), их функций и упорядоченности и описывает внутреннее строение культуры – совокупность базисных элементов или черт, и формы культуры– конфигурации, характерные сочетания таких элементов.

Если мы представим культуру в виде сложной системы, а именно такой должна быть человеческая культура, создававшаяся тысячами поколений людей, то обязательно найдутся исходные клеточки, или первокирпичики. Такие базисные единицы культуры называют элементами, или чертами культуры. Они бывают двух видов – материальными и нематериальными.

Совокупность первых создает особую форму культуры – материальную культуру. Она включает физические объекты, созданные человеческими руками (их называют артефактами): паровая машина, книга, храм, орудие труда, жилой дом, галстук, украшение, плотина и многое другое. Артефакты отличаются тем, что они созданы человеком, несут на себе определенное символическое значение, выполняют определенную функцию и представляют известную ценность для группыили общества.

 

24. Многообразие типологий культур.

ИПОЛОГИЯ КУЛЬТУР, классификация различных видов и форм местных и мировых религий. Т.К. строится на основании нескольких критериев:
связь с религией (культуры религиозные и светские);
региональная принадлежность культуры (культуры Востока и Запада, средиземноморская, латиноамериканская);
регионально-этническая особенность (русская, французская);
принадлежность к историческому типу общества (культура традиционного, индустриального, постиндустриального общества);
хозяйственный уклад (культура охотников и собирателей, огородников, земледельцев, скотоводов, индустриальная культура);
сфера общества или вид деятельности (культура производственная, политическая, экономическая, педагогическая, экологическая, художественная и т.п.);
связь с территорией (сельская и городская культура);
специализация (обыденная и специализированная культура);
этническая принадлежность (народная, национальная, этническая культура);
уровень мастерства и тип аудитории (высокая, или элитарная, народная, массовая культура) и др.

Отраслями культуры следует называть такие совокупности норм, правил и моделей поведения людей, которые составляют относительно замкнутую область в составе целого. Экономическая, политическая, профессиональная и прочие виды деятельности людей дают основание выделить их в самостоятельные отрасли культуры. Таким образом, политическая, профессиональная или педагогическая культуры — это отрасли культуры, подобно тому как в промышленности существуют такие отрасли, как автомобилестроение, станкостроение, тяжелая и легкая отрасли промышленности, химическая промышленность и т.д. Типами культуры следует именовать такие совокупности норм, правил и моделей поведения людей, которые составляют относительно замкнутые области, но не являются частями одного целого. Например, китайская или русская культура — такие самобытные и самодостаточные явления, которые не принадлежат к реально существующему целому. По отношению к ним роль целого может играть только культура всего человечества, но она является скорее метафорой, нежели реальным явлением, поскольку рядом с культурой человечества мы не можем поставить культуру других живых существ и сравнить с ней. Любую национальную или этническую культуру мы обязаны отнести к культурным типам. Термин «тип» предполагает, что национальные культуры — русскую, французскую или китайскую — мы можем сравнивать и находить в них типичные черты. К типам культуры надо относить не только регионально-этнические образования, но также исторические и хозяйственные. В таком случае латиноамериканская культура, культура постиндустриального общества или культура охотников и собирателей должны именоваться культурными типами.

Формы культуры относятся к таким совокупностям правил, норм и моделей поведения людей, которые нельзя считать полностью автономными образованиями; они не являются также составными частями какого-то целого. Высокая или элитарная культура, народная культура и массовая культура именуются формами культуры потому, что они представляют собой особый способ выражения художественного содержания. Высокая, народная и массовая культура различаются набором приемов и изобразительных средств художественного произведения, авторством, аудиторией, средствами донесения до зрителей художественных идей, уровнем исполнительского мастерства. Видами культуры мы будем называть такие совокупности правил, норм и моделей поведения, которые являются разновидностями более общей культуры. К примеру, субкультура представляет собой такую разновидность господствующей (общенациональной) культуры, которая принадлежит большой социальной группе и отличается некоторым своеобразием. К примеру, молодежная субкультура создана возрастной группой людей от 13 до 19 лет. Их еще называют тинэйджерами. Молодежная субкультура не существует в отрыве от общенациональной, постоянно взаимодействует и подпитывается ею. То же самое можно сказать о контркультуре. Таким именем называют особую субкультуру, антагонистически настроенную по отношению к господствующей культуре. К основным видам культуры мы будем относить: а) доминирующую (общенациональную) культуру, субкультуру и контркультуру; б) сельскую и городскую культуры; в) обыденную и специализированную культуры. Духовную и материальную культуру нельзя отнести к отраслям, формам, типам или видам культуры, поскольку эти явления сочетают в себе в разной степени все четыре классификационных признака. Духовную и материальную культуру правильнее считать комбинированными или комплексными образованиями, стоящими в стороне от общей концептуальной схемы. Их можно называть сквозными явлениями, пронизывающими и отрасли, и типы, и формы, и виды культуры. Разновидностями духовной культуры выступает художественная, а разновидностью материальной — физическая культура.

25. Культура и личность. Современная проблема маргинализации культуры.

Не может вызывать никаких сомнений то, что маргинальная культура является культурой, то есть системой, включающей в себя следующие элементы[1]:
• сверхприродные качества самого человека как субъекта деятельности;
• способы деятельности, которые не врождены человеку;
• многообразие предметов, в которых опредмечиваются процессы деятельности;
• вторичные способы деятельности, служащие распредмечиванию тех человеческих качеств, которые хранятся в предметном бытии культуры;
• человек как продукт культуры;
• связь процессов опредмечивания и распредмечивания с общением участвующих в них людей.

Человек как родовое, а не индивидуальное явление – творец и творение культуры. Более того, из шести элементов культуры пять – человек и формы его деятельности, и даже шестой элемент – предметная среда – в теории культуры рассматривается как опредмеченная деятельность человека (любой памятник культуры, в конечном итоге, существует лишь постольку, поскольку он живет в сознании большего или меньшего числа людей). Культурология требует различать человека и общество, поскольку "культура и общество – разные внебиологические "механизмы" организации совместной жизни людей, взаимно дополнительные в решении этой общей задачи"[2].
Проблемы маргинальной культуры существует в обществе достаточно давно. Известно, что впервые с ней столкнулись в начале XX-столетия переселенцы из старого света на Южноамериканском континенте. Собственно, именно тогда и возникло в американской социологии понятие «маргинальность», что дословно означает пограничное состояние между двумя культурами. Социологи ввели в обиход термин «гавайский феномен», возникший на Гавайских островах в 20-е годы XX –го века в результате слияния культур. Еще в конце XIX столетия здесь образовалось полиэтническое общество, когда американские колонизаторы ввели на Гавайи японских, китайских и филиппинских рабочих, нанятых по контракту в странах Азии. Часть иммигрантов ассимилировалась с местным населением, и, как следствие этого сформировалась большая группа «этнических гибридов», маргиналов по национальному происхождению.

Развитие и взаимопроникновение национальных культур, традиций, религий, которые были принесены на Гавайи из Америки, Европы и Азии, а с другой стороны – самобытной полинезийской культуры привело к формированию смешанной, маргинальной, космополитической культуры. В современном мире повсюду происходит все расширяющееся и углубляющееся взаимодействие культур, обусловленное взаимодействием обществ и экономик. Размываются и уничтожаются этнические границы, происходит «деформация культур», следствием которой оказывается «маргинальный человек», принадлежащий одновременно двум культурам и не принадлежащий целиком ни той, ни другой. Человек, приобретая способность ощутить многообразие, преодолеть ограниченность этнической односторонности, одновременно теряет чувство целостности и исключительности этнического мировосприятия.

Таким образом, «гавайский феномен» был введен в научный оборот как результат встречи и взаимопроникновения национальных культур. Несколько позже появился термин «маргинальность» и такие понятия, как «маргинальная культура», «маргинализация населения», «маргинализация личности».

Впервые понятие маргинальности в научный оборот ввел Роберт Парк – американский социолог, один из основателей чикагской школы. Он употребил его в своем эссе «Человеческая миграция и маргинальный человек» (1), посвященному изучению процессов в среде иммигрантов. Результатом его поездки по Азии, на Гавайи и в Южную Африку в 1933 году стали размышления о процессе выхода рас и народов из различного рода изоляции – географической, экономической, культурной. У Р.Парка понятие маргинальность (от лат. margo – край, граница, предел) означало положение индивидов, находящихся на границе двух различных, конфликтующих между собой культур, и служило для изучения последствий неадаптированности мигрантов, особенности положения мулатов и других «культурных гибридов». Созданная Парком «классическая» социально-экологическая теория характеризует общество как организм и «глубоко биологический феномен», который помимо социального (культурного) уровня имеет, так называемый, биотический, лежащий в основе всего социального развития. Парк считает, что социальные изменения основаны на глубинных, биотических изменениях и связаны сначала с физической, а затем с социальной мобильностью.

Кроме того, Роберт Парк отмечает, что маргинальный человек представляет собой некий культурный гибрид, в повседневном существовании которого сплетаются традиции, культура двух различных народов. Такой человек неизбежно становится индивидом с более широким горизонтом, более утонченным интеллектом, более независимыми и рациональными взглядами. Маргинальный человек – всегда более цивилизованное существо, носитель космополитической культуры, продукт дезорганизации традиционного общества.

Р.Парку свойственно культурологическое видение проблемы маргинальности. С одной стороны он рассматривает маргинального человека как побочный продукт процесса аккультурации, когда люди различных культур и различных рас сходятся, чтобы продолжать общую жизнь. С другой стороны, он связывает концепцию «маргинальной личности» с социальным процессом аккультурации, исследуя этот процесс с точки зрения общества, частью которого является личность.

Другой американский социолог Эверетт Стоунквист развил идею Р. Парка и разработал свою концепцию «маринальности». В своем монографичеком исследовании «Маргинальный человек» (1937 г.) (2) он предложил рассмотреть проблему маргинального человека через призму культурного конфликта. В качестве примеров он привел расовые гибриды (англоиндийцы, мулаты, цветные Ямайки, метисы Бразилии и др.) и культурные гибриды (иммигранты, европеизированные африканцы, денационализированные европейцы). Стоунквист считал, что, стремясь интегрировать в доминирующую группу общества, «члены подчиненных групп», приобщаясь к ее культурным стандартам, неизбежно оказываются на краю доминирующей группы, никогда их полностью не принимающей, так и группы происхождения, отторгающей их как отступников. Рассматривая проблемы маргинальной личности, Стоунквист видит ее как личность «между двух огней» в контактах культур, где две культуры переплетаются и где осваивающая пространство культура комбинирует, объединяет особенности обеих культур. В своих исследованиях он сосредотачивается на выяснении психологических аспектов маргинальности. Двигаясь из одной культуры в другую, или в определенных случаях (например, через женитьбу или образование) соединяясь с двумя культурами, маргинальнй человек находится в психологическом балансировании между двумя социальными мирами, один из которых, как правило, доминирует над другим. Проблемы маргинальных личностей возникают лишь после осознания членами подчиненной группы своего неравноправного положения. Это осознание порождает психологическую неустойчивость, раздвоенность и может выплеснуться в суициде или аномии. Внутренний мир маргинального человека, характеризуемый Стоунквистом, может быть дополнен следующими чертами: дезорганизованностью, ошеломленностью, неспособностью определить источник конфликта, неудачливостью. Ему присуще беспокойство, тревожность, внутреннее напряжение, изолированность, отчужденность, стесненность, разочарованность, отчаяние, бессмысленность существования, а также эгоизм, честолюбие и агрессивность. При определенных обстоятельствах такие люди могут быть лидерами социально-политических, националистических по своему характеру движений или же влачить жалкое существование вечных изгоев.

Европейский взгляд на данную проблему сосредотачивает внимание на исследовании структурной или социальной маргинальности. Классическая модель маргинала-личности на «рубеже культур» в 60-е годы дополняется моделью маргинала-индивида на «обочине» общества. К этой модели обычно причисляются все те элементы, которые трактуются обществом как нежелательные и дезорганизующие. Волновавшие исследователей личности на «рубеже культур» проблемы амбивалентности существования, личностной мотивации, выбора предпочтительного социального статуса сменяются пониманием маргинальности как потери статуса вследствие неинтегрированности индивидов – в силу различных биологических и социальных причин – в общественные структуры. К такого рода деструктивным состояниям относят, прежде всего, результат иммиграции (в особенности «цветной»), а именно безработицу, нереализованность социальных ожиданий. Они, в свою очередь, способствуют ослаблению или распаду трудовой мотивации и морали, утере социальных связей.

Различие американского и европейского взглядов на проблему маргинальности и маргинальной культуры вызвано уже разницей в характере миграционных процессов. Если для США и Канады характерна преимущественно переселенческая иммиграция, то для Европы – преимущественно трудовая. Мигранты-переселенцы осознанно стремятся войти в новую социокультурную среду, выучить язык, усвоить нормы и образцы референтного образа жизни, систему ценностей своей новой родины. Как правило, переселенческая миграция осуществляется однажды, и с ней связываются определенные надежды на реализацию долговременных жизненных планов. Правительственные учреждения, проводя иммиграционную политику, так же отдают предпочтение тем, кто способен достаточно быстро ассимилироваться – высококвалифицированным специалистам, лицам с высоким уровнем образования и состояния, выходцам из этнически и религиозно родственных стран.

Если миграция носит не переселенческий, а трудовой характер, существенно изменяется качественный состав въезжающих и отношение к миграции, как самих мигрантов, так и принимающей страны. Известно, что индивиды и группы, занимающие нижние ступени социальной иерархии, в наименьшей степени способны к вертикальной мобильности даже в собственной социокультурной среде. Затруднен для них и процесс аккультурации. Сочетание культурной самоизоляции мигрантов, территориально сегретации, тяжелых условий труда и быта, способствует появлению психических заболеваний. Активность иностранных рабочих в сфере правонарушений формирует у населения представление о трудовых переселенцах как об олицетворении разного рода отклонений от нормы, источнике социальных и экологических проблем. Подобное на протяжении нескольких десятков лет происходит и в России.

Российские исследователи, как и западноевропейские, рассматривая маргинальную культуру и процессы маргинализации, охватывают этим понятием чрезвычайно широкий круг явлений. В формировании маргинальных групп российского общества принято выделять два периода. Первый (1918год – вторая половина 80-х годов) характеризуется маргинализацией населения в связи с коренными нарушениями социально-политической и классовой структуры общества, второй (1980 – 1999 годы) – воспроизводство маргиналов путем огромных миграционных процессов, вызванных индустриализацией страны, «размыванием» рабочего класса сельскими мигрантами, приведшего к утрате классового и профессионального этноса (3). И, наконец, сегодня можно говорить о новом притоке маргинальных групп населения и маргинальной культуре, связанной с наступившим кризисом.

Самая многочисленная группа маргиналов в России – это по прежнему мигранты. Неоправданно затянувшееся экстенсивное развитие экономики сорвало со своих родных мест огромные массы людей и переместило не только из села в город, из европейской части страны в неосвоенные регионы, но и из регионов компактного проживания их национальности в другие республики. В результате территориально-культурная маргинальность умножается на этническую, приводя к этнической эрозии многих наций.

Современная проблемная ситуация в сфере межэтнического взаимодействия, назревшая глобальная потребность в достижении конструктивного диалога культур и народов сегодня, как никогда, порождает актуальность рассмотрения социокультурной адаптации (прежде всего мигрантских групп), оказавшихся в иной, «чуждой» им этно-культурной среде (4).

В то же время в процессах этно-культурной маргинализации в обществе неизбежны существенные региональные различия со своей внутриэтнической спецификой. Особенно остро эти процессы протекают в тех регионах, в которых проживает достаточно большое количество этносов и этнических групп.

Одним из таких регионов в России всегда была Москва и Московская область. Здесь, полнее, чем в других регионах России, из самых разных этноисточников формируется новый «российский» мегаполис. В него по-разному вовлекаются этнические образования, которые внутренне дифференцируются по степени включенности в это пространство. Окружающая среда питает в формируемых группах населения специфику «надэтнического» столичного самосознания. Не случайно, при ответе на вопрос «Кем Вы себя больше чувствуете: европейцами, гражданами мира, россиянами, русскими, татарами, армянами и т.д.?» - далеко не все москвичи принимают в этом «наборе» приоритет своей, для многих теперь формальной, национальной принадлежности (5). За их выбором стоит новый образ, который не только у русских обретает надэтнические черты самосознания с очевидной доминантой гражданского образа, подчас вытесняющего принятую национальную принадлежность. Можно допустить, условно говоря, что этническая приобщенность питается больше традиционными этнокультурными посылками, а новая «надэтническая» - гражданскими, хотя они могут и не исключать друг друга. Самым очевидным для русских и других, включенных в столичную жизнь людей разных национальностей, постепенно становится интегративный образ, утверждающийся в сознании как общность «россиян».

Россияне в современном полиэтническом значении этого понятия – явление новое; они – важнейшая составляющая в надэтническом образовании постсоветской России. При этнической мозаичночти столичного населения это интегрирующее представление теперь распространяется и закрепляется в сознании россиян, что может иметь принципиальное значение в судьбах России.

Тут есть некоторое сходство с общеевропейскими процессами утверждения гражданского единства полиэтнических общностей. Известно, что в этом плане ощущают трудности те европейские столицы, в которых некоренные национальности занимают в населении значительные пропорции. Например, в Лондоне и Париже, где некоренные национальности составляют соответственно пятую и четвертую часть столичного населения, болезненно проявляется их противостояние общим европейским нормам общественной и культурной жизни.

Северо-кавказский Южный регион сегодня считается одним из поликультурных и этнически многонаселенных мест не только в России, но и в Европе. Не беря в качестве объекта для исследования военные конфликты и борьбу за территориальную независимость, можно привести достаточно много примеров маргинализации отдельных слоев населения в результате миграции одних народов и неприятия их со стороны местного населения. В частности, на Кубани с давних времен проживает немалое количество этносов, чья историческая родина находится далеко за ее пределами. Местное же население в лице казачества с самого момента своего основания предвзято относилось к пришлым людям. В результате нивелирование национальных традиций приводило либо к культурному взаимодействию, либо в противном случае к отторжению чуждой культуры. Такая ситуация сложилась в Крымском районе Краснодарского края в 2006 году с турками месхетинцами, получившими официальный статус иммигрантов, и не сумевшими пройти аккультурацию в кубанской станице. Местное население обратилось к администрации края с просьбой о депортации из региона приехавших переселенцев. Национальный конфликт вступил в ту фазу, когда урегулировать отношения на местах уже не представлялось возможным. Было принято решение о переселении турков в один из американских штатов, где им была предоставлена работа и место жительства. Таким нетрадиционным образом удалось избежать национального конфликта. Следующий пример – переселение адыгейской диаспоры из Америки в Республику Адыгея в 2008 году. Здесь, напротив, адыгейская диаспора, жившая в иммиграции, попросила о возвращении на свою историческую родину. Адыгейская администрация предоставила шестидесяти семьям место жительства и помощь в процессе адаптации к новым условиям жизни.

Кроме национальности, для подобного рода явлений, часто имеют значение и другие факторы, например возраст. И неудевительно, что в условиях сегодняшнего кризиса, в качестве социокультурного объекта в типично маргинальной ситуации оказывается молодежь.

Биологическая маргинальность связана с изменением параметров и физических возможностей тела в подростковом возрасте. Повышенная эмоциональность, гиперсексуальность вызывают появление новых потребностей и новых поведенческих стандартов (6). При этом происходит процесс утраты и нового обретения параметров собственной физической целостности. Именно поэтому подростковый возраст обнаруживает повышенный интерес к физической стороне человеческого существования. Неспособность личности идентифицировать себя со своим телом имеет глубокие социальные последствия, которые связаны с частичной или полной потерей контроля над собой. Кризис ставит под сомнение как способность собственного «Я», так и систему ценностей, которой человек следовал ранее.

Социальная маргинальность связана с неопределенным статусом молодежи в обществе. Неполнота социального признания обнаруживается не только в правовом ограничении, а в отсутствии у молодых людей многих существенных социальных признаков: профессии, семьи, собственного жилья, авторитета среди взрослых и в результате собственной социальной ниши. Маргинальный комплекс обнаруживается в осознании собственной малозначимости, социальной неполноценности, в необходимости определять себя через значимых других.

Культурная маргинальность находит свое отражение в многообразных форах молодежной субкультуры. Традиционная, общепризнанная культура, в основе которой лежит система ценностей и верований понимается неоднозначно, что приводит к обретению собственных смыслов и ценностей, осознанию собственной уникальности и неповторимости. Внутри каждого молодого человека происходит столкновение ценностей, диалог культур в рамках определенной культурной традиции. Культурная маргинальность фиксирует момент перехода от личности, существующей пока в чужой для нее культуре, к личности, сформировавшей собственную систему ценностей.

Невозможно в этой связи не согласиться с высказыванием Хайдеггера, когда он еще в начале ХХ века предсказал конец метафизического проекта. Вместе с метафизической картиной к своему финалу пришли и многие другие новоевропейские проекты (например, проект «искусство», проект «экономика», проект «общество».) Но это не значит, что перестали писать картины, ставить спектакли, принимать экономические программы. Просто центр и действенной, и умозрительной тяжести переместился на иные, поверхностно-событийные этажи, каждый раз заново слагающиеся из различных обрывков в «одноразовые» маргинально-магистральные композиции.

 

 

26. Культура в жизни общества: социокультурная регуляция и деструкция.

РЕГУЛЯЦИЯ СОЦИОКУЛЬТУРНАЯ - одна из осн. функций культуры, связанная с обеспечением коллективных форм жизнедеятельности людей. Р.С. осуществляется в рамках организации социокультурной как процесс установления и поддержания опр. упорядоченности во взаимодействии людей для удовлетворения их индивидуальных и в особенности групповых интересов и потребностей, снятия противоречий и напряжений, возникающих при совместном общежитии, определения общих целей социальной активности и критериев оценки рез-тов деятельности. В отличие от регуляции социальной, ориентированной на решение прагматич. задач организации коллективной деятельности, регуляция культурная основывается на ценностно детерминированных нормах упорядочения совместного существования людей, хотя реально оба типа регуляции представляют собой неделимый синтез Р.с., где социальное и культурное начала взаимообусловлены и полностью сращены в единой функциональной целостности. В зависимости от уровня социокультурного развития сооб-ва, его социально-функциональной стратифицированности, преобладания экстенсивных или интенсивных технологий в разл. видах социальной практики и т.п., в Р.с. могут складываться разнообр. композиции конвенциональных и институциональных механизмов упорядочения форм коллективной жизнедеятельности с разной степенью доминирования тех или иных методов и уровней их взаимодополнительности. Р.с. относится к тем функциональным подсистемам культуры, где (как и в подсистемах адаптации и коммуникации социокультурной, а также в нек-рых других) наблюдается опр. избыточность средств по реализации соответствующих функций, часть из к-рых в каждый данный момент действует в актуальной практике, другие же остаются в нек-ром "культурном резерве" сооб-ва и актуализируются в экстраординарных ситуациях.

Осн. функциональные задачи Р.с. - поддержание опр. уровня социальной консолидированности сооб-ва (необходимого для эффективного осуществления требуемых в существующих условиях форм деятельности, взаимоинформирование о своих намерениях, согласование целей, задач, принципов и технологий совместных действий, разделение функций и пространственных "площадок", согласование во времени и процессуальной последовательности осуществляемых действий, взаимокорректировка в процессе совместной или взаимодетерминированной деятельности, выработка критериев оценки достигнутых рез-тов, их утилитарной эффективности и социальной приемлемости последствий этой деятельности и т.п. Все это имеет отношение не только к материально-производств. практике, но в равной мере и к любым иным формам социальной, интеллектуальной, коммуникативной, худож., религ., полит. и др. деятельности, осуществляемой коллективно или индивидуально, но с социально значимыми рез-тами, последствиями, влияниями.

Р.с. осуществляется, во-первых, на основе прагматич. целей, преследуемых действующими субъектами, проектирования и планирования процедуры исполнения требуемой деятельности, что включает в себя среди прочего и определение порядка взаимодействия исполнителей. Во-вторых, на основе накопленного (а отчасти и заимствованного) социального опыта по реализации задач такого рода, закрепленного в ценностных ориентациях, обычаях, нравах, законах, нормах, правилах, идеологии, верованиях, традициях, умениях и навыках, допустимых технологиях и пр. установлениях, определяющих принятый в данном сооб-ве порядок осуществления соответствующих действий и достижения соответствующих целей. Т.о., осн. механизмами Р.с. являются разнообр. виды и типы социальных конвенций (отчасти институционализированных), упорядочивающих формы коллективного общежития и взаимодействия людей.

Хотя воздействие Р.с. распространяется на все сферы групповой и индивидуальной практич. и интеллектуальной активности людей и выражается не только в непосредств. регулятивных установлениях (ценностях, нормах, законах, обычаях), но и опредмечивается в специфич. чертах технологий и продуктов любой целеориентированной деятельности людей, вместе с тем во многих случаях ограничители Р.с. не отличаются чрезмерной жесткостью, оставляя субъектам деятельности возможности для творч. импровизации, варьирования, поиска, инноваций и т.п., что имеет чрезвычайно важное значение и с т.зр. адаптивной пластичности форм социальной практики, и в интересах развития технологий в разл. специ-ализир. сферах деятельности.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.