Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Я никогда не устану любить тебя, Сакс Шао-Линя.





Там, за горами, ты слышал — плакала флейта?

Это мой голос, голос Флейты Китая...

2004


Креатив

 

Обессилеть к началу, ещё не видав ни черта,

Не пресытившись даже банальным вставаньем на пару!

Достижение года — спасенье грудного кота,

Недостача сезона — мозоли сошли от гитары.

 

Как грызун в колесе, как слепая скотина — хожу —

Всё по кругу, по кругу, по кругу, по кругу, по кругу!

До поры, пока жизнь не применит под джинсы вожжу,

Вынуждая опять с парой слов обратиться друг к другу.

 

Пусть найдётся чувак, разобравшийся с жизнью всерьёз,

Чтобы враз заклеймить недостойность сего «креатива».

Мне плевать на вердикт. Мне себя нынче жалко до слёз.

И противно, противно, противно, противно, противно!..

2005


* * *

Притаиться клубочком

У тебя на ладони,

Серым, мягким и тёплым —

И тихонько мурлыкать.

Щекотаться усами

И бархатной лапкой

Раскачивать в ухе

Египетский крестик...

2006


* * *

Струны били по пальцам,

До крови, до боли,

Выпивали меня

Без стыда, без остатка

Я бездомным скитальцем

Тебе на ладони

Прилетаю ронять

Свои камни украдкой.

И со шкур цвета солнца

Не вылизать пятна

И в серебряных перьях —

Пожары отметин...

...Кошка к дому вернётся-

Скребётся обратно —

Только заперты двери.

Ты опять не ответил.

2006


* * *

Я рисую тебя на изнанке пустого конверта,

Ты у осени спишь на краю, и тебе снится джаз.

Ты прости, под рукой ничего, кроме серого цвета.

Та же тема, похоже, у тех, кто раскрашивал нас.

 

Я рисую, стираю, бросаю и снова рисую —

Всё никак не удастся поймать выражение глаз.

Ты не смотришь в глаза, и об эту задачу простую

Не однажды ударились те, кто придумывал нас.

 



Полутень у виска, по которой любила губами,

Брови щёточкой вниз и упрямые крылья ноздрей...

Я рисую фломастером, как рисовала руками

В полутёмных троллейбусах в первом сыром ноябре.

2007


* * *

Тебе

Ведать

травы тайные,

Босым

по песку бегать,

Чуять

воду нутром,

Чéрпать

силу ведром... —

Хоть немного —

дай мне,

умоюсь ей,

силой твоей,

как росой,

пробегу босой,

Стану ли

милой твоей ли...

В лапах дремучих

ельих

Спрятан

маленький обережец —

Где же?!

Глядя по солнцу

бегу по твоим следам...

2007


* * *

Скажи, хоть что-нибудь значит

То, что ты сейчас здесь?

Смотри — потерянно плачет

Застывшая твердь небес.

И я не хочу иначе —

Тем более — без.

2007


* * *

Быть близко,

Ближе, чем думаешь,

Твоей тенью греться,

Биться о сердце,

Сниться

Под утро

Тёплым...

По крупицам

Силу быть мудрым

Соберёшь,

Как коллекцию марок,

Найдёшь золотую жилу,

Придёшь,

А меня нет уже...

Растаяла по весне,

Выснилась вся

Под утро...

2007


Куски молчания

«...Мы похоронены на Невском проспекте...»

Мне больше нечего тебе сказать — совсем и напрочь.

Мне больше незачем к тебе бежать, взрывая жилы.

Со дна на миг взметнёт песок плейлист Winamp’а,

Напоминая о висок — мы были живы.

 

Немаловажное ушло из глаз — наверно, в курсе.

Закрыло дверь, не помахало лапой на прощанье.

Течёт проспект, и мы стоим в немолчном пульсе

По обе стороны, как два куска молчанья.

2008


«Дурак»

Лет десять назад мне хотелось творить миры,

Лет пять спустя — удавиться под музыку Стинга,

Потом — не казать и носа из конуры,

Прикинуться пыльным следом его ботинка.

 

Отныне — не так, моё небо свободно от туч,

Мои поляны искрят земляничным цветом...

И только Дурак, что зрит сквозь меня в Пустоту,

отводит взгляд и тихо смеётся при этом...

2011



 

III. Калейдоскоп



* * *

 

Лунный ломтик в небе виснет.

Я болею этой жизнью!

Пьяной бабе всё с руки —

Берегитесь, мужики!

2010


Волк-одиночка

Уйди,

чтоб не слышала даже шагов,

Не видела тени...

И снова вошла в лигу зрячих слепцов,

Лелеющих полуистлевший остов

Своих заблуждений.

 

Останься —

ты сможешь меня удержать

На гребне, на гребне!

Ты голосом волка

И пляской огня

Из зеркала снова глядишь на меня —

Волшебник.

 

Со звоном

сплетались в экстазе мечи —

Ну что же, ну что же?!

И виделось время огарком свечи...

Ты знаешь, мы следствием многих причин

С тобою похожи!

2000


Новый Гаутама

 

«Я памятник себе воздвиг нерукотворный» —

В томленье тягостном юродствуют умы.

Не зарекайся от тюрьмы да от сумы

И под седло не подставляй хребет покорный.

 

Под суицидно-белым потолком

В горячих грёзах отрок нервно дремлет.

Он ничего не отдаёт и не приемлет,

Болея самонаркотическим мирком.

 

Уста, провозглашающие Путь,

Лелеют Будды отрешённую улыбку...

Он совершил глупейшую ошибку,

Вообразив, что понял жизни суть.

2002


Капелька солнышка

Капелька солнышка в мокрых ладошках.

В городе ангелов — блудная кошка.

В городе дождь моросит понемножку,

В лапах дождя — сумасшедшая кошка.

Мокрым асфальтом чернеет дорожка,

Мягко ступает уставшая кошка.

Капли считает, смотрится в тучи,

В мягких ладошках — солнечный лучик.

Девять загадочных жизней кошачьих

Осень обмоет, дождик оплачет.

Мокрая кошка, счастливая кошка —

Капельку солнышка держит в ладошках.

Дикая кошка, бездомная кошка,

Смотрит на мир из чужого окошка,

Жмётся, дрожа, под чужими домами,

Греет глаза чужими кострами.

Улицей тёмной крадётся сторожко —

Как бы не отняли счастье в ладошках!

В клетку не рвётся птица-синица,

Звёзды-соринки прячет в ресницах.

Мокрая кошка, счастливая кошка —

Капелька солнышка греет ладошки.

2003


INRI

В игре моей родится истина —

Падут пред нею миражи.

Мой выигрыш ночами выстенан.

Дурного слова не скажи!..

 

Молчи. — Прошу.

Поверь, не золото,

Молчание, а серебро.

Игра моя завоет с голоду

И станет нашею игрой.

2003


«Голем»

 

Беломраморной тенью завешены чёрные горны глазниц,

Нерушимость песка дополняет сыпучую тайну воды.

Мимо скошенных домиков гетто

и скованных стерхов-криниц —

Наугад, в снегопад, по искристым полям с четверга до среды.

 

Свежескошенный травень остался в шершавых проборах степей.

Непонятные песни устали летать на бумажных крылах.

Слушай шёпот туманной травы, прими из ладоней и пей. —

Сделай голос молитвой огня!

...В поднебесье умчалась стрела... —

Не ловить. Беломраморный лёд нагоняет вселенскую грусть.

Перекрестье путей — отражением в чёрных горнилах глазниц.

Кто-то умный сказал, что пребудет горою гора — ну и пусть.

Я гляжу, как летят через толщу горы стаи прóклятых птиц.

2003


Ахэнэ

В лапах запрятана сталь

Безвозмездность накажет

Ловкой уловкой опутаны ноги и руки

Серым мотком безнадёжно-мучительной пряжи

Ночь коротка — и века от тебя до разлуки

 

Пуганый взгляд перекрашенной белой вороны

Пылью песка оседает мираж на ресницы

Ключ пополам переломлен твоей обороны?

Вешняя птица тебе ли сегодня приснится?

 

Реки дождя по лицу — как спасенье от вето

Горечь полыни наполнила лёгкие ветра

Непреступившим непознана горечь ответа

Тысячи лет и всего полчаса до рассвета...

 

Здесь и сейчас. Мы не знали до этого лета.

Йэллэ Ахэнэ, кор-эме о анти-эте.

2003


Птица

 

О трёх глазах есть птица у меня —

И глаз один сияет златом дня,

Другой же чёрен, словно мрак ночной,

Не тронутый ни солнцем, ни луной.

А третий глаз — за окоём глядит.

И цвет его расплывчат и размыт.

В нём есть от снега, моря и огня —

И мнится мне — он смотрит на меня.

 

♠♣♥♦

Покойны два подрезанных крыла...

Я птицу ту Любовью нарекла.

2004


«Крылатые качельки»

Слишком больно петь под эти скрипки!

Мы так долго спали в колыбельке.

Для людей — зубастые улыбки,

Для тебя — крылатые качельки.

 

Руки в дрожь, в глазах дымится осень.

Что-то ещё листья нагадают?

Уходя, ты мячик в небо бросил,

А в него так редко попадают!

 

Близоруко щурясь на закаты.

Вышью золотистой гладью море...

Знал бы ты, как тяжко быть крылатой

И всю жизнь кудахтать на заборе!

2004


«Водопад»

«Ты водопад, но ты мне брат

И хочешь быть только братом...»

«...Ну откуда же ты взялся, подрос такой —

Такой, рядом с тобой крышу

крышу сносит!..»

Е. Болдырева

Крылья ломит, хвост волочится.

Написать чего-то хочется.

Крышу сносит, ставни хлопают —

Ураганы над Европою!

Подо мной земля качается,

А стихов не получается.

В голове многоапостольной —

Окровавленные простыни.

Ни покою мне, ни роздыху,

Не хватает мыслям воздуху.

Всколыхнулась бурей лужица —

Голова тобою кружится.

Приколола на иголочку,

Да запрятала на полочку.

Понатыкано булавочек:

Вот витрина, вот прилавочек,

Вот забавка, вот безделица —

Никуда теперь не денется!

И не думала, проклятая,

Чтó под рёбрами запрятано!

То колотится о косточки,

То лежит спокойно в горсточке,

То заквохчет шалой курою —

И выходишь — дура-дурою.

Крыша, бедная, качается,

А стихов — не получается...

2004


Из поднебесья

 

Лунной сонатой режь мне руки,

Ломай мне вены.

Серые стены, зелёные стены,

В крошево звуки.

Падали навзничь обломки —

Пыль по ветру.

Как никогда по кромке —

И я не верю.

Дробной капелью стучись в зарницы,

Молись до срока.

Птицу-синицу храню как зеницу

Ока.

Жёлтым раскрась поднебесье,

Постылый замок.

По городам и весям —

Без всяких рамок.

В пачке отрава белеет скелетом

Убитой песни.

Этим ли летом ушла с рассветом

Из поднебесья?

Бросила кости, метнула карты —

Пойми попробуй.

Я — недоносок самой Астарты

Высшей пробы.

Лунной сонатой дроби мне нервы

В угаре пьяном.

Я без изъяна, ты без изъяна,

И ты не первый.

В чёрный рояль запакую душу,

В клавиши — чаек.

Знаешь, летаешь, а заскучаешь —

Приди послушай.

2004


«Тринадцатый воин»

 

Знаешь, мне кажется,

глупо было бы назвать тебя другом.

Знаешь, мне кажется,

я о мире слишком немного знаю.

И знаешь, мне кажется,

что все мы всю жизнь ходим по кругу,

Пытаясь в толпе отыскать птенцов

из своей стаи.

Мне не больно, знаешь,

просто странно, что это где-то.

Когда-то, зачем-то, с кем-то,

но не со мной.

Только знаешь,

на меня словно лапа зверя

наложено вето:

Не нарушать собою ничей покой.

И особенно твой.

Было бы глупо называть тебя другом.

Ты один в поле воин.

А я — да кто я такая!

Когда на экране кровь —

жмусь в уголок

и пальцы грызу от испуга...

Да! — забыла сказать —

ещё ночью летаю

и крестиком вышиваю!

И когда — если не раньше —

за окошком взбунтуется вьюга,

Ты уйдёшь, как и появился —

просто в тумане растаешь.

Знаешь, всё-таки глупо —

донельзя глупо! —

назвать тебя другом

Я слишком многих и часто

так называю!

2004


Мыша

 

Я не подпускаю людей, говорю не о том и не тем,

Стремаюсь пролёта со свистом парижской фанеры,

Сползаю в уютную зыбкость истоптанных тем.

В меню — декаданс, матерок и дурные манеры.

 

Взаправду — пушистый и белый, только что не мурчу,

Жмурюсь на солнце, простуженно хлюпаю носом,

В горящую избу — отнюдь, это Вам по плечу,

А я — на плече. На котором — пока под вопросом.

 

Грешу и не каюсь, и каюсь зазря, не греша,

Живу ожиданием обыкновенного чуда.

И спряталась в норку душа, как дурная мышá —

Трясётся сидит и не хочет вылазить оттуда.

2004


«Овётганна»

(из цикла «Звери»)

«Стояли звери около двери.

В них стреляли, они умирали»

Лев Абалкин

 

Закрашенных окон немые узоры.

Я вновь колочусь в незакрытые двери.

Крадёмся сторожко по жизни, как воры —

И ходим по клетке, как пленные звери...

 

Бродить меж оранжевых пятен тумана

От века мне лапа судьбы начертала.

И отзвуком странных надежд — «Овётганна» —

Лишь ветер в ладонях — так мало, так мало!..

2004


Зверик

(из цикла «Звери»)

Не смейся надо мной,

Я маленький и слабый,

Я загнанный зверёк

Над пропастью во ржи.

Несказанный пароль,

Щенок с подбитой лапой,

Упавший колосок,

Забытый у межи.

 

Не смейся надо мной —

Я сам могу смеяться —

Над миром, над собой,

И доводить до слёз.

И, жертвуя весной,

Привычно улыбаться,

Ведомый на убой,

Что всё это всерьёз.

 

Не смейся, не жалей,

А то я просто струшу

И, опустивши хвост,

Надменно удалюсь.

Садовник-дуралей

Трясёт меня, как грушу,

И я, покинув пост,

На головы валюсь!

2005


Буривух

(из цикла «Звери»)

 

Я буду вечно лететь на свет.

Я буду долго молчать в ответ.

Я буду тихо идти след в след —

Броня и бред.

 

Я тёмной комнатой по глазам.

Я опустевший давно вокзал.

Осиротевшая бирюза.

Скажи: «Сезам».

 

Я окольцованный буривух.

Я выбираю одно из двух.

За отражением во весь дух

Лечу на слух.

 

Я морем раненный белый зверь.

Я презираю жизнь без потерь.

И я не верю богам теперь —

И ты не верь!

2005


* * *

Просто зима.

Я звёзды ловила глазами из окон авто.

Просто сама.

Никто не придёт, не найдёт, не поможет никто.

Нет на билет.

Продрогшему городу в пику иду не спеша.

Я раритет.

И слишком темно и тоскливо, чтоб что-то решать...

2006


Моменты единения

Холодным воздухом пронизаны,

Летят моменты единения.

На острие стихотворения,

Являясь многогранной призмою,

Живу — забытое творение,

Несовершённое пророчество,

Я на обрыве одиночества

Даю зверям уроки пения.

 

Вокруг листва безлико кружится

И под ноги бесшумно стелется.

Не устаю опять надеяться

И растекаться терпкой лужицей,

Когда, безумным представлением,

Как песнями сирен, окручены,

Уносятся по воле случая

В... астрал моменты единения...

2006


* * *

Да, спасибо тебе большое

За доверие и заботу.

Я не стану твоей душою,

Ты не станешь моей свободой.

2006


Парный диагноз

 

От А до Я прочла тебя украдкой,

Сыграла по мотивам, как по нотам.

Вилась за ухом непослушной прядкой,

Тащила из болота бегемота.

 

Раскладывала картами в пасьянсах,

Выкапывала корнем мадрагорьим...

Скажи, амиго, ну на кой мне сдался

Так преданно в земле сидящий корень?!

 

Выискивала смыслы между строчек, —

Пардон, съязвлю — выискивались редко.

Я — признанный любитель многоточий,

Тебе подай по полкам и конкретно.

 

Баюкающий собственное эго,

Как инвалид поломанную руку,

Играющий в себя, скажи, коллега,

Как разменять компот на Кали-югу?

 

Расчерчивала небо журавлями,

Родными, словно боли в пояснице...

Скажи, камрад, на фоне всякой дряни —

Неужто и синица — не синица?!

2007


Живущая в сети

 

Молясь на монитор, как на пророка,

Эксплорер покрывая матюками,

Глазами я твои хватала строки,

Как дети — яблоки немытыми руками.

 

За час едва открытая страница,

Угрозы отлучить от Интернета —

Переживём, а ночью мне приснится...

Но это — чшшш! И только по секрету.

 

На черепках разбитого Союза

Мы — как куски орнамента былого.

Мои мозги, визжа, несутся юзом —

Кто там сказал — в начале было Слово? J

2008


Два сердца

 

Не так давно у неё завелось два сердца:

Одно трепыхалось на вдохе в районе ушей,

Другое не помещалось в татарских рёбрах.

Она сыпала в кружку с вином слишком много перца,

По утрам считала мышей

И ни в чём не была уверена твёрдо.

 

Каждый миг нежданной, но тем паче священной шизы

Шёл за год пылесоса, кошачьих сортиров, борща и компота.

Оба сердца катились к чертям от звука до звука.

Она смела их в совок и кинула на весы.

Что ж, так вышло, вкрадчивой лапой кто-то

Приотворил без скрипа, зашёл и вышел без стука,

Попутно сметя хвостом оба, бедные, на пол...

Это бывает, не так ли? Сама шиза дорогого стоит!

Не много ль — хотеть всего — чай, не бояре!

Она подберёт осколки, затрёт следы за вкрадчивой лапой...

Если умеючи — склеить одно из двух — дело простое.

А после — расчешет хвост и порвёт струну на гитаре.

2010


Ковыль

 

А и ну его всё — порастёт быльём,

Ковылём да крапивою, да репьём.

Осушим по одной да ещё нальём —

Не бухаем, чай, а культурно пьём!

 

Солнцем в левый глаз, пылью в правый глаз.

Меланхолия — это не про нас!

В позе лотосовой не познать экстаз.

Топором да сплеча — эх, раз, ещё раз!

 

Прокатиться катком по сырой душе —

Есть ли кто за рулём — не понять уже —

Не фигурка ли там из папье-маше?

Не снегурка ли синяя неглиже?

 

Да и ветром снесёт да развеет в пыль.

Нескончаемый счёт, прописная быль.

Вечер море позвал танцевать кадриль.

Прорастает трава, шелестит ковыль...

2010


Весенние поводы

 

Солнцем расчерчены комнаты,

Первыми тонкими всходами,

Мальчик, не надо по поводу —

Правый, виновный ли — побоку.

Листвяным искренним шорохом

Соткано тело для морока.

Полные губы ли золота?

Душам достанет ли досыта?..

Солнцем расчерчена комната —

Тёплое, светит без повода.

2011


По ту сторону

Тонкими — по белой ткани.

Возле сáмого — губами.

Тёплого — к себе теснее,

Что не светит, только греет.

В волны тёмных — по запястья —

На две части два несчастья.

2011


Обострение

Как облако краем крыла, затронуть расплывчатый абрис

Рассеянным взглядом из-под частокола ресниц.

В прожорливой пасти толпы, как зоркий недрёманный Аргус,

Выискивать блик и всё время хотеть не синиц.

 

Ей-ей, беспокойный недуг подкинула сволочь-природа —

Куда позитивней склероз или, скажем, маразм!

А тут — трепещи в ожидании чёртова времени года,

Которое всё вверх тормашками ставит на раз!

 

В суровой броне проплывать —

линкор в предрассветном тумане —

Спиной ощущать лёгкий шорох струящихся вниз

Ночных мотыльков, опаливших чешуйки надежды о пламя,

Желать избавленья — и, всё же, любить не синиц.

2011


Поросли

Ты юн и прозрачен, как перед Пасхой стекло,

К тебе ещё не поналипло и не натекло.

Ты юн и невзрачен, как молодой воробей,

Тебе и терять ещё нечего, кроме цепей.

 

Ты юн и прекрасен, как не огранённый алмаз —

Набор старых истин и чьих-то заезженных фраз.

Ты юн и опасен, как электрический скат —

Виляй — не виляй, а по полной получишь разряд.

 

Смешной и наивный, с душой из дорог и огня,

Ты станешь мужчиной, да только вот не для меня. J

2011


* * *









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.