Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Денис Халм: Потерянная секунда





 

То, что выглядящий несколько медлительным, тихо, почти меланхолично разговаривающий Денни Халм, производящий на некоторых людей впечатление "тормозного", был чемпионом мира 1967 года, сегодня знают немногие. Так же как люди заблуждаются, думая, что Стирлинг Мосс раньше однажды становился чемпионом. Халму не хватает имиджа звезды, но за рулем он проявляет чемпионскую алмазную твердость. Не всегда, но часто. Разумеется, он не обладает талантом от природы, как Кларк или Стюарт, но Денни - всесторонний профи, который может любую машину довести до победы. Будь это в Формуле 1 (до сих пор пять побед в Гран-при), в серии КанАм (победитель в общем зачете 1968 и 1970 гг.), или в Индианаполисе (в 1967 и 1968 гг. - четвертые места и лучший из европейцев).

"Но из всех лучших гонщиков", - сказал мне однажды Стюарт, - "Денни наиболее подвержен колебаниям формы. В иные дни он смотрится непобедимым, в другие - едет в хвосте". Гоночный директор McLaren Фил Керр говорит, что Денни гораздо более зависим от матчасти, чем другие пилоты. "Он больше выкладывается, если оснащение в порядке". В качестве типичного примера может служить Монца 1968 года, когда Халм после первой половины своей бескрылой, тактически очень умно построенной победной гонки поднял большой палец для команды в боксах: "Не волнуйтесь, все идет наилучшим образом". Наоборот, знает Керр, Денни легко падает духом, когда что-то идет не так. Но Брюс МакЛарен и даже Джек Брэбэм с этой точки зрения потрясающе похожи на него.

Стюарт в состоянии мобилизовать непостижимые способности, если необходимо компенсировать гандикап в матчасти, что он достаточно часто доказывал в гонках КанАм на плохо управляемой Lola. Халм такого не может. "Он храбр", - полагает Керр, - "но не так безгранично храбр, чтобы рисковать по глупости. Денни ездит со здравым смыслом, в большой мере просчитанным. Не до границы, которая грозит аварией". В переводе на обычный язык: от восьми с половиной до девяти десятых секунды.



Бегуны на милю, лимит времени которых - четыре минуты, не могут достичь времени 3:50. "Возможно те, которые ездят быстрее, чем Денни, являются урожденными чемпионами? Может, у них больше смелости? Или они могут точнее просчитывать границу риска?", - гадает Керр. "Но кто может точно сказать, что делает хорошего гонщика таковым?"

Разница между уверенным в себе и технике, с одной стороны, и едущим без особого напора Халмом, с другой, Керр охарактеризовал мне, как "пожалуй, целую секунду". А за время Гран-при это отставание накапливается, к тому же в 1970 году Халма преследовали проблемы с шинами, а в 1971 году - с двигателями. Так он потерял свою секунду.

Но должно иметь под собой основания и то, что Брюс МакЛарен, совсем не желая льстить своему земляку, заявил в конце 1967 года: "Самое главное, что нам нужно на следующий сезон - это двигатель Ford. Второе по значимости - это Денни Халм". Еще одно высказывание Брюса в 1968 году стало историческим, то, которое он произнес по поводу вручения ему "Трофея Ferodo". "Я охотно хотел бы думать, что команда не может без меня выполнять свою работу - но я знаю, что без команды я не выполню ее никогда" (что по-английски звучит гораздо более осмысленно). А в этой команде Денни Халм (род. 18 июня 1936 года в Те Пуке) стал уже почти памятником; особенно после смерти Брюса.

МакЛарен оставил завещание, которое, правда, полностью вступит в силу только в конце 1971 года. В общем, он посвятил дело своей жизни супруге, Пэт Ивонне. Пока наследие Брюса будет управляться четырьмя директорами: Тедди Майер, объединивший у себя больше 50 процентов, Пэт МакЛарен, Филом Керром и Тайлером Александером. Первый и последний - американцы. Спонсоры - Goodyear, Gulf, Reynolds-Aluminum, Coca-Cola - американские. Что приводит к размышлениям в команде, американизировать себя полностью, покинуть Формулу 1 и управлять действиями в Инди и КанАм непосредственно из США. Это было бы дешевле, учитывая средние расходы в 3000 долларов за день гонок КанАм. И благоприятствовало бы продажу "бомбардировщиков" для КанАм (до сих пор продано 115 машин по цене 16 500 долларов).

"Брюс погиб в самом любимом своем автомобиле - КанАм", - повторяет Халм. "Это придало мне еще больше решимости как можно больше побеждать в этой серии: для Брюса". В день трагедии Халм и сам испытал тяжелейший шок - на тренировке в Индианаполисе он очутился в огненном шаре.

В тот раз комиссары гонки "Инди" потребовали, чтобы на McLaren заменили пружину крышки бензобака. Результат: после того, как крышка открылась, пружина не защелкнула ее, а оставила открытой. Топливо вытекало и лилось в кокпит. У Халма было на борту только 80 литров нитрометанольной смеси для Индианаполиса, которая горит видимым пламенем, маленьким, желтым, только в количестве, начиная с 200 литров.

Халм на скорости 320 км/ч не видел огня; никто его не видел. Но Халм видел, как дрожал воздух и чувствовал мучительную жару. Он знал, что находится в пламени. Замедлив машину на 100 км/ч, Халм выпрыгнул из кокпита, несмотря на то, что едва мог действовать левой рукой. McLaren разбился об стену, и к нему направился пожарный расчет. В отчаянии Денни подзывал жестами команду спасателей. Они пришли поздно, но не слишком поздно.

Два кончика пальцев выгорели дотла. На протяжении недель Денни был не в состоянии обращаться с коробком спичек; нож и вилку он смог задействовать только спустя три месяца. Но уже через две недели после аварии он вновь сидел за рулем в Моспорте. Он управлял только одной рукой, как и во всех Больших призах до сентября. Но об этом команда McLaren железно молчала, потому что иначе Денни не допустили бы до гонок.

В частной жизни Халм настоящий семейный человек. Он сам трактором расчищает мелкий кустарник перед своим недавно купленным домом в Вэйбридже, графство Суррей. Устраивает свой "собственный ландшафт", выращивает цветы, прокладывает трубы отопления для своей жены Греты, иногда сам укладывает детей - Мартина и Адель - в кровать, а вечера любит больше всего проводить перед телевизором, с чашкой чая и в войлочных тапочках.

Когда Йохен и я сидели однажды с Халмом в хойригене в Гринце и Йохен сказал: "Если ты это видел, ты знаешь всю Вену", то новозеландец улыбнулся: "Я нахожу это исключительно приятным".

Поэтому ему нравится Уоткинс Глен, арена "стольких приятных вечеринок и где так мало чопорных людей". Конечно, играет роль и то уважение, которое оказывают ему, чемпиону КанАм, американцы. Фил Керр уже предполагает, что Денни Халм мог бы отыграть на Большом призе США так часто теряемые секунды Кроме того, эта гонка с положенными победителю 1,3 миллионами шиллингов и общим призовым фондом 6,7 миллионов, является самой высокооплачиваемой в году. А ведь Йохен сказал мне однажды: "Халм ездит только из-за денег".

 

Гран-при США

 

Конструктор Tyrrell Дерек Гарднер прилетел на финал сезона из Англии, "потому что на это есть 50 000 причин". Он считает в долларах. Зато отсутствовал конструктор BRM Тони Саутгейт, который дома в Берне уже ковал оружие на следующий год. "Штаб-квартира Гран-при" теперь расположена непосредственно рядом с городской тюрьмой. Несмотря на запрещающие знаки "Только для посетителей тюрьмы", под ними запарковались все шефы команд, приехавшие за пропусками. В "Glen Motor Inn", в котором расквартировался почти весь без исключений пелетон, за четыре дня отпраздновали три 30-ти летних юбилея. Рене Висель отмечал в четверг, опасаясь, что его договор с Lotus не продлят ("еще год назад он был так же быстр, как и сегодня, то есть не улучшился. Дейв Уокер сделал для нас так много, что мы не можем его разочаровать"). Нанни Галли отпраздновал в пятницу с надеждой на новый Tecno для Формулы 1, а Андреа де Адамич - в воскресенье с уверенностью в завтрашнем дне у Джона Сертиза.

Из-за отказа сославшегося на болящую челюсть Рольфа Штоммеллена, Сертиз вызвал в качестве замены Ги ван Леннепа. Голландец пожертвовал 75 000 шиллингов стартовой премии за кузовную гонку в Хараме и поэтому обозлился, когда обнаружил что "большой Джон" собирается выставить не его, а американца Сэма Поузи. "Я что, должен ездить ради собственного удовольствия?" - разочарованно спросил Ги. Все же нет ничего важнее упорядоченных отношений в команде. После новейших поражений Ferrari Fiat, впервые после заключения спонсорского договора, отреагировал напрямую и приказал прислать два мотора из Маранелло в Турин для проверки.

Первое соревнование прошло на поле для гольфа. Зифферт сделал 60 ударов по мячу и загнал пять из них в лес, так что их не удалось найти. Возможно, Зеппи просто не мог сконцентрироваться, тем более что во время игры в гольф его несколько раз вызывали к телефону. Швейцарцу потребовалось больше всего ударов на девять лунок. Победил конструктор March Робин Херд с 44-я ударами, перед Гетином с 49-ю, Халмом с 50-ю, Хиллом с 51-м и Стюартом с 52-я ударами. Соревнование с гандикапом выиграл Лавли перед Марко - оба держали в руках клюшку для гольфа первый раз в жизни.

Трассу Уоткинс-Глен было не узнать: новые боксы, новый ангар для гоночных машин, но самое главное - новая, продленная точно на одну милю, трасса. Компьютер рассчитал для нее оптимальное время круга 1:40,27 - в среднем 194,229 км/ч. Джеки Стюарт, который еще на прошлой неделе целый день тестировал здесь шины, уже на первой тренировке на удивление близко подобрался к идеальному результату с 1:42,884. Следующими по быстроте стали Регаццони, Фиттипальди, Андретти, Север и Халм. Вскоре стало ясно, что у моторов BRM слишком малый диапазон мощности для новых, узких поворотов и то, что, как говорит Зифферт, Уоткинс-Глен "не на нас сшит".

Но у Ferrari громоздилась еще большая гора проблем: Андретти хотя тренировался, но стартовать в Гран-при он смог бы только в случае отмены из-за дождя гонки USAC в расположенном на расстоянии 200 километров Трентоне. Марио снова мотался на вертолете между двумя гоночными трассами и снова ему, равно как и Марку Донохью, пришлось по той же причине отказаться от Гран-при. К команде Ferrari присоединились два полуофициальных инженера, об обязанностях которых никто толком не знал. "Будет лучше всего, если они послужат козлом отпущения", - смеялся Жаки Икс, - "Если кто-то из нас разнервничается, то сможет отыграться на них". И этому были причины: Икс был уверен, что прошлогодняя модель 312В1 была быстрее, чем страдающая от проблем с задней подвеской 312В2, что он доказал на тренировке. Фогьери, хотя и подозревал что Икс прав, но официально не мог с ним согласиться. "Is allright, is allright", - орал Фогьери и до тех пор дергал за рычаг переключения передач на новой Ferrari, пока Икс не вылез. У него действительно были проблемы с переключением.

По максимальной скорости Ferrari с 268,8 км/ч осталась далеко позади Стюарта с 286,4, Севера с 285,3 и Сертиза с 284,3 км/ч. Только Lotus Фиттипальди был с 264 км/ч на прямых еще медленнее. Но зато Lotus, должно быть, великолепно держал дорогу, иначе Эмерсону не удалось бы дуэлировать со Стюартом за лучшее место на старте. "Молодежь больше не уважает старого чемпиона", - с наигранной горечью жаловался Джеки. В конце минимальный отрыв в 17 тысячных секунды решил дело в пользу Стюарта. Седьмой поул Джеки в 1971 году стоил уже 2000 долларов.

Показав время всего лишь на три десятых медленнее, в первом ряду снова стоял Денни Халм, впервые ровно через два года. "Эти пару десятых я бы еще смог наверстать на трассе, если бы мне на пути не попались Север и Ревсон", - клялся Денни. Север огорчался, что стоял только во втором ряду, но знал совершенно точно: "я бы нагнал отрыв от Джеки Стюарта в полсекунды, если бы хватило времени".

В субботу вечером большинство гонщиков ужинали в итальянской траттории. Зифферт и Регаццони с удовольствием немного выпили в "Мотор Инн" с приехавшими швейцарскими болельщиками, после чего была исполнена любимая песня Зеппи "Gruezi wohl, Frau Stirnemann". Гоночный директор Goodyear Лео Мель смог насладится напутственными песнями только в воскресенье, так как он покидает гонки, чтобы заняться конструированием радиальных шин. "Если Джеки завтра победит, тогда это будет моей последней гонкой. Но если Джеки проиграет, тогда это будет первая гонка моего наследника Эда Александера", - сказал Лео - настоящий американский бизнес.

Когда утром гоночного дня я завтракал с Жаки Иксом, он гадал, почему уже полгода он такой медленный. Жаки не спросил, почему с июня он ничего больше не выигрывал. "В Барселоне и Зандвоорте было нормально. Не идеально, но нормально. А с тех пор?". Жаль, что в этом году он больше не участвовал в гонках Формулы 2, жалел Жаки. Ему не хватает внушающих мужество побед.

Гонщиков отвезли на трассу на вертолетах. В ангаре обсудили вопрос шин. Всех взбудоражил слух о том, что Ferrari будет использовать быстрые тренировочные шины, зато планирует сделать остановку в боксах для замены колес. Фогьери, Мосли и Уорр спорили. Петерсон попробовал один фокус: на левой стороне надежные BX-1129, на правой быструю смесь B27. BRM установили только слева впереди твердые шины типа BX.

Вместо трех прогревочных кругов Тим Парнелл приказал своим гонщикам сделать только по два и затем припарковаться у вьезда в боксы. Мисс Стенли ничего об этом не знала. И когда после третьего круга стрелка ее хронометра тревожно закрутилась в пустоту, он обеспокоено сказала своему Луису: "Все наши машины сломались, ни одна не проехала мимо". Зифферт вспомнил, что Педро Родригез в прошлом году проиграл гонку из-за дозаправки. Беспокоясь, он спрашивал себя, достаточно ли бензина у него на борту.

Стюарт раздобыл для своих механиков Роджера и Роя две метлы. Как уборщицы на балете на льду они принялись соскребать грязь с поверхности дороги перед стартовым местом Джеки. Неожиданно слева от Стюарта присел Колин Чэпмен. Следующий диалог мне удалось услышать, так как сам я сидел справа от Джеки. "- Трасса скользкая? - Да, ужасно, потребуются несколько кругов, пока ее отчистят. - Скажи честно, ты так хочешь побить рекорд Джимми с семью победами в одном сезоне? - Колин, я хочу победить". Чэпмен с удивлением рассмотрел нарезаный вручную профиль на шинах Джеки. "Все в порядке", - успокоил Стюарт. Затем раздался пушечный залп… и опустился звездно-полосатый флаг.

Денни Халм стартовал лучше всех, но уже в первом повороте Север его слегка потеснил, чтобы пропустить вперед Стюарта. Семью кругами позже Север тоже обогнал Халма. Стюарту же сегодня оторваться не удалось. У Tyrrell впереди почти не было прижимной силы, и он страдал ужасной недостаточной поворачиваемостью. "Это левое переднее колесо", - распознал Джеки, - "или, во всяком случае, проблема с шиной".

Джеки знал, что сегодня Север мог ехать быстрее. "С любым другим коллегой по команде мне пришлось бы сражаться, но не с Джеки", - с благодарностью заметил Франсуа, когда после 14 кругов Стюарт пропустил его вперед. Сегодня он был идеальным командным гонщиком: чтобы обеспечить Северу возможность уйти в отрыв, он старался прикрыть Франсуа от преследователей Икса, Халма, Регаццони и Зифферта. Северу быстро удалось выиграть семь секунд преимущества.

Джеки упорно оказывал сопротивление, но на 16-м круге Стюарта обогнал Икс, на 23-м Зифферт и на 24-м Регаццони. Но не Халм, у которого шина болталась на ободе и лишила McLaren баланса. Остановка в боксах стала для Денни неминуемой. "Заменить все четыре колеса будет стоить меньше времени, чем искать поврежденную шину", - решил Фил Керр.

Теперь Стюарт стал получать сигналы с "плюсом" до Петерсона, как и в Монако, Сильверстоуне и Моспорте, однако сегодня с тающим преимуществом. В первой фазе гонки Петерсон подумывал о том, чтобы сдаться, теперь его баланс вернулся в норму и он отбирал у чемпиона мира по секунде на круге. Когда Ронни догнал Стюарта, его времена круга упали на полторы секунды. "Сегодня мне бы не помешал мотор, как у Стюарта", - думал Ронни на прямых, в поворотах же он не переставал поражаться гоночному мастерству Стюарта. Сегодня Джеки очередной раз смог компенсировать технический гандикап. На 34-м круге оба продвинулись на одну позицию вперед, потому что Регаццони развернуло, и он откатился на четыре места назад. Клей боролся с все хуже работающим мотором, сильными вибрациями передних колес и болью в плечах. Через 44 круга Петерсон все же победил Стюарта.

Но главным действующим лицом этого Гран-при стал Жаки Икс. На протяжении многих кругов его отделяли от Севера всего лишь 2,5 секунды. Север ни разу не увидел Ferrari в зеркалах заднего вида, но знал о ее вечном присутствии. Икс мчался по трассе на своей прошлогодней Ferrari, как в свои лучшие дни. Обходя машины на круг, он проносился только в нескольких сантиметрах от них. Север боится таких маневров, - "потому что Икс в плотном движении намного опытнее меня". Как и у Стюарта, у Севера тоже были проблемы с тенденцией Tyrrell к недостаточной поворачиваемости, однако только начиная с 20-го круга. И он ехал на самом пределе. За десять кругов до финиша Икс застыл в боксах: в его глазах была грусть, но слова осторожны. Взорвался генератор, кабели и проводка электрической системы свободно болтались, задняя часть машины залита маслом. А на изгибе, отделяющем новую трассу от старой, растекалось пятно масла…

Желтые флаги появились как раз тогда, когда к месту приблизился Халм и покинул идеальную линию, чтобы объехать пятно масла. Он не уже смог удержать Mclaren в повороте и врезался в отбойники.

Денни остался стоять возле своей машины, чтобы посмотреть финальную фазу гонки. Еще семь кругов: неожиданно на том же месте вылетел и Север, который через грязное забрало не заметил флагов. Tyrrell понесло параллельно отбойникам и всего в нескольких сантиметрах от McLaren. Халм спасся из опасной зоны прыжком, достойным олимпиады. Левым передним колесом Tyrrell ударился о барьер. "Все, конец, я проиграл гонку", - испугался Франсуа, Халм тоже был уверен, что Север дальше ехать не сможет. Но француз посмотрел в зеркало заднего вида, тронулся, еще раз коснулся отбойника, еще раз оглянулся через плечо… и был таков.

Когда Марко пришлось заправляться, Луис Стенли сказал мне: "Я боюсь за Зифферта". У команды BRM в боксах перехватило дыхание. И действительно, за три круга до конца Зеппи подал знак, что заедет для дозаправки, но потом отказался от этой мысли и мучился последние три круга, "колдуя, как никогда раньше". Включая и выключая зажигание, не переключая передачи, не тормозя - чтобы экономить последние капли бензина. "Я знал, насколько велико мое преимущество перед Петерсоном, и что его должно было хватить". На предпоследнем круге в боксы на скорости 120 км/ч заехал шедший на четвертой позиции, перед Стюартом, Генли, но, не останавливаясь, помчался дальше, увидев появившегося в последнем повороте Стюарта.

У Севера было 40 секунд преимущества и таким образом "достаточно времени душевно подготовится к моей первой победе в Гран-при". Когда Текс Хопкинс своим знаменитым тигриным прыжком опустил перед Франсуа клетчатый флаг, француз аплодировал сам себе, удивляясь, однако, почему нет радости победы. "Я был счастлив, но не сходил с ума от радости, у меня было, скорее, странное чувство", - сказал мне позже Франсуа. Зифферт приехал вторым, Петерсон третьим, едущий змейкой на своих широченных задних шинах Генли успел добраться до финиша перед Стюартом четвертым. Шестой, Регаццони, вылез с синяками на руках.

Как и в 1969 году с Риндтом и в 1970 с Фиттипальди, Уоткинс-Глен и в 1971 принес победителю первую победу. Улыбка Франсуа Севера облетела весь мир, но непривычный к победному церемониалу француз залил шампанским объективы фотографов. Поэтому почти все фотографии победителя получились расплывчатыми. "Франсуа еще вчера сказал мне, что выиграет", - рассказала мне Кристина. "Победная премия составит 21 миллион старых франков", - как мгновенно рассчитал Север, - "но мне из них останутся менее 50 процентов".

Пока Зифферта под вой сирен на машине шерифа доставили в аэропорт Эльмиры, пока Икс утащил кубок за быстрейший круг и внезапно начал жаловаться на боли в животе, я бросил взгляд на машины Tyrrell: левая передняя шина Севера была значительно меньше стерта, чем у Стюарта. "Он лучше выжил", как выражается Кен Тиррелл.

Но ни капли зависти. "Неудачный день сегодня", - улыбнулся мне Стюарт, когда я зашел в его личный жилой вагончик. "Но могло быть и хуже, например, стал бы шестым".

Север вспомнил свою ярость по поводу лужи масла. Потом оба пилота Tyrrell сбросили свои комбинезоны, Джеки стыдливо в соседней комнате, Франсуа рядом с бутылкой шампанского. Ставший седьмым Грэм Хилл отказался от бокала: "Дайте лучше аспирин. У меня болит голова… и очень, очень сильная недостаточная поворачиваемость".

Пелетон Гран-при встретился еще три раза в понедельник: перед кассой в банке, чтобы обналичить чеки, в самолете в Нью-Йорк, и за обедом в манхеттенском ресторане французского довоенного пилота Дрейфуса. Он подарил цветы Северу, первому французу, выигравшему Гран-при после Мориса Тринтиньяна в Монако в 1958 году: Vive la France!

Неделю спустя в гонке Формулы 2 в Валлелунге Север получил ожоги на затылке из-за лопнувшего шланга. Чтобы уклониться от Севера, Шенкену пришлось съехать с трассы. Победил Петерсон и таким образом обеспечил себе звание чемпиона Европы. Но прежде чем элите автоспорта разделиться в этом сезоне окончательно - на бразильскую Формулу 2 или южноафриканскую серию Springbock, на КанАм или просто на каникулы, они все собрались еще раз: в Брэндс Хэтч.

 

Агония в Брэндс Хатч

 

Из-за гибели Педро Родригеза мексиканский Гран-при отменили и, таким образом, для гонок освободилось 24 октября. BARC воспользовался этим шансом и организовал запасное мероприятие: гонку в честь чемпиона мира Стюарта в Брэндс Хатч. Эта хитрая, сложно изучаемая даже для лучших гонщиков из-за своих необычных поворотов, но при этом чрезвычайно интересная трасса длиной 4,265 километра в графстве Кент окаймлена, как и многие английские автодромы, земляными валами. Это потому что CSI не признало принятое в сентябре 1970 года решение комитета по безопасности о том, что земляные валы впредь недопустимы для защиты трасс. Ведь в Брэндс Хэтч до сих пор не разбился ни один гонщик высшего класса.

Йо Зифферту нравился Брэндс Хэтч. Это была его любимая трасса, на ней он знал каждый сантиметр: "Здесь я лидировал в каждой гонке спортпрототипов, один раз победил и здесь же я выиграл мой первый Гран-при". Тогда, в 1968 году, Зеппи стал первым гонщиком, проехавшим круг быстрее, чем за 1:30 - за 1:29,7 минуты.

А в субботу утром ему первому удался круг с большей средней скоростью, чем 115 миль в час: 1:22,8 - на 1,8 быстрее, чем неофициальный, на 3,0 быстрее, чем официальный рекорд! В субботу днем Зифферт посетил обед у Джека Брэбэма, который представил свою новую книгу, и был слегка не в себе от того, что потерял ключи от взятой на прокат машины. Во время последней тренировки Зифферт 20 минут ничего не делая просидел на стене боксов. "Я жду, что получится y других", - сказал он мне, - "особенно у Фиттипальди". Но Lotus бразильца тихо закатили в боксы, официально из-за поломки мотора, а на самом деле - из-за сломавшегося крепления поперечного рычага подвески.

Дитер Штапперт как раз сидел в боксах у Фиттипальди, когда зашел Зифферт: "Ты не тренируешься?". Фиттипальди ответил, что у него сломалась передняя подвеска. На это Зеппи сказал: "Не может быть. Тебе следовало бы ездить за BRM. Это самая крепкая машина Формулы 1 - у нас такого не случается". И действительно, рекорд безопасности этой британской конюшни удивителен: хотя разбивались бывшие пилоты BRM, которые уже покинули команду (как Жан Бера), или гонщики, севшие в другую машину (как Майк Спенс или Педро Родригез), но за всю ее 21-летнюю историю ни один гонщик не лишился жизни в заводской BRM.

После поломки у Фиттипальди Колин Чэпмен рассмотрел конструкцию подвески у BRM, после чего один из механиков спросил с улыбкой: "Колин, ты хочешь что-то у нас передрать?". После того, как на последнем круге тренировки Питеру Гетину удалось достичь времени Зифферта, настроение в BRM стало еще лучше, а потом и еще, когда гоночный директор Тим Парнелл тренировался на Escort Mexico для гонки конструкторов и менеджеров команд. На толстого Тима не налез красно-белый шлем Зифферта. Хотя Зеппи со стены боксов и показывал ему в шутку сигналы "быстрее", он занял последнее место, равно как и день спустя в самой гонке, которую выиграл Брэбэм перед Сертизом и Чэпменом.

24 октября выдалось солнечным, удивительно теплым для этого времени года. Зифферт прибыл на трассу в хорошем настроении. Днем он раздавал автографы у стенда Yardley и рассказал мне, что в 1972 году команду будет финансировать Marlboro. Это значит, что машины BRM будут перекрашены в красный цвет. Зеппи переоделся в боксах, все свои пожитки он оставил во взятой на прокат машине, собираясь, как уже много раз до того, тем же вечером отправиться домой во Фрайбург, чтобы в понедельник в 9 утра, как положено, быть в своем гараже. Зифферт взял билет на самолет в 20:15.

Для короткой дистанции в 40 кругов бензобаки наполняют только наполовину. "Удачи, Зеппи", - пожелал Раймонд Мэйс и похлопал его по шлему. Сегодняшний фаворит Зифферт молча кивнул. На его правом наплечном ремне безопасности все еще висела квитанция о техническом осмотре. "Ничего страшного", - сказал мне Зеппи на замечание, что она может вибрировать. Старт был дан точно в 14 часов.

Через 20 метров после старта BRM Зифферта съехала правыми колесами с трассы, и к первому повороту он пришел только двенадцатым, потеряв преимущество поул-позиции. За боксами он был уже десятым, после первого круга - девятым. В то время как Пескароло наехал на передние колеса Виселя, другие машины развернуло и вынесло на траву, как заметил Ронни Петерсон, в шпильке "Друидс" Зифферт "на долю секунды потерял контроль, но предотвратил разворот. Я обогнал его по внутренней стороне, то есть в следующем повороте оказался снаружи и, чтобы не помешать Зифферту, сбросил газ. Зеппи сделал то же самое. Потом мы невольно одновременно ускорились и слегка коснулись друг друга".

Ронни пришлось заменить в боксах левое заднее колесо, а Зифферт начал одну из своих знаменитых погонь. Десятый круг: Гетин и Фиттипальди лидировали в пяти секундах перед Стюартом. Еще в семи секундах позади сражались Шенкен, Зифферт и Сертиз. Одиннадцатый круг: Зифферт в повороте "Боттом" прошел на торможении Шенкена и стал четвертым, что обеспокоило Стюарта: "Если позади меня Зеппи, это всегда означает проблемы, потому что он всегда является потенциальным победителем". В течение четырех кругов Шенкен ехал за Зиффертом. На следующий день, когда Луис Стенли многократно просил его: "Постарайся вспомнить все, самые маленькие детали. Ты ничего не заметил?" Шенкен ответит, что BRM шла отлично. То, что по наблюдению Сертиза, Зифферт терял масло, воду или бензин Шенкен не заметил.

На 14 круге один английский фотограф впервые обратил внимание на то, что в "Пилигримс дроп", то есть в "Низине пилигримов" на "прямой Хоторна", задняя часть машины Зифферта так сильно касалась земли, что летели искры. Если кто-то едет по полной, то он всегда касается земли в этом месте. Только если съехать с идеальной линии вправо, этого не случается. На этом месте у Бонье однажды оторвало мотор, одна машина Формулы 5000 просто развалилась, а Гетин позже сказал, что обнаружил в низине отпечатки всех машин, правда сам не касался: "Но я и не ехал на самой границе".

Как доказывает протокол BRM, на этом 14-м круге Зифферт был более, чем на секунду медленнее, чем на прошлых, хотя круг был свободным. Он оторвался от Шенкена, но еще не догнал Стюарта и не делал ни одного обгона на круг, потому что самых медленных машин Формулы 5000 хотя и догнали Гетин и Фиттипальди, но не Стюарт и Зифферт. На этой потерянной секунде и базируется позднее личное подозрение Луиса Стенли: "Возможно, у Зеппи был "медленный прокол", "slow puncture", но, как и в Цельтвеге, он этого не заметил". Риндт однажды сказал мне о бескамерных шинах: "Они сделаны только для дороги. Тому, кто на них покидает трассу, остается надеяться на Господа".

15 круг: Сертиз за боксами обошел на торможении Шенкена и теперь находился в 150- 200 метрах позади Зифферта, когда Зеппи свернул на "прямую Хоторна". В гору, под мостом, легкий поворот вправо, прямая, снова мост и низина. Так как у обеих машин скорость была примерно одинаковой, Сертиз увидел как в замедленной сьемке, "как внезапно что-то отвалилось от задней части машины Зифферта, мне кажется коробка передач. Там были везде обломки". Быть может то, что блеснуло на солнце для Джона, было частью подвески?

"… went off on the straight", - сказал Сертиз, когда приехал в боксы с поврежденным носом. Я никогда не видел его таким возбужденным и рассерженным. BRM Зифферта на скорости примерно 250 км/ч вылетела влево с прямой, ударилась в земляной вал, пробалансировала по нему, перевернулась и загорелась. Опытный Зифферт, лучший гонщик, который когда-либо был у Швейцарии, не имел ни одного шанса, никакой надежды против двух свалившихся на него природных катастроф. Тайну последних секунд Зеппи унес с собой.

Сигналами флагов были остановлены другие машины. Они стояли рядами по трое с замолкнувшими моторами перед поворотом на "прямую Хотторна". Товарищи к кокпитах были охвачены глухим отчаяньем и беспомощностью. "Пожарные отшатнулись. Самое худшее - это гнетущее чувство того, что не можешь помочь", сказал Фиттипальди со слезами на глазах.

Зифферт разбился в 14:19. В 14:38 по стартовой прямой проехала машина скорой помощи, с мигалкой и мотоциклетным эскортом, но не спеша. В 14:45 гонщики привели свои машины обратно в боксы. Победителем прерванной гонки объявили Гетина, который отказался снять шлем, скрывая под ним эмоции. Стюарт сказал с застывшим лицом: "В такие дни, как сегодня, я возражу любому гонщику, утверждающему, что это все того стоит. Отчаянье везде. Но нам придется его преодолеть… и ехать дальше."

Сезон Формулы 1 1971 года закончился смущением и растерянностью: год Джеки Стюарта, год нового поколения гонщиков, и год, в котором BRM дважды завоевывала путь обратно на вершину и в течение трех с половиной месяцев потеряла обоих лидеров команды. Тим Парнелл говорил: "Йо Зифферт взял на себя ответственность, как само собой разумеющееся занял место Педро Родригеза и никогда не оглядывался назад. Он был нашей яркой путеводной звездой, понимающим гонщиком, без капризов и настоящим джентльменом".

Я не знал другого такого рыцарственного гонщика.

 

КОНЕЦ.

 

 

Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.ru

Оставить отзыв о книге

Все книги автора









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.