Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Парадигмы в истории социологии





Итак, мы охарактеризовали в общем онтологические, эпистемологи­ческие, этические и институционально-организационные признаки, кри­терии, по которым мы определяем социологию и обозначаем ее грани­цы. Согласно этим критериям мы можем указать, что относится к этой науке, а что нет. Но не все, что входит в социологию, входит в ее исто­рию. Даже признав какое-либо знание социологическим, мы отнюдь не обязательно включаем его в историю этой науки. Вся совокупность социологических знаний, полученных к настоящему времени, существует в виде бесчисленного множества глобальных теоретических систем от­дельных ученых, научных школ и направлений; в виде теорий и концеп­ций тех или иных социальных явлений и процессов; в виде эмпиричес­ких, фундаментальных и прикладных исследований; в виде подходов, методов и приемов исследований и т. д.

Понятно, что включить все это в историю социологии невозможно, да и не нужно. Поэтому, помимо проблемы критериев отнесения того или иного знания к социологии, необходимо решить, а точнее, постоянно решать, проблему критериев отбора тех или иных форм знания для включения их в историю социологии. Иными словами, после того как мы определили, является ли известное знание социологическим, мы дол­жны еще определить, следует ли включать его в историю социологии.

Критерии такого отбора, очевидно, должны базироваться на том, что тот или иной факт, имевший место в процессе развития социологии, имеет или имел важное научное значение. В этом случае он становится историко-социологическим фактом. Но как в развитии научного знания отличить важное от неважного, существенное от второстепенного?

Универсальных правил и процедур, позволяющих это сделать, по-ви­димому, существовать не может. Очевидно, что значительное влияние на отбор историко-социологических фактов оказывает то, на какую из социо­логических теорий ориентирован историк социологии, какая из них вы­ступает для него в качестве образца.

Такого рода влияния в какой-то степени неизбежны. Но если историк социологии ориентирован в своей работе не на какие-то общие и более или менее признанные теоретические представления, а жестко и целе­направленно следует замкнутому и самодовлеющему теоретическому эталону, то это может приводить к предвзятым и искаженным описани­ям и объяснениям путей развития социологического знания. История социологии становится в таком случае не самоцелью, не самостоятель­ной и самодостаточной сферой знания, а лишь средством построения, обоснования или подтверждения собственной теории социолога или той, которая кажется ему предпочтительной. В некотором смысле это уже не история социологии, а проекция одной теории на всю историю социологической мысли.

И все-таки необходимы какие-то ориентиры, позволяющие отбирать важное, с тем чтобы включить его в историю социологии. Для обозначе­ния таких ориентиров можно воспользоваться широко распространен­ным в истории науки понятием парадигмы. Парадигма - это «признан­ные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают модель постановки проблем и их решений научному со­обществу» [2, 11].

Парадигмы дают возможность отбирать наиболее существенные, «па-радигмальные» имена, понятия, принципы, теории, школы, направления, методы и т. п., оставившие глубокий след в развитии науки. Они же слу­жат критериями периодизации истории социологии, обозначая временны е границы, начало и конец той или иной эпохи в развитии социологичес­кого знания. Примеры парадигмальных понятий в истории социологии: «прогресс», «эволюция», «структура», «функция», «институт», «ста­тус»; примеры парадигмальных теорий, теоретических направлений и школ: эволюционизм, биоорганическая школа, функционализм, теория обмена; примеры парадигмальных имен в истории социологии: Огюст Конт, Карл Маркс, Эмиль Дюркгейм, Макс Вебер, Питирим Сорокин, Роберт Мертон.

Чем парадигмы удаленней от нас во времени, тем более бесспорным и очевидным выглядит их «парадигмальный» характер. И наоборот, чем они ближе к современности, тем больше расхождений внутри научного сооб­щества, тем сложнее определить, является ли парадигма парадигмой.

Хотя совершенно исключить элементы произвольности невозможно и при «парадигмальном» подходе к истории социологии, здесь они ми­нимизированы благодаря тому, что в качестве критерия отбора и изуче­ния тех или иных фактов истории науки берутся не субъективные пред­почтения историка, а общепризнанные в научном сообществе достижения. Это позволяет давать достаточно полную и адекватную картину разви­тия социологического знания.

Правда, «общепризнанность» в науке вообще, а в социальной науке в особенности, — вещь весьма условная. Выражение «сколько людей, столько и мнений» в значительной мере применимо и к истории социо­логии. Для этой науки характерны множественность парадигм, их одно­временное сосуществование и борьба. Научное сообщество разделено на направления, течения, школы, сторонники которых привержены раз­личным парадигмам. Но и в этих условиях оно объединяется некоторы­ми общими научными представлениями, которые все-таки позволяют говорить о нем собственно как о сообществе.

Несмотря на все расхождения, научные дискуссии, теоретические баталии, всегда существует определенный набор понятий, теорий, кон­цепций, признаваемых если не всем научным сообществом, то преобла­дающей его частью. Даже самые непримиримые научные противники зачастую «втянуты» в общий круг парадигмальных представлений и бывают гораздо ближе друг к другу в постановке и решении ряда про­блем, чем им самим это кажется. История социологии знает немало при­меров такого рода.

Следует также иметь в виду, что существует различная степень универ­сальности, признанности тех или иных научных представлений: от полно­стью общепринятых до исповедуемых в очень узком кругу приверженцев.

Отмеченные парадигмальные представления, определяющие способы постановки и решения научных проблем в данный исторический период, составляют некоторый каркас историко-социологического знания. Но этого недостаточно. Как и во всякой истории, нам важно и интересно знать не только общее, но и специфическое, не только повторяющееся, но и неповторимое, не только универсальное, но и уникальное в развитии социологии. Воссоздание деталей, штрихов к портретам «парадиг-мальных» социологов, школ, направлений и т. п. может иметь существен­ное значение для понимания глубинных тенденций истории науки, осо­бенно гуманитарной. Многие серьезные, радикальные трансформации в науке нередко начинаются именно с незаметных изменений в деталях.

Парадигмы не возникают в готовом виде, они постепенно формиру­ются, эволюционируют, складываются в систему представлений, с тем чтобы со временем смениться другими парадигмами или быть допол­ненными ими. Поэтому без изучения тех стадий формирования и разви­тия научных представлений, когда они еще или уже не являются пара­дигмами, картина истории социологии будет неполной. Кроме того, даже заведомо «тупиковые» (с теперешней точки зрения) маршруты, прой­денные социологической мыслью в стороне от магистральных дорог, могут оказаться чрезвычайно важными и поучительными для дальнейшего раз­вития социологического знания.







Живите по правилу: МАЛО ЛИ ЧТО НА СВЕТЕ СУЩЕСТВУЕТ? Я неслучайно подчеркиваю, что место в голове ограничено, а информации вокруг много, и что ваше право...

ЧТО ТАКОЕ УВЕРЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ В МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЯХ? Исторически существует три основных модели различий, существующих между...

ЧТО ПРОИСХОДИТ ВО ВЗРОСЛОЙ ЖИЗНИ? Если вы все еще «неправильно» связаны с матерью, вы избегаете отделения и независимого взрослого существования...

Конфликты в семейной жизни. Как это изменить? Редкий брак и взаимоотношения существуют без конфликтов и напряженности. Через это проходят все...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2023 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.