Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Тема 1. Предмет изучения институциональной экономики





Тема 1. Предмет изучения институциональной экономики

1. Роль институтов в функционировании экономики

2. Институционализм и неоклассическая экономическая теория

3. Старый и новый институционализм

4. Основные течения современного неоинституционализма

 

Роль институтов в функционировании экономики

Стремясь компенсировать собственное несовершенство, люди вырабатывают стереотипы поведения на основе прошлого успешного опыта и тем самым экономят на издержках принятия решений. Устойчивые стереотипы (рутины) и ценности, свойственные людям, образуют их ментальные модели – модели восприятия окружающего мира, который слишком сложен для восприятия во всем его многообразии. В процессе взаимодействия людям приходится корректировать эти модели, вырабатывая общие представления о базовых вещах (общие ментальные модели). Из них складывается культура общества, в рамках которой формируются нормы поведения.

Нормы поведения находят свое отражение в структурах, упорядочивающих человеческую деятельность. Эти структуры, то есть правила, которые дополнены механизмами принуждения к их исполнению, принято называть институтами.

Институты, существующие в обществе, создают стимулы, которые влияют на поведение людей. Они снижают издержки выбора в условиях неопределенности, позволяют структурировать затраты на функционирование в рамках системы. Формирование этих институтов связано с опытом взаимодействия людей и их общей историей.

Попытки извне внедрить чуждые правила будут неудачны, если они идут вразрез с культурой общества и существующими неформальными практиками. Напротив, формальное закрепление существующих практик может быть очень удачным. Институты крайне инертны в силу культурных и исторических факторов, но все-таки они меняются. Происходит это по мере накопления опыта теми агентами, которые принимают решения. Опыт позволяет им корректировать существующие ментальные модели, открывает новые возможности для инновационного поведения, которое способствует возникновению новых практик и формированию новых институтов. Важным фактором здесь могут оказаться изменения в относительных ценах на политическом и экономическом рынках.



to institute (англ) - устанавливать, учреждать.

Понятие института было заимствовано экономистами из социологии, политической философии и социальной психологии.

Институтом называется совокупность ролей и статусов, предназначенная для удовлетворения определенной потребности.

Джон Ролз книга «Теория справедливости»: институт – это публичная система правил, которые определяют должность и положение с соответствующими правами и обязанностями, властью и неприкосновенностью. В качестве примеров можно привести игры, ритуалы, суды и парламенты, рынки и системы собственности.

В экономической теории впервые понятие института было включено в анализ Торстейном Вебленом.

Институты - это распространенный образ мысли; система жизни общества, превалирующая духовная позиция или распространенное представление об образе жизни в обществе.

Также под институтами Веблен понимал:

- привычные способы реагирования на стимулы;

- структура производственного или экономического механизма;

- принятая в настоящее время система общественной жизни.

Джон Коммонс определяет институт следующим образом:

Институт – коллективное действие по контролю, освобождению и расширению индивидуального действия.

Уэсли Митчелл дает следующее определение:

Институты – господствующие, стандартизированные, общественные привычки.

В настоящее время наиболее распространенной является трактовка институтов Дугласа Норта:

Институты – это правила, механизмы, обеспечивающие их выполнение, и нормы поведения, которые структурируют повторяющиеся взаимодействия между людьми.

Экономические действия индивида протекают не в изолированном пространстве, а в определенном социуме. И поэтому имеет большое значение, как общество будет реагировать на них. Сделки, приемлемые и приносящие доход в одном месте могут не принести доход в другом месте. Например, ограничения, налагаемые на экономическое поведение человека религиозными культами.

В рамках экономического и социального порядков вырабатываются схемы или алгоритмы поведения, являющегося при данных условиях наиболее эффективным. Эти схемы и алгоритмы или матрицы поведения индивидов называются институтами.

Институционализм и неоклассическая экономическая теория

Существует несколько причин, по которым неоклассическая теория (начала 1960-х годов) перестала отвечать требованиям, предъявляемым к ней экономистами:

1. Неоклассическая теория базируется на нереалистичных предпосылках и ограничениях, и, следовательно, она использует модели неадекватные экономической практике.

2. Экономическая наука расширяет круг феноменов (например, таких как идеология, право, нормы поведения, семья), которые успешно могут анализироваться с точки зрения экономической науки.

3. В рамках неоклассики нет теорий, объясняющих динамические изменения в экономике.

Предпосылки неоклассической теории, которые составляют жесткое ядро по Имре Лактосу:

1. стабильные предпочтения, которые носят эндогенный (внутренний) характер;

2. рациональный выбор (максимизирующее поведение);

3. равновесие на рынке и общее равновесие на всех рынках.

Защитный пояс:

1. Права собственности остаются неизменными и четко определенными;

2. Информация является совершенно доступной и полной;

3. Индивиды удовлетворяют свои потребности с помощью обмена, который происходит без издержек, с учетом первоначального распределения.

Исследовательская программа по Лакатосу, оставляя в неприкосновенности жесткое ядро, должна быть направлена на то, чтобы прояснять, развивать уже имеющиеся или выдвигать новые вспомогательные гипотезы, которые образуют защитный пояс вокруг этого ядра.

Если видоизменяется жесткое ядро, то теория заменяется новой теорией со своей собственной исследовательской программой.

Эволюция институционализма

Институционализм, как экономическое течение, возник на рубеже XIX-XX веков. Он был связан с историческим направлением в экономической теории (Лист Ф., Шмолер Г., Бретано Л., Бюхер К.).

Для институционализма было характерно отстаивание идеи социального контроля и вмешательства общества, главным образом государства, в экономические процессы. Виднейшими представителями «Старого институционализма» являются: Торстейн Веблен, Джон Коммонс, Уэсли Митчелл, Джон Гэлбрейт.

Т.Веблен отвергал концепцию рациональности и соответствующий ей принцип максимизации как основополагающий в объяснении поведения экономических агентов. Объектом анализа являются институты, а не человеческие взаимодействия в пространстве с ограничениями, которые задаются институтами.

Работы старых институционалистов отличаются междисциплинарностью – продолжением социологических, правовых, статистических исследований в их приложении к экономическим проблемам.

Современный неоинституционализм берет свое начало с работ Рональда Коуза «Природа фирмы», «Проблема социальных издержек».

Неоинституционалисты критиковали следующие положения неоклассики.

1) Во-первых, подверглась критике предпосылка, что обмен происходит без издержек. В реальной экономике любой акт обмена связан с определенными издержками. Такие издержки обмена получили название трансакционных. Они обычно трактуются как «издержки сбора и обработки информации, издержки проведения переговоров и принятия решения, издержки контроля и юридической защиты выполнения контракта».

Концепция трансакционных издержек противоречит тезису неоклассической теории, что издержки функционирования рыночного механизма равны нулю. Такое допущение позволяло не учитывать в экономическом анализе влияния различных институтов. Следовательно, если трансакционные издержки положительны, необходимо учитывать влияние экономических и социальных институтов на функционирование экономической системы.

2) Во-вторых, признавая существование трансакционных издержек, возникает необходимость в пересмотре тезиса о доступности информации. Признание тезиса о неполноте и не совершенности информации, открывает новые перспективы для экономического анализа, например, в исследовании контрактов.

3) В-третьих, подвергся пересмотру тезис о нейтральности распределения и спецификации прав собственности. Исследования в этом направлении послужили отправным пунктом для развития таких направлений институционализма как теория прав собственности и экономика организаций. В рамках этих направлений субъекты экономической деятельности «хозяйственные организации перестали рассматриваться как «черные ящики».

Представители неоинституционализма рассматривают институты через их влияние на решения, которые принимают экономические агенты. Некоторые представители современного институционализма подвергают сомнению саму предпосылку о максимизирующем полезность поведении экономического человека, предлагая его замену принципом удовлетворительности.

Основными представителями неоинституционализма являются: Р. Коуз, О. Уильямсон, Д. Норт, А. Алчиан, Саймон Г., Л. Тевено, Менар К., Бьюкенен Дж., Олсон М., Р. Познер, Г. Демсец, С. Пейович, Т. Эггертссон.

Теорема Коуза

При использовании собственности одним человеком могут возникать негативные или благоприятные последствия для других людей. Если действия одной стороны влияют или могут с определенной вероятностью повлиять на изменение благосостояния другой стороны то в этом случае говорят, что действия одной стороны создают внешний эффект для другой стороны.

Внешние эффекты могут быть самыми разнообразными: положительными, т.е. приносящими пользу другой стороне, и отрицательными — причиняющими вред другой стороне. Внешние эффекты могут возникать как в тот момент, когда создающая их сторона производит какие-либо действия, так и в будущем, когда действие уже прекратилось; они могут затрагивать одну сторону или большое количество сторон. Можно привести несколько классических примеров внешних эффектов [Kaplow, Shavell, 2002].

Причинение неудобств. Когда человек создает неудобства для своих соседей: громко шумит, позволяет своей собаке бегать повсюду, из его жилища исходят неприятные запахи, он создает отрицательные внешние эффекты, возникающие в момент этой деятельности и, как правило, затрагивающие небольшое число людей.

Загрязнение окружающей среды. Когда предприятие выбрасывает вредные вещества в воздух или сливает их в реку, то происходит уменьшение полезности тех, кто дышит этим воздухом или ловит рыбу в этой реке. Это отрицательный внешний эффект, который может проявиться сразу или в будущем и затрагивает, как правило, большое количество людей.

Опасное поведение, чреватое риском несчастного случая. Определенные виды поведения при определенных обстоятельствах могут причинить вред другим людям, например, неосторожное вождение автомобиля чревато негативными последствиями для пешеходов. Недостаточные меры предосторожности причинителя вреда создают отрицательный внешний эффект для жертвы несчастного случая.

Использование общедоступного ресурса. Когда большое число людей пользуются ограниченным ресурсом (пастбищем, озером, где водится рыба, нефтяным месторождением), то возникают внешние эффекты, приводящие к истощению ресурса. Каждый человек, принимающий решение о том, чтобы воспользоваться этим ресурсом, создает внешние эффекты, которые причиняют ущерб другим людям. Например, дополнительная корова, приведенная на общедоступное пастбище, уменьшает количество мяса, которое может быть получено с каждой коровы, пасущейся на лугу. Это отрицательный внешний эффект, возникающий в момент деятельности или проявляющийся позже и затрагивающий большое количество людей.

Полезная деятельность. Действия человека могут приносить пользу не только ему самому, но и другим людям. Например, пчелы пасечника опыляют фруктовые деревья его соседа, поэтому содержание пчел создает положительный внешний эффект.

Обращение с вещами, взятыми в аренду. Человек, взявший в аренду участок земли, может создавать для собственника земли отрицательные внешние эффекты, например, подвергая почву эрозии, но может создавать и положительные внешние эффекты, удобряя землю.

Внешние эффекты — это не просто издержки, производимые одной стороной, нести которые должна другая сторона. Почти во всех случаях существование и величина внешних эффектов зависит от решений, принимаемых обеими сторонами. Утверждение Коуза об обоюдостороннем характере проблемы внешних эффектов, которое он делает в самом начале статьи «Проблема социальных издержек», устраняет атмосферу виновности, морального осуждения одной из сторон и позволяет сосредоточить внимание на том, как найти такое решение проблемы, которое приводило бы к максимальной эффективности использования ресурсов. Понятие «причинитель вреда» «…мы можем применить лишь с осторожностью в коузовском мире обоюдной каузальности, в котором каждая из сторон любого неудачного взаимодействия занимает одинаковое положение с точки зрения причинно-следственной связи» [Epstein, 1997, p. 1168].

Я не кашлял бы, если бы завод по соседству с моим домом не выбрасывал в воздух двуокись серы. Но завод не причинял бы мне вреда, если бы я не жил рядом с ним. Это совместное решение — завода о том, чтобы загрязнять воздух, и мое — о проживании рядом с заводом, и создает внешние эффекты. Если завод не несет ответственность за загрязнение, то его решение о загрязнении создает издержки для меня. Если завод несет ответственность, то мое решение жить рядом с заводом создает издержки для него. Он должен либо выплатить компенсацию, либо установить фильтры. Традиционное решение этой проблемы заключалось в установлении для фабрики налога в размере создаваемых ею внешних издержек, что позволяло бы интернализировать экстерналии. Под интернализацией внешних эффектов имеется в виду превращение внешних эффектов в частные издержки, которые экономический агент вынужден учитывать при принятии решений.

Но предположим, что ущерб жителей от завода составляет 200 тыс. долл. в год. Его можно устранить, затратив 100 тыс. долл. в год на очистительное оборудование. Предположим далее, что издержки переселения жителей составляют 50 тыс. долл. в год. Если мы введем налог на загрязнение в размере 200 тыс. долл., то завод перестанет осуществлять выбросы и установит фильтры, затратив на это 100 тыс. долл. Если мы не вводим налог, то фабрика продолжает загрязнение. Жители переселяются, и издержки при этом варианте составляют 50 тыс. долл. Результат без налога более эффективный: проблема устраняется с наиболее низкими издержками. Оказывается, что в данном случае результат решения о введении налога — неэффективный.

Внешние эффекты являются причиной провала рынка.* Устранить провал рынка можно с помощью государства. Государство вводит налог на лиц, создающих внешние эффекты, величина которого была бы такова, чтобы после его уплаты частные издержки создающей внешний эффект стороны были бы равны социальным издержкам ее деятельности.

Коуз высказал предположение, что возможно и другое решение этой проблемы — частное урегулирование споров по поводу внешних эффектов.

В некоторых случаях конфликт между сторонами, возникающий в результате совместного использования ресурса, может быть урегулирован с помощью переговоров между сторонами и заключения ими взаимовыгодного соглашения.

Воспользуемся для пояснения этого утверждения судебным делом Sturges v. Bridgman (1879), c помощью которого Коуз объясняет свой подход в статье «Проблема социальных издержек» [Коуз, 2007в, с. 100—101]. В этом процессе кондитер использовал для своего бизнеса две ступки с пестиками. По соседству поселился доктор, который через восемь лет после вселения построил приемную в конце своего сада, прямо напротив кухни кондитера, а затем обнаружил, что шум и вибрация, создаваемые оборудованием кондитера, мешают ему использовать новую приемную. Доктор обратился в суд, чтобы принудить кондитера воздержаться от использования своего оборудования, суд удовлетворил претензии доктора и постановил, что тот имеет право запретить эксплуатацию оборудования кондитера. Предположим, что издержки и выгоды использования оборудования сложились следующим образом.

Мы предполагаем, что каждый дополнительный час работы ступки создает больше внешних издержек, чем предшествующий час. Эти издержки для доктора проявляются в уменьшении его дохода. До того, как доктор подал на кондитера в суд, кондитер эксплуатировал оборудование в течение 8 часов. В этой точке предельная чистая выгода кондитера (линия MNB) снижается до нуля, и кондитер получает максимальную прибыль — 56. Однако оптимальный уровень шума — это 4 часа. До этого уровня предельная чистая выгода превышает предельные внешние издержки (линия MEC), которые проявляются в уменьшении дохода доктора (в этой точке предельная чистая социальная выгода от (линия MNSB) работы ступки равна нулю). Если дополнительный час шума добавляет больше к выгоде, чем к издержкам, то создаваемое неудобство будет эффективным.

 

Теорема Коуза

Если права собственности четко определены, и вытекающие из них правомочия можно свободно обменивать, а также если трансакционные издержки (включающие издержки сбора информации, издержки ведения переговоров и издержки реализации прав) равны нулю, то размещение ресурсов будет эффективным и неизменным, каким бы ни было первоначальное распределение прав собственности.

Теорема Коуза содержит два основных условия, которые должны выполняться, чтобы правовая система не оказывала влияния на размещение ресурсов и эффективность производства. Первое из них — это четкая спецификация прав собственности. Обмену правомочиями должно предшествовать определение того, кому принадлежат спорное правомочие. Схематически это можно представить в следующем виде:

Спецификация --------> Сделки ---------> Окончательное

и исходное по обмену распределение

распределение правомочиями правомочий

правомочия

На это условие Коуз обратил внимание еще в статье «Федеральная Комиссия по связи» (1959), которая предшествовала статье «Проблема социальных издержек». В ней Коуз выдвинул идею о возможности создания радиовещательного рынка. Считалось, что без государственного контроля радиовещательные станции станут работать на одинаковых частотах, создавая друг для друга помехи. Причиной введения государственного регулирования в этой сфере был хаос, который возник в результате действия системы laissez-faire в этой сфере. В 1927 году была создана Федеральная Комиссия по Радио для регулирования использова ния радиовещательных частот. Коуз считал, что государство должно не регулировать распределение радиочастот, а ввести частную собственность на электромагнитные волны разной частоты, в результате чего возникнет рынок этих частот и необходимость в государственном контроле отпадет. Коуз заявил, что хаос в радиоэфире возник не в результате конкуренции, а вследствие того, что не были установлены права собственности на электромагнитные волны разной частоты. Идея установления прав собственности и создания рынка для физически ненаблюдаемых объектов — электромагнитных колебаний — была непривычной, однако она стала реальной, когда группа ученых, в состав которой входили три экономиста, один юрист и один физик, предложили модель прав собственности в сфере электромагнитного спектра, которая была применена при проведении приватизации электромагнитного спектра в Новой Зеландии, Австралии и некоторых странах Латинской Америки. Установление прав собственности в сфере электромагнитного спектра означает, что каждому пользователю спектра выделяется определенное время, место и частота, которую они могут использовать, как пожелают. Спектр не делится на блоки, и технические параметры вещания не устанавливаются. Права собственности должны достигать определенных целей. Они должны быть исключительными, предсказуемыми, поддающимися обмену и защите, делимыми и гибкими. Если они отвечают этим требованиям, то они могут решить проблему помех в радиоэфире [De Vany, 1998].

Основное значение этой статьи заключалось в том, что в ней Коуз заявил, что рынок не может функционировать без четкой спецификации прав собственности: «…определение прав собственности является необходимой прелюдией к рыночным сделкам; но конечный результат (который максимизирует ценность производства) не зависит от законодательного решения» [Coase, 1959].

Подтверждение этой идеи можно найти в описанной Коузом системе частных маяков в Англии. Традиционно в экономической теории свет маяка рассматривается как пример общественного блага. Информация, передаваемая светом маяка, распространяется на дальние расстояния, поэтому те суда, что пользуются этой информацией, могут делать это, не платя за нее. На это обратил внимание еще Дж. Ст. Милль: «Невозможно заставить суда, находящиеся в море и воспользовавшиеся услугами маяков, заплатить за них пошлину» [Mill, 1965, p. 968]. Коуз показал, что в Англии на протяжении определенного времени действовала система частных маяков [Коуз, 2007а]. Государство не справлялось с удовлетворением потребности судов в маяках, т.е. имел место «провал государства», и владельцы судов обратились к королю с петицией о том, чтобы он разрешил частным лицам строить маяки и облагать пошлиной суда, которые пользовались светом маяков. Государство предоставило частным лицам исключительную франшизу на строительство и эксплуатацию маяков и королевские полномочия по сбору пошлин со всех кораблей, которые пользовались маяками. Издержки строительства маяков были огромны, не менее рискованной была эксплуатация маяков. Случалось, что во время шторма в море смывало как сам маяк, так и владельца вместе с оператором маяка. Чтобы частная система маяков могла функционировать, необходимо было создать условия, при которых частные выгоды от строительства и эксплуатации маяков были бы больше, чем частные издержки. Роль государства была ограничена установлением и защитой прав собственности на маяки и права взимания пошлин за пользованием светом маяка. Кроме того, государство устанавливало фиксированную шкалу пошлин и помогало в сборе этих пошлин*. Сбор пошлин осуществлялся в портах специальными агентами которые могли представлять интересы сразу нескольких владельцев маяков. Размер пошлины зависел от расположения маяка и размеров судна. Судно оплачивало каждый маяк, мимо которого оно проходило. Были опубликованы книги, в которых определялись маяки для каждого маршрута и размер платы за них. Система частных маяков перестала существовать лишь в 30-х годах XIX века.

Второе условие теоремы Коуза — это нулевые трансакционные издержки, которые не воспрепятствуют заключению взаимовыгодной сделки между сторонами конфликта.

Решению проблемы внешних эффектов путем заключения взаимовыгодных соглашений могут помешать высокие трансакционные издержки. В этом случае решение суда о том, какой из сторон конфликта передать соответствующее правомочие (право создавать внешний эффект или право запретить деятельность, создающую внешний эффект) окажет влияние на размещение ресурсов и оно может оказаться неэффективным.

Когда трансакционные издержки блокируют ведение переговоров и препятствуют достижению договоренности, эффективность использования ресурсов будет определяться начальным распределением прав собственности.

Трансакционные издержки имеют ключевое значение для работы рынка. Если трансакционные издержки незначительны, то внешние эффекты могут быть устранены посредством механизма рынка без вмешательства государства. Неэффективное распределение прав собственности будет исправлено в процессе рыночного обмена этими правами. Однако если трансакционные издержки велики и препятствуют заключению рыночных сделок между сторонами, то первоначальное распределение прав собственности окажет влияние на размещение ресурсов и эффективность производства.

 

 

Тема 6 Теория контрактов

 

1. Понятие и типы контракта

2. Неблагоприятный отбор и способы его предотвращения

3. Моральный риск и способы его предотвращения

 

Понятие и типы контракта

Контракты есть правовое оформление экономических трансакций.

Контракт в юридическом смысле — это соглашение, договор, устанавливающий гражданские права и обязанности сторон и оговаривающий сроки действия соглашения.

Под контрактом понимаются также гражданское правоотношение, возникающее из договора, и документ, в котором изложено содержание контракта, заключенного в письменной форме.

Контракты в экономической теории рассматриваются не только как чисто рыночные договоры, господствующие на рынке совершенной конкуренции, но и как «отношение». Договоренности могут быть неявными, подразумеваемыми, не выраженными словами и не зафиксированными в документе, за которым стоит сила закона.

Совершенный контракт (perfect contract) – это контракт в мире совершенной (полной) информации, где не бывает продолжительных трансакций, где все можно сделать одномоментно. Во всех случаях контракты будут выполнены одномоментно, ибо полностью совпадают с физическим перемещением объектов.

Мир совершенной информации предполагает следующие условия:

1. абсолютную рациональность (absolute rationality);

2. полную информацию (perfect information);

3. абсолютные вычислительные способности (instant calculation).

В мире реальном эти условия отсутствуют, поэтому контракты у нас несовершенные

Причины неполноты контракта – ограниченность предвидения человека, невозможность предусмотреть все возможные случайности, слишком высокие издержки проведения расчетов при распределении риска в договорах, отсутствие точного и достаточного богатого языка для описания всех возможных обстоятельств и распределения ответственности, а также невозможность проверки информации третьей стороной.

Даже если некоторая случайность может быть предусмотрена и запланирована в договоре, а договорные отношения надежно защищены, то могут возникать и другие сложности, как в период заключения контракта, так и в процессе его исполнения. Одна из сторон контракта может располагать важной частной информацией как на стадии ex ante, до заключения контракта, когда еще проводятся переговоры о его заключении, так и на стадии ex post, т.е. после заключения контракта, когда имеющейся информации недостаточно для оценки того, соблюдаются ли условия соглашения или нет. Асимметрия информации означает, что покупателю и продавцу известно разное количество информации, имеющей отношение к сделке. Сторона, обладающая большим объемом информации, может выиграть, если воспользуется своим информационным преимуществом.

Можно выделить три типа оппортунистического поведения, которые соответствуют разным видам асимметрии информации:

1. покупателю неизвестны качественные характеристики блага, имеет место асимметрия информации, носящая название «скрытые характеристики» (hidden characteristics), которая может привести к неблагоприятному отбору (adverse selection)*;

2. скрытые действия (hidden action)/скрытая информация (hidden information)**, которые приводят к моральному риску (moral hazard) той стороны, которая обладает информацией;

3. скрытые намерения (hidden intentions) партнера по сделке таят в себе опасность третьего вида оппортунистического поведения — вымогательства (hold-up).

Угроза оппортунизма повышает трансакционные издержки, которые несут обе стороны. Сокращение возможностей для оппортунистического поведения позволило бы направлять их на производительные цели.

 

Неоклассический контракт

В классическую контрактную схему вписывается далеко не всякая сделка. Если сделка реализуется в условиях неопределенности и ее исполнение занимает длительное время, то предусмотреть все будущие обстоятельства и зафиксировать их в качестве условий договора оказывается слишком сложным, дорогостоящим или даже невозможным. В этом случае заключается контракт неоклассического типа.

Неоклассический контракт — это долгосрочный контракт в условиях неопределенности, который скорее напоминает договор о принципах сотрудничества. В неоклассическом контракте стороны не являются безликими, личные отношения играют важную роль, стороны находятся во взаимодействии друг с другом. В этих договорах источником дополнительной ценности является непрерывность сделки.

Чем более длительными являются отношения между сторонами и чем более сложен предмет сделки, тем меньше значения придается цене и качественным характеристикам на стадии заключения контракта, и тем больше внимания уделяется правилам, которые будут регулировать отношения сторон, приспособление сторон к непредвиденным обстоятельствам, а также прекращение их отношений. Применяются не фиксированные цены, а правила гибкого ценообразования. Эти правила могут быть различными: достаточно простыми, например, следование цен за ростом стоимости жизни или их индексация, или более сложными: правило «издержки плюс» или установление цены как процента от продаж, которое применяется в договорах об аренде торговых центров. Возможен такой пункт договора, который можно отнести к правилам, регулирующим приспособление к непредвиденным обстоятельствам: «Если в силу каких-либо причин произойдет уменьшение выпуска продукции, то это уменьшение будет равномерно распределено при поставках различным заказчикам».

Проводя сравнение некоторых эмпирических исследований, касающихся выявления зависимости между степенью специфичностью ресурсов и типом контракта, Менар выделил четыре характерные черты долгосрочного неоклассического контракта [Menard, 1996, p. 158]: 1. неоклассический контракт может определять механизм адаптации к непредвиденным обстоятельствам (в частности, создание совместного комитета); 2.неоклассический контракт может создавать некоторую зону толерантности, т.е. зону, где происходит разделение риска. Например, контракт, заключенный между электростанцией и угледобывающим предприятием может предусматривать некоторую зону( ±10%), в которой цены, по которым поставляется уголь, остаются неизменными, несмотря на конъюнктурные изменения рыночных цен на уголь; 3). Контракт может предусматривать раскрытие информации, например, о непредвиденных изменениях издержек. Г.Форд заключил в 1930-х годах с поставщиками такие контракты, в которых цена определялась на основе правила «издержки плюс», т.е. на основе издержек плюс определенный процент прибыли. Использование этого правила основано на доверии к поставщику или на возможности осуществлять контроль его издержек. Контракты Форда с поставщиками включали условие о контроле компании Форда издержек поставщиков; 4. неоклассический контракт содержит условия, предусматривающие обращение к третейскому судье, а не в суд. Именно поэтому Уильямсон указывает на то, что неоклассический договор с самого начала носит тройственный характер, поскольку включает договоренность о третейском судье [Уильямсон, 1996, с. 136—137]. К примеру, в случае строительных контрактов в качестве такового может выступать архитектор.

Стороны могут по-разному оценивать возникшую ситуацию, при этом обе могут вести себя добросовестно и их оппортунистическое поведение может быть «невольным», т.е. они нарушают обязательства, не желая при этом быть нечестными по отношению к партнеру. Однако подобное «невольное» оппортунистическое поведение не менее разрушительно для сделки, чем прямой обман, потому что оно разрушает надежность обещаний, приводит ex post к трансакционным издержкам в решении споров, а ex ante к недостаточному инвестированию в специфические ресурсы. Поэтому должен быть выбран механизм разрешения споров. Вследствие неполноты контракта споры при неоклассическом контракте возникают чаще, и решать их сложнее.

Однако стороны неоклассического контракта могут предусмотреть в контракте возможность возникновения споров. Так, в Америке обычным условием коллективных договоров между компанией-работодателем и профсоюзом, представляющим интересы работников компании, является условие «никаких забастовок». Параллельно ему часто принимается условие «никаких локаутов». Этим условиям сопутствуют предусмотренные в договоре процедуры выражения недовольства и урегулирование трудовых конфликтов с помощью третейского суда [Macneil, 1977—1978, p. 854].

Почему при неоклассическом контракте стороны обращаются к третейскому судье, а не в суд? В случае судебного разбирательства продолжение отношений между сторонами является маловероятным. Любые отношения дают трещину, если решение спора передается в суд. Кроме того, судебное разбирательство требует много времени и средств. Суды, как правило, не могут заставить стороны действовать в соответствии с письменными договорами, основное средство судебной защиты, которое они применяют, — это компенсация ущерба стороны, пострадавшей от нарушения договорных обязательств. Судебные решения о принудительном исполнении договора — менее распространенная мера, а при сделках, использующих неоклассические контракты, именно продолжение деятельности, и в кратчайшие сроки, является более важным, чем компенсация ущерба. Более того, решение спора в суде связано с большими трудностями, если требуется проконтролировать качество товаров, особенно сложных, или если были осуществлены специфические капиталовложения.

Когда суд сталкивается с проблемой, которую он не в состоянии решить, он выбирает «пассивную» стратегию — принуждает к исполнению формальных условий контракта [Schwartz, 1992]. Суд может, например, освободить сторону от исполнения договора, ставшего физически невозможным в результате какого-то непредвиденного события, например, пожара, уничтожившего здание универмага, для которого был произведен специальный лифт, непригодный для использования в других зданиях. В этом случае информация, на основе которой суд принимает решение, может быть наблюдаема и поддается контролю третьей стороны — суда. Но в другом случае суд подтвердит договор, несмотря на то, что для одной из сторон в результате внешних событий исполнение условий контракта стало слишком дорогостоящим. В этом случае суд не станет вносить изменения в условия договора, потому что информация об издержках производства не может быть достоверно подтверждена.

В экономической теории контрактов проводится различие между информацией, которую стороны могут наблюдать (observable information) и информацией, которая может быть проконтролирована третьей стороной (verifiable information). Это различие проводится потому, что издержки доказывания третьей стороне, что существовало некоторое состояние дел, или были произведены определенные действия, могут превышать выгоды от этого. Например, работодатель знает, отлынивает его работник, или нет, но издержки доказывания отлынивания перед третейским судьей или в суде могут быть довольно высокими, т.е. отлынивание работника наблюдаемо, но редко доказуемо. Поэтому если увольнение возможно только при наличии уважительных причин для этого, то лучшей стратегией работодателя будет ограничить увольнение случаями вопиюще плохой работы и учесть обычное отлынивание в зарплате или при решении вопроса о продвижении работника по службе..

Таким образом, мы можем сказать, что информация является наблюдаемой, если сбор этой информации экономически оправдан, но издержки доказывания ее третьей стороне превышают выгоды; информация является поддающейся проверке, если она наблюдаема, и доказывание ее перед третьей стороной оправдано с экономической точки зрения.









Конфликты в семейной жизни. Как это изменить? Редкий брак и взаимоотношения существуют без конфликтов и напряженности. Через это проходят все...

Что будет с Землей, если ось ее сместится на 6666 км? Что будет с Землей? - задался я вопросом...

Что вызывает тренды на фондовых и товарных рынках Объяснение теории грузового поезда Первые 17 лет моих рыночных исследований сводились к попыткам вычис­лить, когда этот...

Живите по правилу: МАЛО ЛИ ЧТО НА СВЕТЕ СУЩЕСТВУЕТ? Я неслучайно подчеркиваю, что место в голове ограничено, а информации вокруг много, и что ваше право...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2021 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.