Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







АНКЕ, НАВЯЗЧИВОЕ МЫТЬЕ И ВИНА ОТЦА





Симптом

Навязчивое мытье и навязчивое контролирование.

Нынешняя семья

Анке 47 лет, она в разводе. Развод произошел по ее желанию. У нее трое детей, которые после развода остались с бывшим мужем. Контакт и с ним, и с детьми всегда оставался хорошим. По словам Анке, муж по-прежнему ее любит.

С десяти лет, с тех пор как умерла бабушка (мать отца), Анке страдает разного рода навязчивостями: навязчивым мытьем, навязчивым контролированием и навязчивым отказом от еды. Она трижды пыталась покончить с собой. В течение последних тридцати лет она ежегодно проходит курс психиатрического лечения.

Родительская семья

Отцу сейчас 74 года. Он живет со второй женой. Мать умерла в возрасте 55 лет. Анке тогда был 31 год, на тот момент у нее было уже двое детей.

Процесс

Во время первого круга Анке говорит: «Чтобы выжить, я каждый день борюсь со своими симптомами». Я спонтанно отвечаю: «Пока ты с ними борешься, ты от них не избавишь-

ся. Первый шаг такой: дай своим симптомам пространство. Они являются выражением твоей любви к кому-то из членов твоей системы». Анке растеряна, она явно не знает, как реагировать на мои слова. Что касается родительской системы, то она не может назвать ничего особенного из прошлого своего отца. Она только сказала: «Я не могу освободиться от отца».

Первая расстановка

Мы расставили Анке и ее симптом. Симптом обхватывает Анке сзади за шею и вместе с ней раскачивается туда-сюда. Она говорит: «Я чувствую себя пленницей». Так же я воспринимаю Анке в группе, она кажется такой же пленницей, как и ее заместительница в расстановке. Я ввожу в расстановку отца Анке, ее мать и родителей отца и пробую разные варианты их взаимного расположения. Решения не появляется, не удается обнаружить даже направление. Однако становится очевидной невероятно сильная связь между Анке и симптомом.



Так как эта сильная связь не позволяет найти решение, я прерываю расстановку и говорю Анке: «Похоже, ты стремишься во что бы то ни стало сохранить свои симптомы. Вопрос только, из любви к кому?»

Я даю Анке задание во время обеденного перерыва найти для симптома какой-нибудь символ. После перерыва она приходит с веткой, которую равнодушно кладет куда-то в сторону. Анке говорит, что пока она искала символ, ей стало грустно. Я отвечаю: «Это наверняка к лучшему». Анке: «Я хочу сделать так, чтобы что-нибудь расцвело». В ответ на это я еще раз объясняю: «Важно, чтобы ты полюбила свой симптом. Чтобы ты заботилась о нем и перестала с ним бороться». Анке становится очень грустно, она плачет. Она заявляет, что не хочет оставаться в группе. Я даю ей понять, что мне очень жаль и что я буду рада, если она останется.

Я даю ей еще одно задание. Я прошу ее записать все, что она до сих пор безрезультатно предпринимала в борьбе со своими симптомами. Анке возмутилась, но согласилась. На

следующий день она приходит в группу вся сияя и выражает желание сделать поклон перед отцом.

Вторая расстановка

Без дальнейших вопросов Анке расставляет заместителей отца и себя самой. Отец и Анке стоят друг напротив друга. Дочь просит: «Отпусти меня». Отец отвечает: «Я могу тебя

отпустить».

Я приглашаю Анке сделать то, что она хотела, и склониться перед отцом. Она начинает сильно дрожать, выпрямляется, прислоняется к отцу и дрожит все сильнее: «Пожалуйста, обними меня как свою дочь». Когда отец ее обнимает, дрожь становится еще сильнее. Я спрашиваю: «Было что-то плохое?» Анке, наблюдающая за расстановкой, уклончиво отвечает: «Всплывают какие-то картинки...» Я говорю: «Тебе не обязательно это говорить» и выбираю заместителя для гипотетической вины отца.

Вина стоит за спиной отца. Анке тут же совершенно успокаивается, выпрямляется и говорит: «Теперь я стою на собственных ногах». Я предлагаю ей разрешающую фразу: «Ты остаешься моим отцом, а все остальное я оставляю тебе». Анке произносит эти слова и улыбается. Затем она отворачивается, а отец и вина остаются стоять на некотором расстоянии позади нее. Анке говорит: «Теперь у меня появляется простор». Отец: «Так я могу вздохнуть». На этом расстановка завершается.

Процесс

На следующий день Анке приходит в группу с символом своего симптома, веткой. Она поставила ее в вазу, и на ней показались тоненькие листочки. Анке сообщила, что накануне она так много и с таким удовольствием съела, как с ней давно уже не случалось. Через три месяца я получаю от нее открытку. Она пишет, что поправилась на пять килограммов, чувствует себя хорошо и больше не испытывает навязчивых состояний. И многократно поблагодарила.

Несмотря на то, что вина отца так и осталась тайной, расстановка принесла решение, казалось бы, просто невообразимое после тридцати лет терапии и при учете тяжести заболевания. Первым шагом к решению стало исполненное любви внимание к симптому, как выражению связующей любви. Вторым шагом стало парадоксальное предписание записать все безуспешные попытки решения, которые клиентка до сих пор предпринимала, борясь со своим симптомом. Третий шаг, а именно желание склониться перед отцом, исходил от самой Анке и принес решение.

Как показывает практика, раскрытие тайны не обязательно имеет решающее значение. Напротив, если тайное остается тайным, сохраняется интимность системы.

На этом месте я хотела бы подчеркнуть свое убеждение, что болезнь часто имеет системное значение. Такая точка зрения ведет к примирению с болезнью, а в случае Анке — к отказу от борьбы с ней. Поскольку я уверена в этих взаимосвязях, я могу предоставить клиентке самой ведать своим выздоровлением. В конечном счете предложение попрощаться с отцом, которое принесло решение, исходило от Анке.

МАРИОН, ЗУБНАЯ БОЛЬ

И ОТРИЦАЕМЫЙ УМЕРШИЙ БРАТ

Симптом

Невыносимая, постоянно возвращающаяся зубная боль.

Нынешняя семья

Марион 32 года, она не замужем. У нее есть дочь шести лет. С отцом дочери они общаются регулярно. Но его близость она способна выносить лишь в определенных пределах.

Родительская семья

Родители Марион живы. У матери была добрачная связь. Единственное, что Марион об этом известно, это то, что у матери осталось от этого мужчины кольцо, которое она бе-

режет как зеницу ока. Ничего больше об этих отношениях Марион узнать не удалось.

Процесс

Во время первого круга Марион говорит, что с радостью вышла бы замуж за отца своей дочери, но просто не может.

Расстановка

Расставлены Марион и симптом (зубная боль). Симптом стоит у Марион за спиной и обнимает ее за плечи. По его словам, так ему очень хорошо. Марион прижимается к симптому и при этом смотрит вдаль. Она тоже говорит, что в таком положении чувствует себя очень комфортно. В ответ на мой вопрос, Марион (клиентка) говорит, что ей всегда казалось, что у нее есть старший брат. Тогда я ставлю предполагаемого брата напротив Марион и симптома. Симптом немного отступает, так что Марион оказывается между симптомом и братом. Я ставлю брата поближе к Марион, и им обоим становится лучше. Симптом отходит еще дальше, но остается в поле зрения. Здесь это означает, что симптом как-то связан с предполагаемым братом, но есть тут и еще что-то непроясненное. Поэтому я ввожу в расстановку мать Марион. Я ставлю ее на то место, где сначала стоял симптом, т. е. за спиной Марион. Брату становится страшно, он испытывает желание убежать. Мать тоже настроена негативно: «Я хочу, чтобы этот гипотетический брат исчез». Внезапно брат садится на пол, Марион садится рядом с ним. Они тепло обнимаются. Мать смотрит на них обоих и говорит: «Мне плохо». Я ставлю рядом с братом первого партнера матери. В этот момент симптом произносит: «Теперь я лишний». Я предлагаю Марион сказать матери: «Я с радостью искупаю твою вину». Когда заместительница произносит эту фразу, у нее появляется сильная зубная боль. Мать отворачивается. Я ввожу в расстановку заместителя отца Марион и ставлю его рядом с дочерью. Оба говорят, что так им хорошо. Кроме того, я ставлю рядом друг с другом предполагаемого брата

Марион и первого партнера матери. Им так тоже хорошо. Мать по-прежнему стоит отвернувшись и говорит: «Так мне лучше всего».

Марион не решается выйти замуж за отца своей дочери. В этом она следует за своей матерью, которая не могла выйти замуж за свою первую любовь. По каким причинам это произошло, неизвестно. Больше нам объясняет реакция заместителей в расстановке. Произнося фразу, отражающую переплетение («я с радостью искупаю твою вину»), заместительница чувствует сильную зубную боль (симптом). Боль прошла, когда рядом с Марион был поставлен ее отец, а мать отвернулась. В этой расстановке решение заключалось в последнем образе: дети стояли рядом со своими отцами, а мать отвернулась. Это означает, что мать переплетена в своей родительской системе. Принимая этот образ, Марион обретает свободу, чтобы дальше жить собственной жизнью.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2020 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.