Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







ПРОБЛЕМА ЦЕЛЕОБРАЗОВАНИЯ В ПСИХОЛОГИИ (по О.К. Тихомирову)





В дискуссиях психологов по проблеме деятельности ее уча­стников объединяет признание категории «деятельность» одной из центральных. При психологическом изучении деятельности человека выделяют действия — особые процессы, подчиненные осознанному, т. е. выраженному в словах, предвосхищению будущего результата действия, косвенно связанному с мотивом деятельности. Это предвосхищение и называют целью. Напомним, что это не единственная форма предвосхищения в человеческой деятельности. Понятие «цель» становится одним из центральных понятий 1 лишь той психологической науки, которая делает сознательную; деятельность человека основным объектом своего изучения, а принцип деятельности основным объяснительным принципом.

Природа целенаправленного действия человека длительное время была предметом философского анализа. Борьба механи­цизма и идеализма, фатализма и волюнтаризма образует историю философских учений о природе сознательного действия человека. Марксизм впервые позволил преодолеть ложную альтернативу г; фатализма и волюнтаризма и заложил методологические основы для конкретного психологического изучения целенаправленных сознательных действий человека. Эти основы можно свести к трем основным положениям: 1) целенаправленность действий отличает общественную жизнь человека от процессов, происходящих в природе; 2) сами цели обусловлены внешними условиями, законами их изменения, познавая которые человек приобретает воз­можность использовать эти законы для достижения своих целей;

3) отсутствует полное совпадение целей и результатов человече­ских действий. Ф. Энгельс писал: «Не будем, однако, слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она нам мстит. Каждая из этих побед имеет, правда, в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых» [1, 20, с. 495—496]. Этой особенности человеческих действий при­дается большое значение в историческом материализме при раз­работке проблемы объективного характера общественных зако­номерностей, реализующихся через сознательную деятельность людей.



В истории домарксистской психологии явлениям, которые опи­сываются термином «цель», не уделялось достаточно внимания.

Например, в «Основах психологии» У. Джемса [57] этот термин вообще не включен в число основных. Исключение составляет, пожалуй, лишь принцип «гетерогонии целей» В. Вундта [45], Вместе с тем в учении об интенциональных актах, апперцепции, детерминирующих тенденциях, антиципирующих схемах, идеомо-торных актах, «персонах» и особенно уровне притязаний содер­жится ценный материал, относящийся к проблематике целеобразования.

В современной психологической науке можно выделить четыре ' основные позиции по отношению к категории «цель».

1. Категория «цель» объявляется ненаучной. Такую позицию, например, отстаивает американский психолог Б. Скиннер [228], описывающий поведение человека в терминах «стимул», «реак­ция», «подкрепление». При таком подходе поведение теряет свой­ство целенаправленности, а сама психологическая концепция пре­вращается в апологетику распространенного в буржуазном об­ществе «манипулирования личностью».

2. «Целью» называют любой полезный результат, ради дости­жения которого развертывается поведение. Целесообразность и целенаправленность не различаются. Примером может служить «целевой бихевиоризм» Э. Толмэна [231]. В отечественной лите­ратуре аналогичное использование термина встречается в теории функциональной системы П. К. Анохина [10] (где цель тракту­ется как синоним акцептора действия). В словаре психологических терминов в одном из американских учебников по психологии (Е. Хилгард и др. [222]) «цель» определяется как конечное со­стояние, или условие, к которому направлено мотивированное последовательно развертывающееся поведение и посредством ко­торого эта последовательность завершается. Эта позиция харак­терна для натуралистических концепций, не различающих пове­дение животных и собственно деятельность человека.

3. «Цель» как конечная ситуация, заданная формальным опи­санием и достигаемая в ходе функционирования некоторой системы (техническое устройство, живой организм, человек). В этом значении термин используется в кибернетическом контексте, воп­рос о различиях в «целях» функционирования технических систем, живых организмов и человеческих действий, как правило, просто не обсуждается.

4. «Цель» как осознанный образ будущих результатов, кос­венно связанных с мотивом. Исходя из этой четвертой позиции будет вестись анализ в данной главе.

Если термин «цель» используется в психологической литера­туре в различных значениях, то термин «целеобразование» (т. е. порождение новых целей в индивидуальной или совместной дея­тельности) до последнего времени не занимал почетного места даже в отечественной психологии, уделяющей большое внимание анализу деятельности. Сравнительно недавно, в 1975 г. А. Н. Леонтьев указывал, что процесс целеобразования почти не изучен [99]. В свое время С. Л. Рубинштейн писал о том, что «признание действия основной «клеточкой» или «ячейкой» психологии означает, что в действии психологический анализ может вскрыть зачатки всех элементов психологии» [157, 175]. Обдумывая эту формулу, сегодня мы могли бы ее продолжить следующим обра­зом: «...кроме порождения новых действий». Нам представляется важным, используя общую схему строения человеческой деятель­ности (деятельность, действие, операция), различать уровень анализа действий и уровень анализа деятельности, чего, кстати, не делают большинство энтузиастов так называемого деятельностного подхода. Проблематика целеобразования. локализована между этими двумя уровнями.

Существует несколько причин слабой разработки проблема­тики целеобразования. Прежде всего .нужно назвать неизжитый хотя и часто критикуемый функционализм. Различные стороны сложного процесса целеобразования как бы «растаскиваются» по разным разделам психологии. Формирование новых представ­лений о будущем результате рассматривается в связи с вообра­жением. Среди образов, «возвращающихся из изгнания», явно преобладают образы наличных предметов, а не будущих резуль­татов действия. В психологии мышления проводится важное раз­личение «искомого» и «требуемого» (А. В. Брушлинский, [37]), осознаваемого и неосознаваемого продуктов действия (Я. А. По­номарев,. [137]), однако эти ценные исследования остаются не­соотнесенными с теорией деятельности в целом и даже необосно­ванно ей противопоставляются. Степень ясности отражения анализируется в учении о внимании, однако, эта характеристика обычно не распространяется на отражение будущих результатов действия и не является объектом экспериментальных исследо­ваний внимания, в которых все еще преобладает интерес к процессам активации и планомерному формированию внутреннего контроля.

Категория «цель» постоянно используется в учении о воле, но собственно процесс формирования окончательной цели, опи­сываемый как «принятие решения», в лучшем случае упоминается, но не является, как правило, объектом экспериментальных ис­следований. Более того, современные формалистические трак­товки «принятия решений» как выбора из заданного количества альтернатив по существу снимают проблему целеобразования [148]. Необходимо также учитывать, что проблематика воли яв­ляется наименее разрабатываемой. При анализе потребностей основное внимание уделялось процессам возникновения мотивов и потребностей как результату «встречи» (Д. Н. Узнадзе, [186].) потребности с предметом или ситуацией удовлетворения этой по­требности, а цели «остались в тени»..

Даже в учении о действии человека до последнего времени не уделялось достаточно внимания соотношению предвосхищаемых и реально достигаемых результатов, возникновению предвосхи­щений, их видам, анализу последовательности предвосхищений (изменению предвосхищений в зависимости от успешности или неуспешности предшествующих действий), действие часто получало характеристику по одному из параметров («цель») и абст­рагировалось из контекста целостной человеческой деятельности. . При описании действий (даже у некоторых сторонников деятельностного подхода) термин «цель» вообще не использовался (или не дифференцировалось кибернетическое и собственно психологиче­ское значение этого термина), заменяясь термином «ориентиро­вочная основа» действия. Однако нельзя подменять «цель» «ори­ентировочной основой» по следующим основаниям: а) «ориенти­ровочная основа» выделяется в любом сложном поведенческом акте, она неспецифична для сознательной деятельности человека» б) при раскрытии значения термина «ориентировочная основа» акцент ставится на учет наличных условий, а не будущих резуль­татов. У человека «ориентировочная основа» может быть верба­лизованной или невербализованной (или синтезом того и другого), может относиться к наличной ситуации или возможностям ее изменения. «Цель» — это только такая «ориентировочная основа» действия, которая связана с отражением возможностей изменения ситуации (будущий результат), с отражением в вербализованной форме, отражением, обязательно связанным с мотивом.

В контексте проблемы целеобразования необходимо учитывать следующие значимые характеристики действий и деятельности в целом.

1. Цели и результаты действий. Предвосхищаемый результат не обязательно достигается, поэтому действия классифицируются на успешные и неуспешные. В успешном действии имеет место процесс порождения и результатов, не входивших в поставленную и реализованную цель (в неуспешном действии результат полно­стью не соответствует цели), результат действия всегда содержит новое по отношению к цели. Необходимо дифференцировать по крайней мере три вида новых результатов: реализованная цель, побочный продукт целенаправленного действия, результаты непро­извольной активности, включающиеся в процесс выполнения целенаправленного действия.

Преобразования предметов, как совпадающие с предвосхи­щением, так и несовпадающие, не являются единственными ре­зультатами совершенного действия. После осуществления дейст­вия меняется функциональное состояние человека, возникают эмоциональные реакции, совершенствуются умения. Все это можно рассматривать как «внутренние» результаты предметного дей­ствия. Внутренние результаты также могут быть соответствую­щими прямой цели или выступать как побочный продукт дейст­вия. Предвосхищаемые и побочные результаты, соотношения целей и результатов могут иметь разную временную локализацию (близ­кие и отдаленные).

В действии необходимо выделять не только различные резуль­таты (прямые и побочные), но и разные цели (иерархия целей), Действие может оцениваться как в его отношении к той «идеаль­ной» цели, к которой он стремится, так и в отношении к конкретной («реальной») цели, которой непосредственно соответствует данное действие. При изменении реальных целей' идеальные мо­гут оставаться относительно постоянными.

Образ будущего результата всегда связан с оценкой субъек­том значимости этого результата и его достижимости после осуще­ствления действия.

2. Психическое отражение будущих результатов действия в форме цели. Чаще всего цель описывают как представление бу­дущего результата. Однако цель не является единственной фор­мой психического отражения будущих результатов (как не является представление единственной формой психического отраже­ния) . При выполнении таких действий, как копирование предмета, изображения, при повторении показанного движения будущий результат представлен на уровне перцептивного образа. Часто будущий результат выступает в форме словесного описания, в речевых значениях (понятиях разной степени конкретности или абстрактности). Психическое отражение будущих результатов ха­рактеризуется разной степенью ясности. Это относится и к пер­цептивным образам, и представлениям, и понятиям. При неодно­значности словесного описания цели необходимо различать зна­чение цели и операциональный смысл цели, т. е. то конкретное (контекстуальное) значение, которое выбирает сам испытуемый из множества возможных значений. Результат действия предвосхи­щается с разной степенью определенности. Например, цели поис­ковых проб («посмотрим, что получится...») часто относятся к классу неопределенных предвосхищений. Существует количествен­ная и качественная определенность цели.

3. Цели и мотивы. Различение целей и мотивов (потребностей) в структуре человеческой деятельности является решающим для понимания целеобразования.

Сам по себе образ будущего результата еще не образует цели сравним прогноз погоды, знание неизбежности окончания жиз­ни) , он становится ею, лишь связываясь с потребностно-мотивационной сферой. Недостаточная разработанность психологии потребностно-мотивационной сферы и, в частности, соотношений между потребностями и мотивами мешает и развертыванию ис­следований целеобразования, тем не менее некоторые положения могут быть сформулированы.

В зависимости от мотивов, с которыми связывается цель, она приобретает различный личностный смысл. Классификация по­требностей может быть использована как одно из оснований для классификации целей, которые могут возникать на основе этих потребностей (гностические, коммуникативные и др.), и опосред­ствовать процесс удовлетворения потребностей. Возможно различ­ное отношение одной и той же цели к разным мотивам в условиях полимотивированной деятельности. В случае разной направлен­ности мотивов имеет место целеобразование в конфликтной си­туации. «Встреча» потребности и предмета, ей отвечающего, не заканчивается формированием неосознанных мотивов и установок. «Встреча» самих мотивов и установок с препятствием может приводить к формированию целей. К числу других особенностей «встречи» потребности и предмета, способствующих выделению целей, относятся овладение предметом в ходе совместной деятель­ности, неполное удовлетворение потребности предметом, соотне­сенность предмета одновременно с несколькими потребностями. Динамические изменения мотива (насыщение) — условие возникновения новых целей (А.Карстен).

Осознание мотива может иметь двоякие следствия: возник­новение мотивов целей [99], направленность деятельности при этом не меняется и возникновение целей — антимотивов. Актив­ность субъекта направлена здесь на нейтрализацию, или подав­ление действия осознанного мотива. В этом случае возникают новые мотивы или происходят изменения в иерархии мотивов. Именно иерархические отношения в потребностно-мотивационной сфере создают возможность появления целей, направленных про­тив актуальных потребностей. Сложные отношения существуют между целью и установкой: установка замещается целью, когда действие установочных механизмов оказывается недостаточным; установка определяет избирательность по отношению к возмож­ным целям; установка может быть продуктом трансформации целей (образование намерения как результат принятого решения).

4. Цели и осознание. Осознанность целенаправленного дейст­вия может быть охарактеризована по нескольким параметрам: осознание достигнутого предметного результата, осознанный ха­рактер предвосхищения будущего результата, дополнительное осознание некоторых побочных последствий, осознание отноше­ния целей к объективной ситуации (возможные и невозможные цели), осознание отношения целей к потребностям (приемлемые и неприемлемые цели), осознание отношения целей к способностям (легкие и трудные), осознание самого процесса целеобразования. Осознанное соотнесение целей с ситуацией осуществляется не только по отношению к наличной ситуации, но и по отношению к воображаемой, представляемой ситуации. При совместной коо­перативной деятельности, а особенно в ситуациях борьбы объек­том осознания становятся цели другого человека. Понимание че­ловека человеком включает в себя и понимание целей. Таким об­разом, сознание в деятельности «представлено» намного шире, чем в форме «цели».

Теперь остановимся на характеристике целеобразования, т. е. процесса порождения целей. Ограничимся для простоты индиви­дуальной деятельностью, хотя проблема целеобразования отно­сится и к деятельности совместной.

1. Предпосылки возникновения новых целей в индивидуальной деятельности. Такими предпосылками являются возникновение (актуализация) новых потребностей и мотивов, усвоение новых знаний о возможных целях (результатах), получение новых тре­бований к действию, возникновение новых результатов индивиду­альных действий, недостижение предвосхищавшихся результатов, появление новых неосознаваемых предвосхищений будущих результатов действия. Анализ целеобразования включает в себя изучение этих предпосылок и тех условий, при которых осуществляется переход от предпосылок к целям.

2. Превращение полученного требования в цель. Превращение требований в индивидуальные цели — один из распространенных вариантов целеобразования. Групповая цель для отдельного человека выступает как требование, которое еще должно быть им принято. Нравственные и правовые нормы являются источником целей, но их нельзя отождествлять с целями, (так как иначе нельзя объяснить, например, противоправное поведение). Вопрос об общественно выработанных и индивидуальных целях есть частное выражение более общей проблемы соотношения индивидуального и общественного сознания, общественных и индивидуальных потребностей, общественной и индивидуальной практики. Все цели когда-то были выработаны индивидами, но общественные (и групповые) цели не являются суммой индивидуальных, так как не все индивидуальные цели становятся общественными (групповы­ми), а этот отбор определяется неиндивидуальными законами.. Общественно-историческая обусловленность целей индивидуаль­ной деятельности определяется усвоением общественных целей и самими объективными общественными условиями (цель «окон­чить университет» не может, естественно, появиться до возникно­вения системы высшего образования), социальной природой формирования индивидуальных потребностей, определяется овладением языком сначала как средством фиксации достигнутых и предвосхищаемых результатов практических действий, а затем позволяющим осуществлять специальный класс внутренних, умственных, но тоже действий. Усвоение индивидом неиндивидуальных целей (требований) характеризуется избирательностью, определяющейся, в частности, имеющимся личным опытом.

3. Выбор одного из имеющихся требований. Социальный опыт противоречив, это обусловливает предъявление человеку противоречивых требований (в простейшем случае несовпадающие тре­бования отца, матери, бабушки к ребенку). На их основе возни­кают несовпадающие, а иногда и просто несовместимые цели. В простейших случаях это могут быть противоречивые указания при выполнении элементарных предметных действий, в более сложных — столкновение различных нравственных принципов. Избирательность еще более выражена при усвоении целей — требований, чем при усвоении приемов умственной деятельности и понятий. При изучении развития личности [148] были выделены следующие условия, определяющие принятие субъектом требований как основы для формирования целей: связь с актуальной потребностью, связь- с потенциальной потребностью, цель как средство разрешения конфликта двух противоположных потребностей (побудительная сила цели возникает в этом случае за счет обеих этих потребностей). Требования не обязательно противоречивы, они могут лишь различаться по показателям трудности. Эта схема как раз и воплощена в известных опытах по изу­чению уровня притязаний (заметим, что это частный случай целеобразования). Было показано, что цели возникают только на основе заданий, расположенных в определенной зоне трудности.

Усваивая некоторый социальный опыт, человек приобретает дополнительно еще и некоторый индивидуальный опыт. Это по­ложение относится и к усвоению требований, на основе которых формируются индивидуальные цели (формирование индивидуаль­ного понимания формулировки цели и отношения к ней), и к про­цессу достижения целей (применение усвоенного содержания), и к процессу реконструкции при воспроизведении сохранявшихся в памяти ранее усвоенных целей, к преобразованию усвоенного общественного опыта.

4. Произвольное и непроизвольное целеобразование. При са­мостоятельном, т. е. в отсутствие прямо сформулированного кем-то требования, целеобразовании необходимо различать произвольное и непроизвольное развертывание процесса. Примером непроиз­вольного целеобразования может служить возникновение гности­ческих целей в проблемной ситуации. Создание целей для других людей в условиях совместной деятельности — пример произволь­ного целеобразования. Непроизвольное целеобразование связано с самостоятельным переходом от непроизвольных к произвольным процессам, а произвольное целеобразование означает дифферен­циацию по крайней мере двух уровней в функционировании са­мих произвольных процессов. Один уровень связан с подчинением процессов некоторой задаче (цели), именно он описывается в учебниках, когда дается характеристика произвольных движений, произвольного внимания, произвольной памяти и др. Второй уро­вень связан с сознательным отбором и формированием самих задач, с образованием иерархии задач. Цели как бы удваиваются: появляются особые цели генерировать цели.

Непроизвольное целеобразование выступает как процесс. Цель может быть и продуктом самостоятельных действий, как в слу­чае произвольного целеобразования. Целеобразование становится самостоятельной деятельностью, когда задача генерировать цели связывается с самостоятельным мотивом (как известно, в теории деятельности наличие самостоятельного мотива является консти­туирующим признаком деятельности). Следовательно, целеобра­зование выступает в трех формах: как процесс, как действие, как деятельность. Последний вариант особенно представлен в обще­нии, когда кроме постановки перед другим человеком целей, вы­званных потребностями совместной деятельности, при определен­ных условиях может возникать цель навязывать свои цели под влиянием мотивов- самоутверждения, необходимости продемонст­рировать «твердость характера», «волю» и др. Еще более высо^, кий уровень произвольного целеобразования связан с намеренной маскировкой истинных целей и демонстрацией мнимых целей [72]. Можно выделить некоторые приемы целеобразования: разверты­вание гностических процессов осмысливания ситуации (подведение ее под определенный класс), оттягивание окончательного принятия решения о цели, условное принятие цели, использование жребия, обращение за советом.

5. Временная динамика целеобразования. В процессуальном плане в действии можно выделить образование цели, оценивание хода и окончательного результата. Само образование цели может носить характер развернутого во времени процесса. Необходимо различать предварительную и окончательную постановку цели, они не обязательно совпадают. Существенным параметром временной динамики являются изменения последующих целей в зависимости от результатов и целей предыдущих действий. Временные характеристики последовательных процессов целеобразования дополняются иерархическими отношениями множества целей. При недостижении предвосхищавшегося результата цель изменяется».

В связи с различением реальных и идеальных целей усложняется и процесс целеобразования: порождение новых идеальных целей, порождение новых реальных целей, установление новых отношений между идеальными и реальными целями. Еще Ф. Хоппе указывал, что после достижения идеальной цели часто устанавливается новая идеальная цель, выходящая за пределы данной деятельности («уровень-Я», в отличие от уровня притязаний). Отсюда двойственность тенденции в образовании реальных целей к (уровня притязаний): достигать успеха на возможно более высоком уровне и избегать неудач.

Человек не только оценивает уже достигнутые результаты как успешные или неуспешные, но и прогнозирует успешность или неуспешность действия. «Именно потому,— пишет Б. В. Зейгарник, — что цель единичного действия соотносится с более общим «уров­нем-Я» (самооценкой), переживания успеха и неудачи возникают только внутри зоны возможностей субъекта» [67, с. 93]. При формировании последовательности целей каждая цель сравнивается с предыдущими целями и предыдущими результатами.

6. Стандартные и нестандартные цели. Необходимо различать стандартные и оригинальные цели (едва ли цель «пить воду» может считаться оригинальной). Такое различение заставляет внести уточнение в характеристику продуктивности действия: продукт, полученный при реализации стандартных целей (например, изготовление детали при фиксированной технологии), и продукт полученный при реализации оригинальной цели. Во втором случае действие имеет как бы двойную продуктивность: созданию нового материального продукта предшествует создание нового идеального продукта. Новые результаты могут достигаться и при повторной реализации уже достигавшихся целей, и при осуществлении усвоенных стандартных целей, так как новый предмет деятельности и (или) новые способы и орудия деятельности также вносят свой вклад.

7. Психологические механизмы целеобразования. Кроме уже разобранных механизмов можно выделить: а) превращение мотивов в мотивы цели при их осознании, б) превращение побочных результатов действия в цель через связь с мотивом и осознание результата, в) преобразование неосознаваемых результатов в осо­знанные, г) выделение промежуточных целей, обусловленное препятствиями, совместной практической деятельностью, соотнесен­ностью предмета с несколькими потребностями, частичным удов­летворением потребности ее предметом. Познакомимся теперь с экспериментальными исследованиями целеобразования.

 

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.