Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Интервью как единство беседы и опроса





Интервью является одновременно и беседой, и опросом. С беседой его сближает активное непосредственное устное речевое общение интервьюера с респондентом. Они ведут между собой интенсивный разговор на определенные темы. Э. Ноэль, как всегда с юмором, замечает, что «интервью кажется поразительно похожим на беседу двух людей, отличаясь только частым проявлением нетактичности» [262, с. 50]. Можно сказать даже, что «метод интервью берет свое начало от такой естественной формы человеческого общения, какой является беседа» [289, с. 35].

Однако в отличие от истинной беседы интервью характеризуется значительно большей организованностью, целенаправленностью и асимметричностью функций собеседников. Даже если процесс интервьюирования «жестко не регламентирован, он все разно ведется по заранее разработанному четкому плану. А недостижение цели, что возможно и допустимо при беседе, в интервью расценивается как крах всей акции. Недаром одним из основных качеств интервьюера считается упорство [262]. Цель интервью настолько определяет весь характер контакта исследователя с исследуемым, что, как считает А. Л. Свенцицкий, дает право называть его «нормированным» общением и даже «псевдообщением, мотивированным извне». Ну, а отчетливая неравнозначность позиций собеседников в интервью окончательно отграничивает его от метода беседы. «Интервью – это «урезанное» общение (однонаправленная коммуникация) с закрепленными ролями коммуникатора и реципиента. Здесь нет интенсивного обмена мнениями как при обычном общении двух лиц во время непринужденной беседы» [289, с. 37]. Перечисленные признаки интервью, отличающие его от беседы, позволяют даже называть его «псевдобеседой» [443].



Специфика же интервью как опросного метода, отделяющая его от анкетирования, заключается как раз в тех свойствах, которые сближают его с беседой. В первую очередь, это непосредственный характер взаимоотношений интервьюера и респондента, основанный на личном речевом взаимодействии.

Будучи одновременно беседой и опросом, интервью должно удовлетворять всем общим требованиям, предъявляемым к обоим этим методам как в части процесса проведения, так и в части квалификации и свойств исследователя. Однако у интервью как специального исследовательского метода есть и свои особенности. Рассмотрим их.

Процедура интервьюирования

Одним из главных условий успешности применения любого вербально-коммуникативного метода является благожелательная атмосфера общения исследователя с респондентом. Но для интервью это условие становится, пожалуй, ведущим требованием, не уступающим по своему значению грамотному построению вопросника. Правда, вес этого фактора может быть различен в разных видах интервью. Так, при массовых опросах, осуществляемых целой командой интервьюеров, он может быть менее значим, чем система задаваемых вопросов. Здесь в общении доминирует взаимодействие, а взаимоотношения отходят на второй план. Этот вариант интервью приближается к анкетированию. Но при индивидуальной исследовательской и диагностической работе, когда интервью, по сути дела, сближается с психологической беседой, роль межличностных отношений усиливается, и фактор хороших личных контактов с респондентом становится существеннейшим условием эффективности опроса.

Вообще-то интервью само по себе несет потенциально заряд доброжелательности, так как человек, к которому обратились с просьбой о чем-то поведать, которого выделили среди других, с которым позаботились лично поговорить, уже сам факт подобного внимания оценивает, как правило, положительно. Ему лестна роль дающего интервью. Но тем не менее этого, конечно, недостаточно для создания полнокровной дружеской атмосферы интервью. Поэтому вся процедура интервьюирования нацелена на создание и поддержание соответствующих отношений.

В процессе интервьюирования четко различаются три фазы: вводная, основная и завершающая. Первая фаза – установление контакта с респондентом. Она является ключевым моментом создания благожелательной и деловой обстановки. Если с самого начала не добиться расположения опрашиваемого и не настроить его на взаимодействие, то впоследствии это сделать будет очень трудно. Первые фразы должны быть краткими, обоснованными и уверенными. Начинает интервьюер с представления себя и организации, уполномочившей его на опрос. Свою личную заинтересованность демонстрировать не следует. Тут же излагаются цели исследования и пояснения (если в этом возникает необходимость) по поводу того, что выбор на роль респондента пал именно на этого человека. Кстати, выбор опрашиваемого иногда связан с проблемой знакомства с ним интервьюера. Часть исследователей полагает, что лучше опрашивать своих знакомых, чтобы максимально приблизиться к условиям непринужденной беседы. Но большинство придерживается противоположного мнения. Незнакомец предпочтительнее, так как от него можно ожидать большей искренности и естественности, поскольку он не чувствует себя связанным с интервьюером какими-либо узами, не чувствует перед ним повышенной ответственности. К тому же для незнакомых гарантии анонимности опроса гораздо реальнее, чем для знакомых. После «официальной» части следует приглашение к сотрудничеству с акцентированием общественной значимости опроса и важности роли в нем данного человека. По получении согласия респондента к сотрудничеству желательно мягко «привить» ему чувство ответственности за добротность информации, которую он может сообщить.

Нередко люди пытаются уклониться и даже в открытую отказаться от дачи интервью. Вот тут-то от интервьюера и требуются настойчивость и упорство. Корректно и убедительно он должен продолжить «атаку» на опрашиваемого и, используя различные известные приемы [218, 262, 289,428] и импровизируя по ситуации, добиться добровольного согласия партнера.

Для завязывания разговора и снятия налета официальности иногда прибегают к небольшим вступительным беседам на отвлеченные темы: о погоде, о спорте, о перипетиях по дороге к опрашиваемому и т. д.

Итак, первые слова, первые контактные вопросы должны вызвать у опрашиваемого заинтересованность и желание дать интервью. Одновременно интервьюеру следует остерегаться панибратства, необходимо соблюдать определенную деловитость и дистанцию. Недопустима и другая крайность – подчеркивание этой дистанции и менторский тон.

Вводные слова и буферные вопросы помогают перейти к основной фазе интервью, где задаются намеченные вопросы. Достигнутый в первой фазе контакт нуждается в постоянной поддержке. При умелом ведении интервью этот контакт укрепляется, а респондент все более и более «раскрывается».

Важнейшее правило поведения интервьюера на этом этапе – нейтральность его позиции по отношению к предмету исследования. Он не должен высказывать своего мнения по обсуждаемым проблемам, а должен только задавать вопросы. И в этом случае опрашиваемый ставится «в несколько необычные условия, напоминающие условия экзамена или допроса» [261, с. 262]. Возможный в такой ситуации дискомфорт снимается тем, что нейтральность интервьюера вовсе не означает его абсолютной бесстрастности. Он может эмоционально и интеллектуально откликаться на ответы опрашиваемого. Например, посмеяться в ответ на его шутки, вставить реплики и замечания, поддерживающие разговор и стимулирующие активность партнера, использовать невербальные средства его поддержки и одобрения. Интервьюер должен все время стимулировать у респондента желание отвечать на вопросы. Но «одобрение интервьюера должно относиться не к содержанию ответа респондента, его «правильности» или «неправильности», а к самому факту ответа» [289, с. 42].

Темп ведения интервью должен быть оптимальным. В одних случаях его надо ускорить, чтобы вынудить партнера отвечать спонтанно. Особенно целесообразен ускоренный темп для вопросов, чреватых эмоциональным противодействием. В других случаях предпочтительнее медленный темп. Давая больше времени на ответ, интервьюер надеется на снижение доли необдуманных, поверхностных ответов и ответов неопределенных, типа «не знаю». Недопустимы затяжные паузы между вопросами. Они создают неловкость, а то и впечатление неподготовленности и некомпетентности исследователя, если тот долго силится вспомнить очередной вопрос или найти его в своем кондуите. Здесь надо заметить, что задавание вопросов по памяти считается предпочтительнее, чем по списку в руках, так как способствует более непринужденному разговору.

Ход интервью должен удовлетворять приведенным выше общим требованиям ведения опроса. Особое внимание следует обращать на соблюдение «правила воронки». Если в процессе опроса обнаруживаются противоречия в ответах респондента, интервьюер имеет два варианта их контроля. Первый уже нам известен. Это обращение к косвенным вопросам и зондированию. Второй вариант заключается в указании опрашиваемому на эти противоречия и в выяснении их причин. Этот путь требует предельной тактичности, чтобы не разрушить налаженный межличностный контакт. Обычно рекомендуется, прежде чем обратить внимание респондента на несоответствия в его ответах, дать смягчающую фразу, намекающую на вину самого интервьюера в появлении этих противоречий. Например: «Кажется, я вас неверно понял, так как раньше вы по этому поводу сказали...», «Может быть, я раньше ошибся, думая, что вы хотели сказать...».

Применение вопросов разного типа должно быть сбалансированным, оптимально согласованным, поскольку обилие косвенных и контрольных вопросов может насторожить опрашиваемого, а обилие прямых вопросов – раздражить его и вызвать противодействие. Обнаружив признаки подобного беспокойства или раздражения, интервьюер должен смягчить ситуацию и перейти к другим темам. «Продолжение интервью с опрашиваемым, выведенным из равновесия, отрицательным образом скажется на результатах интервью. Можно вернуться к этой теме позднее, когда опрашиваемый окончательно успокоится» [218, с. 83].

По ходу интервью респондент нередко нуждается в подтверждении анонимности опроса. Интервьюер обязан чутко улавливать эти моменты и давать соответствующие заверения.

Исчерпав все необходимые по замыслу интервью темы и вопросы, следует плавно «выйти» из него. В завершающей фазе полезно подытожить разговор. Это, во-первых, дает уверенность в правильности понимания партнерами друг друга и возможность в случае обнаружения каких-либо неясностей еще раз вернуться к ним. Во-вторых, именно по завершении содержательной части интервью уместно получить основные сведения о респонденте, подчеркнув, что это необходимо для описания выборки при дальнейшей обработке и интерпретации результатов опроса. Наконец, обязательными атрибутами завершающей фазы являются выражение благодарности респонденту за содействие и извинения за причиненное беспокойство. Желательно еще раз подчеркнуть значимость исследования в целом и роль в нем данного конкретного интервью.

Иногда интервьюеру есть смысл задержаться с прощанием и уходом. К этому времени уже ослабло или совсем спало напряжение у респондента, неизбежно возникающее при интервьюировании, и он, расслабившись, может сознательно или ненароком сказать дополнительно что-нибудь важное для исследователя.

При интересе опрашиваемого к окончательным результатам исследования и практическим выгодам для него интервьюер не должен раздавать никаких обещаний по итогам работы и строить фантастические прогнозы. Но он может обещать проинформировать респондента о конечных результатах исследования. Для этого он предлагает свои (или своей организации) координаты: адрес, телефон и т. п.

Продолжительностьинтервью зависит от его задачи и вытекающего из нее числа необходимых вопросов, а также от складывающейся ситуации и особенностей опрашиваемого. Ясно, что нетерпеливый, эмоционально неустойчивый или склонный к агрессии респондент вынуждает сократить время опроса. Человек с противоположными качествами позволяет себя «терзать» значительно дольше. Интервью «на ходу» ведет к минимизации его продолжительности, а стационарные условия располагают к длительному контакту. Кстати, выбор места и времени играют немаловажную роль в обеспечении эффективности интервью. Например, дома или на работе, на улице или в помещении, в транспорте или на стадионе – все эти пространственные характеристики в той или иной мере влияют на ход и длительность интервью. Так же важно правильно определить время встречи с опрашиваемым. Понятно, если тема интервью посвящена каким-нибудь производственным проблемам, то лучше наметить интервью на рабочее время или обеденный перерыв. После работы большинство людей будет стремиться по своим делам и общение с интервьюером будет скомкано. Интервью с сельским жителем в страдную пору будет менее удачным, чем в периоды сельскохозяйственного «затишья». Короче говоря, выбор оптимального места и времени проведения опроса не простая проблема, которую исследователю приходится решать, сообразуясь со всеми привходящими обстоятельствами.

При определении оптимальной продолжительности интервью как психологического метода надо учитывать различия между «чистым» и «общим» временем и между «физическим» и «психологическим» временем. Чистое время – это затраты на вопросы и ответы, необходимые по программе исследования. Общее время включает дополнительно затраты на знакомство, вводную и заключительную части, перерывы в общении. Физическое время – это объективная длительность процессов (в нашем случае – интервьюирования), рассматриваемых в астрономической временной системе отсчета и измеряемых в точных астрономических единицах (секунды, часы, сутки, годы и т. д.). Психологическое время – это психическое отражение объективной длительности процессов в субъективной системе координат. Оценка временных интервалов базируется на субъективных параметрах типа «долго – быстро», «давно – недавно». Общеизвестен «закон заполненного времени», согласно которому отрезки времени, насыщенные значимыми для человека событиями, в настоящем времени воспринимаются им как быстротечные, а при воспоминаниях (в прошлом времени) – как долговременные. Специалист, проводящий интервью, должен учитывать эти нюансы при планировании и ведении опроса. При этом следует помнить, что «интервью должно доставлять удовольствие» [262, с. 109]. Причем интервьюеру процедура опроса обычно представляется более скучной, чем респонденту, поскольку для первого это занятие обыденное, а для второго – неординарное.

Каких-либо точных рекомендаций по поводу оптимальной продолжительности интервью дать невозможно. Каждый исследователь в каждом конкретном случае определяет его самостоятельно с учетом всех факторов. Статистика опросов показывает, что диапазон общих временных затрат составляет от 10-15 минут до полутора – двух часов [428, с. 151], асреднее время интервьюирования, которое обычно и рекомендуется, равно приблизительно 30 минутам [262, с. 108; 389, с. 285].

Важной стороной интервьюирования выступает его фиксация. Для интервью точная и полная регистрация данных важнее, чем для беседы. При выборе формы регистрации необходимо решить три вопроса: где, когда и как фиксировать информацию? Вопрос «где?» подразумевает альтернативу: осуществлять запись непосредственно на списке с вопросами или отдельно от него на других каких-либо документах. Если предпочитается первый вариант, то расположение перечня вопросов должно предусматривать достаточно свободного места на листе для ответов и соответствующих записей о ходе интервью. Такой вариант выгоден для закрытых вопросов, ответы на которые уже имеются на бланке, и остается лишь пометить выбранный вариант. Второй вариант реализуется путем ведения специального протокола. Естественно, в этом случае возможности регистрации предельно полной и насыщенной информации расширяются. Но зато обширная «летопись» может вызвать беспокойство респондента, да и отвлекает самого ведущего от процесса общения. Чтобы снять этот негатив, прибегают к коллективному интервью. Интервьюер ведет беседу, а его ассистент осуществляет регистрацию, располагаясь таким образом, чтобы быть в поле зрения опрашиваемого, но не привлекать к себе его внимания. Тогда ассистент не является «помехой» в контакте интервьюера с респондентом, а сам факт ведения протокола не скрывается от него, и это перестает его волновать. Практика интервьюирования показывает, что обычно вопрос, где вести записи, не носит гамлетовского характера. Обычным делом является совмещение записей на полях вопросника с ведением отдельного протокола. Другое дело, что обязательным считается составление окончательного отчета об интервью, основным элементом которого выступает тщательно оформленный протокол. Но это уже относится больше не к процедуре интервью, а к стадии первичной обработки его данных.

Когда лучше производить запись беседы: в процессе интервьюирования или после, восстанавливая информацию по памяти? Ответ также не может быть однозначным. В первом случае очевиден выигрыш в точности информации, но очевидны и сопутствующие проблемы в установлении и поддержании контакта с интервьюируемым. Особенно сильно это влияние сказывается при обсуждении острых дискуссионных или интимных тем. Понимая эти проблемы, исследователи часто переходят к восстановлению информации по памяти. Однако запись после опроса чревата не только потерей сведений из-за ошибок памяти, но и смещением акцентов в ответах респондента из-за субъективных особенностей интервьюера. Он в силу личных пристрастий и предпочтений в последующем изложении может обратить большее внимание на одни темы и ответы и проигнорировать другие, которые ему покажутся не очень важными. Опытный интервьюер успешно может применять оба вида регистрации. Уловив беспокойство партнера, он прекращает текущую запись и возвращается к ней, когда позволит ситуация.

Наконец, как вести фиксацию интервью? Здесь имеется в виду, во-первых, должна ли запись быть дословной или достаточно отмечать только существо ответов, во-вторых, как регистрировать невербальную информацию и, в-третьих, следует ли применять какие-либо технические средства регистрации. Понятно, что дословная запись исключает потерю вербальной информации, но она предполагает владение регистратором (самим интервьюером или его ассистентом) навыков скорописи. Это может быть стенография или какие-нибудь другие приемы сокращения слов и кодирования письма. Если же таких умений и навыков нет, то дословная запись будет отнимать львиную долю времени интервью и вносить диссонанс во взаимодействия исследователя с исследуемым.

Что касается регистрации невербальной информации, то признано, что она обязательна, так как весьма существенно дополняет речевую. А иногда даже и опровергает ее. Здесь также нет единых рецептов. Информация может представляться в виде подробных описаний или специальных пометок. Возможно использование заранее разработанных шкал для оценки внешних проявлений тех или иных психических состояний, свойств, отношений респондента. Напомним о возможности использования даже специальных бланков для беседы [401]. Наилучшим способом вэтом плане будет применение звуко- и видеозаписывающей аппаратуры, которая самым объективным и точным образом отметит не только невербальные аспекты общения, но и содержание вопросов и ответов.

Преимущества применения техники этим не исчерпываются. В актив следует отнести также «развязывание рук» интервьюеру, освобождающее его от непосредственных записей. Он может лучше сосредоточиться на процессе беседы и уделить больше внимания партнеру. Кроме того, материалы технической записи на стадии обработки и интерпретации могут многократно изучаться разными специалистами, что весьма полезно для выработки окончательных выводов по проводимому исследованию. Однако есть и ряд противопоказаний к применению техники в интервью, особенно в психологическом интервью. Главный недостаток, по мнению большинства специалистов, заключается в том, что микрофон, а тем более видеокамера стесняют респондента, а это отрицательно сказывается на качестве его информации и контактах с интервьюером [218, 428]. К тому же технические средства «засвечивают» респондента, что нежелательно при анонимных опросах. Кроме того, возможны и технические огрехи. Например, искажения или потеря информации от неудачного расположения аппаратуры или неполадок в ней.

Требования к интервьюеру

К интервьюеру приложимы все общие требования,предъявляемые к ведущему беседу и опрос. О них уже было сказано. Но есть и специфические качества,которыми должен обладать квалифицированный интервьюер. Эти качества должны обеспечивать выполнение двух обязательных условий интервьюирования: исключить (или хотя бы минимизировать) влияние интервьюера на содержание ответов опрашиваемого и способствовать созданию благоприятной ауры их общения. Совмещение этих условий от-: личает интервью от беседы и анкетирования. Для беседы обязательным является только второе условие, в то время как первое – не обязательно. В некоторых случаях воздействие специалиста является даже целью собеседования (например, при клинической беседе). Для анкетирования, наоборот, обязательно соблюдение первого условия, но не второго. Их взаимоотношения – дело десятое. Главное, чтобы анкетируемый не уклонился от опроса и отвечал предельно откровенно. А это обычно достигается больше деловитостью обстановки и анонимностью опроса, нежели влиянием исследователя.

В предельно лаконичном виде требование к личности интервьюера формулируется так: он должен быть «общительным педантом» [262, с. 134]. В педантизме олицетворяются способности строго следовать намеченному плану исследования, добиваться от респондента необходимой информации, доводить дело до конца. Общительность позволяет успешно взаимодействовать с опрашиваемым. Но в отличие от беседы в интервью не следует доводить общение до уровня эмпатии, а тем более идентификации. Как говорилось, оценки и мнения интервьюера могут относиться только к факту высказывания респондента, но не к содержанию его ответов, отражающих его мысли, чувства, установки. А эмпатическое общение со всей очевидностью демонстрирует позицию ведущего и поощряет или затрудняет проявление тех или иных переживаний ведомого.

Кстати, повышенная эмоциональность – не лучшее свойство интервьюера. Люди импульсивные обычно так «выкладываются» и привносят в ход опроса столько эмоций, что легко отклоняются от заданного плана, незаметно для себя вдаются в несущественные, а то и посторонние для исследования проблемы, могут даже «пойти на поводу» у респондента. Поэтому наиболее приемлем интервьюер уравновешенный и спокойный.

Еще одно качество желательно иметь интервьюеру как субъекту общения: умение противостоять стереотипизации образа партнера. Хотя стереотипы восприятия людей – явление естественное для любого процесса общения, все же в интервью требуется максимум непредвзятости к личности собеседника.

Понятно, что для интервьюера совершенно нежелательны дефекты дикции. Они могут повлечь сложности в контакте с респондентом на уровне и восприятия, и понимания, и эмоциональных отношений. Эти дефекты могут вызвать ошибки при регистрации реплик интервьюера ассистентом или их неразборчивость при звукозаписи.

Как свидетельствует практика опросов, на контактах с респондентами благотворно сказывается высокий уровень культуры и образования опрашивающего. Интервьюер с высшим образованием и широким кругозором скорее и легче вызовет у опрашиваемых уважение и доверие, чем менее образованные или узкопрофильные специалисты. Не последнюю роль играет внешний вид берущего интервью. Признаки нездоровья, неаккуратность, безвкусица в одежде – все это осложняет контакт с респондентом и понижает эффективность беседы.

В известных пределах интервьюер должен обладать артистическими качествами, чтобы сыграть успешно свою роль интересующегося проблемами партнера. Однако он ни в коем случае не должен подыгрывать ему. «Ни одеждой, ни манерой разговора не следует подлаживаться под опрашиваемого: надо держаться спокойно и уверенно» [428, с. 159]. Еще хуже, если интервьюер пытается «произвести впечатление», «подать себя». Его энергия должна быть направлена не на воздействие, а на наблюдение. Не следует прибегать к каким-то специальным ухищрениям, чтобы показать и доказать свое участие в партнере. «Лучшая уловка – это избегать всяких уловок, относиться к опрашиваемому с истинным человеколюбием, с не наигранным, а подлинным интересом» [262, с. 196]. И уж совершенно недопустимо интервьюеру в момент ведения беседы размышлять о своих делах, витать в своих мыслях, интеллектуально и эмоционально «отсутствовать».

Заключить обзор необходимых интервьюеру качеств можно его портретом, обрисованным Э. Ноэль: он «должен выглядеть здоровым, спокойным, уверенным, внушать доверие, быть искренним, веселым, проявлять интерес к беседе, быть опрятно одетым, ухоженным» [262, с. 196].

Виды интервью

Обычно разновидности интервью различают по степени его формализации: а) стандартизированное, или формализованное, в котором формулировки вопросов и их последовательность определены заранее; б) нестандартизированное, или свободное, где интервьюер руководствуется лишь общим планом и задачей исследования, а вопросы задаются в соответствии с ситуацией; в) полустандартизированное, или фокусированное, в котором используется так называемый «путеводитель» интервью с перечнем как строго необходимых, так и возможных вопросов.

Достоинства стандартизированного интервью: 1) сравнимость данных разных респондентов; 2) высокая надежность данных. Повторные интервью с тем же респондентом обычно дают совпадаюшие результаты; 3) отточенность вопросов минимизирует ошибки их «перевода» и «формулировки»; 4) доступность интервьюеру невысокой квалификации.

Нестандартизированноеинтервью позволяет в наибольшей степени добиться хороших контактов с опрашиваемым, так как всилу своей гибкости способствует созданию наиболее естественной и непринужденной обстановки, позволяет следить за ходом мысли респондента, задавать ему дополнительные вопросы натемы, не имеющие прямого отношения к изучаемой проблеме, но интересные для него [336]. Преимущества нестандартизиро-ванного интервью: 1) ближе к беседе, что способствует созданию более естественной обстановки и получению более естественных ответов; 2) более ситуативно, что дает возможность легче управлять беседой с учетом складывающихся обстоятельств; 3) дает более глубокую информацию, 4) более широкий диапазон используемых слов с эквивалентным значением для разных респондентов. Иначе говоря, дает возможность стандартизировать смысл вопросов, не привязываясь к строгому значению слов. А это расширяет возможности общения с интервьюируемым.

Полустандартизированныйвариант, естественно, совмещает достоинства и недостатки каждого их двух смежных видов интервью.

Стандартизированный вариант выгоден при большом количестве респондентов, данные которых необходимо сравнить иобобщить. Свободное интервью применяется обычно для немассового опроса с целью ориентировки в проблеме, отработки вопросника, контроля и дополнения массовых данных. Полустандартизированное интервью применяется с одинаковым успехом и в том и в другом случае.

В зависимости от уровня исследования интервью делят на предварительные, основныеи контрольные.Первый вид позволяет произвести разведку проблемы, уточнить гипотезу, сформулировать задачи последующих опросов массового характера. Наиболее подходящий для этих целей нестандартизированный или полустандартизированный вариант. Особо специфический случай предварительного интервьюирования – это проверка вопросника. Такая шлифовка вопросника совершенно необходима при последующих массовых опросах с помощью формализованного интервью или анкеты. Здесь проверяется адекватность вопросов изучаемой проблеме, их ясность для опрашиваемых, уточняется наиболее приемлемая последовательность и расположение отдельных вопросов и их блоков, вскрываются упущения в тематике, устанавливается степень соответствия вопросника тем или иным контингентам опрашиваемых.

С помощью основных интервью осуществляется сбор главного множества сведений в массовых опросах. Обычно это уже стандартизированные формы. Контрольные интервью нацелены на проверку спорных или сомнительных данных, а также на заполнение информационных лакун, обнаруженных при обработке и интерпретации основных данных. Контрольные интервью выполняются в любой форме стандартизации.

По числу участников интервью делятся на индивидуальные, групповые и массовые. Индивидуальное интервью есть работа с одним опрашиваемым. Групповое – с несколькими одновременно. При этом могут быть подварианты: собственно групповая форма (без взаимовлияний респондентов в группе) и коллективная форма (связи не только интервьюера с каждым из респондентов, но и между ними). Массовое интервью – это опрос больших популяций (сотни и тысячи человек). Этот вариант характерен для социально-психологических и особенно для социологических опросов.

Другой аспект индивидуально-группового критерия – это число интервьюеров, участвующих в одном исследовании. Аналогию находим в делении метода наблюдения по числу наблюдателей. Правда, с этой точки зрения вариант группового интервью для опросов явление не типичное. Несколько интервьюеров одновременно на одного или группу опрашиваемых – большая редкость в практике опросов, тем более психологических опросов. А вот массовый опрос обычно предполагает работу множества интервьюеров со множеством респондентов. Но, как правило, эта работа каждым из интервьюеров ведется самостоятельно, отдельно от других. Объединяющими факторами здесь выступают единство программы и общий руководитель или координатор-исследователь. Каждая же отдельная акция интервьюирования – это индивидуальная процедура. Поэтому эпитет «массовый» следует скорее адресовать виду опроса в целом, а не интервью как конкретному способу его реализации. В зарубежной науке массовые опросы населения с помощью интервью называют иногда «демоскопическими интервью» [262].

В терапевтической практике различают диагностическое и клиническое интервью, которые по своему характеру совмещают элементы опроса и беседы. Диагностическоеинтервью направлено на получение информации о свойствах личности. Оно обычно применяется на ранних этапах психотерапии и служит средством установления тесного личного контакта с собеседником испособом проникновения в его внутренний мир. В структуру этого интервью часто включаются тестовые методики обследования. Клиническоеинтервью нацелено на оказание помощи пациенту восознании им своих внутренних затруднений, конфликтов, скрытых мотивов поведения. Оно ведется в предельно свободной форме. Психолог в этих интервью-беседах интересуется не только (а иногда и не столько) содержанием ответов, но и их невербальным сопровождением (тон, мимика, жестикуляция, запинки ит. п.). Стратегия и ход клинического интервью строятся на предварительных данных диагноза. Клиническое интервью на практике трудноотличимо от психотерапевтической беседы.

Подобно беседе интервью можно подразделять на управляемое и неуправляемое. Основная масса устных опросов, конечно, проводится в форме управляемого интервью, где ведущий является более активной стороной. Но изредка по тем же причинам, что ив беседе, требуется уступить активную позицию опрашиваемому, которому необходимо «излить душу». Такие интервью-исповеди обычно называют ненаправленными.

Известно выделение таких форм интервью как интенсивное и фокусированное[428]. Первое трактуется как продолжительное иглубинное исследование, нацеленное на изучение направленности личности, чем сближается с клиническим интервью. Второе – более скоротечное и узкое, применяется для получения информации по более или менее частным аспектам взаимодействия человека со средой. Например, выясняются реакции респондентов на различные компоненты той или иной информации, поступающей через средства массовой коммуникации.

Наконец, возможно осуществление интервью через технические средства связи.Главным образом это телефон. Такой вид интервью резко сужает поле непосредственного контакта и, предельно ограничивая управляющие возможности ведущего, уже мало чем отличается от телефонного анкетирования. В последнее время в связи с массовым внедрением во все сферы жизни электронной техники изредка можно наблюдать ее применение в практике интервьюирования. Правда, это относится не столько к психологическим исследованиям, сколько к социологическим.

Анкетирование

Анкетирование – это опрос с помощью анкеты. Анкета (или опросный лист) – это специально оформленный список вопросов, обращенных к определенной категории респондентов.

Считается, что первым анкетирование как научный метод при- менил Ф. Гальтон в своих психодиагностических исследованиях»;









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.