Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Глава 17 ЗАКОНОМЕРНОСТИ КЛИНИКИ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ





 

 

Трудности правильной квалификации психического состояния подростков связаны со следующими обстоятельствами: с преобладанием в клинической картине возрастной, нозологически нейтральной психопатологии, частотой появления на инициальной стадии заболевания психических эквивалентов и поведенческих масок с клинической неочередностью психопатологических характеристик, утрированными проявлениями психологического криза созревания, со склонностью к нозологически неспецифическим поведенческим реакциям оппозиции, имитации, отказа; частотой проявлений нарушенной социализации личности.

При клинико-катамнестическом изучении выявлено очень важное обстоятельство. Оказалось, что одни и те же сочетания синдромов могут выступать в период пубертата и как этап динамики известных нозологических форм, и как относительно самостоятельные, как бы вне рамок принятой нозографии, состояния, привязанные только к периоду созревания.

Одной из самых характерных особенностей психических нарушений в подростковом возрасте является наличие в клинической картине симптомов психической незрелости (инфантильности).

Синдром психического инфантилизма занимает особое положение не только потому, что встречается часто. Он в значительной мере определяет особенности клинической картины, характер и мотивацию ООД, адаптационные и критические способности и поэтому может иметь значение для экспертной оценки. При определенных обстоятельствах психическая незрелость, присущая возрасту, может приобретать патологические формы. В зависимости от характера причинных факторов инфантилизм выявляется в разные возрастные периоды, что накладывает свой отпечаток на его клиническую характеристику.



Различают инфантилизм тотальный и парциальный. Последний Т.Е. Сухарева обозначила как дисгармонический. Задержки развития могут касаться только психической сферы, но нередко затрагивают и соматическую (психофизический инфантилизм). По происхождению выделяют инфантилизм конституциональный, органический, эндокринный, социокультуральный. В тех случаях, когда психическая незрелость захватывает все сферы психики и особенно интеллект (органический инфантилизм), возникают большие трудности его отграничения от олигофрении.

На этапе пубертатного криза интеллектуальная незрелость органического происхождения становится более парциальной, сочетается с усиленной в это время психоорганической симптоматикой, аффективными колебаниями и возрастными реакциями. Интеллектуальная незрелость проявляется в недостаточной способности к обдумыванию, внутренней переработке событий, импульсивности решений без борьбы мотивов, в неспособности к прогнозированию своих поступков. Даже при формальном понимании наказуемости тех или иных действий и знаний узаконенных норм поведения способность критически оценивать конкретную ситуацию и поступать в соответствии с этим оказывается недостаточной. Незрелость волевых функций с характерными явлениями внушаемости увеличивает риск случайных решений, продиктованных сиюминутными желаниями.

В период пубертатного криза в результате его «асинхронного» протекания психический инфантилизм протекает по «кризовому» варианту. При этом преобладает гротескное заострение черт и тенденций младшего подросткового возраста с оппозиционностью и критицизмом, снижение способности к социально одобряемой деятельности при отчетливой склонности к обогащению отрицательным опытом, стремление к ювенильному самоутверждению, задержка в формировании чувства долга, ответственности, критической самооценки. Этот вариант инфантилизма особенно тесно коррелирует с нарушениями поведения и адаптации.

Среди форм инфантилизма, обусловленного социо-психологическими факторами, известны описания «синдрома единственного ребенка», в основе которых лежит неправильное воспитание по типу «кумира семьи» и «гиперопеки», а также явления «госпитализма», возникающие у подростков в условиях депривации. При этом возникают такие проявления незрелости, как несамостоятельность, неорганизованность, недостаточность практических навыков и инициативы, малая выносливость к психическим нагрузкам, сохранение детского характера привязанностей и интересов, эгоцентризм, недостаточность социальной зрелости и адаптированности. Отдельные проявления психической незрелости могут возникать и при педагогической запущенности, однако здесь она обычно не складывается в целостный синдром.

Знание клинических форм инфантилизма оказывается необходимым при решении вопроса о соответствии уровня психического развития паспортному возрасту, вопроса, который нередко ставится перед судебными психиатрами при наличии у подростка признаков задержанного развития. В этих случаях назначается комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Синдром фантазирования тесно связан с психической незрелостью, нозологически неспецифичен, неоднороден по структуре, механизмам возникновения, клинической и возрастной динамике, может занимать центральное место в клинической картине или быть лишь ее отдельным компонентом. Возникая обычно по механизмам инфантильной психологической защиты, фантазирование нередко носит псевдокомпенсаторный характер, отражая стремление подростка к самоутверждению, может возникать психогенно по механизму «вытеснения» тяжкой ситуации или – без видимых причин, по механизму «замещения» реальной действительности, к которой угас интерес.

Необходимость изучения фантазирования связана с существованием его патологических форм и с возможностью совершения криминальных действий под влиянием вымыслов. Независимо от нозологии патологическое фантазирование при его неблагоприятной динамике характеризуется: постепенным сужением диапозона фантазий и переходом их от истерических форм к шизоидному полюсу, т.е. тенденцией к постепенному усложнению фабулы со все большим отрывом от реальности, появлением аутистического фантазирования с монотематическим или стереотипным содержанием, уменьшением произвольности возникновения фантазий, присоединением визуализации зрительных представлений, галлюцинаций воображения Дюпре и псевдогаллюцинаций, возможностью трансформации в бред воображения, непрерывным характером фантазирования, появлением стойких агрессивных и садистских фантазий со сверхценными идеями убийства, реализацией вымыслов и повторных криминальных действий, нарастанием изменений личности по шизофреническому или органическому типам. Наиболее тяжелые формы с трансформацией в синдром Кандинского наблюдаются при шизофрении. В отличие от других заболеваний фантазирование у больных шизофренией очень быстро становится патологическим.

В подростковом возрасте психопатологические синдромы, характерные для пубертатного периода, редко встречаются в изолированном виде. Отмечаются частота их сочетаний (одновременно или последовательно), взаимозависимость. Эта закономерность наиболее наглядна при синдроме сверхценных образований.

Сверхценные идеи – это такие субъективно значимые и чрезвычайно аффективно заряженные суждения или переживания, которые занимают незаконно большое место в психике индивида и нередко определяют его поступки. В отличие от структуры сверхценных образований у взрослых, в подростковом возрасте отсутствует строго аргументированная идея, детальная разработка фабулы, ведущее значение приобретают эмоции. В судебно-психиатрической клинике наиболее часто встречаются: сверхценное фантазирование, стремление к самоусовершенствованию, сверхценная неприязнь и привязанность, сверхценные идеи мести у подростков, переживших реальные угрозы, идеи иных родителей и сиротства, сверхценные увлечения, идеи убийства, дисморфофобии, идеи неполноценности и переоценки своих возможностей и т.д. Важными особенностями сверхценных образований в подростковом возрасте являются частота сочетаний разных вариантов и выраженная тенденция к их реализации (убийства, повторные поджоги, упорные хищения транспортных средств и пр.).

Гебоидный синдром характеризуется карикатурным заострением и патологическим искажением психологических особенностей, свойственных подростковому возрасту (К. Kahlbaum, 1980; Г.А. Пантелева, 1979 и др.). Клинически это выражается в расторможенности или извращенности влечений, ослаблении нравственных установок, своеобразном эмоциональном притуплении со снижением высших эмоций (жалость, сопереживание), в появлении холодности, жестокости, садистских наклонностей, оппозиционности, эгоцентризма. Отмечается также стремление к лидерству при утрате интереса к продуктивной или общественно полезной деятельности. Следствием этого оказывается асоциальная направленность интересов, повышенная криминогенность, жестокость правонарушений. В структуру гебоидного синдрома часто включаются сверхценные образования и аутистическое фантазирование агрессивного содержания, спонтанные расстройства настроения, склонность к брутальным аффективным реакциям. Гебоидный синдром нередко наблюдается и при резидуально-органических состояниях. В виде неполного набора признаков он может иметь место при психопатиях как пубертатный этап их формирования.

Особенности поведения в подростковом возрасте следует анализировать не только с точки зрения трудностей содержания несовершеннолетних, но и для правильной клинической, диагностической и экспертной квалификации психического состояния в целом. Формы нарушенного поведения разнообразны, но находятся в тесной зависимости от степени и характера психической незрелости, типа искаженного психологического криза созревания, содержания ведущего синдрома. Частота и массивность нарушений поведения обусловливают характерность для подросткового возраста психопатоподобного оформления клинической картины. Иногда нарушения поведения теряют психологическую понятность, становятся устойчивыми, гротескными, недоступными коррекции и отражают значительную психическую дезорганизацию. В таких случаях нарушенное поведение может быть эквивалентом завуалированных им психических расстройств.

Приведенные далеко не полные данные свидетельствуют о том, насколько значительно своеобразие психической патологии в подростковом возрасте.

Необходимо остановиться еще на одном важном вопросе. Как уже отмечалось, в период пубертатного криза психические заболевания, начавшиеся в детстве, обычно усложняются и утяжеляются. В некоторых случаях наблюдается такое резкое выявление психической патологии, что по сравнению с допубертатным периодом можно говорить и о количественном, и о качественном скачке. Такие болезненные состояния, если они возникают в рамках известных нозологических форм, квалифицируются как «пубертатные декомпенсации», «дезинтеграции», «неблагоприятная динамика заболевания в период пубертатного криза» и т.д.

Кратко характеризуя особенности клиники отдельных нозологических форм, отметим, что чаще всего психиатры-эксперты наблюдают ранние резидуально-органические состояния, затем – психопатии, шизофрению, олигофрении, реактивные состояния, инфантилизм и реже других – эпилепсию.

Основу психопатий составляют стойкие личностные, характерологические нарушения, формирующиеся с детства и обычно заканчивающие свое становление к концу пубертата.

В период пубертата личностные, характерологические отклонения часто еще разрозненны, нестойки, парциальны и не сложились в определенный клинический тип психопатии. П.В. Ганнушкин предлагал не ставить диагноз «психопатия» до конца пубертата, поскольку «только с этой поры начинает вырисовываться тип личности». Поэтому в период пубертата предпочитают говорить о «психопатических чертах», «патологическом формировании личности», «препсихопатических состояниях». Вместе с тем наслаивание формирующихся психопатических особенностей на изменения психики, привнесенные самим пубертатом, создают иногда выраженные патологические картины. При этом и сам пубертат протекает более бурно и неравномерно.

В подростковом возрасте преобладают менее сложные по структуре клинические формы (чаще всего встречаются возбудимые и истерические личности, далее следуют неустойчивые, астеники, реже других – психостеники и шизоиды, практически отсутствуют наблюдающиеся у взрослых паранойяльные психопатии и некоторые другие).

Из поведенческих реакций наиболее характерны реакции протеста или оппозиции, отказа, имитации. Реакции протеста могут выражаться в стремлении «все делать назло» или «наоборот», а также в форме агрессии, суицидальных попыток. Реакции отказа также многообразны (уход в себя, отказ от подчинения, от речевого общения и другие более патологические формы этих реакций – длительные отказы от пищи, мутизм, запоры, рвоты и пр.). Глубина указанных реакций может быть различной. Реакции протеста чаще наблюдаются у возбудимых личностей, имитации – у неустойчивых, отказа – у астеников и психостеников.

Органические поражения центральной нервной системы у детей и подростков могут быть следствием перенесенных внутриутробно или в детстве инфекционных заболеваний (менингит, энцефалит, сифилис мозга, «цепочки» детских инфекций), черепно-мозговых травм, мозгового ревматизма. Повреждение развивающегося мозга часто сопровождается общей или частичной задержкой развития разной степени выраженности. В практике экспертизы несовершеннолетних наиболее часто приходится наблюдать психопатоподобные состояния органической природы, хотя последствием органических поражений могут быть также церебрастенические, неврозоподобные, эпилептиформные расстройства и явления слабоумия.

При психопатоподобных состояниях органический дефект проявляется в незначительной задержке психофизического развития, некотором снижении памяти, внимания, моторном беспокойстве, эмоциональной обедненности, склонности к аффективным или даже импульсивным реакциям, в расстройствах влечений (дромомания, пиромания, сексуальные извращения). Частыми симптомами являются стойкий энурез, головные боли, головокружения, обмороки, склонность к судорогам, непереносимость духоты, езды в транспорте, неврологическая симптоматика. Все эти явления обычно имеют тенденцию сглаживаться с возрастом, и к периоду пубертата на первый план выступают характерологические, психопатоподобные нарушения, которые, как и психопатии, могут выступать в виде различных клинических вариантов. Однако наиболее часто речь идет о подростках с повышенной возбудимостью, неустойчивостью или истерическими особенностями. Наличие органической симптоматики, расстройств влечений, более грубые изменения в аффективной сфере, большая мозаичность в клинической картине позволяют отличать эти состояния от психопатий. Экспертная оценка психопатоподобных состояний аналогична таковой при психопатиях, однако при этом приходится учитывать не только глубину личностных характерологических нарушений, но и тяжесть органического дефекта.

Распознавание шизофрении в подростковом возрасте имеет очень существенное значение, поскольку констатация этого хронического психического заболевания сопровождается экскульпацией. Трудности диагностики шизофрении у подростков связаны с тем, что в судебно-психиатрической клинике в основном приходится иметь дело с вялотекущими психопатоподобными формами, которые нередко отличаются большим сходством с формирующимися психопатиями.

Иногда при первом знакомстве с такими больными безмотивный, импульсивный характер правонарушения, отсутствие адекватной реакции на содеянное или нелепая мотивация заставляют заподозрить шизофрению.

В период пубертата при шизофрении наблюдается усиление патологической замкнутости, аффективные реакции становятся однообразными и не соответствующими вызвавшему их поводу. В это время нередко возникают идеи иных родителей, которые легко трансформируются в бред. Склонность к нелепым абстрактным построениям, к пустому мудрствованию, упорный интерес к вопросам мироздания, оторванность от реальности, склонность к полному и длительному бездействию, приступы вялости и безразличия или нарастания этих явлений, холодность и неприязнь к родителям, малая внутренняя связь переживаний отличают психопатоподобную шизофрению у подростков от психопатий.

Значительные трудности представляет экспертиза олигофрений. Из трех степеней этого врожденного или рано приобретенного малоумия (идиотия, имбецильность, дебильность) в практике экспертизы, как правило, встречается дебильность разной степени выраженности. Трудности, возникающие при экспертизе дебильных подростков, обусловлены, с одной стороны, склонностью таких лиц к утяжелению состояний в трудной для них обстановке, к реакциям растерянности, с другой – присущей им тенденцией к аггравации. При судебно-психиатрической квалификации этих состояний необходимо принимать во внимание не только глубину интеллектуального дефекта, но и состояние эмоционально-волевой сферы, нарушение мотивации поступков, повышенную внушаемость, неспособность соизмерять и корригировать свои аффективные побуждения и поведение, неумение ориентироваться в конкретной ситуации и адаптироваться в ней, нецеленаправленность в поступках. Состояние критических способностей – важнейший критерий глубины олигофрений. Внушаемость дебильных подростков необходимо учитывать при оценке их показаний, особенно когда они являются важными свидетелями по делу или потерпевшими.

 

 

Принципы диагностики

 

Рассмотренные возрастные закономерности клиники психических расстройств свидетельствуют о больших трудностях их распознавания в период пубертатного криза и определяют необходимость выделения таких принципов диагностики, которые учитывали бы указанную возрастную специфику.

Наиболее значимыми среди них являются следующие.

1. Распознавание психических заболеваний в подростковом возрасте должно основываться на совокупности данных, включающих, помимо традиционных представлений о диагностике, знания о конкретных видоизменениях клинических картин под влиянием возрастного фактора, обусловливающего не только маскированность, фрагментарность, изоморфность и психопатологическую незавершенность симптоматики, но и значительное ее усложнение за счет собственно возрастных привнесений (психологический криз созревания, дизонтогенез, подростковая психопатология, нарушения поведения и пр.).

2. Одним из жестких принципов в общей подростковой психиатрии является осторожность в установлении окончательного диагноза до завершения пубертатного криза (Г.Е. Сухарева, 1959). Это правило не может полностью игнорировать и эксперт. В подростковом возрасте следует допускать некатегорическое суждение о нозологическом диагнозе, не исключающее возможности его видоизменения в дальнейшем. Например, «...обнаруживает признаки глубокой пубертатной декомпенсации шизоидной психопатии (не исключена возможность шизофренического процесса)». Такое допущение возможно, если нет уверенности в нозологической квалификации.

3. Для правильного распознавания нозологической принадлежности психических расстройств необходимо учитывать всю клиническую картину в целом, включая облигатную и факультативную симптоматику с обязательным учетом возрастного этапа онтогенеза и конкретных форм нарушения психического развития.

4. В связи с частотой первичной диагностики (в условиях СПЭН) очень важно знание инициальных проявлений психических расстройств и особенностей клинического оформления симптоматики в динамике их становления. Первичная диагностика психического заболевания в подростковом возрасте должна опираться на убедительные клинические критерии и особенно строго учитывать нарушения поведения, поскольку они могут быть единственным признаком манифестной и инициальной симптоматики психического расстройства. Своевременному первичному выявлению психического заболевания способствует также тщательный анализ мотивации и структуры общественно опасного деяния, которые в подростковом возрасте могут являться единственным поведенческим симптомом заболевания («острый личностный сдвиг», «инициальный деликт» по Странскому) или признаком его экзацербации («криминальная манифестация» по Н.Н. Оспановой, 1992).

5. В связи с тем что клиническое оформление психических расстройств в детском и подростковом возрасте зависит не столько от нозологии, сколько от возможности возраста, важное значение приобретают данные о психопатологической структуре на каждом этапе онтогенеза (в период возрастных кризов) и их сопоставление между собой для получения целостного представления о динамике становления психических расстройств (стереотип развития болезни).

6. Для точной диагностики необходимо использование клинических критериев, построенных на дифференцировании сходных клинических проявлений.

6.1. Учитывая тот факт, что практически все подростковые психопатологические феномены имеют свои непатологические (психологические) аналоги, важным звеном является отграничение психических расстройств от неболезненных кризовых проявлений.

6.2. При типичности расстройств личностного регистра, универсальности характерологических и поведенческих нарушений необходимо также их отграничение от непатологических девиаций личности (педагогическая или социальная «запущенность»).

7. Многоуровневость клинических картин в подростковом возрасте определяет адекватность использования понятия «функциональный диагноз» и позволяет соотнести между собой нозологию, структуру и содержание возрастной психопатологии, количественные и качественные характеристики психологического криза созревания, личностные расстройства, асинхронии и дефицитарность развития, типы социализации личности, реагирования и поведения.

Использование функционального диагноза предполагает систематику по уровням психических расстройств (или «осям»). Такие формы систематики использованы в международных классификациях психических расстройств и в отношении подросткового возраста, что позволяет более дифференцированно подходить к анализу клинической картины. Этот принцип важен и для сопоставления результатов исследований, если они выполнены с разных теоретических позиций.

 

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.