Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Воспоминания Алисова Георгия Васильевича. Добровольцы.





С начала июля все больше и больше по старому Черкасскому тракту, ведущему с Дона на Кавказ, через наш райцентр проходили отступающие части Красной армии, ехали беженцы, среди них много еврейских семей. В это же время, выполняя указание ГКО (комитета обороны), райком партии и райисполком организовали эвакуацию скота из всех колхозов и техники из пяти МТС (машинотракторных станций) района. Уезжали и многие предприятия, организации. Все что невозможно было вывезти либо пряталось, либо уничтожалось. К общему потоку добавились тысячи Песчанокопцев, среди них сотни юношей, девушек и подростков.

В июле 1942 года в Песчанокопский военкомат пришли вчерашние выпускники 24-25 года рождения. Пришли почти все старшеклассники-юноши, но были и девушки, проситься в Красную Армию добровольцами. Таких добровольцев только из нашего района, набралось около тысячи человек. И хотя было им по17 лет, их формально взяли в 9 армию, которая была в стадии формирования, практически не вооружена. Штаб располагался в с. Богородицком. 9 армия тогда насчитывала более 20 тысяч человек с управлением и штабами. Она входила в Донскую опергруппу Северо – Кавказского фронта. И пешим порядком направлялась на Кавказ через Ставрополь на Нальчик.

Беженцы. Короткий отдых 1942 год.

Далее был длительный и трудный пеший переход из Песчанокопского до Ставрополя, который начался пасмурным вечером 28 июля 1942 года. До оккупации села оставалось трое суток. Вот как эти события описывал Алисов Г. В., в своей статье из газеты «Колос» «Кавказ - моя судьба». … Собрав свой небогатый скарб, на рундуках покидали мы родные места, идя в неизвестность. Все мы стремились как можно быстрее влиться в регулярные части отступающей армии, в войска, но им было не до нас. Что творилось вокруг, трудно представить, это могут понять только участники тех событий. Мне тогда казалось, что со времен великого переселения народов не видели Донская и Ставропольская степи такого движения людских масс, как в эти последние июльские дни.



Беженцы бегут от войны.

От автора. В конце июля Задонская степь напоминала большую реку, вскрывшуюся ото льда, ранней весной. В стремительном круговороте, по старой дороге Черкасского тракта, несло эвакуируемую технику и скот, колонны отступающих бойцов с артиллерией на конной тяге и простых беженцев, навьюченных пожитками. Рев непоеных коров, плач детей, причитание старух, скрип телег и ручных тележек оглашал степь, заставляя умолкнуть жаворонков в небе.

Не только по главному тракту, шоссейным и грунтовым дорогам, но и прямо по степи, под палящим солнцем, ослепленные густой пылью, как в тумане, шли со своими обозами, артиллерией, танками отступающие части Красной Армии. И тут же – грузовики и подводы с людьми, беженцы – то колоннами, то вразброд, тысячи лошадей, стада коров и отары овец – ничего не поймешь…

Мы двигались вместе с потоком войск, беженцев, скота. 29 июля в станице Ладовская балка во второй половине дня мы впервые «понюхали» войну. Два «мессера» прошлись по нашей колонне, все в рассыпную – под хаты, деревья, в огороды. 30 июля наша колонна была уже в Новой Александровке. Немцы двигались по пятам…

Обстановка на юге, однако, продолжала с каждым днем и часом ухудшаться. Вечером 28 июля Сталин продиктовал свой приказ № 227. Он гласил:

ПРИКАЗ 227 (НЕ ПОЛНЫЙ)

«Враг бросает на фронт все новые силы и, не считаясь с потерями, лезет вперед, захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и села, насилует, грабит и убивает советское население. Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду к Волге и хотят захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, Купянск, Валуйки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Воронежа.Часть войск Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена позором.

Население нашей страны, с любовью относящееся к Красной Армии, разочаровывается в ней, теряет веру в нее, а многие проклинают ее за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток.

Некоторые люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много территории, много населения и что хлеба у нас всегда будет в избытке. Этим они хотят оправдать свое позорное поведение на фронтах. Но такие разговоры являются насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь нашим врагам.

Каждый командир, красноармеец и политработник должен понять, что наши средства небезграничны. Территория Советского государства — это не пустыня, а люди: рабочие, крестьяне, интеллигенция, наши отцы, матери, жены, братья, дети... Мы потеряли более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше — значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину...

Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв... Можем ли мы выдержать удар, а потом и отбросить врага на запад? Да, можем, ибо наши фабрики и заводы в тылу работают прекрасно и наш фронт получает все больше самолетов, танков, минометов.

Чего же у нас не хватает? Не хватает порядка и дисциплины в ротах, батальонах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом наш главный недостаток. Мы должны установить в нашей армии железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять Родину...»

В приказе намечались меры по укреплению боевого духа и дисциплины войск, указывалось на необходимость объявить решительную войну трусам, паникерам, нарушителям дисциплины. Меры для укрепления боевого духа предлагались следующие: снимать с постов и отдавать под трибунал командующих армиями, корпусами и дивизиями, допустивших самовольный отход войск без приказа командования фронтом; рядовых паникеров и трусов истреблять на месте; сформировать в каждой армии заградительные отряды и "поставить их в тылу неустойчивых дивизий"; создать штрафные роты и штрафные батальоны.

От автора. Приказ 227, «Ни шагу назад», был написан прежде всего для Южного направления (Северо – Кавказского и Сталинградского фронтов), а так же для защитников города-крепости Севастополя, в Крыму, хотя им отступать было некуда, позади море. В это время на других фронтах обстановка была более менее стабильной. Но мог ли Северо- Кавказский фронт без резервов, связи, боеприпасов, горючего, продуктов питания удержать такой большой по протяженности фронт, лишенный каких либо серьезных природных барьеров на пути фашистских моторизованных и танковых корпусов. Однозначно нет. В наших дивизиях насчитывалось от 1000 до 200 активных штыков. Хотя рядомпод Сталинградом в это время было сформировано и поставлено в оборону 6 общевойсковых резервных армий и 2 танковых армии.

« От Буга до Кавказа. Кавказская нефть». Макензен. Немецкая оценка Приказа № 227.Советский Союз в те дни переживал тяжелый кризис. По всей видимости, русские, хотя и осуществили планомерный отход за Дон, под давлением немецких частей вынуждены были отступить к Волге и к Кавказу раньше намеченного срока; на некоторых участках их отступление превратилось в бегство. Это нашло свое отражение в знаменательном с различных точек зрения приказе Сталина, изданном в конце июля. В этом приказе, который можно скорее назвать обращением к армии и народу, Сталин указывает на серьезность сложившейся обстановки, обусловленной тем, что русские войска не задержали немцев на Дону; он останавливается на огромных потерях России в территории, полезных ископаемых, сельскохозяйственных районах и в населении с начала войны. Этот приказ был характерен также стилем изложения: отеческий тон обращения к солдатам и народу, никакого приукрашивания, никаких упреков, никаких угроз, никаких пустых обещаний, одна горькая непреложная истина. Он возымел действие. Примерно с 10 августа на всех участках фронта было отмечено усиление сопротивления противника.

От автора. Приказ «Ни шагу назад», действительно написан не в стиле нравоучения, а как-то по отечески мудро и просто. Однако в приказе № 227 были и строки о создании штрафбатов, заградотрядов и о расстреле на месте любого, невзирая на звание, кто позволит себе уйти с рубежа обороны без разрешения Москвы. Мера, я думаю на тот момент вынужденная. Хотя задумка с заградотрядами, это идея не Сталина, как многие думают. Эта идея принадлежала Гитлеру. И относилась она по времени к зимнему отступлению из-под Москвы в 1941 году. Именно в декабре 1941 года в тылу отступающих немецких частей, командование Вермахта начало ставить заградотряды с пулеметами.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.