Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Мая – весна вопреки осени. (2015)





 

Хаотичность. Хаотичность мыслей и их изложений. Недосказанность одного, и резкий переход ко второму, столь быстро ведущего к пятому и десятому, напрочь уводящему от первого, что бы через сотое, вновь вернуть к точке изначального исхода.

Хаотичность повествования. Реверсивная хроника событий. Хаотичная последовательность воспоминаний о конкретном человеке, переходящих в анализ событий отдаленно связанных с субъектом воспоминаний, перетекающих в большое сожаление об утраченном, и четкое понимание невозможности и не целесообразности иного исхода.

Можно ли вспомнить и пересказать свою жизнь в не хаотичной последовательности, при этом не путая действующие персонажи, не приписывая их поступкам свои собственные мысли и мотивы, а так же не путая времена года, сами года и первопричину происходящего.

Или не хаотичная модель изложения возможна лишь при беглом пересказе, без углубления в тему.

Писал ли хоть раз в жизни, автор именно то, что изначально хотел написать, или вихрь хаотичности и отступлений, аналогии и ассоциации, неизбежно проводили ум и слова автора, по заранее неизвестному ему маршруту, о котором он и не подозревал, до начала свое ритмичного стучания по гробикам клавиатуры.

Можно ли вместить жизнь на листе бумаге? Многим это удается. Можно уместить жизнь даже в 8 цифр и один дефис «1938-2013». Можно уместить жизнь в короткий некролог:

«Сегодня умер отец двоих детей и дедушка одного внука, любящий муж, и большой человек.»

Но, если писать не о других людях. Что мы о них знаем? Ну нашли информацию, и сложили картинку. А может, были знакомы, и повторили складывания картинки по обрывкам.

«Жил… был… Я». Как уместить эту жизнь на листе бумаги? Как не соврать, и …



Идти по жизни, неся в себя свою смерть, смерть родных, переживать день за днем боль, от давно случившихся потерь. Вспоминать все не лучшие времена, и понимать невозможность возврата в самые счастливые моменты жизни, которые за далью лет кажутся столь волшебными, что не понимаешь, как не умер от счастья, когда они происходили с тобой. Или все же умер. И все, что было после, лишь долгий сон захвативший берега реальности, лишь эхо и фантазии угасающих сигналов в мозгу. Ведь, смерть это то, что бывает с другими, и возможно свою мы просто не заметили, тогда от чего болит, или боль фантомная, и болит ли, или просто привычка испытывать боль, намертво засела в мозгу, и не хочет сдаваться, да и никто не пытается её свергнуть, или усомнится в её законном праве на существование.

Верните его в далекие годы назад. Верните. Ну же. Верните и расскажите все те истины. Которые с болью и кровью, ему только предстоит узнать.

О друзьях, девушках, о работе, обо всем.

Скажите ему, что он не окончит школу. Нет, не стесняйтесь, скажите. Скажите ему, что он, так упорно вгрызающийся в гранит наук, и перескакивающий через классы, тупо не закончит школу.

Расскажите ему о том, что деньги разводят людей. Вопрос лишь в сумме.

Расскажите, что он зря печалится о том, что проживет жизнь в разъездах, наматывая мили на кардан, и теряя себя в городах. Ведь, это будет, но только не потому, что он станет музыкантом, а потому, что совсем иная работа будет обязывать к постоянным разъездам. И музыка, она станет лишь несбыточной мечтой, списанной на юношеский максимализм.

Видите, как он удивлен. Но, не сбавляйте оборотов, скажите, что через пару лет, он начнет читать по книге в день, что он станет писателем, что количество людей, с которыми он будет близко знаком, ровно количеству людей которые его разочаруют.

А потом, скажите ему, что перешагнув в третий десяток, он очень быстро захочет остаться один. Что от слова «отношения» его будет воротить. «35 лет, не жены не детей» больше не будет слышаться, как диагноз врача о дегенеративном образе жизни интересного пациента.

А потом скажите, что в один из дней он встретит её. Скажите, что будет чувствовать перед ней вину, за свою бурную жизнь, столь давно оставленную в прошлом, на фоне её тихого течения.

А потом, шепните на ушко, что нити судеб их жизней, были столь туго сплетены, и жизнь оставляла столько шрамов на его душе и теле, столько раз кидала во все тяжкие его, что бы минимализировать количество шрамов на её душе, что бы не бросать во все тяжкие её. Что бы чащу яда, рассчитанную на двоих, он выпил за двоих один, а она лечила его отравления.

Расскажите ему… расскажите ей… А впрочем молчите. Пусть сами до всего дойдут. Пусть хватит для выбора пути и попутчика в пути по бескрайним просторам себя и друг друга, мелкой россыпи знаков судьбы. Пусть все идет своим чередом, и не важно, что нет места под названием дом, может будет потом, сон за сном…

Вместить жизнь в лист бумаги. Или хаотично вместить все картины в один рисунок, получив в итоге черный квадрат Малевича, который либо нужно выкинуть за неяркостью произведения, или же разрисовать по новой, без учета мнений из вне, и полагаясь лишь на свой вкус.

 

Вы, что черти, совсем нюх потеряли? Кто же рассказывает о побочных эффектах жизни.

Расскажите лучше юному уму, какие радости и красоты ждут впереди.

 

Вот видишь у тебя две руки, а сейчас возьми одной рукой другую. Что ты чувствуешь? Ничего необычного? А теперь представь, что возможно взять чужую руку в свою руку, и пьянеть от трепета и волнения. Жизнь, целая долгая жизнь может уместится в одно мгновение. В мгновение в котором, ты держись чужую руку в своей руке, и нет более в мире зла и боли, есть только этот миг, и лишь тебе решать, потерять его в будничной суете, или растянуть в долгие годы.

А запах. Понюхай себя. Все так привычно, своя «малина» малиной пахнет. Ничего необычного. Даже приходится принюхиваться к себе, что бы среди переплетения сотен посторонних запахов разузнать свой. И ты даже не догадываешься, что он у тебя особенный. И однажды, ты встретишь человека, чей запах будет дыханием иного мира. Сладкий воздух, которым сколько не дыши, невозможно надышаться. И спутать нельзя. Можно лишь уловить в случайном прохожем отголоски этого запаха, и испытывать к этому мимо проходящему чувство симпатии, и злобы, за то что смеет… а впрочем не о нем сейчас…

Представляешь, ты будешь с ней, и пропитаешься ее запахом. Одежда, руки, волосы, губы… все будет пронизано этим запахом вдоль и поперек. И куда бы ты не шел, хоть в самые глубинные недры ада, каждое место будет более прекрасным, чем оно есть на самом деле, потому, что ты принесешь в него её запах.

А она, с замиранием сердца будет вдыхать дым от твоих сигарет, когда мерзкий мужичина будет отравлять им окружающее его пространства, на остановке, где все пропахло бензином, который она тоже вдыхает с удовольствием, ведь на третьей встрече, на заправке ты обляпал им штаны, и весь салон на долгие встречи вперед, пропах бензином.

Что, утро незадалось, опять будят и отправляют в школу. Ужас, а ведь через годы, так же вставать на работу, только еще раньше… Утро добрым не бывает.

Но, подожди. Однажды твоего плющевого мишку, твоего кота Барсика, или твою вторую подушку, заменит она, и вот тогда мой маленький добрый друг, несмотря на весь холод окружающего мира, ты все же проснешься с улыбкой на заспанном лице. Да, надо нырять в жизнь, но вечером ты вынернешь обратно к ней… и… А впрочем, всему свое время.

А пока, иди делать уроки… Хотя о чем я. Сядь в зале, вставь наушники в двухкассетный магнитофон, и слушай эти песни, только не верь им, они врут, жизнь не грустная песня, но в жизни есть грустные песни. И этот диван купленный за смешные 50 долларов, останется в этом мире, и этот магнитофон, и эти ковры на стенах, все останется здесь… А ты отправишься в её мир, который она покинула, что бы оказаться в твоем мире, который ты покидаешь, что бы оказаться в ее мире, и нее найдя ее в нем, просто лечь среди зим и весен, и ждать, и ждать не зря. Сладко то, что в срок. Хочется пить. Чаю с лимоном? Одень тапки и ступай на кухню.

Каков же идиот. Говорил же, одень тапки. Что значит, кто же знал, что на полу кухни, валяется кусочек стекла, от разбитой 6 дней назад чашки. Больно? И будет болеть. Зато представь, что здесь была бы она, и она пошла бы на кухню, и она порезала бы себе ногу. Правильно, хочется пройтись по километрам битого стекла, лишь бы ее ноги были целы. Взять ее на руки, и нести, скуля от боли и не попадая в такт хрустящему стеклу. Что? Зачем километры таких болезненных дорог? А как ты хотел, можно сократить дорогу вдвое, и идти по стеклу взявшись за руки. Ах, не хочешь. Хочешь сам. Ну давай.

А теперь проснись, и забудь все услышанное. Забудь детали, но запомни общую картину. Теряй цель и смысл, падай от боли и бессилья, но знай, что солнце в небе не нарисовано, и где-то горит твой огонь, и согреет лишь тебя. Полпути по стеклу уже пройдено, дотерпи, и там впереди вечная весна, попреки всем прогнозам, и даже времени года.

10, 9, 8, 7, 6, 5, 4, 3, 2, 1. Вдох. Выдох. Начали!

 

© Павел Працкевич - 34 мая – весна вопреки осени. (2015)

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.