Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Средневековая историография: общая характеристика.





Особенностью средневековой идеологии является господство религиозного мировоззрения, которое пронизывало все стороны культуры, литературы, философии и науки. Наука, в том числе историческая наука, рассматривалась как служанка богословия. Ее основной задачей считалось не исследование подлинного хода исторического процесса, а поставка аргументов для подтверждения Священного писания, сочинений отцов церкви. На основе христианских доктрин была создана историко-философская концепция-всемирной истории, которая определила основные особенности средневековой историографии. С точки зрения теоретических принципов эта историко-философская схема средневековья представляла собой полный разрыв с главными положениями античной историографии.

Бесплановости и стихийному характеру исторического процесса средневековые теоретики противопоставляли ярко выраженный провиденциализм. С их точки зрения история развивается, по плану, намеченному богом во всех его деталях. Люди являются слепыми и покорными исполнителями божественной воли Их деятельность сводится лишь к тому, чтобы поддержать порядок, который они застали. Высшая цель человеческого существования заключается не в активной деятельности, а в пренебрежении земной жизнью ради небесного блаженства. Земной мир — юдоль скорби и греха, спасение возможно не через активную деятельность, а через пассивное созерцание и аскетизм. История с точки зрения средневековых теологов, не стоит на месте; на земле существуют царства, они возникают и рушатся, но их судьба не рассматривалась как развитие, как появление нового качества. Развитие как таковое мыслилось лишь в распространении круга божьих избранников и самого христианского учения В принципе, мир не развивается, поскольку в момент творения он создан богом как совершенный. Все события появления предопределены божественной властью в истории не может быть никаких законов; в любой момент бог может коренным образом изменить существующий порядок с помощью чуда

Для средневековых историков история человечества начиналась с сотворения богом мира и человека и рассматривалась как процесс постепенного искупления первородного греха сначала группой избранников, круг которых постепенно расширялся и, наконец, достиг своего завершения в мировой религии христианства. На этом фоне излагались наиболее крупные исторические события, главным образом войны и действия отдельных царей по отношению к религиозным установлениям. Процесс исторического-развития был расчленен на четыре великие монархии, которые сменяли друг друга египетскую, ассиро-вавилонскую, мидо-персидскую и греко-римскую Особенностью средневековой историографии был интерес к всемирной истории, проходящей стадии всемирных монархии, как единому процессу, то время как характерной чертой античной историографии был преимущественный интерес к истории отдельных полисов. Рассматривая ход мировой истории как постепенное расширение христианского учения и приближение царства божия, средневековые теоретики до известной степени преодолели конечный пессимизм, столь характерный для античных историков. Описание упадка и вырождения земных царств, находящихся во власти Антихриста, рассматривалось как благодетельная подготовка совершенного тысячелетнего царства, или вечною небесного Иерусалима

На формирование средневековой историко-философской схемы оказали большое влияние произведения «христианского Геродота» Евсевия Кесарийского (260 — 340) и особенно епископа гиппонского Аврелия Августина (554 — 430), разработавшего основные положения указанной схемы, которую средневековые хронисты лишь дополняли. Поскольку история рассматривалась как служанка богословия и ее задача состояла не в том, чтобы исследовать реальную действительность, а поставлять аргументы для подтверждения библейско-христианской схемы, то, естественно, не могло быть и речи об историческом исследовании и исторической критике как таковой Средневековые хронисты от нее практически отказались, предав забвению достижения античной историографии Для подтверждения тех или иных положений средневековый хронист подбирал все факты, включая самые фантастические, а противоположные факты просто отбрасывал Своего рода приемом работы были фальсификация и вымысел исторических фактов, прибегали и к произвольным вставкам в текст античных авторов, особенно в сведения о жизни Иисуса Христа и жизни ранних христиан Сильнейшее влияние на технику исторического исследования оказывала Библия с ее неопределенным повествованием и морализированием Интерес к точной констатации фактов был минимальным, о проверке фактического материала особенно не заботились. Средневековые хронисты для описания конкретных событий античной истории пользовались произведениями античных писателей, их изучали, им даже подражали, но, заимствовали, как правило, лишь внешние стороны повествования: риторический стиль и драматизацию действия. Наиболее популярными произведениями античных писателей были второсортные произведения римских историков типа авторов биографий Августов, бревиарии Евтропия, сочинения Орозия, биографии Светония; у весьма популярного Ливия заимствовали его риторический стиль.

В целом можно говорить о глубоком изменении средневековой историографии по сравнению с античной; она характеризуется разрывом с основными принципами античной исторической мысли: была создана другая господствующая историко-философская схема, приобрела иной характер методика исторического исследования изменился круг изучаемых проблем. Можно говорить об известном понижении уровня исторических исследований, но вместе с тем следует отметить, что средневековая историография не была «провалом» в развитии исторической мысли. В средневековых монастырях сохранялись многочисленные рукописи античных авторов, продолжали активно изучать римское право, латинский язык стал языком образованных людей средневековья, наконец, в самой историко-философской концепции средневековых хронистов были заложены, хотя и в мистической форме, плодотворные идеи-единства всемирно-исторического процесса и преодолен до известной степени конечный пессимизм античных историков.

 

Историография Византии.

В Византии традиции античной культуры преобладали значительно более сильно, чем на землях бывшей Западной Римской империи.

Параллельно с бытованием античной историографической традиции происходило формирование нового направления историописания – христианская церковная история. Поначалу эти две традиции существовали независимо одна от другой. В дальнейшем сохранение навыков античной литературно-риторической практики и приёмов исторического труда наложилось на идеологические модели христианской теологии и церковной истории.

Факторы, влиявшие на культурную ситуацию в Византии:

· Конфессиональное многообразие (христианство стало официальной религией только в 313 году);

· Незначительное влияние варварских народов на культурные традиции;

· Закрытость византийского общества;

· Влияние христианства (на смену рациональному знанию приходит провиденциализм, античные добродетели сменяются христианской моралью);

· Традиционализм (власть императора и само государство – прямые наследники Западной Римской империи, а учёная культура прямо наследует античной учёности).

Периодизация развития Византийской культуры:

· Первый (IV – первая половина VII в.) характеризуется как время перехода от собственно античной культуры к византийской;

· Второй (середина VII–XII в.) – это эпоха становления и расцвета византийской культуры как особого типа;

· Третий (XIII – середина XV в.) завершает историю Византии и связанную с ней культурную традицию. Развитие Византийской историографии в целом укладывается в рамки этой периодизации.

 

Характеристика периодов:

Начальный период византийской историографии характеризуется устойчивым сохранением традиций античных повествований об истории. Приверженность им проявляется вне зависимости от религиозной принадлежности авторов. Влияние христианской теологической концепции истории, разработанной ранними христианскими теологами и церковными историками, отсутствует не только в сочинениях историков-язычников, приверженцев традиционной римской религии, но и у авторов-христиан. Крупнейшие византийские историки IV–VI вв., такие как Аммиан Марцеллин или Прокопий Кесарийский, рассматривают историю как результат человеческих усилий, видят в действиях людей отражение моральных добродетелей или пороков. В центре их повествований стоят фигуры правителей, политические акции которых становятся смысловым и сюжетным стержнем истории Римской империи. Современность оценивается историками в контексте представлений о величии и могуществе Империи, а смысл собственно политических действий описывается и оценивается в категориях моральных добродетелей и грехов. Доминирующие черты византийской историографии этого периода – исключительное внимание к светским и политическим событиям, наследию Римской империи, моральная риторика и дидактический пафос исторических сочинений, наконец, забота о литературной выразительности и драматизме повествования – делают ее прямым продолжением античной традиции. Не случайно Аммиана Марцеллина именуют одновременно последним античным и первым византийским историком.

Крупнейшим историком этой эпохи признают ПРОКОПИЯ КЕСАРИЙСКОГО (500 – после 565), сирийского грека, получившего прекрасное светское образование и преуспевшего на дипломатической и политической службе при константинопольском дворе. Очевидец многих важнейших событий, хорошо знавший подоплеку византийской политики, Прокопий оставил ряд исторических сочинений, посвященных периоду правления императора Юстиниана. Два из них – "История войн Юстиниана с персами, вандалами и готами" (553) и "О постройках Юстиниана" (553– 555) – носят официальный характер, подчинены прославлению императора, его военных акций и политической деятельности. Однако наиболее важным и поразительным произведением Прокопия считают "Тайную историю" (ок. 550), где автор излагает иной взгляд на состояние Империи, облик ее правителей и политической элиты. Прокопий подвергает Юстиниана и его окружение критике и резкому моральному осуждению, изображая его правление как тиранию, а результаты его политики считает вредными и губительными для государства. Подобно Аммиану, Прокопий не отделяет собственно политическую характеристику деяний правителей империи от их моральной оценки. Более того, морально-этические аспекты являются определяющими для всех сторон общественной и политической жизни: отрицательная характеристика Юстиниана и пессимистический взгляд на реальное состояние дел и перспективы государства прямо вытекают из упадка нравов и морального разложения правящей элиты во главе с императором. Пессимистическое и даже катастрофическое мироощущение Прокопия подчеркивается тем, что наблюдаемое им состояние общества он описывает в резком противопоставлении славному прошлому, идеализированному образу великого Рима.

Как у Аммиана Марцеллина, так и у Прокопия образ Империи приобретает значение важнейшей категории, становится своего рода парадигмой исторического и политического сознания. Смысл этой категории определяется ими через ностальгическое обращение к идеализированному прошлому: они апеллируют к традиционным ценностям и нормам социальной и политической жизни, считая отступление от последних причиной бедствий и неизбежной гибели государства. Они не просто к анонизируют великое прошлое, но, в сущности, мифологизируют и сам феномен империи как единственно возможной формы исторического и политического существования. Изменение пессимистического взгляда на судьбу Империи принесет с собой традиция церковной историографии, в которой концепт священного государства соединится с идеей его религиозного предназначения – защищать христианство и воплощать земной образ божественного мироустройства.

Живая и прочная связь с традициями античной историографии характерна и для младших современников Прокопия – историка и поэта АГАФИЯ МИРИНЕЙСКОГО (ок. 536 – ок. 582) и ФЕОФИЛАКТА СИМОКАТТА (конец VI – первая половина VII в.). Преемственность творчества этих авторов античной традиции написания истории проявляется во многих аспектах: социальных, концептуальных, литературно-стилистических.

Создателями целостной христианской концепции истории были Аврелий Августин на Западе и Евсевий Кесарийский в Византии. "Церковная история" последнего сыграла важнейшую роль в развитии византийской историографии.

Сочинение Евсевия Кесарийского стало первым опытом написания истории христианской церкви как органической части универсального исторического процесса. Исследователи отмечают, что сочинение Евсевия покоится на двух религиозных и философско-мировоззренческих традициях: ближневосточно-библейской и неоплатонической. В отличие от Августина, Евсевий Кесарийский воспринимает историю человечества как процесс последовательного совершенствования, объясняя реальное воплощение христианства в земной жизни его признанием имперскими властями. Религиозное просвещение, следование истинной вере и возможность спасения он связывал с тесным сотрудничеством церкви и государства – подобное единство сакрально-религиозного и политического порядков, определяемое как "симфония", стало одним из фундаментальных понятий византийской имперской идеологии и религиозной мысли. Если историко-религиозная концепция Августина основывалась на решительном разделении земного государства и мистического сообщества избранных, а путь к спасению лежал вне и над рамками политических образований и мог определяться только духовным руководством церкви, то византийская доктрина видела в христианском государстве земной образ божественного порядка и праведного устройства жизни. Священная империя, возглавляемая константинопольским государем, осознавалась не только как единственно возможная форма земного существования христианского сообщества, но и как прямое воплощение религиозного миропорядка.

Труд Евсевия Кесарийского послужил толчком к развитию жанров церковной истории и всемирной хроники. Церковные истории создавались как в рамках официальной церкви, так и представителями религиозных христианских течений, отклонявшихся от ортодоксии. В IV–VI вв., ставших эпохой выработки официальной доктрины, идеологическая борьба в церковной среде приобрела характер интенсивной полемики. Приверженцы учений, признанных еретическими, таких, как арианство и монофиситство, защищали свою правоту не только в доктринальных спорах, но и с помощью исторических сочинений. Жанр всемирной хроники получил широкое распространение в Византии и был воспринят в качестве историографической парадигмы в некоторых регионах византийского культурного влияния.

Одной из первых и наиболее популярных за пределами Византии стала хроника ИОАННА МАЛАЛЫ (VI в.). В сопоставлении с историографией светского направления хроники имеют упрощенные интеллектуальную и риторическую структуры, кроме того, они оказались в значительной степени открыты для влияния простонародной и массовой культуры.

 

Второй этап в развитии византийской историографии приходится на VII–XII вв. В этот период практически прекращается создание исторических сочинений светского характера, написанных образованными мирянами и отмеченных выраженной авторской позицией. Основным жанром становится всемирно-историческая хроника, ориентирующаяся на библейскую модель истории человечества, начиная с сотворения мира. С этого времени историческое сознание византийских авторов подчиняется системе общих мировоззренческих и исторических представлений, сформированных христианством. Большая часть исторической продукции создается в церковной и монашеской среде. Хроники этого времени компилятивны и, как правило, охватывают обширные исторические периоды. Хронисты по существу игнорируют задачу установления взаимосвязи событий и оценки степени их значимости. Они широко используют всевозможные легенды и баснословные рассказы, не отделяя их от достоверных сведений. Стилистически сочинения этого периода просты и далеко отходят от стандартов классической риторики. В них отразились бурные события, всколыхнувшие церковную и религиозную жизнь Византии, прежде всего борьба против иконопочитания. Приверженность или негативное отношение авторов к практике почитания икон отражались во многих произведениях, придавая хроникам смысл полемического и политически ангажированного сочинения. Кроме того, хроники оставались открыты для выражения взглядов различных церковных сообществ: монашества, провинциального духовенства, константинопольской патриархии.

В IX–X вв. создаются обширные компиляции, призванные сохранить и систематизировать литературную продукцию предшествовавшего периода. В "Мириобиблионе" ("Множестве книг") собраны фрагменты нескольких сотен произведений как античных, так и ранневизантийских авторов. Создателем этой грандиозной компиляции был патриарх ФОТИЙ (IX в.), стремившийся сохранить тексты в интеллектуальном обращении и образовательной системе. Тенденция кодифицировать и обобщить сведения, накопленные предыдущей традицией, характерны и для энциклопедических сочинений императора КОНСТАНТИНА БАГРЯНОРОДНОГО (913–959), сочетающих исторические, этнографические и политико-идеологические сведения.

В XI–XII вв. византийская историография переживает подъем, что выражается в появлении ряда выдающихся авторов и создании значительного числа ярких произведений, выходящих за рамки канона всемирно-исторической хроники. Наиболее заметным явлением, свидетельствовавшим о возобновлении светской исторической традиции, стали произведения историко-мемуарного характера, оттеснившие на задний план всемирные хроники и иные церковно-исторические сочинения (прежде всего жития).

Один из наиболее заметных памятников исторической мысли эпохи – "Хронография" (ок. 1078) МИХАИЛА ПСЕЛЛА (1018 – ок. 1096), посвященная столетнему периоду византийской истории (976–1077). Пселл, известный знаток и ценитель античной философской и литературной культуры, в полной мере воспроизводит ее стилистические и риторические приемы: он создает многочисленные портреты императоров, правлению которых посвящено его сочинение, и людей из их окружения; автор субъективен и пристрастен в своих оценках, не боится морализаторства и назидательных заключений. Пселл, подобно значительному числу своих предшественников и последующих историков, сочетал занятия наукой, риторикой, политикой, что отразилось и в его "Хронографии".

В XI–XII вв. возобновляется и жанр историй, в которых основное внимание уделяется событиям, очевидцем которых был их создатель, авторской оценке персонажей и явлений. Примечательным и выдающимся примером этого типа произведений является "Алексиада" (ок. 1148) АННЫ КОМНИНОЙ (1083 – ок. 1155), посвященная прославлению образа и деятельности ее отца – императора Алексея I Комнина. Завершение этого периода, отмеченного интересом к античным образцам и подражанием им, связано с завоеванием Константинополя крестоносцами (1204), на несколько десятилетий (до 1261 г.) прервавшим политическую самостоятельность Империи и последовательное развитие византийской культуры.

 

Третий, завершающий период византийской истории (до 1453) отмечен развитием предшествующих тенденций, однако не породил новых оригинальных явлений. В целом историографическая продукция отражает сосуществование двух достаточно обособленных традиций: светской и церковной. Представители первой принадлежат к кругу эрудитов и приверженцев классической образованности, сочетающих в своем творчестве занятия различными видами литературной и интеллектуальной деятельности. В их сочинениях, например, в "Ромейской истории" НИКИФОРА ГРИГОРЫ (ок. 1295 – ок. 1360), отразились весьма напряженные отношения с ортодоксальным духовенством и между отдельными кружками византийских интеллектуалов. Особую остроту конфликт церковной и гуманистически-рациональной среды приобрел в процессе развития исихазма и его утверждения в качестве религиозно-мистического учения, совместимого с церковной доктриной. Вместе с тем в течение XIV–XV вв. складываются и приобретают достаточно устойчивый характер связи византийских эрудитов с деятелями итальянского Возрождения, которые черпали в византийской ученой традиции, утерянные или забытые Западом знания об античной, прежде всего греческой, культуре. Последним аккордом византийской историографии стало создание ряда сочинений, посвященных истории завоевания Константинополя турками и падению Империи.

 







ЧТО И КАК ПИСАЛИ О МОДЕ В ЖУРНАЛАХ НАЧАЛА XX ВЕКА Первый номер журнала «Аполлон» за 1909 г. начинался, по сути, с программного заявления редакции журнала...

Что будет с Землей, если ось ее сместится на 6666 км? Что будет с Землей? - задался я вопросом...

Что делать, если нет взаимности? А теперь спустимся с небес на землю. Приземлились? Продолжаем разговор...

ЧТО ТАКОЕ УВЕРЕННОЕ ПОВЕДЕНИЕ В МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЯХ? Исторически существует три основных модели различий, существующих между...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2023 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.