Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Объявления о новорожденных в «Нью-Йорк Таймс»





Я объявляла об их свадьбе, и вот теперь... хм, пять месяцев спустя я сообщаю о рождении ребенка. Итак:

«Йель Джемайма Дорис Роуз, дочь. Ее появление предполагалось в июне, но малютка просто не могла дождаться. Взамен она решила родиться в больнице «ЯеноксХилл» в Верхнем Ист-Сайде Манхэттена в 14:17, 20 апреля — то есть вчера. Общее время родов: сорок пять минут. Вес: три килограмма девятьсот граммов. Рост: сорок восемь сантиметров. Если бы она подождала еще немного, то была бы «Биг Маком», а не просто громадиной. Счастливые родители — Элеонор Уитон Уолдорф Роуз, светская дама, и Сайрус Соломон Роуз, застройщик, с Восточной Семьдесят второй улицы. Ближайшие родственники: Аарон Элихью Роуз, 17 лет; Тайлер Хью Уолдорф Роуз, 12 лет; Блер Корнелия Уолдорф, 17 лет, которая ответственна за необычное первое имя ребенка, Блер, очевидно, надеется, что ее новорожденная сестра принесет ей удачу с университетом того же имени — одному Богу известно, как пригодится ей эта удача. Мать и ребенок чувствуют себя хорошо, и счастливое семейство возвратится в свой пентхаус завтра после обеда.

 

Ваши письма

Дорогая Сплетница,

Вчера я застукала своего старшего брата, читавшего в кровати мой журнал «Удовольствие». Я отобрала его, но он показал мне страницу, которая его проперла. Там эта девочка из «Констанс» в крохотном лифчике, стоявшая с другими моделями, типа, по размеру буферов. Мой брат спросил, может ли он вырвать эту страницу и прилепить в своем шкафчике. Я не разрешила, но мне кажется, он все равно купит себе журнал и сделает это в любом случае. Если бы я была ею, я бы умерла.

— феникс

Дорогая феникс,

Давай понадеемся, ради спокойствия твоей одноклассницы, что у твоего брата не слишком много друзей.



— Сплетница

 

Под прицелом

Целая толпа старшеклассниц из «Констанс Биллард» в «Уикер Гарден» на Мэдисон-авеню умиляются детскими штучками. Им достаточно любого повода для шоппинга. Дж и Э случайно садятся в один автобус и игнорируют друг друга всю дорогу. Всё еще в ссоре, а? В делает фиолетовое колорирование в парикмахерской Уильямсберга, Стойте, как можно сделать колорирование, если у тебя нет волос?! Н крадется из школы для мальчиков «Сент Джуд», когда ушел уже даже вахтер. Черт, у него точно паранойя. Б в «Зитомер» на Мэдисон покупает подгузники и трехсотдолларовый кашемировый детский комбинезончик. Угадайте, кто будет любимой старшей сестрой этой малышки? С гуляет по парку и раздает цветы бездомным. Само благородство.

Побежала покупать тот журнал!

Ты знаешь, ты меня любишь,

Сплетница

 

 

РАЗМЕР ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ

Когда Дэн во вторник пришел на первый урок английского, то обнаружил, что все мальчики его класса заняты чтением какого-то журнала для девочек.

—Чего люди не понимают, так это того, что в жизни они еще больше, — заметил со своей задней парты Чак Басе, самый нелюбимый Дэном человек в школе «Риверсайд», а может быть, и в целом мире. На голове Чака был зеленый армейский берет, который он взял в Уэст-Пойнте в эти выходные. Это был его новый любимый аксессуар, помимо, конечно же, снежной обезьянки, которую он таскал за собой повсюду, даже в туалет. Чак поднял глаза. — Я прав?

У Дэна было смутное ощущение, что Чак обращается к нему.

—Они выглядят так, будто их гелием наполнили или что-то типа того, — добавил другой парень, наклоняясь к парте Чака, чтобы заглянуть в журнал.

Чак покачал головой. Его темные волосы отросли и имели вид мужского боба длиной до подбородка, он явно гордился своей прической.

—Чувак, если бы они были наполнены гелием, она бы, твою мать, улетела в космос. — Чак снова наклонился к журналу, его кольцо с монограммой на мизинце сияло под ярким светом ламп. Он опять взглянул на Дэна. — Чувак, она твоя сестра. Что с ней, твою мать, такое?

Инстинкт подсказывал Дэну, что Чака прямо сейчас надо послать на хер, но тут была замешана его младшая сестра Дженни, которая вечно вляпывалась во всевозможные неприятности, и он понимал, что сначала должен разобраться в происходящем. Он сел на парту перед Чаком и поставил ноги на стул. На полу у ног Чака шевелилась его оранжевая курьерская сумка от Прада. Неожиданно из нее высунулась белая голова с глазами, похожими на золотые шарики. Это была обезьянка Чака, на морде которой играла какая-то дьявольская улыбка.

Дэн посмотрел на Чака.

Чак усмехнулся и протянул ему журнал.

— Только не говори, что не видел этого, — сказал он.

Журнал был открыт на статье с названием «Размер груди имеет значение?». Статья была откровенной дискуссией о том, как социальный статус девушки зависит от размера груди. Если твоя грудь, говорилось в статье, слишком плоская или, наоборот, слишком большая, то твоя участь — быть изгоем. Если у тебя большая, но не огромная грудь, ты будешь считаться шлюхой. Девушки, популярные у парней, должны иметь замечательный средний 34-В. Дэн внимательно посмотрел на фотографию. Дженни и пять других девушек в одинаковых спортивных лифчиках и лайкровых шортиках выстроились перед волейбольной сеткой по порядку размера груди — от самого большого до самого маленького. Все остальные девушки были моделями — блондинки, с банальными идеальными улыбками, плоскими животами и золотистым загаром. У девушки рядом с Дженни явно были имплантаты, но ее грудь все равно не была такой большой, как стопроцентно натуральная грудь Дженни. Ее же грудь, втиснутая в спортивный лифчик, который был ей явно мал, выглядела ненормально, даже пугающе. Но что еще хуже, ее язык был высунут, а глаза сияли, и возникало ощущение, что она безмерно наслаждается всем происходящим.

—Ох ты блин, — пробормотал Дэн и швырнул журнал Чаку. Его руки начали потеть и трястись, так бывало всегда, когда ему хотелось покурить. Он понимал, что статья, по идее, должна придавать уверенности девушкам с большой грудью. И что Дженни выглядела хоть и неприглядно, но гордо. Но все же каждый парень, который увидит фото, непременно вырвет его, нацарапает какую-нибудь пошлятину и прилепит на дверь кабинки туалета.

—Здесь пишут, что восемь из десяти парней больше предпочитают красивую девушку со средним размером, нежели обычную, но с огромными буферами, — сказал Чак.

Спасибо за информацию, Капитан Говнюк.

Дэну было совершенно ясно, что его сестра так страстно желала стать моделью, что даже не подумала, как будет выглядеть фото. Ко всему прочему, не так давно компрометирующее фото Дженни попало в Интернет. Люди поговорили о нем день или два, а потом забыли. И кажется, Дженни никогда особо о нем не переживала. Она, как мультяшный мистер Магу, имела свойство попадать в самые неловкие, позорные ситуации, но потом выбиралась из них невредимой и при этом никого ни в чем не обвиняла. Скорее всего, сейчас будет то же самое, но на всякий случай Дэн решил ее предупредить.

Дженни сидела в одиночестве за столом у зеркальной стены в столовой «Констанс» и ела поджаренный сэндвич с сыром и кусочками маринованных огурцов. Она сосредоточилась на выравнивании огурцов на хлебе, делая вид, будто совсем не против есть в одиночестве. В воздухе витала подозрительная тишина, которую она не могла объяснить, но каждый раз, когда она смотрела в зеркала, то видела остальных школьниц, склонившихся над своими тарелками.

Вот-вот. С каких, это пор школьницы едят в абсолютной тишине? На самом деле помещение жужжало, жужжало ох звуков самых сочных: утренних наблюдений.

—Я слышала, ей за это даже не заплатили — она вызвалась добровольно, — прошептала Вики Рейнерсон.

—Но ее на это Серена подбила, помнишь? В подшефной группе? — выдохнула Мэри Голдберг. — Она вся такая: «О, Дженни, кто угодно может быть супермоделью».

—Легко ей говорить, — поддержала подругу Кэсси Инвирт. — Хотя мне лично Дженни совсем не жалко. Ясно, что она просто хочет обратить на себя внимание.

—Ага, никто не хочет такого внимания, — заметила Вики.

Три девушки одновременно посмотрели в спину Дженни. Как она может просто сидеть и обедать так, будто ничего не случилось?

Б сумке Дженни тихо зазвонил мобильный телефон.

—Привет, — ответила она, не глянув даже, кто звонит. Ей могли звонить только Дэн и Эллис, а с Эллис они больше не дружили. Она прикрыла телефон волосами, чтобы не заметили буфетчицы. — Как дела?

—Я звоню удостовериться, что у тебя все в порядке, — промычал Дэн.

Дженни уставилась на свое отражение в зеркале. Сегодня на ее волосах были розовые металлические заколки, и ей казалось, что она выглядит немного ретро и очень клево.

—Думаю, да, — ответила она.

—Так тебе никто ничего не сказал или...

Дэн замолчал.

—О чем? Что ты уже натворил, Дэн? — спросила Дженни.

—О твоем фото в журнале. У меня тут все ребята постаскивали его у своих сестер. Они вешают его в свои шкафчики и все такое.

По коже Дженни побежали мурашки. Дэн не беспокоился бы, если бы фотография была такой хорошей, как она себе представляла.

—Ты видел? — спросила она. — Что там не так?

Он не ответил.

—Дэн! — Дженни уже перешла почти на крик. — Что там не так?

—Она просто... — промямлил Дэн. — Ладно, все эта фигня — то, как непопулярны девушки без груди или с очень большой грудью. Кажется, статья должна помочь тебе чувствовать себя лучше, но рядом с этими девушками ты похожа на... экспонат шоу уродов. Ну, знаешь, они фактически сделали ее настолько большой и страшной, насколько возможно.

Дженни отодвинула поднос с едой и положила голову на холодный деревянный стол. Неудивительно, что столовая казалась такой тихой. Все были заняты перешептываниями о ней — большегрудом уроде.

Ну да.

Это даже хуже, чем реклама прокладок «Стейфри». Она была цирковым уродом. Может быть, ей стоит сбежать к своей психованной мамаше в Европу или еще куда-нибудь. Сменить имя. Покраситься в рыжий цвет.

—Дженни? —мягко сказал Дэн. —Мне очень жаль.

—Забудь, — несчастным голосом ответила Дженни и отключилась. Она продолжала держать голову на столе, мечтая провалиться сквозь землю.

Внезапно она почувствовала, что рядом кто-то стоит, а через мгновение поняла, кто именно — фирменный аромат Серены не спутать ни с чем.

—Привет, соня, — сказала Серена. — Слушай, мне тут звонил Джонатан Джойс — знаешь, кто это, да? — весь, типа, в восторге от твоих снимков. Он знает, что мы подружки, и просто мечтает снять нас вместе на этой неделе!

Это что — злая шутка? Дженни зажмурила глаза так крепко, как только смогла, надеясь, что когда она их откроет, Серена исчезнет куда-нибудь.

—Ты сможешь оставить себе кое-что из шмоток, — добавила Серена.

Дженни подняла голову и, пошатываясь, встала.

—Оставь меня в покое, — пробормотала она, а потом вылетела из столовой и пошла к медсестре, с надеждой, что та отправит ее домой.

МАЛЕНЬКИЕ ПУШИСТЫЕ ДРУЗЬЯ Д

 

—Пьянь, посмотри только! — Тиффани посадила хорька на плечо и помахала его лапкой маленькой снежной обезьянке Чака Басса. На обезьянке была крошечная красная футболка с буквой «П». — Привет, обезьянка, давай дружить!

Ванесса и Тиффани пришли забрать Дэна из школы. «Может, не надо», — предостерегла Ванесса, зная, как сильно Дэн ненавидел Чака.

—Привет, милашка, как тебя зовут? — Чак подошел и почесал Пьянь по шейке. Он держал Пупсичка так, что два зверька находились нос к носу. — Я — Пупсичек. Не бойся, я не кусаюсь. Я на самом деле похож на пупсика.

—А я — Пьянь, — пропищала Тиффани. — И осторожно, я на самом деле пьяная! — добавила она, дико заржав.

В этот момент в дверях школы появился Дэн. Увидев встречающую его компанию, он замер на верхней ступеньке, закинул черную курьерскую сумку за плечо и прищурился от яркого апрельского солнца. Весь день он беспокоился о своей сестренке. Дженни, скорее всего, сейчас дома, лежит, уткнувшись лицом в подушку, одна-одинешенька. Его дом — в двадцати кварталах; может, ему стоит пойти туда и ободрить ее. Но, опять-таки, когда Дженни было паршиво, она хотела только одного — чтобы ее все оставили в покое. Так же, как и он. Это у них семейное.

—Эй, красавчик, мы тут! — позвала его Тиффани своим громким, разбивающим стекла голосом. Внизу стояли Ванесса, Тиффани и Чак Басе. Хорек Тиффани и обезьянка Чака сидели на плечах своих хозяев, копошась в шерсти друг друга.

—Господи, — прошипел Дэн. Может, Чак тоже поселится с ними, и все они будут одной большой, счастливой семьей? Или, может, он прямо сейчас скажет Ванессе, что поживет дома какое-то время? Его сестра нуждалась в нем.

—Тебя проводить? — выступила вперед Ванесса, когда Дэн, с лица которого не сходило угрюмое выражение, спустился по ступеням к ним. Она быстро чмокнула его в щеку. — Эй, солнышко, не будь вечно таким нервным. — Дэн выглядел подавленным и раздраженным с тех пор, как они съехались и появилась Тиффани. Это довольно утомительно — играть в паре роль оптимиста.

Солнышко? Всего за несколько дней Ванесса переняла чрезмерно жизнерадостную манеру общения Тиффани, что раздражало Дэна еще больше.

—Я не нервный, — буркнул он в ответ, глядя на Чака и Тиффани, сюсюкающих со своими животными. — Я просто...

Тиффани сложила пальцы в виде пистолета и направила на Дэна.

—Знаешь, Дэнни, — сказала она, — я думаю, то, что сделала твоя сестра, — это просто бомбово. Оголить грудь — самое крутое феминистическое заявление, которое только может сделать девчонка!

Тиффани пригладила волосы спереди, оставив заднюю часть своей прически похожей на какое-то немыслимое фиолетово-черное крысиное гнездо, что, видимо, по ее мнению, тоже являлось каким-то феминистическим заявлением.

Ванесса старалась не смотреть, когда минуту назад Чак показывал Тиффани фотографию Дженнифер, но ничего не могла с собой поделать. И что самое смешное, она на самом деле была согласна с Тиффани. Пусть Дженни не выглядела как модель, но она точно выглядела жестко.

—Я тоже так думаю, — поддержала она Тиффани, прежде чем увидела выражение лица Дэна.

— Ничего она не оголяла, — зло ответил Дэн. — Господи, ей всего четырнадцать!

— Слушайте, я тут вспомнила, — сказала Ванесса, пытаясь сменить тему неприятного разговора. — Если вы забыли, у меня день рождения на этих выходных. Мне будет восемнадцать!

Дэн нахмурился. Они с Ванессой никогда не делали из своих дней рождения большого события.

—И я подумала, что теперь, когда мы живем вместе, мы можем устроить вечеринку! — закончила Ванесса.

Дэн заметил фиолетовый оттенок в цвете волос Ванессы, которого раньше не было. «Вечеринку?» — подумал он. Ванесса всегда ненавидела вечеринки лютой ненавистью. Это однозначно было идеей Тиффани.

—Это будет бомбово! — закричала Тиффани. Она схватила лапку Пьяни и ткнула ею в обезьяну Чака. — Ты ведь придешь? — спросила она своим дурацким голосом.

—Несомненно, — ответил Чак за Пупсичка.

Добро пожаловать в ад.

—Идем, — Ванесса подтолкнула Дэна в сторону Бродвея. Стоял очередной солнечный день, и ровный поток парней прокладывал свою дорогу в сторону парка. — Для начала я хочу взять еще несколько интервью. А потом можем пойти домой и отправить приглашения.

—Но...

—Не волнуйся за сестру, — перебила Ванесса, читая его мысли. — С ней все гораздо лучше, чем ты можешь себе представить. — Она поцеловала его, пытаясь передать улыбку его поджатым губам. — Наша первая настоящая вечеринка!

Дэн позволил увести себя, но ноги его были словно налиты свинцом. Он терпеть не мог вечеринки, и у них не было других друзей. В общем, список гостей будут составлять Чак, Тиффани, обезьянка Чака, Пьянь и изгой общества в лице Дженни. Вечеринка удастся на славу.

Ванесса толкнула его под ребра:

—Ну давай же, улыбнись. Ты знаешь, ты хочешь.

—Если ты не улыбнешься, я покажу тебе свою грудь, — попыталась испугать его Тиффани, шедшая рядом с ними в своих фиолетово-черных стеганых ботинках от Джона Флювога. Она расстегнула армейский жакет цвета хаки, который одолжила в гардеробе Руби, и засунула Пьянь под черную майку.

—А можно и я свою покажу? — поддержал идею Чак. Пупсичек дважды обернул свой длинный белоснежный хвост вокруг его шеи. В армейском берете из Уэст-Пойнт он был достойной парой для Тиффани.

Дэн слабо улыбнулся, только бы заткнуть их.

—Он улыбнулся! — радостно закричали Ванесса и Тиффани и дали друг другу пять.

Дэн продолжал улыбаться, но думал он не о предстоящей вечеринке, а о колледже «Эвергрин» по другую сторону континента, на Северо-Западном побережье. Там все время лил дождь, и там жили подверженные депрессии люди. Дэн никогда всерьез не задумывался об идее поступить в «Эвергрин», но сейчас это место казалось ему раем.

Н ОБНАЖАЕТ... СВОЮ ДУШУ

В солнечный день Центральный парк был традиционным местом сбора роллеров, скейтеров, любителей фрисби и девочек в топах от купальников, которые, очевидно, думали, что они находятся не в Нью-Йорке, а где-нибудь на пляже в Сен-Тропе.

Ванесса установила камеру на привычном месте у фонтана Вифезды. Тиффани вытащила Пьянь из-под майки и стала купать его в воде» Дэн покинул их, чтобы купить у торговца на аллее некое огромное подобие мороженого. Затем он сел на скамейку, ожидая Ванессу и надеясь, что Тиффани оставит их в покое.

—Ну, я думаю, мне может понравиться в Уэст-Пойнте, — изливал душу Чак камере Ванессы, — По крайней мере, если поблизости будет кто-то, кто сможет присматривать за Пупсичком. Чтобы я мог его проведывать. И пока они не заставят меня побрить голову — без обид. И у меня будет кровать больше, чем те жалкие койки, на которых заставляют спать несчастных лузеров.

Кажется, он не возражает против подъемов по тревоге.

—Мама пообещала открыть мне счет в «Бальдуччи», чтобы они присылали мне каждую неделю посылку с сыром бри, икрой, шоколадом и сигарами, — продолжал он. — Мне будет не хватать моей квартиры, но это лучше, чем ничего... — Чак замолчал и спрятал лицо в белый мех на шее Пупсичка. — Уэст-Пойнт, — сказал он приглушенно. — Уэст, твою мать, Пойнт! В этот момент рядом появился Нейт Арчибальд. Чак, который за мгновение до этого едва не разрыдался, посмотрел на него и растянул губы в наглой ухмылке.

—Я закончил, если хочешь — ты следующий, — сказал он, явно не желая раскрывать душу перед другим парнем. Он встал и понес обезьянку к тому месту, где Тиффани купала Пьянь. — Помочь? — пропищал он от имени обезьянки.

Нейт постоял немного, засунув руки в карманы и переминаясь с ноги на ногу, а затем сел на место Чака.

—Кажется, я реально облажался, — признался он камере. — Ну, типа, жизнь моей девушки похожа на железнодорожную аварию, а я даже позвонить ей не могу. — Его зеленые глаза грустно наблюдали за Тиффани, купавшей Пьянь в потоке бьющей из фонтана воды.

— Ты уже решил, куда пойдешь учиться? — спросила Ванесса. Она была не против послушать о любовных переживаниях этого парня, однако ее фильм-то был не об этом, а о поступлении в колледж.

Нейт нахмурился.

— В этом вся фигня, — начал объяснять он. — Йель. Теперь я хочу в Йель. — Он покрутил головой и с грустью уставился в землю. — В Браун не пойду, ни за что. А в остальных колледжах нет хороших команд по лакроссу. Но если я пойду в Йель, а Блер не выберется из листа ожидания... — Нейт откинулся назад, облокотился на. локти и поднял глаза к небу. — Я знаю, она это говорила, но, наверное, я тоже в это верил — в то, что мы, в конце концов поженимся. — Он снова сел, снял свою поношенную коричневую бейсболку «Сент Джудс» и устало потер глаза. — А теперь я не знаю...

Тиффани принесла Пьянь к Ванессе и положила его — холодного и мокрого — ей на шею.

— А-а-а! — завизжала Ванесса, едва не уронив камеру, после чего они с Ванессой залились истерическим хохотом.

Нейт, углубленный в свои размышления, поднялся и пошел прочь.

А Дэн, сидевший на своей лавочке, выкинул мороженое в урну и закурил. Странно, но его мысли были во многом похожи на мысли Нейта. Дэн все время считал, что Ванесса всегда будет рядом с ним. Теперь он не был так в этом уверен.

 

Примечание: Все настоящие имена, названия мест и событий были изменены или сокращены, чтобы не пострадали невиновные. В том числе и я.

ЭЙ, НАРОД!

Глинда, добрая волшебница

О'кей, все хотят иметь крестную — волшебницу. Что ж, юной, неугомонной девочке родом из Верхнего Вест-Сайда, совершающей еженедельно самые или не самые позорные ошибки своей жизни, посчастливилось иметь такую в лице высокой беловолосой красивой старшеклассницы. Как нам всем известно, С — мастер по части превращения дурной славы в волшебство. Не судите об этом сейчас, но Дж вполне может быть следующей Джессикой Симпсон! Или, что еще лучше, следующей С...

Странная компания

Одна из причин, по которой мы не можем дождаться того момента, когда наконец попадем в колледжи, — то, что мы будем жить совершенно самостоятельно — без родителей, или нянечек, или домработниц, или охранников, или кого угодно, кто следит за нами. Даже если у некоторых из нас есть свои собственные крылья или этажи, собственные кухни или что угодно дома, фишка в том, что мы хотим на свободу. Разве что вы уже на свободе — как кто-то, хорошо нам известный, — но все идет не так из-за некоторых незваных гостей...

Правда о Либерти, или Лолите,

или как там она себя называет сегодня

Я расскажу то, что я слышала. Девица с хорьком и странно заплетенными фиолетово-черными волосами? Когда-то она была хорошей девочкой. Под этим я имею в виду то, что она училась в частной школе для девочек в Верхнем Ист-Сайде, жила в городском доме и занималась теннисом. В выпускном классе она решила взбунтоваться, «забыла» подать документы в колледж, бросила школу, была изгнана из семьи и начала скитаться по стране, зарабатывая тем, что делала людям пирсинг. Каждый раз, когда у нее заканчиваются деньги, она возвращается в город, ошивается у своих старых друзей и ворует их одежду. И все это она делает с таким очарованием, что люди далеко не сразу понимают, в чем дело.

 

Ваши письма

Дорогая Сплетница,

Я заведую акушерством и гинекологией, в родильном отделе больницы «Ленокс Хилл». Как раз во время моей смены к нам влетела беременная женщина в сопровождении своей несовершеннолетней дочери. Через минуту я был вызван на другой неотложный вызов, но я был впечатлен тем, как дочь наставляла свою мать, я хотел узнать ее имя, чтобы порекомендовать ее Йельскому медицинскому факультету, где я когда-то учился. Мать была зарегистрирована под именем Роуз, но я нигде не могу отыскать дочь. Ты можешь помочь?

— дрпеппер

Дорогой дрпеппер,

Кажется, чей-то день, нет, жизнь— не прошла даром.

—Сплетница

Дорогая Сплетница,

Тебе не кажется это, типа, невежливым, вступить в реально эксклюзивное сестринство, которое реально что-то значит для остальных его членов, а потом, типа, отмораживаться и все такое? Вроде, зачем вообще вступать тогда?

— роднаядвшк

Дорогая роднаядвшк,

А ты когда-нибудь совершала ошибки?

—Сплетница

 

Под прицелом

Б гуляет по Овечьему Лугу в Центральном парке со своей новорожденной сестричкой, уложенной в «кенгуру» от Бёрберри. Кажется, Б открыла в себе белую и пушистую сторону. С и очень известный модный фотограф в «Джефри» выбирают наряды для съемки. Был замечен определенный, расшитый кристаллами корсет, на который у С просто не хватит денег. Либо она планирует вставить имплантанты, либо они будут использовать накладки, либо корсет предназначен для другой девушки... Н выбирает серебряные детские подарки в «Тиффани». Он может подарить мне погремушку когда угодно. В и та девица с фиолетово-черными волосами танцуют конгу с Ч и его обезьянкой в «Файв энд Дайм» в Уильямсберге. Без комментариев. А где же Д? Без комментариев.

Остался всего один день до выходных, а до меня уже доходят слухи о вечеринке.

Ты знаешь, ты меня любишь,

Сплетница

 

ПОКАЖИ-РАССКАЖИ

—Это Йель в одеяльце, которое я купила ей в «Гермес». А это она и Кошечка-Норочка смотрят со мной «Завтрак у Тиффани» на кресле-качалке. Видите, у нее кошачьи носочки с крошечными ушками и усиками!

Классное время в пятницу было священным получасом, во время которого старшеклассницы «Констанс Биллард» сидели на полу комнаты отдыха — малюсенькой пустой комнаты на пятом этаже, — пили капуччино, обменивались сплетнями и вели оживленные дискуссии о своих последних модных приобретениях. Эта пятница была первым днем Блер в школе после появления на свет ее сестры, так что полчаса были целиком посвящены ее «покажи-расскажи».

—А вот тут она спит в своей плетеной кроватке.

—Ох! — раздалось одновременно тридцать вздохов.

—А откуда у нее этот потрясающий серебряный мобиль с коровой, перепрыгивающей через луну? — спросила Лора Сальмон.

—Из «Тиффани». Это подарок.

«От Нейта», — добавила про себя Серена. Нейт даже позвонил ей из «Тиффани», чтобы она помогла ему выбрать подарок.

—Кроватка, в которой она спит, просто прелесть, — добавила Изабель Коатес. — Мне нравится, как розовая лента вплетена в ручки.

«Спасибо», — подумала Серена. Она заказала эту кроватку в детском бутике на юге Франции.

—Она была вручную сплетена эльзасскими монахами из ивовых веток, — сказала она вслух. — По идее, она, как семейная реликвия, должна всегда оставаться в семье.

То есть это подарок и для Блер.

Блер оторвала взгляд от своей цифровой камеры. Они с Сереной не разговаривали со времени провальной вечеринки открытия писем из университетов, и совершенно очевидным было то, что щедрые детские подарки, которые прислали Нейт и Серена ее матери, были попытками примирения. Но Блер не из тех, кто легко прощает.

Прозвенел первый звонок, и сидевшие тесным кругом девочки застонали и принялись собирать по комнате книги, ручки, резинки, расчески — в общем, все, без чего невозможно себе представить повседневную жизнь ученицы элитной школы. При этом им страшно хотелось остаться здесь, в комнате, чтобы своими глазами увидеть ссору Серены и Блер.

Серена оставалась на своем месте, обняв колени и наблюдая, как Блер перекладывает школьные вещи в слишком-маленькой-для-учебников светло-голубой сумке от Фенди.

—Она красивая, — искренне сказала Серена.

Блер ответила ей чопорной полуулыбкой. Да, Йель была красивой.

—Как прошли выходные? — спросила она. — Куда ты решила идти?

Это был вопрос с подвохом. Если Серена ответит, что в Йель, Блер начнет метать огонь глазами, так что от нее и мокрого места не останется. Если Серена назовет другой колледж, она соврет, так как еще не приняла решение. Но Йель был ближе всего, и там был Ларе и «Уиффенпуфы», и эта сдержанность Новой Англии, которая напоминала ей о доме. К тому же было бы весело, если бы она, Нейт и Блер снова стали друзьями и вместе учились в одном университете.

Она пододвинулась к Блер и принялась объяснять:

—В общем-то, я влюбилась. Во все. В каждый колледж.

Серена залилась краской и заправила выбившуюся прядь волос за ухо.

—Я влюбилась во всех моих гидов, — продолжала она. — Они все были мальчиками и такими...

Блер подняла руку и закатила глаза. Кто-нибудь или что-нибудь когда-нибудь изменится?

—Не хочу это слышать, — сказала она, хотя на самом деле ей этого очень хотелось. Правда, она понимала, что Серена в любом случае сама все расскажет.

—А ты как? — с любопытством спросила Серена. — Как съездила в Джорджтаун?

Блер вновь закатила глаза и смущенно пригладила волосы.

—А какая тебе разница? — ответила она.

Серена пожала плечами.

— Не важно. Ты все равно попадешь в Йель, — уверенно заявила она.

Прозвенел второй звонок, пора было идти на занятия, но все остальные девушки медлили, искоса наблюдая за Сереной и Блер, притворяясь, что пьют капуччино из своих абсолютно пустых чашек.

—Я слышала, Серена подписала крупный контракт на следующий год и свое место отдаст Блер. Блер только придется прикидываться ею, — тихо сказала Кати Фаркас Изабель Коатес.

А Серена кем будет прикидываться? Кейт Мосс?

—Я слышала, что они с Блер возьмут своих детей с собой в Йель и откроют группу помощи для лесбиянок с детьми, — прошептала в ответ Изабель.

—Бог мой, я вчера видела Серену в гинекологии моей мамы, — встряла в разговор Лора Сальмон. — Я жду маму и вдруг слышу, как Серена рассказывает, сколько всяких болячек подцепила от тех парней, с которыми переспала на этих выходных. Bay!

—Слушайте, а я-то думала, что они поссорились, — сказала Кати. — Но смотрите — они обнимаются!

Как по команде девочки обернулись на обнимающихся Серену и Блер.

—Нейт звонил, типа, по десять раз в день и спрашивал о тебе, — промурлыкала Серена, прижимаясь щекой к щеке Блер.

Блер закусила нижнюю губу.

—Он послал Йель очень милые подарки.

—Ты знаешь, он тебя любит, — сказала Серена, хотя в этом и не было нужды. — И ведь нам гораздо лучше, если мы не ругаемся друг с другом, да?

—Ага, — признала Блер. Но Нейту придется еще доказать это.

Что отнюдь не означало, что ее трудно будет завоевать снова.

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2020 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.