Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Арион, космопорт «Далия», 11:00.





Над пылающим отблесками рубиново-красного солнца океаном мчался прогулочный глайдер – безносая сигара с подвижными птичьими крыльями, несущая в прикрытой энергетическим щитом капсуле пилота и одного пассажира. Пилотом была Даша, пассажиром – Сая, всё утро надоедавшая тёте с просьбами «показать класс в небе». Лия от такой авантюры отказалась сразу. Она побаивалась высоты, больших скоростей, и, кроме того, не умела плавать.

А Сая не боялась. Все десять минут полёта она вопила от восторга. Выгнувшийся вверх щит не давал выпасть из кабины, и нисколько не мешал девочке стоять в полный рост, ухватившись за спинку пилотского кресла, наслаждаться бешеным свистом ветра в ушах и ослепительно яркой зеленоватой водой.

– А-а-а-а-а!!! Быстре-е-е!!!

– Пристегнись!!! – крикнула Даша. – Подлетаем к границе!!!

Далеко на горизонте возникли торчащие из воды ажурные конструкции – передатчики магнитного реактора, без которого радиация звезды давно бы выжгла планету дотла. Залетать в зону действия опоясывающего Арион кольца строго запрещалось – неэкранированная электроника сходила с ума, а глайдер, естественно, экранирован не был.

– Сая!!!

– А-а-а???

– Сядь!!! Сделаем петлю!!!

На этот раз она послушалась. Пристегнула ремни, и тут же завопила пуще прежнего – в метре от запретной зоны глайдер взмыл вертикально вверх, потом перевернулся и закрутился, как мощная центрифуга, исполняя фигуры высшего пилотажа. Верх и низ менялись местами, но Сая не чувствовала тошноты. Только дикий восторг и желание, чтобы чудесный полёт длился вечно.

– Кла-а-асс!!!

– Точно!!!

Катя права – у неё идеальный вестибулярный аппарат, – Даша довольно улыбнулась, выравнивая машину. Крылья зачерпнули воду, звонкими каплями расплескав её по заменявшему стекло невидимому куполу. – Ещё один плюсик в пользу Академии. Уверена, Криста на ушах будет стоять от радости.



На искусственном пляже летунов встречала делегация представителей самых разных видов, избравших Арион местом для отдыха. Люди, прямоходящие ящеры-скаррхи, ушастые «эльфы»-къ’ялты, и даже парочка Си-Три – андроидов, сбежавших от создателей и объявивших себя разумной расой – все они аплодировали мастерству миловидной пухлощёкой шатенки, первой спрыгнувшей на мокрой песок. Конечно, никто не признал в ней вторую главу стражей Дарью Тэранс.

Гораздо меньше внимания привлекла пассажирка – худенькая девочка-подросток, чьи ноги, коснувшись земли, вдруг начали предательски подгибаться. Она села, прислонилась к тёплому боку глайдера, сбросила ветрозащитную накидку, и вытянутые в стороны уши къ’ялтов синхронно приподнялись в знак безграничного удивления.

Тёмно-синяя «Вспышка» девочки напоминала закрытый купальник с мини юбкой в складочку, обшитый мелкими стальными цветочками. Вот только стоить он должен был безумные деньги, ибо, по слухам, цветочки содержали мириады наноботов, способных защитить владельца от любого ручного оружия, а в случае необходимости даже восстановить повреждённые части тела. Слухи, впрочем, так и оставались слухами – образцы ткани, чудом попадавшие на прилавки обычных магазинов, моментально скупали состоятельные и крайне неразговорчивые бизнесмены.

Тем более странно, что друзья шатенки – семейная пара с двумя детьми, равно как и она сама, на бизнесменов не походили вовсе.

– Сай, ты живая? – весело спросила Лия, дёргая сестру за юбку.

– Живая, живая, – недовольно буркнула та. – Просто устала, и голова закружилась.

– Да, всё в порядке, – подтвердила Катя, осмотрев девочку. – Хотя, честно говоря, я ожидала большего…

В следующий миг ожидания оправдались: Сая сжала висящий на шее кулон, зажмурилась и тут же вскочила, как ошпаренная, заметно порозовев.

– Ухх! Видали?! – воскликнула она. – Раз – и ничего не болит! Тётя Даша, давай дальше летать!

Уши двух «эльфов», единственных посторонних, оставшихся рядом с глайдером, натурально встали дыбом. Даша улыбнулась им, так невинно, как только могла, отдала команду, и крылатая машина, взметнув тучу песка, отправилась домой – в ангар на противоположном конце пляжа.

– Ну-у!

– Нет уж, на сегодня хватит! Много вредно. И вообще, что это сейчас было? Я думала, Саин кулон – просто стекляшка без дара.

– Скорее всего, остаточные эманации ядра, – задумчиво отозвалась Катя, сверкая красными линзами. – Ничего страшного, заряд скоро рассеется. Надо будет изучить его… Но, пожалуй, попозже. Вы пока идите, завтрак стынет. А я тут перекинусь кое с кем парой словечек.

****

«Сюрпризом» оказался начищенный до блеска седан. Даша в машинах не разбиралась, помнила только, что три вороны на зелёной травке – логотип известного автоконцерна «Золотой дракон». И вроде бы концерн выпускал машины премиум-класса, в который седан явно не вписывался: внутри уютно, но без излишеств. Ни электронных панелей, ни кнопок вместо руля, ни дорогой кожи на бежевых сиденьях – словом, обычная рабочая лошадка.

– Что? – переспросил Ник, пока они стояли в гудящей, как растревоженный улей, пробке. – А-а. Этому «Драко» скоро десяток лет стукнет. Мы… Кхм, Роуз его покупала в самом начале карьеры. Потом он много лет болтался без дела в гараже, вот мы и решили подарить его тебе.

– А смысл? У меня же всё равно прав нет. – Даша решила не заострять внимание на оговорке друга. Любопытство снедало её, но смутное предчувствие намекало – пока что лучше промолчать. – И ты вроде бы говорил, что у тебя много работы?

– Думаешь, почему я заехал за тобой так поздно? – усмехнулся Ник. – Роуз оформляла доверенности на меня и Алекса. Будем возить тебя по очереди, хотя бы на концерты и репетиции. Скоро ваши уроки пения закончатся, а больше ты никуда не ездишь, так ведь?

Даша угукнула, с аппетитом вгрызаясь в прихваченный из кафешки чебурек. Она и раньше не любила шумные тусовки, на которых внимание окружающих могло достаться кому-то другому. А сейчас и вовсе предпочитала сидеть дома. Репетировать, листать странички в интернете или просто читать книжки, накопленные Алексом за долгие годы холостяцкой жизни.

За окнами неслись разноцветные автомобили. Лениво проплывали магазинчики, гипермаркеты и унылые серые многоэтажки, к одной из которых и свернул Ник. Если не брать в расчёт пробку, весь путь занял от силы минут десять.

Остановились у третьего подъезда.

– Вот здесь они и живут. – Ник, пикнув сигнализацией, пнул закатившуюся под ноги консервную банку. – Удивлена?

– Ещё бы. – Даша невольно поморщилась. Старый дворик с редкими чахлыми тополями, за которыми виднелись развалины детской площадки, производил гнетущее впечатление. Здесь не было людей, а стылые слёзы по-осеннему хмурого неба и пробирающий до костей ветер лишь дополняли картину пережившего апокалипсис мира. – Я думала, они такие же, как Роуз. Богатые и знаменитые.

– Скажем так: на жизнь им хватает. А вот на новую квартиру Нейту денег жалко.

– Кому?

– Главе светлых. Натаниэлю Картосу.

Ник наугад набрал номер на домофоне. Представился почтальоном, и дверь сразу открыли.

– А при чём здесь глава светлых? – продолжала недоумевать девушка.

– Грубо говоря, они на него работают. Нам на пятый этаж.

Лифт был сломан, пришлось подниматься по лестнице мимо разбитых окон, пепельниц и пустых бутылок копеечного пива. Про господина Картоса Ник мельком упоминал на первой кухонной посиделке, из которой Даша уже мало что помнила, но смысл ответа в общем-то уловила.

– Хочешь сказать, они гипнозом переманивают новичков на сторону светлых?

– Именно.

– И им… Ну-у, не стыдно?

Ник, крякнув, повернулся к девушке. Наверное, так смотрят врачи на завсегдатаев дурдома, – подумала она, накручивая волосы на палец.

– Даш, ты сейчас серьёзно спрашиваешь?

– Да…

– Ну-ну. – Он нажал круглую пластмассовую кнопку на стене. – Представляешь – не стыдно. Со слов Роуз, Катя с Аней учатся на внебюджетном, деньги им нужны как воздух. Отца нет, а мать зарабатывает слишком мало.

Украшенная пятнами облупившейся краски дверь молчала, и Ник позвонил снова.

– Подожди, со слов Роуз? – нахмурилась Даша. – То есть ты лично с ними не знаком?

– Встречались однажды – на прошлогоднем концерте Роуз, – ответил Ник, для верности ударив по двери кулаком.

Та вздрогнула, и низкий женский голос раздражённо крикнул: «Иду, бл***!».

– Эмм…

Даша недоверчиво кашлянула. Мат, как часть культурного наследия объединённой Европы, порой встречался в старых фильмах, но публичная ругань уже много лет каралась зверскими штрафами. Кем надо быть, чтобы так выражаться перед гостями?

– Странно, – тяжко вздохнул Ник. – Похоже, Катя куда-то ушла. Даш, не удивляйся…

Он не успел продолжить. Дверь открылась, перед друзьями предстала заспанная, явно недовольная визитом Аня, для таких «дорогих» гостей соизволившая нацепить только стринги и белую майку с двумя сердечками в подходящих (и, как с завистью заметила Даша, весьма внушительных) местах. Яркие медовые глаза под густыми бровями смотрели убийственно хмуро, правый был наполовину закрыт скошенной карминовой чёлкой.

– Припёрлись-таки, – выплюнула она.

– Катя куда делась? – спокойно спросил Ник. – Мы ведь договаривались.

– С Нейтом тусит. Натрахается – подвалит. – Аня окинула Дашу оценивающим взглядом, хмыкнула и отвернулась. – Заползайте, чё встали?

Нат… натрахается? – прохрипела Даша. – Я правильно поняла? Они с этим Нейтом?..

Правильно, – так же шёпотом ответил Ник.

– Ха? Тебе чёт не нравится?

– Н-нет. – Даша, пересилив себя, улыбнулась. – Всё нравится. Честно.

Трёхкомнатная квартира напомнила ей жилище Алёны – подружки-чистюли, у которой певица жила до переезда к Алексу. Простенькая мебель, ламинат и паркет, пенопластовые плиты на потолке – и ни соринки, ни пылинки кругом. Стёкла отдраены так, будто их и вовсе нет, одежда выглажена и сложена аккуратными стопками на тумбочках. В вазах, доверху наполненных прозрачной водой, – свежие тюльпаны.

Я что, попала в «помешанные на чистоте»? – удивлённо думала Даша, озираясь по сторонам. – И эту красоту навела она?.. Д-да нет, быть не может. Наверное, их мама постаралась. Или вторая сестра…

Дефиле по коридору закончилось в спальне, где Даша наконец вздохнула с облегчением. Разбросанные подушки, бельё и одежда, сползшее на пол одеяло – всё, как она привыкла. Не считая, правда, батареи пивных банок на журнальном столике. Аня дёрнула одну, развалилась на кровати и принялась жадно булькать, пачкая каплями майку.

– Ффф. Так эт ты – Сирена? – спросила она, облизнув губы. – Как там тя… Даша что ли?

– А? – Даша села на краешек старинного велюрового кресла. – Да. А ты Аня? Приятно познакомиться.

Она решила оставаться максимально вежливой. В конце концов, вежливость ничего не стоит, да и обстоятельства бывают разные. Может, сёстры с детства попали в плохую компанию, а у матери не было времени их воспитывать? Они же в этом не виноваты?

– Эге. Пи**** приятно, – буркнула Аня, приподнимаясь. Пустая банка, разминувшись с корзиной, глухо ударилась о стену. – Ладно, нехрен кота за яйца тянуть. Руку давай.

– Что?

– Руку, б****! – нетерпеливо повторила девушка. – Ты чё, глухая? Или тупая? Иль, может, безрукая?

Спокойствие Даши разом лопнуло, как мыльный пузырь. Она вскочила, готовая сначала врезать по ухмыляющейся Аниной физиономии, а потом наорать на неё таким же благим матом.

– Ты!..

– Даша! – Ник силой усадил её обратно в кресло. – Просто дай ей руку. Я тебе потом всё объясню.

– Потом?? – пуще прежнего взбеленилась девушка. – Да что тут объяснять?! Она просто быд…

– Она не всегда такая! – резко прервал Ник. – Только когда Кати нет рядом! Это – особенность их дара, и ничего тут не поделаешь!

Даша затихла. Молча смотрела, как Аня, устав ждать, открывает очередную банку пива. Как подходит к креслу и опускается на ковёр, стирая с губ пену.

– Слышь, – процедила она сквозь зубы. – Вякнешь: «мне жаль» – убью на***. Нам с Катькой такая жизня в кайф. Ясно?

– Ясно… – всхлипнув, отозвалась Даша.

Тонкие пальцы с неожиданной силой сжали запястье. Аня закрыла глаза, и вскоре лицо её расслабилось, утратив выражение мрачного недовольства. Стало привлекательным. Таким, каким, наверное, будет постоянно, когда Катя вернётся домой.

Даша чувствовала впивающиеся в голову иглы, похожие на комариные укусы. Терпела, кусая губы. Наверное, волшебница-гипнотизёр умела читать мысли, но Даша никак не могла перестать думать о том, что с каждым днём таинственный мир одарённых, к которому она теперь принадлежала, подкидывал ей всё новые страшные сюрпризы.

У меня Лия, у них – сумасшествие, а что у других?.. О чём ещё я не знаю?

Аня, если и услышала мысленный вопрос, то ничего не ответила. Пару минут спустя она молча поднялась, прошла к столику и снова приложилась к банке «Таранского».

– Получилось? – спросил устроившийся на кровати Ник.

– Нихрена, – поморщилась девушка. – Катьку ждать надо. Вы тут пока торчите, я по-бырику в магаз сгоняю. И в квартире ничё не лапайте, Катьку расстроите – в п**** вас выпну.

– Только не задерживайся – вздохнул парень. – Нам ещё надо кое-куда заглянуть.

– Б****, подождёте, не развалитесь. Вон кровать свободна, найдёте, чем заняться. Резинки в шкафу, смазка там же. Разберётесь.

Аня подхватила с пола джинсы и вышла, хлопнув напоследок по высокому двухстворчатому шкафу, обклеенному листками-напоминалками.

– Резинки?..

Дошло не сразу. А когда дошло, Даша, неожиданно для самой себя покраснев, приложила ладонь к лицу, сквозь растопыренные пальцы глядя в спину друга, загородившую содержимое шкафа.

– Кошмар… И давно они так?

– Года три или четыре, – помедлив, ответил Ник. – Ого, тут даже такое есть. Даш, иди сюда.

– Блин, ты шутишь, что ли? Не буду я смотреть! – покраснела она ещё больше. – Слушай, а Катя… такая же? Как они вообще могут так жить?

Ник закрыл шкаф. Развернулся, подошёл к креслу и опустился на пол, туда, где недавно сидела Аня. В который раз Даша заметила: взгляд серых глаз действует на неё подобно хорошему успокоительному. И в то же время… нет. Об этом лучше не думать. Не сейчас.

– Привыкли уже, – сказал Ник. – Стараются всегда быть вместе: на учёбе, на улице, дома. Конечно, это сложно и неудобно, но как-то крутятся. А Катя… Увидишь. В каком-то смысле общаться с ней даже тяжелее, чем с Аней. Хотя матом она не разговаривает.

– Стараются быть вместе, – пробормотала Даша. – А Нейт?

– В такие дебри я не лезу, не моё это дело – хмыкнул он. – Если тебе интересно – спроси Катю. Она точно ответит.

– Нет уж. Ты прав, это не наше дело. – Даша поёрзала в кресле. – Можешь дать подушку?

Она подложила мягкую пуховую подушку под голову и, скрестив руки на груди, принялась ждать, гадая, какой окажется Катя. Высокомерной стервой? Кроткой овечкой? Или вообще маньячкой с кучей личностей в голове?

Явилась Катя через пять минут после ухода сестры. Даша к тому времени успела задремать, и, когда услышала звук открывающейся двери, сонно заморгала, силясь понять, когда это Аня успела так измениться? У замершей на пороги девушки были длинные вьющиеся волосы, бледно-розовые губы и тусклые, не накрашенные глаза под тонкими нитками выщипанных бровей. Слегка помятая белая блузка и юбка-карандаш поверх плотных колготок довершали образ прилежной студентки-младшекурсницы.

– Ой, здравствуйте, – пролепетала она несмело. – А как вы сюда попали? Вас Аня впустила?

– Привет, Кать, – ласково, словно разговаривая с ребёнком, произнёс Ник. – Да, Аня впустила. Она в магазин ушла, скоро вернётся. А это – Даша, Роуз вас предупреждала о ней.

– Мм… А-а, да, я помню, – кивнула девушка. – Здравствуйте, госпожа Тэранс. Очень рада познакомиться с вами.

Она лучезарно улыбнулась и вдруг склонилась в низком поклоне, заставив Дашу уронить челюсть на пол.

– Б-блин, ты чего? Встань, пожалуйста! Я тоже рада познакомиться, и можно на «ты»! Мы же ровесницы!

– На «ты»? Хорошо… – Катя заметила разбросанные по комнате вещи, и улыбка её мигом увяла. – Ой, простите. Аня такая неряха. Я сейчас всё уберу…

Ник стремительно подскочил к ней, развернул к двери, нашёптывая что-то. Слов было не разобрать, но Катя, покивав, одарила певицу ещё одной глупой улыбкой и выскользнула в коридор.

– Отправил её на кухню за чаем, – вздохнул Ник, собирая с пола бельё и рубашки. – Давай наведём здесь порядок, а то она обидится и будет плакать, пока Аня не придёт… Даш? Опять на коней любуешься?

– А? Нет. – Даша, покачав головой, решила для начала заправить постель. Ник оказался прав, подумала она, грубиянка Аня хотя бы не вызывала такого щемящего чувства жалости. – Как думаешь, она и на улице всем подряд кланяется?

– Вряд ли. Думаю, без Ани она ездит только на такси, до Нейта и обратно. Хм… – Ник с задумчивым видом покрутил в руках замысловатую конструкцию из прозрачных бретелек и двух склеенных крестиками кусочков чёрной ткани. – Смотри, какая интересная штучка. Не хочешь примерить?

– Сам примерь, – буркнула Даша и тут же отвернулась, пряча заалевшие от буйной игры воображения щёки.

***

Пока ждали Аню, успели отобедать капустным супом и пирожками с рисом. Хоть Даша вполне наелась в кафешке, но обижать отказом Катю, так похожую сейчас на маленькую наивную девочку, всё же не решилась. «Девочка» мило щебетала, развлекая гостей историями своей студенческой жизни, и совсем не замечала, насколько фальшивы их улыбки.

От супа перешли к чаю с домашним печеньем. Катя свою чашку опустошила одним глотком и потянулась за телефоном, чтобы показать друзьям невесть кем сделанную запись первого концерта. Та звучала просто чудовищно, Даша еле сдерживала желание выкинуть мобильник в окно, а Катя, перепутав мелодии, звонко смеялась, уверяя, что никогда не слышала лучшего исполнения классических эстрадных песен.

В конце концов они оставили Катю мыть посуду, а сами сбежали в спальню, где упали на кровать, тяжело дыша, словно только что покорили Эверест. Даша водрузила на голову пахнущую клубничным шампунем подушку, попыталась успокоиться, но спутанный клубок мыслей о нелёгкой доле сестёр, о Лие, о Нике, сидевшем рядом, никак не хотел расплетаться. Вконец измучившись, она громко, картинно застонала. Как раз в тот момент, когда в спальню входила потеряшка-Аня с большими пакетами в руках.

– Чёт я не въезжаю, – скривилась она, выбрасывая на стол пачки сухарей и чипсов. – Эт чё, ролевые игры? А какого хрена вы ещё в одежде? Иль вы уже кончили? Э?

– Катя пришла, – ответил Ник. – На кухне посуду моет.

– Да? Катька!!! Тащи сюда свою задницу!!!

Вскоре в коридоре скрипнула дверь, раздались торопливые шаги, и в комнату вошла Катя, успевшая переодеться в домашние брюки и белую футболку на пару размеров больше, чем нужно.

– Привет… – пробормотала она плаксиво, сморщив личико так, будто ожидала, что недовольная промедлением Аня пустит в ход кулаки.

К счастью, Аня буянить не стала, только выругалась вполголоса, схватила Катю за левую руку, потом за правую, и, сведя их вместе, застыла.

Прошла минута. Другая. Казалось, ничего интересного не происходит, пока заскучавшая Даша не попыталась эксперимента ради призвать «второе зрение». Без стимулятора она не особо надеялась на успех, но, как ни странно, дар сразу откликнулся на зов хозяйки. Краски мира поблекли, теперь Даша видела бледные, едва различимые голубые потоки, перетекающие между аурами сестёр, словно вода в сообщающихся сосудах.

– Ты видишь? – тихо спросил Ник, заметив черноту в глазах девушки.

– Да, – так же тихо отозвалась она. – Правда, очень слабо. А твой дар совсем не вижу. Интересно, почему?

– Хм… Как вариант, Лия, сама того не желая, укрепила твою связь с даром. Но, если ты не видишь мою ауру – значит ещё есть над чем поработать. И от стимулятора рановато отказываться.

– Укрепила связь… Блин, ну хоть какой-то плюс от встречи с ней, – невесело усмехнулась Даша. – Слушай, а что они делают?

– Ставят на место свои мозги? – вопросом на вопрос ответил Ник. – Я ведь тоже вижу это впервые. На прошлогоднем концерте я пропустил их, так сказать, воссоединение.

Родное «второе зрение» продержалось недолго. Боль в висках усиливалась, и Даша закрыла глаза, а когда открыла – увидела улыбки близняшек: чуть смущённую Кати и кривую, ехидную – Ани.

– Здравствуй ещё раз, Даша, – сказала Катя мягким, как раньше, но гораздо более живым голосом. – Ты прости, что видела нас такими. Просто Нейт позвонил…

– Катюш, – перебила Аня. – Ты реально думаешь, ей интересно, с кем ты спишь? И-и да, привет, Даш, – добавила она, медвежьей хваткой стискивая Дашину руку. – Я п***** как рада с тобой познакомиться… Оу, прости, ещё не донца выветрилось.

– Э-э, да, привет…

– «Я» сплю? – весело переспросила Катя. – А ты вчера на лекцию по философии ходила, да? Или, может быть, в кино?

– В кино, – нагло заявила Аня. – На «Призрака леса» ходила.

– На «Призрака»? Без меня?

– Без тебя. Ты ж не любишь ужастики, вот я и не стала тебя беспокоить.

– Ага, – притворилась, что поверила, Катя. – И как, страшно было?

– Очень. Я вся прям тряслась.

– Ага. И, наверное, громко кричала… от страха.

– О-очень громко, – оскалилась Аня.

– И пот ручьём…

Прервало пикировку хихиканье Даши. Тема разговора её здорово смущала, но сдержать смех при виде столь милой семейной сцены она не смогла. Сёстры, переглянувшись, присоединились к ней, да и Ник не заставил себя долго ждать.

– Так-с, – начала, отсмеявшись, Аня. – У нас вечером пары, вы тоже куда-то торопитесь, так что не будем тянуть кота за… хвост. Если я правильно понимаю, вы хотите узнать, как связана душа Сирены с Дашиной, и можно ли эту связь оборвать без вреда для Даши. Верно?

– Верно, – кивнул Ник.

– А вы представляете, насколько это рискованно? – спросила Катя, стягивая волосы заколками-бабочками. Глубокий гипноз требовал предельной сосредоточенности, случайно сползшая на лоб прядка вполне могла его прервать. – Мы никогда раньше не работали с одержимыми, и не можем гарантировать твою безопасность.

– Эй!

– Даш, спокойно. – Ник достал из кармана блестящий красный прямоугольник, в котором Даша с удивлением узнала «золотую» подарочную карту «Дилана» – сети популярных у сливок общества магазинов одежды. – Я уверен, вы всё сделаете в лучшем виде.

– «Дилан»? Ты что, купить нас хочешь? – фыркнула Аня. – Чтоб ты знал: мы не продаёмся. Тем более за шмотки.

– Ага, только за деньги, – Катя проворно выхватила карточку из пальцев Ника. – Это же то, о чём я думаю, да?

– Вот уж не знаю, о чём ты думаешь, – хмыкнул парень. – Во-первых, это плата за вашу помощь, а во-вторых, как говорится, порой молчание дороже золота.

Сёстры понимающе кивнули – Ник хотел, чтобы об этой встрече не узнал Нейт. Хотя они с трудом держали язык за зубами в своём полубезумном состоянии, но халявный шопинг там, где нечего делать без тонны денег в кармане, стоил риска быть пойманными на вранье.

– Эт точно, дороже. – Катя придвинула к кровати кресло с высокими подлокотниками. – Даша. Садись сюда, расслабься и ничего не бойся – много лет мы копаемся в головах людей, и никто ещё не жаловался.

– В смысле, недовольных не было, или они просто не смогли пожаловаться? – нервно переспросила Даша.

– Расслабься, – ухмыльнулась Аня, устраиваясь на полу слева от кресла. – И получай удовольствие. Давай сюда руку. Готова? Катюш?

– Ага.

– Н-нет, подождите…

– По-огнали!

***

Она стояла на перекрёстке дорожек гигантской, необъятной библиотеки. Лакированные стеллажи тянулись во все стороны, их верхние полки упирались в изрисованный библейскими картинами стеклянный купол, сквозь который тускло светило солнце. Каменные плиты под ногами дышали холодом, нос щекотал резкий запах свежей типографской краски.

– Опять сон? – Даша протянула руку к пыльному фолианту в чёрной кожаной обложке, но пальцы встретили лишь зыбкую сырость, словно книга была сотканным из тумана видением. – Ну и что теперь делать? Искать Лию?

Искать не пришлось. Едва отзвучало последнее слово, раздался громкий стеклянный звон, и свет от купола померк, оставив Дашу в кромешной темноте.

Точно, – она закусила губу, вспоминая. – В прошлый раз всё изменилось, когда я назвала её по имени. А сейчас что? Позвать ещё раз?

Мягко говоря, она не горела желанием встречаться с Сиреной. С другой стороны, просто так стоять в пустоте наедине с бьющимся, как птичка в клетке, сердцем – тоже не лучший способ потратить своё время. И время сестёр.

Блин… Да сколько можно трусить?

– Лия?!

Снова звон. Впереди вспыхнул крохотный жёлтый огонёк. Постепенно разгораясь, он превратился в пламя керосиновой лампы, стоявшей на письменном столе, заваленном книгами и древними пергаментными свитками.

За столом, лицом к Даше, сидела девушка в белой рубахе, расшитой языкастыми красными чёртиками. Она задумчиво грызла кончик пера и тихо бормотала что-то, водя пальцем по странице раскрытого посередине томика.

Она не превратится в настоящую, пока я не открою рот, да? – Даша осторожно подошла к столу. Эта Лия была осколком чужой памяти и страха почти не вызывала. – Интересно, что она там ищет? Материал для песни?

Томик оказался настолько старым, что Даша не смогла разобрать ни строчки. Вроде бы знакомые буквы складывались в полную тарабарщину. Зато получилось во всех подробностях рассмотреть лицо Сирены. Оно мало изменилось с прошлого раза – только под глазами пролегли тёмные полосы, а на губах блестела чересчур яркая красная помада.

Ты выглядишь такой… нормальной, – подумала Даша, чувствуя отголоски жалости, которые испытывала к оставшейся без сестры Кате. – Почему Ник убил тебя? Вы же были друзьями. Что такого могло случиться? Скажи мне…

– Сказать тебе?

Даша отпрыгнула от стола, как испуганный котёнок, будь здесь низкий потолок – её голова с лёгкостью пробила бы доски. В груди бешено застучало почти затихшее сердце.

– Лия…

– Не думала, что мы так скоро встретимся, – мрачно пропела Сирена. – Вижу, ты пришла не одна? Твои новые подружки?

Она прищурилась, глядя куда-то в сторону от Даши. Та, обернувшись, увидела лишь пляшущие на книжных полках тени.

Она о сёстрах? Они здесь? В моём сне?

– В нашем сне, Даша. Пока мы вместе, я слышу все твои мысли!

– Я…

– Молчи! Я помню этот дар. Помню, на что способны его обладатели. – Лия с хрустом сломала перо. Лицо её превратилось в уродливую злобную маску, голос пронзила кипящая ненависть: – Я бы с радостью поболтала с тобой подольше, однако я страсть как не люблю, когда в мою голову кто-то лезет! Как там говорил Ник?? Сгиньте!!!

Воздух вокруг Лии сгустился, обернулся ореолом толстых, маслянисто-чёрных щупальцев, и, прежде чем Даша успела испугаться, закричать, они рванулись к ней, разбивая пространство на бритвенно острые хрустальные осколки.

***

Первой вернулась усталость. Бесконечная, смертельная усталость. За ней – слух. И голоса. Тихие, словно уши забили ватой.

– …Одну.

– Вам мало?

– После того, что случилось – ещё как мало. Мы ж умереть могли, это ты понимаешь?

Аня?..

– Но ведь не умерли? Живые, здоровые.

Ник?.. Я не умерла?..

– Это ты называешь «здоровые»? Я вообще-то свою кровь привыкла видеть только раз в м…

– А-ань!

– Что Ань? Я, б****, серьёзно!.. Простите, случайно вырвалось… Короче, гони сюда вторую карту, я ж знаю, она у тебя есть. Видела в Дашиной памяти, ты в её в кафе вытаскивал, вместе с деньгами.

– Ладно-ладно. Ничего от вас не спрячешь.

– Во-от, другое дело… А, ж-жесть, опять пошла.

– Меньше нервничай.

– Заткнись. Лучше Дашу проверь, сколько можно дрыхнуть?

Что-то скрипнуло совсем рядом. Кровать? А как же кресло?

– Даш, я же вижу, что ты не спишь, – обожгло ухо тёплое дыхание. – Давай, будь умницей и открывай глазки.

– Не говори со мной как с ребёнком…

– По сравнению со мной ты и есть ребёнок.

– Дурак, – буркнула она, щурясь от яркого света. Погода за окном наладилась, на гладком небесном полотне сияло ласковое летнее солнце.

Глупо спрашивать, что случилось. И так понятно – Лия разозлилась и чуть не убила нас. Получается, всё было зря?

Свесив ноги с кровати, на которую, её, очевидно, перенёс Ник, Даша оглядела комнату. Пивные банки теперь стояли в углу, журнальный столик перетащили в центр и водрузили на него посуду – электрический чайник, стеклянную банку кофе, чашки с ложками. Тут же лежала открытая коробка конфет и смятые, испачканные чем-то красным салфетки.

Близняшки сидели на полу по разные стороны стола. Даша встретилась взглядом с запрокинувшей голову Аней, с бледной, прижимающей салфетку к носу Катей и поняла: красной была кровь.

– Простите…

– Забей, – отмахнулась Аня. – Сами виноваты. Расслабились, думали, будет легко. А оно вон как получилось. Твоя Лия – натуральный монстр. Психованная ведьма, чтоб её...

Путь до стола занял целую вечность. Вернулась слабость, как после встречи с Максом, и, если бы не помощь Ника, Даша точно упала бы. Он налил ей кофе и принялся поить с ложечки, пока девушка, обидевшись на такое обращение, не вырвала ложку из его руки.

– Значит, вы ничего не сможете с ней сделать? – спросила она, немного оклемавшись.

– Не сможем. И это ещё не самое страшное, – грустно ответила Катя. – Мы не успели заглянуть глубоко, но… В общем, ты уверена, что хочешь знать?

– Уверена, конечно, – соврала Даша, до боли крепко стиснув чашку.

– Так-с. – Аня бросила грязную салфетку в общую кучу. – Во-первых, убрать Лию, не убив тебя, невозможно. Только если она сама захочет уйти, но я б не стала на это рассчитывать. Без тебя ей одна дорога – на тот свет. А она пи… песец как сильно хочет жить.

– Все хотят, – невпопад вставил Ник.

– Хотеть не вредно. – Аня глянула на него исподлобья. – В её памяти и про тебя что-то было. Не хочешь рассказать? А то мы всех подробностей не увидели, одни обрывки.

Ник молча налил себе кофе. Молча выпил, скривил губы в гаденькой, невинной улыбочке, и три девушки дружно фыркнули.

– Ясненько. – Аня сунула в рот конфету. – Так о чём я?.. А, точно. Во-вторых, Лия почти всегда спит. Проснуться она может только если ты перетянешь на себя слишком большую часть её дара. Он как бы общий на вас двоих, поэтому вы встретились после концерта – ты сама вытащила Лию из спячки.

– Подожди, Ань, – нахмурился Ник. – Общий на двоих? Как ваш дар?

– Нет, – вздохнула девушка. – Как бы так объяснить попроще… Между сознанием Даши и Лии – прочный барьер. А дар Сирены для Даши – не родной. Она забирает его у Лии, и если забирает слишком много – барьер истончается, и Даша видит сон с Лией. Она как бы впускает её в свой разум. Понятно?

– Н-нет, – потрясла головой Даша.

– Ты хочешь сказать, Лия просыпается, только когда Даша перенапрягается на концерте?

– Если сильно упрощать – да.

Наступило молчание. Сёстры жевали конфеты, бросая на Дашу сочувственные взгляды. Сама Даша искала что-то на дне пустой чашки. Ник напряжённо думал.

Получается, стимулятор помогает Даше в этом «перетягивании каната». Вот почему Лия проснулась от полной дозы. Вера говорила, стимулятор повышает мощность перекачки дара из ауры в наши мозги… в область, подконтрольную сознанию. Но если у Даши нет своего дара, стимулятор гонит его в обход барьера. И вместе с даром приходят душа и разум Лии… Но если так…

– То есть мне просто надо сдерживать себя? – с надеждой спросила Даша. – Петь меньше песен на концерте, или число потоков уменьшить, и всё? Лия больше не появится?

– Не всё так просто, – тихо сказала Катя.

– В смысле?..

– В смысле, чем больше ты используешь дар – тем слабее будет барьер между вами. В один прекрасный день он рухнет, и тогда Лия бросит тебе вызов. И если ты проиграешь… – Катя помедлила. – Она займёт твоё тело. А ты превратишься в призрака. Такого, как она сейчас. А может и вовсе исчезнешь.

Даша тупо уставилась на Катю. В голове возник абсолютный вакуум, в который медленно, очень-очень медленно вползали мысли. И первая из них, что слова волшебницы – просто глупая шутка, мгновенно разбилась о пристальные, до предела серьёзные взгляды сестёр.

– Н-но это же просто бред! – отчаянно замотала она головой. – Этого быть не может! Ник, скажи ты им…

Даша осеклась. Ей почудилось, будто глазами Ника на неё смотрит Вера. Смотрит с жадным интересом, как хищник на добычу, вдруг потерявшую природную маскировку и оказавшуюся буквально в шаге от зубастой пасти.

– Ник?..

Он моргнул. Серые глаза снова наполнились внутренним светом, губы сжались и лицо его стало привычно добродушным.

– Ты думаешь, они врут? – мягко спросил Ник, указательным пальцем поглаживая шрам на её руке. – Но зачем им это?

– Я… – промямлила Даша, вконец запутавшись в своих чувствах.

Просто показалось, да?.. Сейчас ты настоящий?.. Да о чём я вообще думаю?? Я же должна биться в истерике! Или нет?.. Почему мне так спокойно? Так тепло…

– Во-во, нахрена нам тебя обманывать? Мы ж видели, чего она хочет, и знаем, что она это получит – рано или поздно. – Аня поморщилась и добавила: – Кстати, даже если бросишь концерты, барьер долго не протянет. Я ж говорила – Лия песец как сильно хочет жить. Без тебя, конечно. Она разрушит его, зуб даю… Ты только в обморок не падай, ладно? Мы ж ещё не закончили.

– Не закончили? – Даша спрятала руки под стол. Голова в самом деле шла кругом, правда, непонятно, от чего – то ли от осторожной ласки Ника, то ли от гремучей смеси страха за свою жизнь и надежды на чудо. Масла в огонь подливали ухмылки сестёр, сходу понявших, какой вариант правильный.

– Есть один шанс на спасение, – начала Катя, жонглируя надкушенной конфетой. – Очень слабый шанс, но лучше такой, чем никакой. В общем, когда барьер исчезнет, Лия попытается тебя убить. А раз у неё нет тела – драка случится в твоей голове. Победит та из вас, кто будет сильнее и опытнее, значит тебе просто надо стать сильнее и опытнее её.

Даша ждала, что ей предложат чудесное лекарство, или помощь гипнотизёра на порядок сильнее близняшек, или… да что угодно, только не бой с Сиреной!

– Всего-о-то? – протянула она недоверчиво. – Стать сильнее и опытнее? Б-блин, ты шутишь что ли? Я даже в школе ни с кем не дралась! Как я могу…

– Один дар на двоих, помнишь? – терпеливо спросила Катя. – Каждый раз, когда ты поёшь, ты одновременно вспоминаешь, как пела Лия, хочет она того или нет. Проще говоря, ты очень быстро её догонишь. Намного быстрее научишься управлять даром, чем она училась когда-то. Не знаю точно, насколько быстрее, но чем чаще ты используешь дар без… мм, перегрузки, тем больше у тебя шансов справиться с ней и выжить. И наоборот, чем чаще вы встречаетесь, тем шансов меньше.

– То есть, – Даша часто заморгала, – надо устраивать больше концертов? Без этой перегрузки?

– Нет, – подал голос Ник. – Так мы рискуем привлечь внимание старейшин. Есть другой вариант – бытовая магия. Если девочки правы, тебе для неё даже стимулятор не понадобится.

– Сам ты девочка, – хмыкнула Аня. – Думаешь, у неё есть «второй» дар? Это ж такая редкость.

– Второй? – переспросила Даша.

– Часть бытовой магии, такая же сильная, как основной дар, – пояснил Ник. – У Лии он был. Значит, и у Даши должен быть.

– Был?.. Хотя да, что-то такое было. Воздух, кажись? А где ты найдёшь учителя?

Ник сжал в ладонях чашку с давно остывшим кофе. Подождал немного, вдохнул горячий ароматный пар и уверенно ответил:

– Уже нашёл.

****

Космопорт «Далия» состоял из двух ярусов. Сверху располагался центр управления полётами, жилые здания, офисы с магазинами и посадочные площадки для малогабаритных судов; снизу – пляжные зоны с несмываемым искусственным песком, под небольшим углом насыпанным на металлические плиты основания. Благодаря этому ближняя к подъёмникам часть пляжа всегда оставалась сухой, а в дальней могли плавать те, кто боялся бездонных океанских глубин.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2020 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.