Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Глава 20. Кухня манипуляции сознанием: испытанные на нас приемы.





Прямая ложь.

В Главе 1 говорилось, что прямая ложь сама по себе не может быть квалифицирована как манипуляция. В 70-е годы А. Моль также писал, что прямая ложь в СМИ есть признак низкой профессиональной квалификации редактора: ее обнаружение вызывает потерю контроля над аудиторией, она становится невосприимчивой к пропаганде. Поэтому СМИ заменяют «политическую цензуру» (очевидное искажение информации) цензурой «психоаналитической» — они используют подпороговые культурные явления. Под ними в социодинамике культуры понимается постоянное искривление социокультурного пространства — такая «поляризация» в желательном направлении всех сообщений, которая не превышала бы порог восприятия радиослушателя или телезрителя. Когда он не замечает этой поляризации, у него не мобилизуется психологическая защита против манипуляции. Когда СМИ прибегают к этой доктрине, влияние на них массы получателей сообщений сводится к минимуму — массы довольны и считают СМИ объективными. А. Моль пишет, что при этом «само воздействие массы контролируется организаторами системы распространения и служит для них обратной связью, помогающей им определить основное понятие среднего порога восприимчивости получателя, ниже которого они действуют при последовательной политике». Иными словами, в демократическом обществе СМИ, служащие классу собственников, явно лгут только для того, чтобы по реакции масс уточнить порог их восприятия лжи — и затем снизить уровень лжи чуть ниже этого порога.

С тех пор, однако, положение изменилось. Тоталитарный контроль над СМИ малого числа олигархических групп делает разоблачение прямой лжи с заметным общественным резонансом маловероятным. А главное, создана такая плотность потока захватывающих аудиторию сообщений и так полно отключается краткосрочная память, что разоблачение «вчерашней» лжи уже никого не интересует. Поэтому включение прямой лжи практикуется СМИ все в больших масштабах как прием недорогой, но эффективный в решении срочных задач. При этом наглая ложь оказывается предпочтительной, потому что она разрушает всякую возможность диалога.



Вот мелкий пример. США ввели санкции против ряда предприятий России в связи с будто бы нарушениями эмбарго на поставку военных технологий в Иран. В связи с этим 4 марта 1999 г. состоялось заседание Комитета по международным делам Госдумы. Выяснилось, что никаких нарушений со стороны России не было, скандал был искусственно раздут прессой. Еще в 1997 г. американские эксперты установили и дали официальное заключение, что пресловутые 7 тонн стали, конфискованные на азербайджанской границе, были испанского происхождения и предназначались для изготовления бытовых моек. Однако вплоть до марта 1999 г., СМИ, в том числе и российские, выдавали этот груз за контрабанду, которая предназначалась будто бы для изготовления корпусов иранских ракет. И бесполезно было давать разъяснения и размахивать официальным заключением американских экспертов.

Прямой ложью об исторических событиях полны заявления политиков, журналистов, даже дикторов чисто информационных выпусков. До сих пор приходится слышать о «миллионах расстрелянных», хотя всем, кто говорит это, досконально известны точные данные. Они не только опубликованы во многих источниках, они и неоднократно и вполне официально объявлялись за последние годы[256]. Причем они публиковались и в массовой демократической прессе. Так, в еженедельнике «Аргументы и факты» (1990, № 5) были приведены официальные данные, согласно которым с 1921 по 1954 г. по политическим мотивам было приговорено к высшей мере наказания 642 980 человек. Точных данных о том, сколько приговоров приведено в исполнение, пока нет, согласно оценкам — около 300 тысяч.

Передачи телевидения полны мелкой ложью, все эти пузырьки заполнили эфир, нет возможности их прокалывать. Из писем в оппозиционные газеты можно было бы составить целую антологию вранья. Вот, отмечается юбилей замечательного оружейника М. Т. Калашникова. Казалось бы, праздник — нет, и он служит пропаганде. Комментаторы с РТР и тут нашли повод для антисоветской проповеди: мол, до гласности имя Калашникова было засекречено, и вообще в воинском звании его повысили только в 80-е годы, когда «вражеские голоса» посмеялись над тем, что великий конструктор до сих пор сержант. Каждый раз поражаешься, как хватает совести так брехать. Нам, студентам-первокурсникам в 1956 г. майор на военной кафедре, представляя автомат Калашникова, прочел целую лекцию о биографии Михаила Тимофеевича. Она была изложена в школьном учебнике начальной военной подготовки. В Военной энциклопедии 1981 г. в статье о нем указано его воинское звание полковник, присужденное в 1969 г. Это, конечно, мелкая ложь, она берет своей массой. Есть и целые концепции.

Вот выступает по телевидению начальник Аналитического центра при Президенте М. Урнов: «Россия до 1917 г. была процветающей аграрной страной, но коммунисты довели АПК до нынешней разрухи». Это — ложь прямая, причем обманывает М. Урнов сознательно — есть надежная статистика и производства, и урожайности, и уровня питания с конца прошлого века (да и не мог не читать Толстого о голоде или судебных отчетов начала века о голодных бунтах крестьян). За период 1909-1913 гг. в среднем производство зерновых в России было 72 млн. т., а в СССР в 1976-80 гг. — 205 млн. т. Урожайность до революции была 7-8 ц/га, а работало в сельском хозяйстве 50 млн. человек. Эффективность хозяйства была очень низкой. Продукция за советский период выросла в 5-6 раз, а число занятых сократилось в 2 раза. Рост эффективности в 10-12 раз — прекрасный результат (при том, что село в то же время обеспечивало своими средствами и индустриализацию СССР, и войну).

До 1917 г. весь прибавочный продукт нещадно изымался из села («недоедим, а вывезем»). Все мало-мальски развитые страны, производившие менее 500 кг зерна на душу населения, зерно ввозили. Россия в рекордный 1913 г. имела 471 кг зерна на душу — и вывозила очень много зерна. За счет внутреннего потребления. Даже в «нормальные» годы положение было тяжелым. Об этом говорит очень низкий уровень установленного официально «физиологического минимума» — 12 пудов хлеба с картофелем в год. В нормальном 1906 году этот уровень потребления был зарегистрирован в 235 уездах с населением 44,4 млн. человек. Прирост продукции в сельскохозяйственном производстве в результате реформы Столыпина упал в 1909-1913 гг. в среднем до 1,4% в год. Это было намного ниже прироста населения, т. е. Россия шла к голоду, а значит, к революции.

В целом за последнее десятилетие общество России было подвергнуто сильнейшему давлению прямой и сознательной лжи, причем нагнетаемой телевидением с использованием авторитета официальных должностей и научных титулов. Эта часть всей идеологической кампании определенно является преступной. Рано или поздно ей будет дана правовая оценка[257].

Но все же крупная прямая ложь («фабрикация фактов») внутри страны используется редко, поскольку в какой-то мере достоверная информация доходит до слишком большой части населения[258]. Другое дело — непрерывная мелкая ложь со ссылкой на неопределенные источники («серая» пропаганда). Она эффективна и безопасна в силу незначительности ложных сведений и в силу очень большого их количества.

«Серая» пропаганда используется всеми каналами российского телевидения практически непрерывно, а в особые периоды ее интенсивность резко возрастает. Обычно она заключается в том, что утром дается ложное сообщение из неопределенных источников («из кругов, близких к... », «из хорошо информированного источника... » и т. д.). Это должно быть такое сообщение, которое привлекает общественное внимание. Как правило, затронутое этим сообщением лицо или организация моментально его опровергают, но это опровержение начинает включаться (малыми дозами) в информационные выпуски телевидения постепенно, с опозданием. А главное, ложное сообщение передается все время — даже наряду с опровержением, что только усиливает его привлекательность. Никогда не дается слова для опровержения в прямом эфире или хотя бы в виде официального заявления. Обычно «серая утка» живет всего один день, а назавтра о ней вообще не говорят ни слова. Но соотношение «эффективность/затраты» исключительно велико — такая ложь ничего не стоит и опасности судебного преследования не создает.

Вот два простейших примера «серой» пропаганды. Перед выборами в Госдуму 1999 г. по первому и второму каналу российского телевидения (они вели пропаганду против блока «Отечество», возглавляемого Е. М. Примаковым и Ю. М. Лужковым) в течение целого дня проходило сообщение, будто губернатор Петербурга Яковлев решил выйти из списка блока. Это была сенсация, поскольку в этом случае весь блок снимался с выборов (Яковлев был третьим в списке). Уже утром Яковлев дал официальное опровержение, о котором телевидение упомянуло лишь вечером и очень туманно.

Другой случай — сообщение со ссылкой на никому не известное (и вряд ли существующее) частное «Агентство военных новостей» о снятии с должности командующего группой войск в Чечне генерала Шаманова. Шаманов был фигурой символической, и его снятие воспринималось бы как важный поворот в большой кремлевской интриге с войнами в Чечне. Поэтому сообщение привлекло большое общественное внимание (видимо, одновременно надо употреблять слово «отвлекло» — от чего-то, что должно было ускользнуть от этого внимания). Официальный пресс-центр Министерства обороны сразу же утром дал опровержение (судя по всему, в очень резких тонах), однако даже в ночных информационных выпусках ложное сообщение было повторено.

«Серая» пропаганда такого типа, конечно, не преследует цели внедрить в сознание какую-то мысль или установку. Она создает условия для какого-то другого манипулятивного воздействия — рассеивает и отвлекает внимание, что-то стирает из краткосрочной памяти, а главное, порождает в обществе ту обстановку общей нервозности, о которой говорил еще Марат. Вот эта постоянная нервозность (стресс) и служит средством разрушения психологической защиты человека против манипуляции.

Не гнушаются российские СМИ и «черной» пропагандой. Еще ведомство Геббельса стало применять прием, который раньше как-то стеснялись использовать — изобретение фальшивых цитат (иногда с указанием точного «источника», вплоть до страницы). Во время перестройки и реформы в обиход была введена целая куча таких цитат (на них М. Шатров даже строил целые пьесы, которые шли на сцене Художественного театра). Широко обсуждалось «изречение» Ленина о том, что «государством должна управлять кухарка» или афоризм Сталина «нет человека — нет проблемы» (введен А. Рыбаковым).

Ю. И. Мухин приводит случай «цитатной» лжи прямо геббельсовского типа. Некий историк В. Анфилов написал в газете «Красная звезда» от 22 июня 1988 г. : «Последняя проверка, проведенная инспектором пехоты, — говорил в декабре сорокового года на совещании начальник управления боевой подготовки генерал-лейтенант В. Курдюмов, — показала, что из 225 командиров полков, привлеченных на сбор, только 25 человек оказались окончившими военные училища, остальные 200 человек — это люди, окончившие курсы младших лейтенантов и пришедшие из запаса». Эта цитата потом пошла гулять даже по «научным» книгам. Но получилось так, что в 1993 г. материалы совещания, на которое ссылается В. Анфилов, были опубликованы, в том числе доклад инспектора пехоты и выступление В. Курдюмова. Там ни слова нет об уровне образования командиров полков[259]. На сборы осени 1940 г. вообще не вызывались командиры полков, были собраны только командиры рот. Что же касается командиров полков, то на начало 1941 г. из 1833 командиров полков 14% окончили военные академии и 60% — военные училища.

Были и довольно крупные операции «черной пропаганды». Примером служит широко распространенная версия, будто Сталин в молодости был тайным осведомителем полиции. Начало ей положила публикация в журнале «Лайф» неким И. Левиным одного документа, на который СМИ поначалу ссылались, а потом подразумевали как общеизвестный факт. Думаю, подавляющее большинство тех, кто слышал эту версию, уже ничего не знал о документе. Представлял он из себя официальное письмо от 13 июля 1913 г. на бланке МВД России начальника особого отдела департамента полиции Еремина «начальнику Енисейского охранного отделения», куда направлялся в ссылку Сталин. В этом письме и говорилось, что Сталин стал сотрудничать с полицией после ареста в Тифлисе в 1908 г.

«Документ» этот — фальшивка средней руки (качество таких документов зависит от цены). Э. Хлысталов, заслуженный работник МВД России, указывает на несообразности, которых могло бы и не быть при достаточных ассигнованиях. Подпись Еремина подделана плохо. Подписано письмо фамилией без указания звания, что в официальных документах категорически не допускалось. В 1913 г. не существовало Енисейского охранного отделения, а был Енисейский розыскной пункт; начальником его был не «Милостивый Государь Алексей Федорович», а Владимир Федорович Железняков, чего Еремин не мог не знать. В документах в то время не писали «Иосиф Виссарионович», а писали «Иосиф Виссарионов». Все это — мелочи для дешевого фальсификатора, но такие мелочи, которых не могло быть в настоящем документе. Знали все это наши демократические идеологи, решившие запустить «черную» фальшивку и в СССР? Не могли не знать — дело старое. Расчет был на то, что для своей пропаганды они могли использовать всю государственную машину СМИ, а напомнить результаты экспертизы «документа» Э. Хлысталов смог в 1998 г. только в маленькой газете «Московский железнодорожник».









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.