Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







ИЗ ЖИЗНИ РИМСКИХ ПРОВИНЦИЙ В ЭПОХУ АВГУСТА





Разделение провинций на сенатские и императорские было одним из первых актов, ознаменовавших установление принципата.

С начала I в., а особенно со времен первого триумвирата, политическое значение римских магнатов, претендующих на особое политическое влияние, зиждется на их связи с провинциями. Разделение провинций между правителями Рима мы встречаем и во времена первого триумвирата и во времена второго [с. 469] триумвирата. Этот же принцип остается и при Августе. 13 января 27 г. до н. э.1 произошло разделение всех провинций на императорские и сенатские. Пограничные провинции отошли к императору, а провинции старые, замиренные оставались в распоряжении сената.

И принцип разделения провинций и их разделение — все это восходило к первому договору о разделе власти, нанесшему удар Римской республике, — к первому триумвирату. К Августу отошли те провинции, которые были поделены в Луке между первыми триумвирами. Иное положение по сравнению с другими провинциями занимал Египет, присоединенный Августом к числу своих провинций. Он считался доменом императора и управлялся префектом из всаднического сословия.

Каково было положение проконсулов и пропреторов при Августе? Еще имелись такие сенаторы, которых по жестокости методов угнетения провинциалов можно сравнить с республиканскими промагистратами. О проконсуле Азии Валерии Мессале Волезе рассказывали, что он в течение одного дня казнил в своей провинции 300 человек и восхищался тем, что совершил поистине царственное дело2. Такие случаи во времена Августа были еще возможны, но это уже было не правилом, а лишь исключением.

Август перенес рассмотрение дел о злоупотреблениях в провинциях в сенат и тем самым показал провинциалам, что притеснения их управителями не остаются безнаказанными, даже если эти управители принадлежат к знатным римским родам. Система управления провинциями начинает при Августе изменяться; изменяется, в частности, система взимания налогов. Унаследованная от эллинистических государств откупная система, столь характерная для эпохи республики, остается при Августе, но в нее вводятся такие ограничения, которые не дают возможности публиканам наживать несметные богатства и пользоваться прежними исключительными привилегиями. При Августе по многим провинциям проводится перепись местного населения. Все жители провинций должны были быть вписаны в особый кадастр, соответственно которому определялись их повинности.



Таким образом, и центральному правительству и местным властям заранее было известно, сколько должна была внести та или иная провинция, и до известной степени положен предел вымогательствам, которые характерны были для республиканской эпохи. Прямые налоги (tributum soli — поземельный налог [с. 470] или в некоторых провинциях tributum capitis — подушный налог) в сенатских провинциях взимались откупщиками, в императорских — особыми императорскими чиновниками, прокураторами, при содействии наместника провинции. В иных случаях взимание налогов предоставлялось местным городским советам. Большое значение для публиканов имели косвенные налоги, но и здесь они были ограничены в своих возможностях.

Компании откупщиков остаются, но число участников их уменьшается, неизмеримо меньше и скромнее были и их доходы3.

Соответственно доходам и разделению провинций при Августе намечается и разделение императорской казны; наряду со старой государственной казной — aerarium Saturni создается постепенно императорская казна, получившая название fiscus.

Во времена Августа существовали fisci в отдельных провинциях, aerarium оставался еще общегосударственной казной, в которую император вносил иногда средства; впоследствии fiscus превращается в особое финансовое ведомство4.

Разделение провинций на сенатские и императорские существовало вплоть до поздней империи, хотя в III в. оно утратило какое бы то ни было значение. Границы отдельных провинций совпадали с историческими границами тех областей, которые существовали до того, как они вошли в состав Римской империи.

Императорскими провинциями были Испания, кроме Бэтики, Галлия, Иллирия, а впоследствии вновь завоеванные придунайские провинции: Реция, Норик, Паннония, Мезия, а также восточные провинции Сирия и Египет. В начале принципата императорскими провинциями считались Корсика и Сардиния, но впоследствии они были отнесены к сенатским провинциям. К сенату в 22 г. отошла Нарбонская Галлия, в состав сенатских провинций вошла также южная Испания. В связи с завоеванием придунайских провинций Иллирик был отделен от Македонии и превращен в императорскую провинцию.

Сенатскими провинциями к концу правления Августа, таким образом, были Африка, к которой впоследствии была присоединена Нумидия, южная часть Испании (Бэтика), [с. 471] Нарбонская Галлия, Македония, вновь образованная Августом провинция Ахайя, в которую вошли все старые греческие области, Вифиния и Понт, Азия, Крит и Киренаика. На восток к провинциям Азии и Вифинии примыкал ряд полузависимых государств, находившихся под протекторатом Рима.

В сенатских провинциях основы управления формально оставались прежними: провинции Азия и Африка управлялись проконсулами, в остальные провинции посылались пропреторы. Как правило, пропреторы назначались через пять лет после того, как они занимали должность претора в Риме, а проконсулы получали провинции через десять лет после того, как они отбывали магистратуру в Риме. Большей частью проконсулы и пропреторы оставались в своей должности год, но иногда полномочия их продлевались. Мы уже ссылались на надпись, свидетельствующую, что П. Паквий Сцева стал во второй раз проконсулом Кипра вне жребия, на основании auctoritas principis и сенатского решения5. Разделение провинций на сенатские и императорские не было полным и безусловным. У нас нет никаких оснований говорить, что Август совсем не имел права вмешательства в дела сенатских провинций. Эдикты Августа из Киренаики, опубликованные впервые в 1927 г., содержат распоряжения Августа, обращенные к проконсулу Крита и Киренаики. Крит и Киренаика составляли особую сенатскую провинцию. Но вместе с тем Август дает определенное распоряжение проконсулу. В первом эдикте говорится, каким образом должны быть организованы суды по преступлениям, наказуемым смертной казнью. В обращении к проконсулу мы встречаем такое выражение: δοκοῦσι μοι καλῶς καὶ προσηκόντως ποιῄσειν οἱ τὴν Κρητικὴν καὶ Κυρηναϊκὴν ἑπαρχίαν καθέξοντες... («Кажется мне, что хорошо и подобающим образом поступают те, кто будет управлять Критом и Киренаикой...»)6. В другом эдикте сказано прямо: κελεύω («приказываю»)7.

Очевидно, в силу той власти, которую получил Август в 23 г., когда ему был предоставлен imperium maius, а также в силу своей auctoritas Август имел право вмешательства и в дела сенатских провинций. На основании эдиктов из Киренаики мы можем заключить, что Август устанавливал формы управления отдельными провинциями, регулировал вопросы, касавшиеся местного самоуправления. Следовательно, в отношении всех провинций — сенатских и императорских — он имел фактически те же права, какие имели прежние республиканские промагистраты в отношении некоторых провинций. Подобно [с. 472] тому как суд в сицилийских городах был организован по lex Rupilia8, Август определяет основы судебного разбирательства по различным делам в Киренаике. Твердых конституционных норм не существовало: основные вопросы управления в сенатских провинциях могли устанавливаться и сенатом и императором. Устанавливая для Киренаики порядок судопроизводства по уголовным делам, караемым смертной казнью, Август указывает, что порядок этот должен оставаться до тех пор, пока сенат не вынесет определенного постановления или сам он не найдет чего-либо лучшего.

Из тех же эдиктов мы узнаем, что Август осуществлял суд над римскими гражданами по обвинению в серьезных уголовных преступлениях, для чего иногда римские граждане, закованные в цепи, доставлялись в Рим. Император, так же как и сенат, мог предоставлять права римского гражданства, что иногда сопровождалось освобождением провинциальных жителей от всех податей и повинностей.

Провинциалы могли направлять своих послов непосредственно к Августу для изложения своих жалоб и претензий к администрации. В первом эдикте из Киренаики говорится, что жители жаловались на проживающих в провинции римских граждан, угнетавших провинциалов несправедливыми судебными решениями. Наконец, провинциалы могли обращаться к принцепсу через жрецов богини Ромы и Августа. Во многих провинциях ежегодно в главном городе собирались жрецы из различных городов, чтобы принести жертвы в храме богини Ромы и Августа. На этих же собраниях (concilia) обсуждались и местные дела. Собравшиеся обращались непосредственно к Августу с почетным адресом и различными петициями9.

Фюстель де Куланж усматривает в этих собраниях начало представительного правления, приравнивает их к национальному собранию страны и видит в них «нечто вроде особого провинциального самоуправления»10. Это, конечно, преувеличение, но собрания могли играть известную роль и в ограничении произвола наместников и в усилении непосредственного влияния Августа на высшие слои провинциального населения.

Август вмешивается не только в дела областей, которые находились под властью сенатского управления. Он вмешивается и в распоряжения вольных городов. Любопытна в этом отношении одна надпись из Книда11. В этом городе произошла [с. 473] ссора между несколькими гражданами, трое из них стали осаждать дом своего противника. Осада продолжалась три дня, и во время столкновения раб осажденного бросил чашу в осаждавших, и один из них был убит. Общественное мнение города было настроено против Евбула, сына Хрисиппа, хозяина убийцы. Евбул был обвинен перед местным судом и осужден. Тогда он обратился к самому Августу, и тот поручил разбор этого дела Азинию Галлу не как проконсулу Азии, а как своему другу. В результате Евбул был признан невиновным. Таким образом, без каких-либо особых полномочий Август считал своим правом и своим долгом в силу своей auctoritas вмешиваться в дела, которые, по его мнению, решались несправедливо.

Все сказанное дает нам право заключить, что Август независимо от существовавшего разделения провинций наблюдал за ходом провинциальной жизни и вмешивался в провинциальные дела, когда считал это необходимым. Нечего и говорить о том, насколько была велика его власть в императорских провинциях.

Эти провинции управлялись особыми легатами с пропреторским званием. Каждый из них назывался legatus pro praetore. Этому легату были подчинены войска, которые находились в данной провинции. Легаты назначались Августом из лиц сенаторского сословия. Большей частью выбирались для этой цели те, кто прошел претуру или консулат. Это было одно из средств привлечения высшей знати к участию во вновь создаваемой императорской бюрократии.

Несколько провинций управлялись прокураторами из всаднического сословия. На западе таковыми были Реция и Норик, на востоке — Иудея (после 6 г. н. э.). Особое управление, как мы увидим ниже, имел Египет.

По форме для многих провинций оставалась прежняя система управления. Не надо забывать, что управление сенатскими провинциями составляло одну из выгодных статей доходов сенаторской знати, и поскольку Август не хотел вступать в конфликт с последней, он не мог отобрать этой важной привилегии. Но отдать в управление сената все провинции со всеми находившимися в них войсками было невозможно. Это означало бы лишение принципата основной его опоры — войска, и поэтому Август оставил за собой пограничные провинции, в которых находились его войска. Правда, были и отдельные сенатские провинции, где были расположены войска (Македония в начале принципата, Африка, Киренаика). Это являлось своего рода исключением, и кроме того, речь идет о сравнительно незначительных военных силах.[с. 474]

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.