Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Семь Таинственных Книг Хсаана





К этому основному списку нечестивой литературы подражатели и последователи Лавкрафта добавили другие богохульные работы. Это были такие ужасные творения, как Осколки Элдоуна, Ричарда Ф. Сирайта, которое появилось в многочисленных подделках и в нескольких собственных рассказах Лавкрафта – Тень Из Безвременья и Дневник Алонзо Тайпера. В собственных произведениях Лавкрафта – Семь Таинственных Книг Хсаана, Сомнамбулический поиск неведомого Кадата – кратко упоминается Текста Р’лайха, который появляется во множестве связанной с Лавкрафтом беллетристике. Во всей этой современной литературе намешана большая доля изданий по колдовству и сверхъестественному. Например, среди них: Коттон Матерс, Magalia Christi Americana[121] (в – Картина в доме, Модель для Пикмана, The Unnameable (Неназванный), Случай Чарльза Декстера Варда), и Чудеса Невидимого Мира (в – Модель для Пикмана); Джованни Баттиста делла Порта, De Furtivis Literarium Notis[122] (Данвичский ужас), Роберт Фладд, Clavis Alchemae[123] (в – Случай Чарльза Декстера Варда), и Джозеф Гленвилл, Saducismus Triumphatus[124] (в – Фестиваль). Дополненные ссылками на существующие книги дьяволиады придавали большую достоверность рассказу и, возможно, отбрасывали сомнения читателя в реальности существования любых других гримуаров. Поистине, многие до сих пор удивляются, если нет и крупицы истины в предполагаемом существовании некоторых из этих книг. А может, все-таки есть? Включение таких документов, будь то реальные или воображаемые, добавляет определенный научный авторитет большей части работ Лавкрафта, которые этим характеризуются.

Вырождающиеся американские поселения

Третий слой беллетристики ужасов Лавкрафта был скопирован из американской истории. Большая часть его ужасов обращается к “дегенерировавшим, инбредным[125] семьям”, которые проживали в отдаленных областях равнинной Новой Англии. Даже у старых полных достоинства семей были свои «гнилые» ветви, с которыми они редко общались. Некоторые из этих идей, как уже отмечалось, возможно, появились в результате наблюдений за семьей матери – Филлипсов, а, возможно, их следствием. Не безосновательно он выбирал поселения сельской Новой Англии как арену большинства его самых ужасающих рассказов. Даже в XX веке дух вырождения и распада витал в некоторых частях общества Восточного побережья.



Американское Восточное побережье в значительной степени было населено британцами и голландцами – народами двух стран, которые не всегда дружественно относилось друг к другу. Поэтому поселения устраивались крайне неравномерно. Сегодня нам представляются шумные города и автострады, занимающие все побережье – Новая Англия XVII, XVIII и начала XIX веков была совершенно иной. Это были в значительной мере дикие места: леса и болота, в которых люди могли «сгинуть бесследно». Дабы быть объективным, следует сказать, что были и преуспевающие города – Нью-Амстердамом (теперь Нью-Йорк) и Бостон – но в массе, поселенцы жили в примитивных (по нынешним меркам) поселениях, далеко в медвежьих углах и сельской глухомани. Изоляция и изолированность таких поселений вгоняла людей в затворничество и подозрительность, что, временами, приводило к возникновению странных обычаев и процветанию необузданных верований.

Деревня Салем

Например, в Салеме на побережье залива Массачусетс, где сосредоточились в основном пуританские колонисты, в 1692 году общину захлестнула истерия колдовства. В гнетущей атмосфере «душегубки» Салемской общины (теперь Данверс, штат Массачусетс) девятнадцать девушек были приговорены к повешению на безлесном холме за деревней, за то, что какой-то старик был насмерть раздавлен упавшими камнями на глазах у кучки испуганных до истерики девушек. Это вызвало всеобщий ажиотаж – Салем не был исключением среди замкнувшихся и часто клаустрофобных общин на побережье Новой Англии. Действительно, многие из них придерживались весьма странных и непонятных убеждений и устремлений. Рассеянные по всему Восточно-американскому побережью, далеко от крупных селений, существовали такие общины, которые мы сегодня могли бы назвать “изгоями” – изгнанными по разным причинам из крупных селений. Например, были общины квакеров, избегавшие пуритан, которые селились на окраинах крупных городов или в лесу. Сохранились сведения и о некоторых еще более странных общинах, которые представляли как бы внешнюю «цивилизацию». Примером такой была община Догтаун.

Догтаун

На безлесном плато, между бухтами Глостер, Ипсуич, на мысе Рокпорт в заливе Массачусетс во второй половине XVII века нашло свой дом разрозненное и весьма пестрое сборище людей. Поселение Догтаун, считают, возникло где-то в 1660-ых годах, и было населено многими вдовами моряков Глостера, погибших в океане. Без мужского плеча забота о них стала тягостным бременем для жителей Глостера, и их изгнали в дикую местность. Некоторые из них были довольно странные личности и, вероятно, это не способствовало их карьере. Они сходились с вдовами военных, погибших на побережье в различных кампаниях, и в скором времени поселок начал расти. Он был назван Догтауном (Собачьей конурой) из-за несметного количества бродячих собак, которые беспрепятственно бродили по «улицам» поселка. Место стало магнитом для чудаковатых и своеобразных, как женщин, так и мужчин, которые не хотели или не могли вписаться в привычное общество. В основном это были ирландцы или шотландцы. Некоторые из них были умственно ненормальными. Они жили в землянках или в обломках деревянных кают, построенных, поставленных вдоль одноколейного пути, который и сформировал главную «улицу» селения, или на открытом травяном лугу, что и стал обычной основой Догтауна. В отчетах современников идет рассказ о старых ведьмах, сидящих на этом зеленом ковре, квохчущих или говорящих сами с собой самым смятенным образом. Запах там, согласно очевидцам, был преотвратительный. Это странное поселение существовало на протяжении почти двухсот лет, и было, в конце концов, снесено только 1830-ых годах, после ухода последних жителей. Все следы покинутого поселка были мгновенно уничтожены.

Жители Глостера, Ньюбери в районе Ипсуича, тут же объявили Догтаун «деревеней ведьм» и решительно заявили, что Черная магия теперь будет под пристальным взглядом общественности. Вполне возможно, что некоторые из этих старух зарабатывали на жалкое существование гаданием в мире простых моряков, или попросту проклинали соседей в бытовых распрях, а это, по существу, общественностью приравнивалось к практике Черной магии. Многие жители деревни попадали в разряд «старой карги» (женщина зловещего вида) – дряхлые, уроды и вообще отвратительного облика – их всячески избегали, даже если они отваживались покинуть Догтаун.

В своей книге Воспоминания о девяностолетних[126] (1897), Сара Анна Эмори из Ньюбери передает, по крайней мере, некоторые жуткие моменты, имевшие тогда место: «Догтаун находился в двух милях от шееобразного мыса», пишет она. «За прудом Дейл, дорога уходила в густой лес. Однажды, темной бурной ночью, это было явно опечаткой». Догтаун, продолжает она, был местом, где большинство людей старалось не появляться даже в светлое время суток из страха, что будут сбиты с толку ведьмами, поселившимся там. В своей Истории Догтауна (1896), Чарльз Манн упоминает некоторых из них: Джуди Райнса (Райан), гадалку, которая якобы встречалась с дьяволом в окрестных лесах (у нее было странно изуродован рот «зубы, как собаки» и ходила, бормоча себе под нос); Корнелиуса Файнзона или «Черного Нила» (отдельные его зубы уже давно торчали над верхней губой); Шотландца Младшего (с длинной бородой, похожей на человека, которая спускалась почти до пояса, и «в выражениях не стесняющегося»), Джульетту Хейв или Хейвторн, что ходила, как будто в тумане, кудахтая и, повизгивая от смеха (тогда в таком состоянии, как утверждала, она видела тени будущего). Имеются также упоминание о «Старой Матери Занозе» – тяжеловесной, агрессивной стареющей женщине, «грязной в теле и речах», которая варила зелья от болезней и привороты отставных солдат, и о Натаниэле Бурке – «Адском Натти», у которого отсутствовала часть лица – там осталось немного обгорелой искаженной плоти. Он гнал для себя самогон, и, вероятно, был постоянно пьян. Догтаун, продолжает Манн, был «приютом для пиратов и опустившихся людей», которые только усугубляли чудовищную и мистическую репутацию поселка. Были также слухи о связях отдельных жителей поселения с «непонятными обществами» (как правило, связанными в некотором роде с масонами), которые возникали в соседних общинах, таких как Веллфлит (изначально называвшийся Биллингсгейт) и Ипсуич. Селение, возможно, было первой «колонией ведьм» в Америке, и ее жителей и боялись и избегали из-за их странного и часто безобразного вида и неприемлемых манер. Они часто были связаны с демоническими и первозданными силами, которые водились в лесных чащах и болотах.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.