Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Ситуация с малярийным комаром





 

Чтобы объяснить, с какими трудностями и необходимостя-ми встречается учитель, когда учит своих учеников, нет лучшего метода, чем перенести данную ситуацию в контекст, адекватно иллюстрирующий ее и содержащий вкрапления, аналогичные реальным факторам: подобные иллюстративные моменты должны быть узнаваемы для вашей аудитории. Именно это я сейчас и собираюсь сделать. Приводя здесь басню, я ввожу действенные и освященные веками методы учения в практику и формат второй половины того, что мы называем сейчас двадцатым столетием.

Прежде всего, начнем сутверждения, что мы пытаемся донести свое послание до людей духовно недоразвитых. В этом нет ничего постыдного, и данное утверждение не подлежит обсуждению. Все учения начинают с вводной речи вроде: «Я здесь, чтобы учить вас, и вы должны уделить мне минимум необходимого внимания». За этим следует утверждение (наподобие вышеприведенного), которое можно было бы выразить так: «Вы не знаете метода, которым я буду вас учить, скажем, французскому языку; возможно, вы и не подозреваете, как мало знаете. Обсуждать это я не собираюсь, но научу тех, кто последует моим указаниям».

Среди вас есть такие, кто очарован «методами» и готов слушать человека, только если он предлагает или кажется, что предлагает, какой-то непривычный «метод». Я пренебрегу этим, потому что мне в данном случае ваше спокойствие дороже любого изменения. Некоторые из вас предпочитают теорию, другие — практику. Я здесь, чтобы преподать теорию, которая вам нужна, и предоставить практику, в которой вы нуждаетесь, и сделать это я должен с помощью необходимого вам метода и в нужное для вас время. Поскольку я не представляю организацию по вербовке, рекламе или психотерапии, у меня нет намерения перечислять симптомы вашей болезни, доказывая чем вы болеете. Я здесь, чтобы учить, а не пробуждать в вас хорошие или плохие чувства, не потому, что я хочу приносить вам удовлетворение своими действиями, или наоборот.



Теперь перейдем непосредственно к нашей теме — малярийному комару. Сейчас, посредством фокуса с иллюстрацией, которую мы называем притчей, вам придется поставить себя на мое место. Вы работаете в сфере медицины или гигиены. Вы приезжаете в область, где у людей почти отсутствуют знания в указанной отрасли. Назовем их первобытным обществом, которое все же многого достигло в других сферах жизни. Они превосходят вас, например, в том, что касается выживания в джунглях, у них тонкое чувство справедливости и всякого рода ценные институты. Но из-за отсутствия подлинного представления о роли гигиены в повседневной жизни многие люди гибнут, и очень высока детская смертность. Допустим, что такие потери человеческого потенциала лишают данное общество способности развиваться, используя преимущества своих, скажем, культурных, экономических и других достижений. У вас же есть специальные знания, чтобы им помочь.

Люди говорят вам: «Ты чудотворец. Мы-то знаем, потому что видели, как ты добыл огонь, даже не потерев палочки друг о друга». Для вас это не имеет никакого значения, для них — важно. Вы не можете настаивать на своем, потому что они все еще не верят, что ваши спички созданы человеком. Тогда вы просто скажите: «Возможно, я и кажусь вам необычным. Но важно то, кем я являюсь в действительности».

И вот люди спрашивают: «Как ты поможешь нам?» Вы отвечаете: «Я приехал потому что хочу помочь вам улучшить ваше физическое существование, я знаю способ. Я здесь также для того, чтобы спасать жизни, я умею делать и кое-что другое, чему и вы сможете научиться».

Некоторые из них заявляют: «Учи нас НЕМЕДЛЕН-НО!!!» Вы говорите: «Я должен ознакомить вас с простейшими знаниями, потому что мои умения зависят от основы». Это людям не нравится. Они хотят улучшить свое физическое состояние прямо СЕЙЧАС или получить какое-нибудь подтверждение, что оно уже улучшается и они могут это ощутить.

Одни утверждают: «Он врет!» Другие уговаривают: «Мы сделаем все, что ты скажешь. Вот пара куриц, не хуже, чем мы дарим колдуну. Сделай так, чтобы мы жили вечно!» Их мышление основано на неприемлемых для вас предпосылках.

Некоторые спрашивают: «Что нам делать?» Тогда вы отвечаете: «Первое: надо взять масло и вылить его в пруд, чтобы личинки малярийного комара перестали расти; тогда комары больше не смогут заражать вас малярией. В результате многие люди, что сейчас лежат пластом, пойдут работать, не будет смерти от осложнений, а пруд, наконец, можно будет использовать для всеобщей пользы». И что же отвечает племя?

«Ты вещаешь о таких высоких материях, — говорят люди, — что для нас твои слова теряют всякий смысл. Как может комар быть связан со смертью или водой? Комар много не выпьет. Да они и не слишком кусают! Колдун рассказывал нам об опасностях нарушения табу. Наверное, ты хочешь сказать, что комары каким-то образом являются табу?»

Вы настаиваете: «Дайте мне время, и я покажу вам». Они пристают: «Как долго ждать?» Им хочется увидеть все СЕЙЧАС. Вы говорите: «Прекрасно, мы выпишем микроскопы, ДДТ, книги Листера и Росса…» Им кажется, что вы бредите, подобно безумцу. В лучшем случае они думают, что вы невероятный чудила.

Тогда вы спрашиваете: «Как бы вы хотели, чтобы я рассказывал об этом?» Они скажут: «Не важно, продолжай дальше». Или: «Рассказывай так, как говорят знахари, мы к этому привыкли». Тут вы ответите: «На языке знахаря можно выразить лишь примитивные идеи». «Тогда научи нас новому языку», — требуют они. «Прекрасно, — говорите вы, — это как раз то, что я пытаюсь делать, а вы даже не стараетесь запомнить новые понятия». На что они заявляют: «Да, нам и прежде говорили, что мы безнадежны. Когда мы находимся рядом с тобой, то действительно чувствуем себя безнадежными. Разве это не хороший признак?» Вы отвечаете: «Есть разные степени безнадежности: есть время ее просто чувствовать, а есть время, когда с нею можно вступить в некоторые отношения». И тут они опять замечают: «Какое странное новое учение, настолько странное, что, может быть, и вранье. То есть оно напрочь отличается от всего, что мы когда-либо слышали».

 

Социологическая проблема

 

Нет смысла браться за решение проблемы передачи Учения нынешнему и новому поколениям студентов и даже упоминать о существовании подобной проблемы до тех пор, пока не решена проблема социологическая.

Социологические проблемы связаны с позицией (человека), с образом его мыслей, отношением к любому культу, верованию, набору идей, обществу, знакомым или незнакомым способам браться за дело.

В этой культуре до недавних пор проблемы такого рода рассматривались как психологические, но их корни лежат глубже, а сами проблемы лучше видны и решаются с относительной легкостью в социологическом контексте.

Если проекция Учения вызывает у того или иного индивида и/или группы реакцию принятия, отторжения или неуверенности, — это является следствием разных позиций, сформированных ранее их родной общиной. Предубеждение «за» или «против» относительного любого подхода «извне» или даже «изнутри» существует как симптом хорошей или плохой приспособляемости индивида или группы к общественным нормам.

Так, например:

Если индивид или группа привыкли находить социальную поддержку и преимущества в авторитарной системе, такой индивид или группа будут искать те же стимулы и в «новом» подходе.

Если социальное окружение натренировало индивида относиться к тому, чего тот не понимает, как ко злу, он будет нетерпим ко всему непонятному, включая любое проявление Учения, и не только Учения.

Только безнадежно невежественные индивиды и институты берут на вооружение метод «обусловливания людей» (обеспечивая их новым социальным кругозором) и считают это этапом Учения. На самом деле здесь действует принцип конвейера.

Только социальные группы, притворяющиеся группами «высшего порядка» (включая те, что относятся к религиозным), воображают, будто стимулирование эмоционального кризиса, который приводит к принятию определенных верований, имеет какую-то связь с «обращением». Это всего лишь перепрограммирование.

Следовательно, любой подход к индивидам и/или группам (как бы они ни выглядели) должен учитывать упомянутые социальные факторы. Более того, подход должен быть выражен таким образом, чтобы отсутствие в нем поверхностных моментов, на самом деле относящихся к социальной сфере, не вызывало сомнений. Подобный подход должен иллюстрировать так ясно и так часто, как только возможно, что большинство людей принимают за «духовные» или «высшие» переживания продукт, производимый методологиями, нарушающими обычную социальную, химическую или электрическую среду индивида.

Если эта информация неизвестна будущему студенту, ему придется извлечь ее из доступных ныне источников. «Учить» тому, что человек может получить и в других местах, будет бесполезной тратой времени и сил.

Когда социальная проблема вклинивается между изучающим и Учением, ученик, оказавшись отрезанным от информации об истинном положении дел, неизбежно станет продолжать изучение и попытки применения материалов высшего развития только для улучшения своей социальной приспособляемости.

Подобное употребление материалов является пародией на то, как ими можно пользоваться на самом деле, и в результате инструкторы Учения опускаются до уровня механиков по социальной интеграции, имея дело с задачами, с которыми не хуже могли бы справиться и люди, обладающие обычными для современных культур знаниями.

Однако фактор социальной приспособляемости занимает столь значительное место в умах обучающихся, и этот фактор настолько перепутывается в их мыслях с чем-то «высшим», что позволить себе увидеть всю эту ситуацию становится настоящей проблемой и проверкой для ученика.

Самообман вынудит его сопротивляться, отрицать или просто пройти мимо такого осознания. Как бы то ни было, Учение неизменно утрачивается, если оно превращается лишь в инструмент социального приспособления. Это тем более верно, поскольку методы и механизмы социального приспособления уже стали доступны широкому кругу потребителей в «господствующей культуре».

Установлено, что хорошая социальная интеграция в обществе способствует лучшему усвоению Учения. Легко обнаружить, что человек, вся жизнь которого «посвящена Учению», менее способен к восприятию.

Именно по этой причине Учение в основном обращено к тем, кто уже обрел социальное равновесие. Когда Учение берет на себя какую бы то ни было ответственность за уже существующие группы, полагающие, что они работают с Традицией, сначала необходимо установить, достигла ли группа и/или ее отдельные члены адекватной широкой интеграции с обществом.

С точки зрения диагностики тех, чья «преданность Учению» является одержимостью и результатом внушения, легко отличить от « принадлежащих Учению». Первые не могут думать ни о чем другом и не способны иметь дело с обычным миром. Последние, опираясь на свои способности, а не на убеждения, могут действовать в любом обществе.

Весьма существенно в качестве предварительного и основополагающего условия установить со всеми необходимыми уточнениями ошибку в диагнозе. Речь идет о ситуации, когда некоторые организации считают одержимых людей достойными и ценными индивидами, хотя такие личности способны только отдавать. Поэтому-то они и представляют собой величайшую ценность для институтов, все усилия которых направлены на собственное выживание. Цель же институтов, созданных Учением, — быть инструментом, ограниченным в масштабе и целях, орудием, которое требует от индивидов и групп минимума энергии, преданности и жертвенности, в то же время обеспечивая их максимумом обучения и потенциальности.

Большинство человеческих сообществ состоит из ряда глубоко почитаемых социальных организмов, действующих в самоувековечивающем ритме. Поскольку таковыми являются весьма уважаемые организации и используемый ими простой метод возбуждения и поддержания энтузиазма известен большинству людей из всех слоев общества, необходимо сделать все, чтобы послание об истинной природе института или организма как такового стало предельно понятным. Понимание подобных вещей сравнительно медленно приходит к людям. Запечатлеть аргумент — еще не значит понять его.

Величайшая ценность курсов Учения и всей его деятельности как раз в том и состоит, чтобы привести человека к непреходящему пониманию.

 

Срок годности рыбы

 

Находясь под воздействием Учения, человек может усовершенствоваться. Если же он в результате стал хуже, то причиной тому невежество учителя, который подверг ученика воздействию учебных материалов, не исправив сначала его внутренние тенденции. В подобном случае ни обучение, ни изучение не были продуктивны.

Если человек учился сам по себе, то и в этом случае ни изучение, ни обучение не имели места. Надежда на совершенствование не заменяет способности к совершенствованию.

Те, кто изучал и работал, могут знать больше тех, кто этого не делал. Но все зависит от времени. Представьте себе, что человек скажет: «У меня есть вот эта рыба, и теперь я не буду иметь проблем с едой», забыв, что рыба испортится и через три дня станет ядом.

Не забывайте, что едок должен еще и переваривать съеденное.

Поглощение пищи при отсутствии желудка может доставлять приятные ощущения. Какая, однако, от этого польза?

 

Дар речи

 

Способность изъясняться словами, столь ценная в качестве средства установления и сохранения коммуникации между людьми, была захвачена и отдана во власть другого фактора. Теперь слова столь же интенсивно используются, чтобы затуманивать факты, влиять на суждение и с помощью дара речи настолько обходить существенное, что оно начинает казаться попросту несуществующим.

Если бы человек не обладал еще и другими дарами (хотя они есть не у каждого), он превратил бы свой повседневный мир в сущее безумие.

 

Влияние Учения

 

Влияние Учения лишь в незначительной степени превосходит способности тех, кто его практикует. Когда основная масса последователей состоит из людей низкого уровня, теряется движущая сила Учения, и ученики начинают доминировать над предметом, которому их обучают. Поэтому ради общего блага учитель должен подбирать тех, кто извлечет из Учения наибольшую пользу.

 

Голый король

 

Все мы знаем историю о голом короле, который по своей глупости убедил себя, что одет в роскошное платье, и как люди поверили этому, потому что им сказали, что неспособные видеть прекрасные одежды, — недостойные личности.

И также мы знаем, что только ребенок сумел разорвать замкнутый круг, закричав: «А король-то — голый!»

В результате мы предполагаем, что у нас есть надежда: в нужный момент кто-нибудь обязательно укажет нам на отсутствие одежд…

Ну а как быть, если все мы находимся в толпе, где каждый нагишом и даже ребенок воображает (с детьми это часто бывает), что на нем «королевский наряд»?

 

Неизвестное

 

Встречаясь с чем-то непонятным, человек склонен реагировать на это через отрицание и враждебность или, наоборот, — легковерным принятием.

Многих вводит в заблуждение факт, что человеку свойственны все названные реакции. В результате, когда возникает некая новая ситуация, люди делятся на тех, кто «за», «против» и воздержавшихся.

Необходимо осознать, что «за» и «против» не выступают здесь как противоположности. Это просто две разновидности реакции организма, отвечающего на один и тот же стимул, по существу, одним и тем же способом: с помощью энергии.

По сравнению с тем, что люди воображают по поводу рассмотренной выше ситуации, их позиция «за» или «против» может и не иметь большого значения.

 

Чем больше вы думаете

 

Чем больше вы думаете о своем учителе, тем меньше у вас шансов учиться.

Чем больше вы думаете, что не должны думать об учителях, тем меньше вы способны учиться.

Чем больше вы думаете о себе, о книгах или протестуете против книг, поддерживаете или отвергаете обучающие материалы и упражнения или размышляете о распространении Учения, тем меньше вы учитесь.

Единственный способ учиться — это поддерживать все факторы в постоянном равновесии.

Достичь такого равновесия можно только практикой и следуя руководству.

Некоторые люди порою не любят практику.

Другие периодически не любят руководство. Как было бы здорово, если бы эти позиции исходили из какой-либо внутренней проницательности!

К сожалению, они продиктованы желанием развлечься. Предпочтение одного и сопротивление другому есть проявление низких устремлений, а само по себе это не является достаточно крепким основанием, чтобы вынести груз обучения.

 

Восьмой день

 

Обстоятельства возобладали над человеком. Языки, которыми он прежде пользовался, стали недостаточными для описания того, что уже происходит или вот-вот должно случиться. Думать в терминах тысячелетия или пользоваться лексикой таких банальных представлений, как «час до полуночи», просто смешно.

Будет лучше, если человек осознает, что он живет в эпоху, которую точнее всего можно обозначить как «восьмой день недели».

 

Село

 

Чтобы не превратиться в механическое устройство, вы должны учитывать обычаи и понятия сельской справедливости, видеть систему и согласованность внешнего мира, а также логику и процессы большого мира.

 

Жадная щедрость

 

Неужели вы не видите, как люди манипулируют вашей жадностью?

Стоит только им сказать: «Не будь жадным», как они тут же начинают испытывать жадность к щедрости.

Или вы воображаете, что жадность до щедрости уже не является жадностью, во всех ее разрушительных аспектах?

Когда же вы наконец заметите, что каждый, кто питает свою жадность, веря, что раскрывает в себе щедрость, скорее всего, невежда, а не злодей, и жадность питается невежеством?

У вас есть все для того, чтобы зарегистрировать этот факт, так как восприятие его не связано с некой метафизической реалией. Это, подобно определению времени по часам, должно было бы стать всеобщим знанием и полезной информацией многие века тому назад.

 

Внутренний поток в человеке

 

Все живые организмы при обычных обстоятельствах связаны между собой невидимой силой.

Все сообщества наполнены этой силой и сами становятся организмами.

Все человеческие сообщества можно рассматривать как единый организм и соответственно обращаться с ними.

В этом смысле нет никакой разницы между теми, кто клинически жив, и теми, кто «мертв», кто — здесь и кто — там.

Существует иной сущностный диапазон взаимоотношений.

Пытаясь инстинктивно найти или «доказать» это, человек все еще совершает очень глупые поступки.

Повышение чувствительности отдельного индивида и расширение общей восприимчивости целых организмов может привести индивидов и организмы к трансформации — конструктивного, деструктивного или же мутационного характера.

 

Ценность мнения

 

Мнение является как наилучшим, так и наихудшим из того, что у нас есть. Если у вас верное мнение, все в порядке. Если же оно ошибочно, вы можете заблудиться.

Уязвимость структуры мнения состоит в предположении, что под рукой всегда окажется нечто или некто, кто поможет человеку поменять или уточнить его взгляд.

Люди не осознают хрупкости или временной природы большинства мнений и поэтому придают им слишком большое значение.

Большинство мнений используется как суррогат знания. Если мнение слишком устойчиво, то, будучи по своей природе грубее знания, оно заблокирует действие последнего.

 

Ценность алхимии

 

Ценность алхимической формулировки состоит в фиксации того особого внимания, которое уделяется правильным материалам, правильному обращению с ними и правильным условиям.

Это можно назвать сущностью алхимии, равно ее химической разновидности или «духовной». В последней из данных ипостасей алхимия, разумеется, сохранила доктрину о специализированном изучении людей, мест и процессов, которую организованная религия отбросила в тот момент, когда взялась себя «популяризировать».

Вот чем заплатила за этот процесс упрощенная религия, не сумев обеспечить своих практикующих последователей искомой самореализацией, она, в попытках удержать позиции, стала все больше и дальше отступать в софистику и догматизм.

Концепция «Время, место, люди» возвращается на свое место, но ее считают теорией для еретиков.

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.