Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Людей. Даже тогда, когда будто занят только вопросом, касающимся лично его,





- "быть быть" - Гамлет видит перед собой картину всей жизни. Он вспоминает

"плети и глумленье века,

Гнет сильного, насмешку гордеца,

Боль презренной любви, судей медливость,

Заносчивость властей и оскорбленья,

Чинимые безропотной заслуге..." (III, 1).

В этом перечислении жизненных бедствий только одно относится к области

интимной - "боль презренной любви", все остальные представляют собой ту или

Иную форму общественной несправедливости. Если мы вспомним теперь, что в

монологе "Быть или не быть" Гамлет решает вопрос - "покоряться" или

"восстать", то для нас станет ясно, что он решает не только личную проблему

И речь идет об отношении ко всему существующему миропорядку.

Трагедия Гамлета сливается с трагической судьбой всех страдающих от

Общественной несправедливости. То, что Пушкин считал основой трагедии, -

"судьба человеческая" и "судьба народная", - получает у Шекспира воплощение

Через характер героя, сознающего неразрывную связь между собой и остальным

человечеством. Вот почему для Гамлет "Дания - тюрьма" и весь мир - тюрьма,

"и превосходная: со множеством затворов, темниц и подземелий..." (II, 2).

Мироощущение Гамлета близко к взглядам самого Шекспира на современную

Ему действительность. В одном из самых своих самых субъективно лирических

Произведений, в 66-м сонете, Шекспир выразил мысль, непосредственно

перекликающуюся с мотивами трагедии и монологом "Быть или не быть". Мы

Слышим здесь о той же усталости от жизни и о тех же бедах, которые

превращают ее в мучение для человека:



Я смерть зову, глядеть не в силах боле,

Как гибнет в нищете достойный муж,

А негодяй живет в красе и холе;

Как топчется доверье чистых душ;

Как целомудрию грозят позором,

Как почести мерзавцам воздают,

Как сила никнет перед наглым взором,

Как всюду в жизни торжествует плут;

Как над искусством произвол глумится,

Как правит недомыслие умом,

Как в лапах зла мучительно томится

Все то, что называем мы Добром..." <Перевод О. Румера>

Шекспир не смотрит на трагедию Гамлета со стороны. Это и его трагедия,

Трагедия всего европейского гуманизма, убедившегося в несоответствии между

Своими идеалами и возможностью их осуществления в действительности. Подойдя

К вопросу с этой стороны, мы поймем также тот особый угол зрения, в пределах

Которого рассматривается Шекспиром и его героем весь клубок общественных

Противоречий.

В борьбе против феодализма, против всех его порождений в общественной

Жизни и идеологии гуманисты опирались на свои понятия о человеке. Ярче всего

Выразил их точку зрения итальянский гуманист Пико делла Мирандола в своей

знаменитой речи "О достоинстве человека" (1489). Человек был для них венцом

Творения, самым прекрасным из всего существующего на земле. Гуманисты

Отвергали феодальные оковы, ибо они не соответствовали достоинству человека.

Между Пико делла Мирандола и Шекспиром проходит целая полоса

Исторического развития. Первый из них выразил оптимистические предчувствия

Гуманистов, веривших в то, что если расковать человека, то это принесет

Расцвет всей жизни. Шекспир стоит у конца этого периода. Перед ним возникает

Не иллюзорная, а реальная картина общества, которое достигло значительной

Степени индивидуальной свободы. Шекспир уже имел возможность увидеть

Индивидуализм в действии.

Оказалось, что освобождение от старых оков открыло путь не только для

Свободного развития таких прекрасных индивидуальностей, как Гамлет. На деле

Гамлеты оказались одиночками, а общество полно таких людей, как Клавдий,

Полоний, Розенкранц и Гильденстерн. В наиболее хищнической форме проявился

Индивидуализм у Клавдия. Но и другие люди, которых видит Гамлет, не лучше.

Это поставило перед героем шекспировской трагедии роковой для всего

Гуманизма вопрос о природе человека. Они думали, что человек по природе

Хорош и надо только перестроить для него мир, а шекспировский герой получает

Все основания для того, чтобы усомниться в том, действительно ли так хорош

Человек, как он раньше предполагал вместе с гуманистами. Эти сомнения

получают выражение в следующих словах Гамлета: "Что за мастерское

создание-человек! Как благороден разумом! Как беспределен в своих

способностях, обличьях и движениях! Как точен и чудесен в действии! Как он

похож на ангела глубоким постижением! Как он похож на некоего бога! Краса

вселенной! Венец всего живущего! А что для меня эта квинтэссенция праха? Из

людей меня не радует ни один; нет, также и ни одна..." (II, 2).

Первая часть этой знаменитой речи дословно повторяет положения, ставшие

Ко времени Шекспира общим местом в гуманистических трактатах. Это кредо

Европейского гуманизма. Слова Гамлета часто цитируются, чтобы показать

Приверженность Шекспира гуманистической философии. Однако мы упустим самое

Главное, если не обратим внимания на меланхолический конец тирады. Гамлет

Искренне верил в величие и достоинство человека, но жизнь заставила его

Увидеть и ничтожество человека. Мы знаем, какие у него основания говорить,

Что из людей его не радует ни один и ни одна. Ведь у ближайших к нему людей

Он увидел проявления такой порочности и низменности, что это заставило его

Содрогнуться.

Едва ли кто-нибудь с высоты вашего знания законов исторического

Развития станет теперь упрекать Шекспира за то, что он в своей трагедии

Вместо анализа социальных корней зла углубился в анализ природы человека. А

Именно это и занимает мысли Гамлета. Будучи честным до конца, он видит не

только пороки других, но и свои. "Сам я скорее честен, - говорит он Офелии,

- и все же я мог бы обвинить себя в таких вещах, что лучше бы моя мать не

Родила меня на свет; я очень горд, мстителен, честолюбив; к моим услугам

Столько прегрешений, что мне не хватает мыслей, чтобы о них подумать,

воображения, чтобы придать им облик, и времени, чтобы их совершить" (III,

Гамлет не рисуется и не клевещет на себя. Он говорит здесь о тех

Потенциях зла, которые таятся в каждом человеке, и в том числе в нем самом.

Меланхолия Гамлета сочетается, таким образом, с определенным

Мировоззрением. Спросим себя: меланхолия ли привела датского принца к столь

Печальным выводам о природе человека, или ясное сознание зла повергло его в

Глубокую скорбь? Скорее последнее.

Означает ли все это, что Гамлет совершенно утратил веру в человека?

Нет, он неточен, когда говорит, что из людей его не радует ни один. Б_ы_л

человек, который его радовал, - его отец: "Он человек был человек во

всем..." (I, 2). В беседе с матерью, вспоминая покойного отца и воссоздавая

его облик, Гамлет рисует свой идеал человека:

"Чело Зевеса; кудри Аполлона;

Взор, как у Марса, - властная гроза;

Осанкою - то сам гонец Меркурий

На небом лобызаемой скале;

Поистине такое сочетанье,

Где каждый бог вдавил свою печать,

Чтоб дать вселенной образ человека.

То был ваш муж" (III, 3).

Но не только был, - есть рядом с Гамлетом человек, в которой видит

воплощение лучших достоинств. Это Горацио. Гамлет говорит ему:

"Едва мой дух стал выбирать свободно

И различать людей, его избравье

Отметило тебя; ты человек,









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.