Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







К сожалению, в этих словах заключается основная идея творчества Борхеса, которая в его сочинениях развивается им в аллегорической форме.





В связи с этим главными символами его произведений можно считать Лабиринт и Вечность, или Город Вечности, которые присутствуют в его произведениях или непосредственно, или иносказательно. Прежде всего это его рассказы «Бессмертный», «Тлен, Укбар, Orbis tertius » и «Дом Астерия». В первых двух из них в образах Города Бессмертных и Планеты Тлен угадываются христианские понятия о вечном городе Иерусалиме и о Царствии Божьем. В обоих этих рассказах главенствует идея отрицания всяческого порядка, гармонии и симметрии , составляющих, как известно, основу мироздания согласно христианскому учению.

Лабиринт, окружающий Вечный Город, символизирует единственный путь к нему. Этот путь в христианской религии определяется как жертвенный, построенный на стремлени к нравственному совершенству и красоте. Согласно же Борхесу, он предназначен только для того, чтобы запутать человека. В своём рассказе « Бессмертный » он пишет : “ Un laberinto es una casa labrada para confundir a los hombres; su arquitectura , prodiga en simetrias , esta subordinada a ese fin” . Замечание arquitectura , prodiga en simetrias ” , то есть “ архитектура, перенасыщенная симметрией”, относится как раз к понятию о нравственной красоте, которая, по мнению Борхеса, абсолютно бессмысленна и выдумана, как бессмысленна и выдумана нравственность вообще, а также само понятие о Царствии или Городе Божьем. И достижение их совсем не оправдывает тех мучительных жертв, которые для этого требуются: “ Insoportablemente so n e con un exiguo y n i tido Laberinto : - пишет он в том же рассказе, - en el centro hab i a un c a ntaro ; mis manos casi lo tocaban , mis ojos lo ve i an , pero tan intrincadas y perplejas eran las curvas que yo sab i a que iba a morir antes de alcanzarlo “ , (то есть “ Мне мучительно грезился чистый, невысокий лабиринт: в самом его центре стоял кувшин; мои руки почти касались его, глаза его видели, но коридоры лабиринта были так запутанны и коварны, что было ясно: я умру, не добравшись до кувшинa”. )



Не трудно догадаться, что кувшин символизирует Царствие Божье, или Город Бессмертных. Жажда достигнуть его, по Борхесу, не может быть утолена по двум причинам: во-первых, потому, что невозможно выйти из запутанного лабиринта, чтобы добраться до кувшина и, во- вторых, потому что нет в нём ожидаемой воды. Однако воображением Борхеса герой рассказа всё-таки выходит из лабиринта и что же он видит?. “Yo habia cruzado un laberinto, pero la nitida Ciudad de los Inmortales me atemorizo y repugno”. ( «Я пересёк лабиринт , но светлый Город Бессмертных внушил мне ужас и отвращение » ) - пишет Борхес и вот как он его описывает : « Esta Ciudad (pense) es tan horrible que su mera existencia y perduracion, aunque en el centro de un desierto secreto, contamina el pasado y el porvenir y de algun modo compromete a los astros. Mientras perdure, nadie en el mundo podra ser valeroso o feliz. No quiero describirla; un caos de palabras heterogeneas, un cuerpo de tigre o de toro, en el que pulularan monstruosamente, conjugados y odiandose, dientes, organos y cabezas, pueden (tal vez) ser imagenes aproximativas.» , ( то есть « Этот Город , подумал я , ужасен ; одно то , что он есть и продолжает быть , даже затерянный в потаенном сердце пустыни , заражает и губит прошлое и будущее и бросает тень на звезды . Пока он есть, никто в мире не познает счастья и смысла существования. Мне не хочется описывать этот город; хаос разноязыких слов, тигриная или воловья туша, кишащая чудовищным образом сплетающимися и ненавидящими друг друга клыками, головами и кишками, - вот что такое этот город». )

Такова прямо-таки сюреалистическая картина Города Бессмертных, которая едва ли может присниться даже в самом кошмарном сне. Предполагаемые мир, гармония и красота этого города оказываются следствием вымысла каких-то безумных и мёртвых богов. На самом же деле в нём царит жуткий хаос, который и составляет, по Борхесу, основу мироздания. Вывод его однозначен: нет логики в Царствии, а потому и нет морали: « No hay m e ritos morales o intelectuales », - заключает он в этом же рассказе, и это заключение не остаётся только в нём, но проходит красной нитью во всех его произведениях.

Аналогичная идея заложена в его рассказе «Тлен, Укбар, Orbis tertius » (« Tlon , Uqbar , Orbis tertius » ). Планета Тлен также является как бы праобразом христианского Царстия Небесного, упорядоченного согласно божественным законам, которые Борхес, вслед за Ницше, считает бесчеловечными, потому что всякая упорядоченность, закон, гармония, по его мнению, бесчеловечны. Он утверждает, что « Контакты с Тленом и привычка к нему разложили наш мир. Очарованное стройностью, человечество всё больше забывает, что это стройность замысла шахматистов, а не ангелов».

Но если Царствия как такового не существует, не существует и его морали. И то, и другое является измышлением какого-то безумца и обманщика, построившего лабиринт.

Рассказ «Дом Астерия» посвящён как раз этому «безумцу», то есть чудовищу Астерию, прообразом которому послужил мифический Минотавр, построивший Критский лабиринт. Но со своим мифическим прототипом Астерий Борхеса связан только внешне. По сути же в нём угадывается тот самый «монстр», которого защитил Святой Ириней, - или иначе, Иисус Христос. За исключением пары последних строк, весь рассказ представляет собой монолог этого чудовища, как в кривом зеркале отражающий слова Спасителя и Судьи христиан. Так, намекая на призыв Христа: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас», Борхес вкладывает в уста Астерия следующее предложение: « es verdad que sus puertas - имеются в виду двери лабиринта - ( cuyo numero es infinito ) est a n abiertas d i a y noche a los hombres y tambien a los animales . Que entre el que quiera » . («Это верно, что двери его ( чьё число бесконечно) открыты днём и ночью для людей, а также для животных. Пусть войдёт , кто хочет» ).

Обещание суда ( "yo castigare a su debido tiempo"), отвращение от любострастия и роскоши ( "No hallara pompas mujeriles aqui ni el bizarro aparato de los palacios - no hay un solo mueble en la casa"), божественность Христа ( "La casa es del tamano del mundo; mejor dicho, es el mundo........Quiza yo he creado las estrellas y el sol y la enorme casa, pero ya no me acuerdo"), Е го непротивленчество (- «Lo creeras, Ariadna» - dijo Teseo - . El minotauro apenas se defendi o».) - всё здесь представлено в искаженной форме. Даже имя Спаситель выступает здесь синонимом слова убийца, ибо Астерий считает, что убивая людей, он их спасает, так же, как его самого спасает Тесей, тем, что убивает его. Кого же символизирует Тесей, убивающий «спасителя» и освобождающий мир? Не героя ли «Немецкого реквиема»? Впрочем, об этом ниже.

Можно привести ещё много подобных примеров, но я ограничусь, пожалуй, только одним, а именно: «Фрагментом из апокрифического евангелия» , где Борхес, подобно Ницше, перефразирует Блаженства Христа и законы Моисея, меняя их содержание на противоположное.

Вот некоторые из них.

- Слова Христа « Блаженны нищие духом ; ибо их есть Царство Небесное » он заменяет следующими : «Desdichado el pobre en espiritu , porque bajo la tierra ser a lo que ahora es en la tierra» . (то есть: Несчастны нищие духом, ибо под землёй будет то, что над ней.)

- Вместо слов Христа «Блаженны плачущие; ибо они утешатся» он пишет:. «Desdichado el que llora, porque ya tiene el habito miserable del llanto». ( то есть : Несчастны плачущие , ибо жалк ая это привычка - плакать .)

- Вместо завета «И соблюди закон Господа Бога твоего» предлагает : «No hay mandamiento que no pueda ser infringido, y tambien los que digo y los que los profetas dijeron». (то есть: Нет закона, который нельзя нарушить. Таков и Мой Закон, и тот, что пророки дали.)

- Завет « Не убивай » он заменяет заветом : « El que matare por la causa de la justicia, o por la causa que el cree justa, no tiene culpa». (то есть: И тот, кто убил справедливо, или думая, что справедливо - не повинен тот.)

- Вместо завета: «И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну», он советует: « Si te ofendiere tu mano derecha , perd o nala ; eres tu cuerpo y eres tu alma y es arduo , o imposible , fijar la frontera que los divide » . (то есть: И если правая рука соблазняет тебя - прости ей. Ты сам - и душа и тело твоё, и нельзя разделить их). И так далее.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.