Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Семейный быт народов Северной Азии





 

Климатические условия жизни коренных народов севера Сибири и Дальнего Востока мало чем отличаются от условий ледникового периода. Поэтому семейный быт этих народов является прекрасной иллюстрацией одного из базовых типов организации воспроизводства человеческого рода.

Школа выживания. У коренных народов Сибири сложилось твердое убеждение в непреложной ценности семейной жизни, статуса семейного человека. “Человек без корней подобен пню”, – говорят якуты о холостяке, относясь к нему с презрением и насмешкой. На холостяка смотрят как на бродягу, бездельника, праздно шатающегося от стойбища к стойбищу. Семейный человек считается человеком большого племени, большой родни, уважаемым основателем и продолжателем рода. Лишь после женитьбы взрослый человек выступает как лицо самостоятельное.

В суровых условиях Севера в супруге видели товарища по борьбе за выживание. Мужчину и женщину объединяла жесткая необходимость вести хозяйство. Исследователь культуры народов Севера В.Г. Богораз-Тан писал, что чукча женится, прежде всего, для того, чтобы было кому починить его одежду и т.д. Женщина же никого и ничего не выбирает: она не имеет права на хозяйство, землю, имущество, на независимую жизнь. У юкагиров нимэрэл (жениться) дословно означает “приобрести чум”, нимэтэл (женить) – дословно “снабдить чумом”, то есть оленями, нартами, утварью.

Главным критерием хорошей жены было умение вести хозяйство и покладистость характера. Эти качества повышали размер калыма. Красота и молодость котировались выше.

Дети очень рано приобщались к труду. Приученные с малых лет к самостоятельности, серьезности и строгой дисциплине, они достигали возраста жениха и невесты соответственно в 12–13 лет и 10–11 лет. Выдавали дочь замуж или женили сына, учитывая не только физическую зрелость, но и, прежде всего, социальную, например, самостоятельность в принятии решений. Девочкам достаточно было уметь шить, варить, ставить юрту. Мальчикам – охотиться, ловить рыбу, управлять стадом.



Женщина, став женой и хозяйкой дома, повышала социальный статус и приобретала определенную свободу. Поэтому умерших мужей, даже жестоких и суровых, жены оплакивали искренне. Осиротевшая дочь или бездетная вдова скитались от одного опекуна к другому, жили у кого-нибудь как работницы.

Самое дружеское якутское пожелание звучало так: “Пусть люди твои расплодятся, пусть скот твой размножится”. Большая семья была не только благом, но и оправданием жизни на земле. Якуты говорили: ”От заброшенного жилья остаются пни, от недавнего жилища – заветная память, от печки – горячие угли”. Каждый человек должен иметь наследника, продолжателя рода. Отсутствие детей воспринималось как большое несчастье.

У чукчей и эскимосов бытовало поверье: на том свете бессмертная старуха спрашивает человека, были ли у него дети или нет. Если были, – старуха поселяет его в хорошей яранге, и он живет там со всеми родичами, умершими раньше его. Если же выясняется, что у человека не было детей, старуха топит его в бездонном озере.

Братская семья. В традиционном быту малочисленных народов Сибири был широко представлен институт братской семьи. Данная форма семейной организации отражала тот этап в развитии общества, когда ведущая роль мужчины в семье сочеталась со значительным влиянием материнско-родового права — ближайшими родственниками считались мужчины-братья.

Братская семья состояла из взрослых братьев с женами и детьми. Взрослые сыновья братьев, имевшие уже свои семьи, оставались в этой большой семье. Семья могла насчитывать от двух до четырех поколений, а численность составляла от 10 до 20 человек. Семьи такого типа включали не только из родных, но и двоюродных братьев (братанинов или сродных братьев). В случае смерти одного из братьев в семье оставалась жить его жена с детьми. Если умирал старший брат, то главой семьи становилась его вдова. Из числа родственниц-женщин в семьях проживали помимо жен, дочерей и племянниц братьев их незамужние сестры, тетки.

Семья, например, селькупов вела комплексное хозяйство, основанное на рыболовстве и охоте (и оленеводстве). В зимнее время все члены семьи жили в одной большой землянке и в период охоты совершали совместные перекочевки от одной стоянки к другой. В период летнего запорного лова рыбы «городили» сразу несколько мелких речек и ручьев, и семья могла временно разделяться на малые семьи братьев, каждая из которых обслуживала запор на одной из речек и в это время жила и питалась отдельно от других. Старшее поколение трудоспособных мужчин («братья-хозяева») организовывало повседневную хозяйственную деятельность. Наиболее опытный, чаще всего старший из братьев был лидером. Он же собирал добытую всеми пушнину, продавал ее, закупал необходимые товары и продукты. Женщины сочетали заботу о членах своих малых семей с работой для большой семьи (заготовка рыбы на зиму, обработка шкур, выпечка хлеба).

Порядок наследования характеризовался сочетанием наследования по прямой мужской линии (от отца к сыновьям) и при бездетности — по коллатеральной линии («Если детей лет, братьям оставалось, братья делят»). При разделе разросшейся братской семьи вновь образовавшиеся семьи включали только родных братьев (с их женами и детьми). Фактическим субъектом наследования являлась сама братская семья, поскольку наследование осуществлялось совместно следующим поколением мужчин (сыновьями и племянниками мужчин старшего поколения).

Реликты института братской семьи сохранились в более поздней большой отцовской семье. Дядя (брат отца) являлся покровителем по отношению к племяннику. В случае женитьбы племянника он становился сватом, помогал собрать калым. Если взрослые братья жили раздельно и один из них умирал, то оставшийся в живых брат или брал сирот в свою семью, или постоянно оказывал им помощь. Племянники (и племянницы) также должны были заботиться о своих престарелых или нетрудоспособных дядьях.

Групповое родство. До начала ХХ века среди ительменов, эвенков, чукчей, юкагиров, камчадалов, коряков, эскимосов и алеутов сохранялись пережитки группового брака. Так, например, различались «супруг, с которым я живу» и «супруг по родству». Для мужчины в категорию «жен по родству», с которыми разрешались повседеневные половые отношения и брак, входили жены младших (но не старших) братьев отца, сестры, жены, жены старших братьев, сестры жен старших братьев. Соответственно, «по родству» можно было иметь родителей, детей, сиблингов и внуков.

Широкое распространение получил кросс-кузенный брак. Кросскузены, дети разнополых сиблингов.

Родители и родственники стремились обеспечить свое потомство женами, старались, чтобы у домашнего очага сходились люди не чужие по крови, а общего происхождения. Мужчина вступал в брак с дочерьми брата, т. е. двоюродной сестро по материнской линии и наоборот. Таким образом, двоюродные братья и сестры были от рождения женами и мужьями.

Были распространены также полиандрия, сорорат и левират. По обычаю левирата младшие заботились о женах старших даже тогда, когда они отправлялись на охоту или вообще в какую-нибудь поездку. Сорорат позволял вдовцу получить без затрат жену и мать для детей, привязанную к ним в силу родственных чувств.

Левират (от лат. levir – брат мужа), обычай, предписывающий женитьбу на вдове брата.

Сорорат (от лат. soror – сестра), обычай, предписывающий женитьбу вдовца на сестре умершей жены.

Полигамия объясняется хозяйственно-бытовыми нуждами, тем, что дети ценились как помощники. Так, эскимосская семья просто не могла существовать, если хозяйка становилась старой и больной (при широком возрастном несоответствии жена нередко была значительно старше мужа. Причинами многоженства могли стать: а) бездетность первой жены, б) желание иметь сыновей, в) большое стадо оленей, которое требовало несколько хозяек.

Число жен зависело от материального положения мужчины. Корякам разрешалось иметь столько жен, сколько их мог содержать мужчина. Но мужчина был обязан получить на это согласие первой жены. Богатые якуты распределяли между своими женами скот, который держали в разных местах: жены усерднее управляют имуществом, чем посторонние наемные лица.

“Товарищество по жене”.С обособлением частных хозяйств рудименты группового брака сохранились в превращенной форме “товарищества по жене”. Каждый “товарищ по жене” берет себе жену другого, живет с ней несколько месяцев и затем возвращает ее мужу. Так мужчины закрепляли свою дружбу.

«Переменный» брак формировал между мужчинами узы своеобразного побратимства, порождающими обязанности взаимной помощи и защиты. Холостой и вдовый человек также могли вступать в отношения товарищества с женатым человеком, особенно если они жили в одном и том же стойбище.

Матримониальные схемы. Для девушки оптимальным брачным возрастом считался возраст 14–15 лет, для юноши – 15–16 лет. Женить старались помоложе, пока половой инстинкт заглушает в парне все остальные соображения, пока воля послабей, чтобы не женился по собственному желанию, не выбрал неугодной невесты.

Заключить брак было возможно с помощью пяти законных способов и одного незаконного.

Незаконным считалось похищение невесты, что случалось при крайней бедности жениха и нежелании отца выдавать замуж дочь.

Древнейшим законным способом была передача побежденными своих девушек победителям в качестве контрибуции.

Практиковались также брачные игры, когда для выбора невесты молодые люди из разных родов один раз в два года собирались вместе и пытались поймать друг друга. Пойманная девушка объявлялась невестой, а поймавший ее — женихом.

Самым распространенным способом являлся обмен женщинами, когда двое мужчин из разных родов, чтобы не платить калым, обменивались сестрами или дочерьми. Обменивались невесты всех возрастов. Например, взрослую невесту могли поменять на малолетнюю, которая селилась у тестя до достижения зрелости.

Четвертым законным способом была отработка у тестя. У эвенков после заключения брака жених переселялся в чум тестя на срок от 1 до 3 месяцев. Молодой муж старался заслужить расположение жены и ее родителей умением охотиться (поскольку удачливый охотник пользовался всеобщим уважением), ловить рыбу, пасти оленей. Только после этого он получал право забирать жену к себе в дом или оставаться в доме невесты. Срок отработки зависел от статуса этнической группы жениха. Например, эвенк, женившийся на чукчанке, отрабатывал три года пастухом оленей, не требуя за свой труд оплаты, пищи и одежды.

Пятым способом заключения брака был калым. В знак решения жениться юкагиры перед чумом родителей невесты привязывали одного-двух отборных оленей. Калым рассматривался как благодарность семьи жениха родителям невесты за то, что они вырастили девушку и согласились отдать ее в жены, поскольку на женском труде держались дом и хозяйство. Брачный подарок со стороны жениха придавал ценность девушке как личности и как жене.

Значительная часть калыма возвращалась обратно в виде приданого, выделяемого молодой семье для обзаведения хозяйством. С течением времени соотношение размеров приданого и калыма выравнивалось в сторону выравнивания. Если в XVIII в. у эвенков калым превосходил приданое примерно в четыре раза, тот в середине XIX в. приданое составляло почти половину калыма, то в начале XX в. стоимость приданого достигла 70% стоимости калыма.

Обычай платить калым развивал поэтапную процедуру сватовства, давал мужчине с материальным достатком возможность проявлять разборчивость в выборе жены, учитывать не только ее хозяйственные навыки, но и красоту, характер.

Калым отдавался или сразу или частями, или родившимся первым ребенком. Иногда бедным помогали выплатить калым его богатые сородичи, закабаляя его как будущего работника.

Калым мог заменяться отработкой в доме тестя. У оленных чукчей отработка возмещала отцу ущерб от ухода дочери и части стада, которая носила ее личное тавро. Калым заменялся иногда “усыновлением” зятя (чукчи и эвенки, когда не было в семье сыновей, брали в дом будущего зятя в качестве постоянного жильца, он показывал рвение в работе, что еще крепче привязывало его к семье невесты). Бедный эскимос, поселявшийся в стойбище жены, освобождался от калыма.

На базе замещения калыма иногда реализовывались сложные матримониальные схемы. Так, в 1928 г. эаенк Карп Белякин женился на племяннице эвенка Маршина. Ему нечем было уплатитьт калым, и он отдал «занятую» у Данилы Холгуренка сестру Ичеко (такой долг возвращался первым ребенком, родившимся в новой семье). Маршин передал Ичеко своему племяннику Игнату.

Семейный микроклимат. Внутрисемейные отношения строились на принципах строгой субординации: младшие подчинялись старшим, а непререкаемым авторитетом был глава семейства – отец.

Отношение родителей к детям было двойственным: любовь к детям и забота о них уживались с безразличием к ним. Из-за высокой детской смертности в глазах родителей жизнь отдельного ребенка была довольно зыбкой ценностью. От детей, наоборот, требовалось хорошо кормить и содержать старших, выполнять за них трудную работу. Главное – почитать родителей, служить им при жизни, захоронить после смерти и приносить поминальные жертвы. Старший сын с детства воспитывался в убеждении, что он надежда, кормилец, опора семьи. На него рано ложилась тяжелая домашняя работа. Если в доме не хватало мужчин, он оставался работать дома Он должен растить младших братьев и сестер. Помощь старшего брата воспринималась как само собой разумеющееся.

У юкагиров строго соблюдались принципы целомудрия. По обычаю избегания разнополые члены одного семейства – зять и теща, сноха и свекор, родные и двоюродные и даже троюродные братья и сестры – не должны разговаривать между собой без особенной нужды. В случае необходимости обращались в третьем лице и не смотрели друг на друга.

Модернизация и семейный неотрадиционализм. У коренных народов Севера архаические формы семейной жизни сегодня практически изжиты. Но велика доля семей, состоящих только из матери и детей. Вместе с тем большое количество мужчин, особенно занятых в отраслях традиционного хозяйства, не состоят в браке. Растет число внебрачных детей.

Низкие показатели брачности у мужчин-оленеводов являются следствием плохой организации оленеводческого хозяйства и тяжелых условий жизни на пастбищах: с одной стороны, структура производства не предусматривает участие в нем женщин, с другой – условия труда и быта таковы, что не привлекают молодых женщин. В последнее время у народов Севера стало чрезвычайно распространенным сожительство. При подобном союзе семья юридически существует только с одним родителем, а потому статистика фиксирует рост числа детей, рожденных вне брака.

Параллельно с нуклеаризацией усложняется структура семьи по числу поколений и родственных связей, возникают сложные семьи, включающие боковых родственников членов основного ядра семьи или прямых родственников не имеющих невзрослых детей (один из родителей мужу или жены). Сложная структура семьи, для которой характерно разнообразие родственных отношений, усложняет семейную жизнь. Это, во-первых, жилищная стесненность; во-вторых, трудности совместного проживания с престарелыми и больными родственниками; в-третьих, родственная поддержка и помощь стимулируют иждивенчество и замедляют социализацию молодежи.

За полвека коренные народы Северной Азии в организации своей семейной жизни прошли путь, на который цивилизованным народам понадобились многие тысячелетия. Скорость эволюции семейных отношений настолько высока, что современный семейный быт этих народов, возможно, показывает картину нашего недалекого и далекого будущего.

Изначальность женщины. Женщины народов Севера традиционно более мобильны в межэтнических отношениях и предпочитают смешанные браки. В традиционной картине мира женщина имела свойство изначальности, которым определялась способность контактировать с двумя мирами одновременно. Амбивалентность женщины определяла ее ритуальную сакральность и нечистоту. Контакт с женщиной считался настолько опасным, что мужья опасались половых отношений со своими женами. Двойственность женской природы требовала общественного контроля над ней, который выражался в патриархальном режиме управления.

Вместе с тем изначальность женщины означала ее фундаментальность и первичность в культуре. Любое начинание погранично, соединяет и разделяет разные миры, вследствие чего оно опасно. Поэтому инициатива в любом деле, естественно, должна принадлежать женщине.

Женщины нередко становились источником многих конфликтов, оказывали давление на мужчин при решении вопросов кровной мести, совершали процедуры примирения. Потестарный, властный потенциал женщин выражался, в частности, и в том, что тот, кто в силах “взять” (сосватать, захватить, похитить) женщину, оказывается властелином земли и своей собственной, и той, к которой принадлежит избранница.

В межэтническом браке жена не всегда контролирует мужа, но она в состоянии контролировать детей и использовать их как средство контроля над мужем. Рожденные матерью дети не только телесно причастны к ней, но и психологически остаются частью ее личности. А личности матери тогда принадлежат не только дети, но и все то, что они наследуют от отца.









Что будет с Землей, если ось ее сместится на 6666 км? Что будет с Землей? - задался я вопросом...

Система охраняемых территорий в США Изучение особо охраняемых природных территорий(ООПТ) США представляет особый интерес по многим причинам...

Что делает отдел по эксплуатации и сопровождению ИС? Отвечает за сохранность данных (расписания копирования, копирование и пр.)...

Конфликты в семейной жизни. Как это изменить? Редкий брак и взаимоотношения существуют без конфликтов и напряженности. Через это проходят все...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2021 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.