Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Новые области философствования: от структурализма к постмодернизму. Герменевтика





Структуру вслед за французским психологом Жаном Пиаже можно охарактеризовать как систему саморегулирующихся трансформаций. Понятие структуры стало центральным в философском направлении, функционировавшим преимущественно во Франции и получившим название «структурализм». Структурализм исходит из критики экзистенциализма и по-новому оформляет некоторые идеи, которые были высказаны в рамках позитивизма. Структурализм предстает при этом как вполне оригинальное и самостоятельное направление.

Замысел структуралистов был связан с изменением курса исследовательской мысли: не субъект (Я, человек, сознание) и его хваленая (экзистенциалистами) способность к свободе, самоопределению, самотрансценденции и творчеству, а безличные структуры, глубоко подсознательные и всеопределяющие оказались в центре внимания. Предпосылки подобного подхода можно увидеть, например, в марксизме, где было показано определяющее влияние экономических структур на человека. Психоанализ показал определяющее влияние структур бессознательного на человека. Лингвистические исследования первой половины ХХ века показали определяющее влияние языковых структур на мышление человека (гипотеза Сепира-Уорфа). Человек в итоге оказывался в значительно большей степени детерминируемым, определяемым, чем способным что-либо определять самому. Структуралисты выдвинули тезис о необходимости выявления и исследования структур везде, где это только возможно. К числу наиболее ярких представителей структурализма могут быть отнесены Клод Леви-Стросс, исследовавший структуры мифа и структуры родства, действующие как в первобытном, так и в современном обществе, Ролан Барт, обосновывавший идею универсальности структурного подхода, Жак Лакан, исследовавший бессознательо-языковые структуры, Мишель Фуко, изучавший эпистемические, то есть познавательные структуры в истории западной мысли.



Наивысший подъем структурализма в середине и конце 60-х годов сменяется резкой переориентацией. Нейтральная, «пассивная» структура исчерпала себя – эта мысль стимулировалась событиями 1968 года. Отрицание свободы раннего структурализма оборачивается ее стремительным возвращением, свобода несет с собой эмоции, аффекты, чувства. Предметом внимания становится то, что лежит за пределами структуры, ее «изнанка». Признание власти структуры над человеком сменяется усилием к тотальному разоблачению всех властных структур – от политической власти до власти языковых структур. Среди представителей постструктурализма – Жак Деррида, Жиль Делёз, Франсуа Лиотар, Жан Бодрийар.

Постструктурализм тесно соприкасается с более обширным культурным явлением, которое носит название «постмодернизм». Постмодернизм лишен внутреннего идейного единства, в целом для него характерна скептическая установка по отношению ко всем предшествовавшим попыткам познания и переделки мира человеком. В рамках постмодернизма высказывается мысль о том, что предмет противится человеческому воздействию, отвечая на него противодействием, что порядок вещей «мстит» нашим попыткам его переделать, обрекая на неизбежный крах любые исследовательские проекты. Мир не подлежит систематизации: он не только не поддается человеческим усилиям его переделать, но и не умещается ни в какие теоретические схемы. Постмодернизм ставит под сомнение возможность существования философии как некоторого мыслительного единства. Здесь провозглашается господство абсолютного плюрализма и релятивизма учений.

Поскольку постмодернизм сегодня превратился в определенную мыслительную традицию, уместно предполагать, что непосредственное будущее выдвинет теорию, или мыслительное направление, которое будет исходить из более или менее глубокой критики «неподлежащих критике», самодеконструирующихся положений постмодернизма.

Герменевтика. (от греч. hermeneutikos – разъясняющий, истолковывающий) – 1) теория и практика интерпретации языковых выражений, представленных энаками, символами и речью, в особенности письменной речью, т. е. текстами 2) направление в современной философии В эпоху Ф. Шлейермахера (17-18 вв) герменевтика фактически пережила второе рождение со времен античности, возникнув из сплава библейской экзегезы, классической филологии и юриспруденции Ф. Шлейермахер закладывает основы теории интерпретации как искусства понимания устной и письменной речи другого Его внимание приковано к плану выражения, где, по его, воспринятым из романтизма, убеждениям, и происходит воплощение индивидуально-стилистической манеры произведения. На этом пути у него происходит отождествление понимания с интерпретацией. Шлейермахер обходит то обстоятельство, что истолкование начинается именно с того момента, когда кончается непосредственное понимание; что источником интерпретации является как раз непонимание Постижение смысла высказывания увязывается им с практическим правилом герменевтики, предполагающим восхождение от частей к целому и от целого затем к частям. Вместе с тем герменевтика Шлейермахера, несмотря на весь ее лингвистический крен, обретает философский статус, благодаря концептуальной постановке вопроса о том, что такое смысл.

В. Дильтей переводит герменевтику в плоскость метода описания истории и наук о человеке, при этом у него сохраняется основополагающий герменевтический вопрос об отношении между смыслом и “я”, между умопостигаемостью первого и рефлективностью второго. Стремясь преодолеть естественнонаучную стратегию на однозначное объяснение, он исходит из того посыла, что историю исследует тот же, кто ее творит. Историческое познание делает возможным однородность субъекта и объекта. Дильтей рассматривает герменевтику как искусство понимания письменно фиксированных жизненных проявлений и потому исследование исторического прошлого мыслит в качестве расшифровки, а не исторического опыта. Ориентация в методе на такие “жизненные” понятия, как “переживание”, “сопереживание”, “значение” и др., привносит психологизирующий момент в процедуру понимания. Дильтей формулирует теоретико-познавательный вопрос о том, каким образом опыт индивида и его познание поднимаются до уровня исторического опыта, но его постановку оставляет без решения. Эта проблема могла найти разрешение в феноменологии Э. Гуссерля, который отходит от традиционного последекартовского деления на субъект и объект, материю и дух. По Гуссерлю, сознание интенционально, поскольку всегда является сознанием о чем-то.

Если феноменология обсуждала вопрос о смысле в основном в когнитивном и перцептивном измерении, то герменевтика Хайдеггера ставит этот вопрос исключительно в онтологическом: мир имеет смысл, а язык – дом бытия. Говорящий в речи скорее сам присутствует при своем говорении, ибо сущность языка заключена в сказе, т. е. показе того, что уже содержится в языке. В языке уже произведен первоначальный учет взаимопринадлежности элементов мира, поэтому понимание имеет онтологическое значение. На долю человеческого существа приходится интерпретация как прояснение уже заведомо данного экзистенциального содержания. Хайдеггер провозглашает первичность миросознания над самосознанием.

Вопрос о происхождении содержания языка корректно ставится в герменевтике социальности Шпета. Шпет стремится преодолеть склонность Гуссерля к субъективизму, подчеркивая, что исходящий из непосредственного опыта анализ сознания должен предполагать всю полноту культурно-социального опыта. Из того, что “я” обладает сознанием, с необходимостью не следует, что сознание принадлежит только “я”, ибо могут существовать и формы коллективного сознания. Формы культурно-социального сознания находят свой элемент, по Шпету, в словепонятии, первично данном не в восприятии вещи, а в усвоении знака социального общения. Он смещает вопрос об источнике образования смыслов с трансцендентального субъекта на понятие, т. е. на язык и логику. Смысл не творится трансцендентальной субъективностью, он относится к тому постоянному в предмете, что остается тождественным, несмотря на изменения интенциональных переживаний. Для обнаружения смысла, полагает Шпет, недостаточно первичной данности, нужно учитывать “мотивацию”, ведущую к новым связям и расчленениям предмета. Описание предмета извлекает из него более глубинный содержательный слой, чем смысл предмета. Шпет именует его энтелехией. Речь идет о смысле предмета, вытекающем из его роли в человеческой деятельности. Акт, который в содержании смысловой целостности предмета усматривает знак, указывающий на энтелехии, Шпетом называется герменевтическим. В результате он предлагает различать “значение” как указание на “содержание выражения”, “смысл” как обозначение предмета в его определенной квалификации и “энтелехию” как внутренний смысл самого предмета. Введение внутреннего смысла-энтелехии означает для Шпета рассмотрение предмета как предмета социального.

Опираясь на учение Хайдеггера о языке и понимании, Г.-Г. Гадамер разрабатывает концепцию философской герменевтики, как философии понимания. Под пониманием Гадамер разумеет универсальный способ освоения мира человеком, в котором, наряду с теоретическим, существенную роль играют: непосредственное переживание (“опыт жизни”), различные формы практики (“опыт истории”) и формы эстетического постижения (“опыт искусства”). Т. о., конкретизирующим понятием для понимания у Гадамера является опыт, формирование которого происходит в языке. Предметная область философской герменевтики. обнаруживается в саморазвертывании мысли в ее самопроясняющем и познающем отношении к тому, что есть как таковое, т. е. понятию. Понятийность, по Гадамеру, составляет суть философии. Последнюю занимает не единство понятий, а единство понятия. Гадамер подчеркивает тесную связь между словоупотреблением и образованием философских понятий. Герменевтический опыт имеет дело с преданием. Текст – это переданное смыслосодержание культурной традиции. Его постижение выступает в форме самоосмысления индивида в обществе. Постулируя генетическую укорененность человека в традиции, Гадамер начинает рассматривать понимание в тесной связи с интерпретацией и применением. Эти аспекты понимания в прежней герменевтики. четко разводились. Герменевтический круг носит у Гадамера онтологический характер, что делает интерпретацию принципиально незавершенной для опыта последующих поколений.

В эпоху расцвета интереса к герменевтике в 60 – 70-е гг. XX в. плодотворное развитие она получила в трудах Г. Куна, К. О. Аппеля, Ю. Хабермаса, М. Франка в ФРГ; Э. Бетти в Италии; Э. Корета, Э. Хайтеля в Австрии; Д. Хоя, Р. Бернштейна в США и ряда философов других стран.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.