Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Лекция 8. ЗАПАДНАЯ ФИЛОСОФИЯ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ





XIX – НАЧАЛА XX вв. ЗАНЯТИЕ ВТОРОЕ

Феноменология. Э. Гуссерль

Западная философия ХХ века заключает в себе столь значительное число школ и направлений, что представление их в сколь-нибудь полном объеме потребовало бы столько же времени, сколько ушло у нас на знакомство с предшествующей историей философии. Поэтому здесь мы остановимся лишь на том, что заслуживает особого внимания по той роли, которую оказали рассматриваемые идеи на дальнейшее развитие философии или культуры в целом, на формирование современной интеллектуальной ситуации, выделим также наиболее плодотворные и философски ценные мысли и теоретические конструкции.

Феноменология – одно из наиболее глубоких и влиятельных мыслительных движений ХХ века. Основателем феноменологии является немецкий философ Эдмунд Гуссерль, самое непосредственное отношение к ней имеют такие крупные мыслители, как М. Шелер, М. Хайдеггер, Н. Гартман, Г.Г. Шпет, М.К. Мамардашвили. Феноменологию характеризует ряд внешне трудносоединимых черт: почти банальный замысел обратиться наконец к сути вещей, отбросив поверхностное мнение о них, замысел, который в чем-то сродни восточным медитативным техникам, цель которых – также погружение в мир чистых сущностей; сугубо европейское благородное стремление следовать строго установленным критериям точности и связанное с ним стремление превратить философию в науку, при этом подспудная и явная критика позитивизма.

Итак, почвой возникновения феноменологии является с одной стороны, критика позитивизма с его почти религиозной верой в науку, с другой стороны – недоверие к идеалистическим спекуляциям, которые также предполагали принятие некоторых фундаментальных положений на веру. Все это способствовало формированию тяготения к конкретному, к непосредственным данным созерцания. Девиз феноменологии – назад к вещам! Вернуться к вещам необходимо, отбросив «подвешенные в воздухе конструкции и случайные находки, поверхностно поставленные проблемы, передаваемые из поколение в поколение как истинные проблемы» (М. Хайдеггер), необходимо отбросить словесные нагромождения, скрывающие подлинное существо вещей. В фундамент философского знания могут быть положены лишь «стабильные очевидности». Для этого необходимо искать нечто настолько самоудостоверяющее, что нельзя отрицать (к чему, отметим, стремился уже Декарт). Этот феноменологический замысел должен быть реализован через описание «феноменов», которые предстают нашему сознанию после сложной процедуры осуществления «эпохе», то есть после заключения в скобки наших философских, а также обыденных воззрений и убеждений, которые навязывают нам то или иное видение мира. Необходимо узреть ту совокупность сущностей, из которых выстраивается мир, а это доступно лишь тщательно подготовленному, очищенному созерцанию.



В феноменологии можно выделить две ветви: идеалистическую и реалистическую. Первая представлена Гуссерлем, который, возвращаясь к вещам, в конечном итоге нашел единственную реальность – сознание. Реалистическая феноменология представлена М. Шелером, который «остановился» на стадии признания объективности иерархично упорядоченных вещей, данных интуиции. Кратко рассмотрим две названные ветви.

Феноменология, по мнению Эдмунда Гуссерля (1859-1938), должна явиться наукой о сущностях, что, как можно заметить, противоречит ее названию. Сущность в феноменологии рассматривается как описание феномена, предстающего сознанию, когда мы отвлеклись от его эмпирических, то есть внешних, изменчивых, неустойчивых аспектов. Сущности инвариантны, то есть неизменно свойственны определенной совокупности однородных вещей. Чтобы приоткрыть сущность необходимо взять пример понятия и изменять, т.е. варьировать его характеристики, пока не будут открыты инвариантные, остающиеся неизменными свойства. Сущности, по Гуссерлю, обнаруживаются не только в чувственно воспринимаемом мире, но и в мире наших надежд, влечений, воспоминаний. Сферами пребывания сущностей являются природа, общество, мораль, религия, и их изучению, считает Гуссерль должен с необходимостью предшествовать анализ сущностей, оформляющих природные, общественные, моральные и религиозные феномены.

Фундаментальными понятиями феноменологии, исследующей то, как являются феномены сознанию, являются интенция и интенциальность, обозначающие примерно одно и то же. Эти понятия обозначают направленность сознания на что-либо. Сознание есть всегда сознание о чем-то. Это нечто, о чем я думаю, вспоминаю, мечтаю, то, что ощущаю. Гуссерль обращает внимание на то, что объект не есть восприятие объекта. Для феноменолога важны именно восприятия, явления, феномены. Предметом его исследования становится, таким образом, интенциальность сознания, то есть не сами предметы, а обращенность сознания к ним, нацеленность на них и продукты этой обращенности-нацеленности.

Другое важное понятие-принцип феноменологии является «эпохе» (греч. воздержание от суждения), которое должно составить фундамент для новой, научной философии. Принцип этот действует следующим образом. Естественная мировоззренческая установка человека соткана из различных убеждений, которые необходимы для простого «обитания» в мире. Первым из этих убеждений является то, что нас окружает мир реальных вещей. Однако в предельном смысле факт существования мира вне сознания далеко не несомненен, и для его обоснования недостаточно простой убежденности. Для философии нужны более прочные основания. Прилагая метод эпохе, то есть воздержания от суждений о том, что не дано с абсолютной достоверностью, феноменолог движется по ступеням так называемой феноменологической редукции, пробираясь к абсолютно достоверному. Результат этого движения, напоминающего следование путями картезианского радикального сомнения, подобен полученному Декартом же, разве что более утонченный и менее однозначный. Единственное, чему удается устоять под прессом эпохе, считает Гуссерль, является сознание, субъективность. Сознание – не просто реальность наиболее очевидная, но и реальность абсолютная, основание всякой реальности. Мир, подчеркивает философ, «конституируется» сознанием, то есть «предъявляется» сознанием самому себе. Открытым, однако остается вопрос: если сознание придает осмысленность миру, то искомый смысл оно творит или раскрывает как данный?

Понятно, что сознание в данном случае тождественно Я, ego. Гуссерль говорит: «Это Я, которое осуществляет эпохе, это Я, которое вопрошает мир как феномен, тот мир, что значим для меня так же, как и для других, кто принимает его во всей определенности. Следовательно, я возвышаюсь над всяким природным существом, раскрывающимся для меня. Я – субъективный полют трансцендентальной жизни… И я в полноте своей конкретности впитываю в себя все это». Можно заметить, что здесь Гуссерль максимально приближается к идеалистическим спекуляциям субъективистского толка, которые отвергал и от которых отталкивался изначально.

В своей последней, весьма важной работе «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология» Гуссерль выявляет тот опасный уклон в философии, который она принимает после Галилея и Декарта, когда выделенное из мира физико-математическое измерение становится главным и заменяет мир в его полноте. Это влечет за собой небезопасную тенденцию обретения полного научно-технического господства человека над миром. Феноменология же спасительна в этой ситуации именно тем, что ведет к целенаправленному методическому снятию исторических наслоений над подлинной сутью вещей.

Как уже было отмечено, гуссерлианская феноменология в конечном итоге перечеркивает некоторые достоинства первоначального замысла. Это определяет ее открытость дальнейшим интерпретациям и попыткам реализации в несколько ином ключе. В этом отношении заслуживает внимания деятельность немецкого мыслителя Макса Шелера (1857-1828).

Шелер переносит феноменологический метод в сферу этики, философии культуры и религии. «Формальным поводом» становления философской концепции Шелера является принципиальное несогласие с этической системой Канта, в основе которой лежит понятие долга. Нравственный императив Канта, который может быть сформулирован «Ты должен, потому что должен», представляется Шелеру произвольным и необоснованым. Шелер находит иное основание этики: не долг, а ценность. Понятие ценности у Шелера приобретает широкий онтологический смысл и отчасти отождествляется с понятием сущности – главного искомого феноменологии.

Человека, по Шелеру, со всех сторон обступают ценности, которые должны быть не изобретены, а открыты в результате эмоционально-интуитивной активности человека. Ценности одновременно априорны и материальны, они доступны восприятию, которое расставляет их в иерархическом порядке:

Чувственные (радость-наказание)

Гражданские (полезное-вредное)

Жизненные (благородное-вульгарное)

Культурные

а) эстетические (красивое-некрасивое)

б) этические (праведное-неправедное)

в) спекулятивные (истинное-ложное)

Религиозные (священное-мирское).

Идея Бога рассматривается Шелером как высшая ценность, а любовь к Богу – как высшая форма любви и фундаментальный феноменальный акт. Переживание ценностей – не психический, а космический акт.

Шелер, как и Гуссерль, считает философию высшей, наиболее широкой наукой о сущности. Можно заметить, что в реалистической феноменологии Шелера обнаруживаются и полумистические настроения, что, по-видимому, является фатальной неизбежностью всякого мощного мыслительного движения. Добавим, что Шелер является основателем философской антропологии и социологии знания – двух весьма значимых и плодотворных философско-социологических направлений ХХ столетия.

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.