Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Феномен литературного ландшафта. Литературный ландшафт как вид культурного ландшафта





Одним из классов ассоциативных ландшафтов являются литературные. Как

справедливо замечает А.А. Чибилев, научное и художественное наследие

исследователей, поэтов и писателей убеждают нас в том, что достижение гармонии

… возможно только в результате слияния двух культур – Культуры Природы и

Культуры Человека [1]. «Можно привести немало примеров, когда общественное

признание ценности природных и культурных ландшафтов, включение их в систему

национального наследия были достигнуты, прежде всего, благодаря творческой

деятельности писателя. Примером могут служить Мещёра К.Г. Паустовского или

Бежин луг И.С. Тургенева» [2, 15]. Многие писатели давали точную характеристику

природных ландшафтов, что представляет большую научную ценность.

В последнее время ученые-географы говорят о существовании

художественного ландшафтоведения, о необходимости выявления и определения

статуса литературных ландшафтов. Показательна в этом отношении статья д.г.н.

Ю.А. Веденина «Литературные ландшафты как объекты наследия» [2], в которой

автор вполне справедливо указывает на то, что особый интерес представляет

проблема сохранения реальных литературных пейзажей, сформированных в

результате сотворчества писателя с конкретными природными и социокультурными

процессами, происходящими на вполне определенной территории. Возникающие

при этом культурные ландшафты имеют вполне конкретные содержание, прост-

ранственную структуру, границы. Их можно сохранить, а можно и уничтожить, сте-

реть с лица Земли. Однако в отличие от других природных и культурных ланд-

шафтов их границы, предметы охраны создаются в процессе творческой деятель-



ности художника. Многие из этих ландшафтов имеют чрезвычайно значимый

информационный слой, созданный в результате литературного труда писателя или

поэта. Особую ценность приобретают те ландшафты, в которых сохраняются

материальные тела или явления — носители этой информации. Среди них могут

быть природные и антропогенные элементы ландшафта, панорамы, пейзажи,

отраженные в художественных произведениях, и даже реальные люди, когда-то

жившие в этих местах, а впоследствии ставшие прообразами литературных героев и

оставившие о себе память в материальных объектах и в воспоминаниях

современников или в устных преданиях. Все это входит в представление о

литературных культурных ландшафтах и может рассматриваться как часть наследия.

Подчеркнем, что именно гуманизация и гуманитаризация географии привели

к формированию необычного, с точки зрения классического ландшафтоведения,

направления развития - художественного ландшафтоведения (термин предложен

Ф.Н. Мильковым). В его рамках был поставлен вопрос о выявлении литературных

ландшафтов.

Многие писатели давали точную характеристику ландшафтов, что

представляет большую научную ценность, особенно в тех случаях, когда речь идет

об исторических описаниях территорий, мало исследованных классическим

ландшафтоведением.

«Рассматривая связку “география – художественная литература”, нужно иметь

в виду одно важное обстоятельство: географический сюжет в литературном

произведении может фигурировать в двух видах – обобщенном и конкретном. В

первом случае изображается типологизированное (виртуальное) пространство, во

втором – совершенно реальное, существующее». [3]

Д.С. Лихачев в своих заметках о русском языке [4] приводит описания

чувства природы, причем не только русскими, но и рядом других народов. Также в

этих заметках есть размышления о русском национальном характере, рассуждения о

национальном идеале и национальной действительности, восприятии природы А.С.

Пушкиным и другие вопросы, примыкающие вплотную к отечественной

гуманитарной традиции восприятия и изучения образа пространства. Масштаб

академика Д.С. Лихачева, его авторитет в исследованиях древнерусской литературы

и культуры в целом, несомненная универсальная гуманитарная развитость делает

его заметки как бы экспертным методом в постижении национального образа

пространства.

Таким образом, можно сделать вывод, что в настоящее время взаимодействие

географии и художественной литературы – свершившийся факт. Динамика развития

географо-литературоведческого подхода, его творческая внутренняя сущность

позволяет предположить большие возможности значительного обогащения этим

подходом географической науки.

Важным использованием литературных ландшафтов является вскрытие с их

помощью многообразия проявлений стереотипа поведения (ментальности) людей

определенного пространства-времени.

Ментальность — глубинный уровень коллективного и индивидуального

сознания, включающий и бессознательное; относительно устойчивая совокупность

установок и предрасположенностей индивида или социальной группы воспринимать

мир определенным образом. Ментальность формируется в зависимости от традиций

культуры, социальных структур и всей среды жизнедеятельности человека, и сама в

свою очередь их формирует, выступая как порождающее начало, как

трудноопределимый исток культурно-исторической динамики [5].

Интуитивность в выявлении стереотипа поведения делает чрезвычайно

трудной задачу выделения научного критерия для его определения. Эту проблему

может скорректировать использование в практике исследований результатов

художественного творчества, так как эта форма освоения человеком

действительности представляет собой целостное интуитивное постижение

определенного участка реальности. Научная форма освоения человеком

действительности выделяет отдельности, систематизирует, моделирует. Для того

чтобы лучше изучить территорию, нужно не только знать «анатомию» места. Важен

выход на метафизику пространства. (Б.Рассел определял метафизику как попытку

охватить мир как целое посредством мышления). Здесь особую роль играют

произведения искусства, которые признаются большинством населения и

специалистами в качестве выразителей национально-культурных доминант.

Стереотип поведения этноса по Л.Н. Гумилеву – это его этническая

доминанта, то есть словесные выражения тех или иных идеалов, которые имеют

единообразное значение и сходную смысловую динамику внутри этнической

системы. Сменить идеал можно только лицемерно, потому что он кажется

последователю не столько индикатором, сколько символом его жизнеутверждения.

Под доминантой Л.Н. Гумилев понимает такое явление или комплекс явлений

(религиозный, идеологический, военный, бытовой и т.п.), который определяет

переход исходного для процесса этногенеза этнокультурного многообразия в

целеустремленное единообразие [6].

Стереотип поведения этноса динамичен. Обряды, обычаи и нормы

взаимоотношений меняются то медленно и постепенно, то очень быстро. Поэтому

исключительно важно, диагностируя стереотип поведения этноса, указывать эпоху.

Ценность литературных ландшафтов заключается в том, что они позволяют

обозначить идеалы общества именно словесно. Музыка, живопись, скульптура,

архитектура, киноискусство менее вербальны, поэтому затруднительно их

использовать в научной практике, хотя они также составляют цивилизационную

матрицу.

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2018 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.