Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







В НЕКОТОРЫХ ЗАРУБЕЖНЫХ ЗАКОНОДА ТЕЛЬСТВАХ





Из всех многочисленных зарубежных законодательств, содержащих нормы о договоре дарения, мы выбрали для своего анализа Германское гражданское уложение (ГГУ) и Гражданский кодекс Квебека (ГКК). При­чины такого выбора применительно к указанным двум кодифицированным актам совершенно различны.

Германское гражданское уложение столетней историей своего суще­ствования и применения в качестве одного из центральных законодатель­ных актов германского правопорядка доказало, что оно является одним из лучших образцов кодификации гражданского права в рамках континенталь­ной правовой системы. Немаловажное значение имеет и то, что из всех за­рубежных законодательств российскому гражданскому праву наиболее близко именно германское гражданское законодательство. На это обстоя­тельство обращают внимание известные правоведы В. Бергман и Е.А. Суха­нов: «Современные социально-экономические преобразования в России по­требовали и нового гражданского законодательства, основанного на воз­рождении частноправовых начал. В этой связи необходимым стало новое обращение к историческим и теоретическим истокам частноправового ре­гулирования, наиболее близким из которых для отечественного правопо­рядка является ГГУ»2'

Напротив, Гражданский кодекс Квебека3 относится к новейшим коди-фикациям гражданского права (действует с января 1994 г.). Кроме того, несмотря на то, что гражданское право канадской провинции Квебек явля­ется правом континентальным, ГКК, конечно же, испытывает на себе силь­нейшее влияние права общего и учитывает некоторые его особенности. Тем интереснее анализ положений данного Кодекса, регулирующих договор дарения.



1 См.: Римское частное право: Учебник. С. 500.

Германское право. Часть I: Гражданское уложение / Пер. с нем. М, 1996 (Сер.

Современное зарубежное и международное частное правоV C.JL ,_

i См.: Гражданский кодексКвикэш/Пф. еашгл, и фр. М., 1999 (Сер. Современное

зарубежное и международное частное право).

Итак, Германское гражданское улоэюение отличается весьма деталь­ным регулированием договора дарения. Данному договору посвящена от­дельная глава ГГУ (гл. 2 «Дарение» разд. VII «Отдельные виды обязательств» книги второй «Обязательственное право»), включающая в себя 19 парагра­фов (516-534).

Под договором дарения в ГГУ понимается предоставление, посредст­вом которого одно лицо за счет своего имущества обогащает другое, если обе стороны согласны с тем, что предоставление совершается безвозмездно (п. 1 § 516). Из данного определения видно, что отношения, связанные с дарением, рассматриваются в ГГУ в качестве договорного обязательства, непременным признаком которого является наличие согласия обеих сторон. Обязательными признаками договора дарения являются также его безвоз­мездность и увеличение имущества одаряемого за счет имущества дарите­ля.

Германское гражданское уложение различает договор дарения как^е-альную сделку и обещание дарения (консенсуальный договор дарения). В первом случае предусмотрен упрощенный порядок заключения договора, который допускает в том числе предоставление дара без согласия одаряе­мого, когда даритель предоставляет одаряемому соразмерный срок, в тече­ние которого последним должно быть сделано заявление о принятии дара. Причем отсутствие каких-либо заявлений со стороны одаряемого рассмат­ривается как принятие дара: дар считается принятым, если одаряемый не заявит прямо о своем отказе принять его. При наличии такого заявления договор дарения считается несостоявшимся, а имущество, переданное в качестве дара, подлежит возвращению дарителю по правилам, регулирую­щим неосновательное обогащение (п. 2 § 516).

Во втором случае, когда речь идет об обещании дарения, требуется но­тариальное удостоверение такого обещания, т.е. договор дарения облекает­ся в квалифицированную форму под страхом его недействительности. Од­нако несоблюдение нотариальной формы не влечет недействительности договора дарения, если обещанное по договору исполнено (§ 518).

В ГГУ четко отграничена сфера действия договора дарения путем ука­зания на сходные правоотношения, к которым договор дарения не приме­няется. В частности предусмотрено, что дарение не имеет места, если кто-либо в пользу другого лица воздерживается от приобретения имущества, или отказывается от причитающегося, но окончательно еще не приобретен­ного права, или отказывается от наследства либо от завещательного отказа (§517).

В качестве объекта дарения (дара) рассматриваются не только вещи, принадлежащие дарителю на праве собственности, но и будущие вещи, ко-

торые даритель еще должен приобрести. Причем ГГУ не только предусмат­ривает возможность дарения будущих вещей, но и содержит специальные правила применительно к ответственности дарителя, учитывающие особен­ности такого рода объектов. Кроме того, дарение может совершаться также путем передачи долгового обязательства или признания существующего долга (п. 1 § 518).

Германское гражданское уложение в полной мере учитывает особое положение дарителя, который увеличивает имущество одаряемого за счет уменьшения собственного имущества, ничего не получая взамен. Данное обстоятельство находит отражение в нормах, наделяющих дарителя при определенных условиях правом на отказ от исполнения обещания дарения, а также правом на отмену дарения.

Даритель вправе отказаться от исполнения обещания о предоставлении дарения, если он, с учетом остальных его обязательств, не в состоянии ис­полнить своего обещания без того, чтобы не поставить под угрозу соответ­ствующий его положению уровень жизни или исполнение установленных законом обязанностей по содержанию других лиц (п. 1 §519).

Отмена дарения возможна в том случае, если одаряемый, совершив тяжкий проступок в отношении дарителя или его близкого родственника, выразит таким образом грубую неблагодарность. Причем, если одаряемый умышленно и противоправно лишил жизни дарителя или воспрепятствовал последнему произвести отмену дарения, право отмены дарения переходит к наследникам дарителя. Отмена дарения производится путем заявления, об­ращенного к одаряемому. Последствием отмены дарения является возврат предоставленного дара по правилам об обязательствах, вытекающих из не­основательного обогащения (§ 530, 531). Правда, реализация дарителем права на отмену дарения имеет определенные пределы: отмена дарения не допускается, если даритель простил одаряемого или если истек год с того момента, когда лицо, имеющее право отмены, узнало о наступлении усло­вий для осуществления этого права (§ 532). Не подлежит отмене дарение, совершенное в силу моральной обязанности или для соблюдения приличий (§ 534).

Кроме того, даритель может потребовать от одаряемого, не отменяя дарения, возврата дара по причине ухудшения своего материального поло­жения. Речь идет о ситуации, когда даритель после осуществления дарения оказывается не в состоянии нести расходы по поддержанию достойного уровня жизни или исполнять имеющиеся у него в силу закона обязанности содержать своих родственников, супруга или бывшего супруга. В этом слу­чае также подлежат применению правила, регулирующие неосновательное обогащение, с той лишь особенностью, что одаряемому предоставлено пра-

доставлено право отказаться от возврата дара при условии выплаты дари­телю суммы, необходимой для содержания дарителя, а также его родствен­ников (§ 528).

Особое положение дарителя как субъекта одностороннего обязатель­ства проявляется также в том, что он освобожден от уплаты одаряемому каких-либо процентов за просрочку исполнения своего обязательства (§ 522). Необходимым условием ответственности дарителя за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора дарения признается наличие его вины в форме умысла или грубой небрежности (§ 521). Иллюстрацией к этому общему положению могут служить отдельные нормы ГГУ об ответ­ственности дарителя за конкретные правонарушения.

Так, если даритель умышленно умолчит о недостатках подаренной вещи или предоставляемого одаряемому права, то он должен возместить последнему причиненный вследствие этого вред (§ 523, п. 1 § 524). Если даритель обещал одаряемому предоставить вещь, определенную родовыми признаками, которую он должен был приобрести, то при наличии недостат­ков вещи, известных дарителю в момент приобретения вещи или неизвест­ных вследствие его грубой небрежности, одаряемый может потребовать замены этой вещи на вещь, свободную от недостатков. В случае же умыш­ленного умолчания со стороны дарителя о таких недостатках, одаряемый вместо требования о замене вещи может предъявить требование о возме­щении вреда (п. 2 § 524).

Допускается и регламентируется ГГУ также договор дарения с возло­жением на одаряемого обязанности выполнения определенного действия (§ 525). Вместе с тем нормы, регулирующие такой договор, заботятся о со­хранении существа дарения, которое непременно должно привести к увели­чению имущества одаряемого. Данной цели подчинены правила о том, что даритель может требовать от одаряемого совершения возложенного на него договором действия только после передачи последнему соответствующего дара, а также о праве одаряемого отказаться от исполнения возложенной на него обязанности, если вследствие недостатков дара стоимость дарения окажется меньше размера расходов, необходимых для исполнения соответ­ствующей обязанности (§ 526).

Последствие неисполнения одаряемым, получившим дар, возложенной на него обязанности, состоит в том, что даритель может потребовать воз­врата дара при условии, что дар должен был быть использован для испол­нения одаряемым возложенной на него обязанности. В этом случае возврат дара осуществляется по правилам, регулирующим неосновательное обогаще­ние (§ 527).

В случаях, когда на одаряемого возложена обязанность совершить ка­кие-либо действия в общественных интересах, право требования соверше­ния указанных действий после смерти дарителя переходит к соответствую­щему органу власти (п. 2 § 525).

В Гражданском кодексе Квебека договору дарения также посвящена отдельная глава (гл. 2 «О дарении» титула второго «О поименованных до­говорах» кн. V «Об обязательствах»), включающая в себя 36 статей (1806-1841).

Согласно ГКК дарением признается договор, по которому одно лицо, даритель, безвозмездно передает другому лицу, одаряемому, имущество в собственность; составляющая часть расщепленного права собственности или любое другое право, принадлежащее конкретному лицу, также могут быть переданы посредством дарения (ст. 1806).

Уже в определении договора дарения ощущается влияние англо­американского права: как известно, континентальная система права не до­пускает никакого расщепления права собственности и рассматривает пере­дачу права собственности на вещь как передачу самой вещи.

В первых же статьях ГКК, посвященных договору дарения, выделяют­ся два основных вида дарения: дарение между живыми и дарение на случай смерти, - в отношении которых в дальнейшем обеспечивается дифференци­рованное регулирование. Дарением между живыми признается дарение, ко­торое влечет фактическое лишение дарителя обладания имуществом в том смысле, что он фактически становится должником одаряемого (ст. 1807); да­рением на случай смерти считается дарение, при котором лишение дарите­ля обладания имуществом обусловлено его смертью и наступает только в этот момент (ст. 1808).

На первый взгляд, с позиций континентальной системы права дарение на случай смерти вызывает удивление, поскольку такой договор непремен­но должен столкнуться с конкуренцией со стороны институтов наследст­венного права. Однако ГКК все ставит на место правилом о том, что даре­ние на случай смерти недействительно, если оно не оформлено брачным договором или не подтверждено легатом (ст. 1819). Более того, дарение, сделанное во время предполагаемой смертельной болезни дарителя, недей­ствительно в качестве дарения на случай смерти, независимо от того, по­следовала смерть или нет. И только в том случае, если даритель выздорав­ливает и не оспаривает мирное владение одаряемого в течение трех лет, основание для недействительности договора отпадает (ст. 1820).

Сфера действия договора дарения по ГКК также отличается значи­тельным своеобразием. В отличие от германского гражданского права (да и от римского тоже) обещание дарения не признается договором дарения, а

рассматривается в качестве отдельного одностороннего обязательства, ко­торое предоставляет выгодоприобретателю обещания право требовать воз­мещения убытков от лица, давшего обещание, при невыполнении им своего обещания (ст. 1812). В то же время действие норм о договоре дарения рас­пространяется на так называемые косвенное и скрытое дарения (ст. 1811), а также на вознаграждающее дарение и дарение с обременением в той части, в какой дарение превышает стоимость вознаграждения или обременения (ст. 1810).

В ГКК предусмотрены многочисленные запреты и ограничения со­вершения дарения. Так, несовершеннолетние или находящиеся под надзо­ром совершеннолетние (даже представленные опекуном или попечителем) не вправе совершать дарение, за исключением имущества незначительной стоимости или обычных подарков (ст. 1813); дарение, сделанное собствен­нику, директору или служащему лечебного учреждения или учреждения социальной помощи, который не является супругом или близким родствен­ником дарителя, недействительно, если оно сделано во время, когда дари­тель лечился или получал социальную помощь в таком учреждении; недей­ствительно также дарение, сделанное члену приемной семьи в то время, когда даритель проживал в ней (ст. 1817).

Из числа объектов договора дарения между живыми (в нашем понима­нии это обычный договор дарения) ГКК исключает будущее имущество, что в принципе корреспондирует другому положению о непризнании дого­вором дарения обещания дарения. Дарение между живыми действительно только в отношении конкретного реально существующего имущества. Что касается дарения будущего имущества, то оно допускается только по дого­вору дарения на случай смерти (ст. 1818).

Гражданский кодекс Квебека содержит весьма жесткие требования к форме договора дарения: всякий договор дарения как недвижимого, так и движимого имущества под страхом его недействительности должен быть совершен посредством нотариального акта, подлинник которого остается у нотариуса; более того, дарение должно быть оглашено (ст. 1824). Исключе­ние составляют лишь случаи, когда речь идет о дарении движимого имуще­ства с согласия сторон, которое подтверждено фактической передачей дара и непосредственным владением им со стороны одаряемого.

В соответствии с ГКК допускается заключение договора дарения с об­ременением дара или с условием в пользу третьего лица (ст. 1830). В этом случае, если иное не предусмотрено законом или договором, одаряемый отвечает только по долгам дарителя, связанным с совокупностью активов и пассивов, которые он приобретает. Причем обременение, если оно в силу обстоятельств, не предвидимых в момент принятия дара, становится невоз-

можным или слишком обременительным для одаряемого, может быть из­менено или вовсе отменено судом с учетом стоимости дара, намерений да­рителя и других конкретных обстоятельств (ст. 1831, 1834).

Исполнение договора дарения (передача подаренного имущества) осуществляется, как указано в ГКК, «путем введения одаряемого во владе­ние им или позволяя ему вступить во владение при устранении к тому всех препятствий» (ст. 1825). При этом одаряемый не вправе требовать у дари­теля возмещения за платеж, который он совершил для освобождения иму­щества от права, принадлежащего третьему лицу, или для исполнения об­ременения, за исключением части, в которой платеж превышает выгоду, извлеченную из дара. Вместе с тем одаряемый, утративший подаренное имущество в результате его эвикции (полностью или частично), наделяется правом требовать у дарителя возмещения расходов, понесенных в связи с даром, превышающих выгоду, которую он извлек из дара, в том случае, если эвикция явилась следствием недостатка в переданном праве, о кото­ром даритель знал, но умолчал в момент дарения (ст. 1827).

Как видим, в данном случае отрицательные последствия для дарителя предусмотрены только на случай умышленных действий (вернее, бездейст­вия) последнего в ущерб интересам одаряемого. По такой же схеме строит­ся и ответственность дарителя за недостатки подаренного имущества: он несет ответственность только за вред, причиненный одаряемому в резуль­тате недостатка, при условии, что он знал об этом недостатке в момент да­рения, но скрыл данное обстоятельство от одаряемого (ст. 1828).

Особое положение дарителя, уменьшающего свое имущество в пользу одаряемого без какого-либо встречного предоставления, учитывается ГКК и при наделении его правом на отмену дарения по причине неблагодарно­сти одаряемого (ст. 1836). При этом под неблагодарностью одаряемого понимается такое его поведение по отношению к дарителю, которое заслу­живает порицания, принимая во внимание характер дара, субъективные свойства сторон и соответствующие обстоятельства. В отличие от герман­ского законодательства, предусматривающего одностороннюю отмену да­рения путем заявления дарителя, в соответствии с ГКК отмена дарения мо­жет быть осуществлена только в судебном порядке, что безусловно ухуд­шает положение дарителя. Иск об отмене дарения может быть предъявлен только при жизни одаряемого и в течение одного года после того, как не­благодарность стала основанием для отмены дарения, или после дня, когда дарителю стало известно о неблагодарности одаряемого. Смерть дарителя в период, когда было возможно предъявление иска об отмене дарения, не погашает права на иск, однако наследники дарителя могут предъявить та­кой иск только в течение одного года после смерти дарителя. Отмена даре-

ния судом обязывает одаряемого возвратить то, что он получил по договору дарения.

Особым образом регулируется в ГКК дарение, совершаемое по брач­ному договору. Любое лицо вправе совершить дарение между живыми по брачному договору в отношении супругов (в том числе будущих супругов), их детей и общих детей, как рожденных, так и еще не рожденных, при ус­ловии, что последние родятся живыми и жизнеспособными. Сторонами договора дарения на случай смерти могут выступать исключительно те ли­ца, которые признаются выгодоприобретателями между живыми по брач­ному договору (ст. 1840). При этом дарение на случай смерти может быть отозвано дарителем.

Итак, мы завершили рассмотрение основных положений, регулирую­щих договор дарения, которые содержатся в Германском гражданском уложении и в Гражданском кодексе Квебека. Несмотря на имеющиеся су­щественные различия в подходах к регламентации договора дарения, мы можем выделить и общие черты указанных законодательных актов.

Во-первых, в обоих случаях отношения, связанные с дарением, при­знаются не просто юридическим фактом, порождающим право собственно­сти у одаряемого, а гражданско-правовым договором, заключаемым между дарителем и одаряемым.

Во-вторых, одним из основных признаков договора дарения (наряду с безвозмездностью) признается то, что дарение осуществляется путем уве­личения имущества одаряемого за счет уменьшения имущества дарителя.

В-третьих, в обоих случаях учитывается особое положение дарителя в договоре дарения, который теряет свое имущество, не приобретая ничего взамен: даритель наделяется дополнительными правами, не свойственными для должника в гражданско-правовом обязательстве, и в частности правом на отмену дарения по причине неблагодарности одаряемого. Отмена даре­ния во всех случаях влечет обязанность одаряемого возвратить то, что было получено по договору дарения.

В-четвертых, ответственность дарителя за неисполнение или ненадле­жащее исполнение обязательства, а также за вред, причиненный одаряемо­му в результате недостатков дара, наступает лишь при наличии вины дари­теля в форме умысла или грубой неосторожности.

И наконец, в-пятых, договор дарения может существовать в форме как реально го, так и консенсуального обязательства.

ГЛАВА XI









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.