Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Реагирование на злоупотребления в отношении ребенка





Вполне понятно, что общественность, в лице конк­ретных специалистов, должна реагировать на жестокое обра­щение с ребенком, пренебрежение его человеческими права­ми. Такие дети нуждаются в защите и поддержке, причем час­то помощь должна быть оказана безотлагательно, не считаясь со средствами. Работники социальных служб, не способные за­щитить ребенка, теряют его доверие (London Borough of Brent, 1985). В такой обстановке потребность ребенка в специфиче­ской психотерапии отходит на второй план. Психотерапия, как метод лечения, представляет собой длительный процесс с не­определенным исходом, важность которого неоспорима, но не­обходимые для него ресурсы не всегда имеются. Более того, сомнительна сама возможность достижения реальных терапев­тических изменений, отличных от просто «достаточно хороше­го» впечатления. В данном случае речь идет о психотерапии как способе взаимодействия специалиста с ребенком, оказавшим­ся жертвой злоупотреблений. Целью такого взаимодействия


является обеспечение оптимальной психологической реаби­литации и личностного развития ребенка. Детская психотера­пия имеет ретроспективно-проспективный характер: прошлые события рассматриваются в свете их последствий, актуально­го и будущего значения с целью профилактики связанных с ними проблем. Исходя из опыта психотерапевтической рабо­ты со взрослыми людьми, подвергшимися насилию (Briere & Runtz, 1988), разработана стратегия профилактической рабо­ты с детьми-жертвами злоупотреблений.

В этой главе предпринята попытка проанализировать эмо­циональные проблемы детей-жертв злоупотреблений для вы­явления их терапевтических потребностей. Далее приводится критический обзор различных методов терапии и обсуждение специфических показаний для их использования. В заключе­ние рассматривается значимость контекста проведения пси­хотерапии, а также возможные трудности, с которыми могут столкнуться психотерапевты в своей работе.



Эмоциональные проблемы

Рассматривая эмоциональное воздействие и значи­мость психотравмирующих переживаний, следует принимать во внимание ряд моментов. Решающую роль играет характер переживаний, включая их продолжительность и интенсивность. Поскольку злоупотребление является выражением процесса взаимодействия, большая часть реакций ребенка связана с его чувствами по отношению к обидчикам. Кроме того, социальный контекст взаимодействия и роль других значимых лиц в жиз­ни ребенка на момент злоупотребления во многом определя­ют эмоциональное воздействие события и реакцию на него ребенка. Понимание ребенком случившегося и придаваемый этим переживаниям смысл непосредственно влияют на пред­ставления ребенка о собственной причастности к акту жесто­кого обращения или участии в нем. Дети, особенно маленькие, отличаются эгоцентризмом и воспринимают мир как продол­жение самих себя (Selman, 1980). Именно поэтому они склон­ны видеть в себе первопричину происходящего и, следователь­но, винить во всем себя. В поисках объяснений своим пере-


живаниям и при отсутствии альтернативного опыта дети час­то приходят к выводу, что плохое обращение с ними изначаль­но доброжелательных взрослых вызвано собственными (де­тей) врожденными пороками.

Последствия выявления злоупотребления, включая сепа­рацию, обвинение и возможное наказание лица, совершивше­го злоупотребления, сопряжено для пострадавшего ребенка с дополнительными переживаниями. Кумулятивный эффект всего происшедшего в значительной мере определяет пред­ставления ребенка о себе, его самооценку, а также дальнейшее развитие и характер будущих отношений с людьми.

Характер злоупотреблений

Случаи жестокого обращения, сопряженные с при­чинением значительного физического и морального ущерба, надолго остаются в памяти ребенка. Обычно дети при этом ис­пытывают сильный страх и растерянность, что впоследствии может привести к развитию так называемого посттравмати­ческого стрессового расстройства (Eth & Pynoos, 1985). Пере­живания время от времени вновь обретают свою остроту, что ведет к эмоциональному разладу в текущих взаимодействиях. Воспоминания о перенесенной травме сопровождаются раз­ного рода нарушениями, включая чувство вины, трудности запоминания и концентрации внимания. Попадая в ситуацию, так или иначе напоминающую о травме, ребенок испытывает острый страх. Злоупотребления, после которых остались фи­зические дефекты, шрамы, отметины, обычно запоминаются навсегда. Особенно страдает эмоциональное состояние ребен­ка, если он становится жертвой нескольких видов жестокого обращения. Значительный ущерб ребенку причиняет сексу­альное насилие, которое может происходить в рамках культо­вой, колдовской и иных эксцентричных видов деятельности, при участии нескольких человек (Briere, 1988).

Дети, ставшие жертвами сексуального насилия, часто опа­саются того, что их половые органы необратимо повреждены, и они не смогут вести нормальную половую жизнь и иметь детей. В действительности так иногда и бывает, например, если


ребенок перенес заболевание, передающееся половым путем. Мальчики, подвергшиеся сексуальному насилию через анус, склонны полагать, что сами стали гомосексуалистами.

Важно понять, какое значение имеют перечисленные выше общие соображения для терапевтического воздействия на кон­кретного ребенка.

Контекст злоупотреблений

Клинический опыт и результаты нескольких иссле­дований свидетельствуют о высокой значимости межличност­ных отношений, на фоне которых происходит злоупотребление (Conte & Schuerman, 1987). Речь идет о характере взаимодей­ствия между ребенком, лицом, совершившим злоупотребление, и человеком, осуществляющим за ребенком уход и не причиня­ющим ему вреда. В целом, не связанное со злоупотреблениями и центрированное на ребенке взаимодействие считается защит­ным фактором, до некоторой степени ослабляющим эмоцио­нальный ущерб от жестокого обращения. И наоборот, нали­чие нескольких лиц, жестоко обращавшихся с ребенком, и со­мнения в его невиновности усугубляют ущерб. В связи с этим близкие отношения между виновным в жестоком обращении и человеком, осуществляющим уход за ребенком (обычно ма­терью), не всегда в интересах ребенка, хотя часто это един­ственная поддержка, на которую может рассчитывать мать. Когда с ребенком жестоко обращается человек, осуществляю­щий за ним уход, положение становится особенно угрожаю­щим. Чем более близкие, зависимые и основанные на доверии отношения связывают ребенка с лицом, допускающим жесто­кое обращение, тем сложнее ребенку адекватно оценить ситу­ацию. Так, например, бывает, когда сексуальное насилие со­вершает биологический отец ребенка (Harter et al., 1988).

Следует учитывать, что особенно пагубно жестокое обра­щение сказывается на детях, чьим семьям дополнительно при­ходится иметь дело с какими-либо другими значительными проблемами. Тем не менее дети обычно сохраняют лояльность по отношению к родителям, если те жестоко с ними обращают­ся. Описан (Haynes-Seman, 1987) замкнутый цикл взаимодей-

7 Зак. № 459


ствия между матерью и ребенком-жертвой жестокого обраще­ния со стороны матери. Повторное воспроизведение поведе­ния с оттенком «морального мазохизма» детьми, терпящими жестокое обращение, объясняется их потребностью сохранить такие отношения при помощи единственного доступного им средства.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.