Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Общая собственность членов коммуны и общая ответственность





Каждый член коммуны регулярно делает небольшие и оди­наковые для всех отчисления в общий фонд, который нахо­дится в ведении казначея. Эти деньги тратятся на приобрете­ние инвентаря и оплату услуг: на канцелярские расходы, маг­нитофоны, кассеты, совместные поездки и экскурсии. Общая собственность членов коммуны подразумевает общую ответ­ственность, то есть за каждую приобретенную вещь кто-то не­сет личную ответственность. Для регулирования жизнедея­тельности коммуны регулярно проводятся собрания ее членов, на которых также происходят выборы ответственных за тот или иной вид деятельности. По мере расширения обязанностей и сферы деятельности в коммуне могут быть созданы подкоми­теты. Как правило, почти во всех коммунах существует подко­митет по проведению досуга, который занимается организаци­ей различных мероприятий, от дискотек и сельских праздни­ков с танцами до концертов и спортивных состязаний, куда


приглашаются родители, соседи, друзья и коллеги. Лица, от­ветственные за ту или иную работу, избираются на ограничен­ный срок, как правило, тайным голосованием. С учетом того что абсолютное большинство в коммуне составляют клиенты, не­удивительно, что в выборных органах работают именно они. Крайне редко туда попадает кто-либо из штатных сотрудни­ков. Работа в выборных органах также служит психотерапев­тическим целям. В обстановке доброжелательности клиенты могут научиться нести ответственность перед коммуной за дру­гих членов и работать на общее благо. В отличие от ситуации ролевой игры или обучения, у выборных работников в психо­терапевтической коммуне есть четко определенный круг обя­занностей. Они согласовывают эти обязанности и все измене­ния в своей работе с другими членами на общих собраниях коммуны. Как в любой организации, в коммуне существует конкуренция за право пользования материальными ресурса­ми. На общих собраниях утверждаются принципы разреше­ния конфликтов и принятия решений по спорным вопросам. Если на собрании принимаются новые правила, они фиксиру­ются в виде резолюции, чтобы каждый мог с ними ознакомить­ся. Каждому новому члену коммуны предлагают ознакомить­ся с текстами всех ранее принятых резолюций. Благодаря это­му все члены коммуны усваивают, что ответственное лицо не есть последняя инстанция и что у каждого есть право обжало­вать действия работника, злоупотребившего своим служеб­ным положением. Иначе говоря, ни один из членов коммуны не обладает всей полнотой власти, высший орган власти — об­щее собрание всех членов коммуны.



В основе деятельности коммуны как бюрократической си­стемы лежат рациональность и законность. Установленные правила поведения подчинены целям организации. Но в от­личие от бюрократической системы власть в коммуне не со­средоточена в руках одного человека. Процедура принятия решений в психотерапевтической коммуне основана на прин­ципе достижения консенсуса, а не подчинения меньшинства большинству. Те вопросы, по которым собранию не удалось выработать единого мнения, считаются нерешенными.


Собственность коммуны и собственность учреждения — не одно и то же. По мере развития коммуны администрация по­степенно передает ее членам ответственность за сохранность оборудования в отдельных помещениях. Способность всей коммуны справляться со своими обязанностями зависит от каждого клиента. Если клиент злоупотребляет оказанным до­верием и портит имущество, то после обсуждения на общем собрании его могут лишить соответствующих привилегий. Кроме того, сама коммуна может обратиться с просьбой об освобождении ее членов от ответственности. Как известно, на ошибках учатся, поэтому вся коммуна и каждый из ее членов имеют право делать ошибки, при условии, что материальный или моральный ущерб от последствий не превышает ценно­сти полученных таким способом знаний. В противном случае ответственность за обеспечение безопасности клиентов и со­хранение материальных ценностей берет на себя персонал.

Если члены коммуны не понимают, в чем заключаются фун­кции того или иного штатного сотрудника или не согласны с его действиями, можно попытаться исправить положение, на­пример, сформировать подкомитет потребителей, представи­тели которого имеют право критиковать, задавать вопросы, требовать перемен или выносить благодарность штатным со­трудникам за их вклад в жизнь коммуны и отдельных ее чле­нов. Аналогичным образом, работники могут благодарить за помощь или критиковать клиентов, которые мешают работать. В тех случаях, когда потребители услуг лишены свободы вы­бора, качество предоставляемых услуг обычно оставляет же­лать лучшего. В частности, это касается вопросов питания. Поскольку члены коммуны обладают сильным влиянием в уч­реждении, они, как правило, питаются хорошо и разнообразно.

Социальная структура коммуны

В любой коммуне, члены которой проживают вместе и со­вместно пользуются помещениями и оборудованием, неизбеж­ны конфликты, особенно если цель данной коммуны — удов­летворять потребности клиентов с недостаточно развитыми социальными навыками. Способ разрешения подобных конф-

Зак. № 459


ликтов отражает существующую социальную структуру. При авторитарной власти конфликт неизменно выносится на суд первого лица, задача которого — наказать виновного или учесть его требования и оказать помощь. Это напоминает судебную ситуацию, когда преступник и жертва остаются в стороне от происходящего, а главными действующими лицами становят­ся представители государства. Иногда государство компенси­рует жертве ущерб, нанесенный преступником, или жертва обращается в гражданский суд с просьбой о взыскании с пре­ступника компенсации. Преступники часто затаивают обиду на систему в целом, поскольку лишены возможности объяс­нить свою позицию, а приговор им выносят «достойнейшие». Собрание коммуны. В психотерапевтической коммуне каждый член имеет право подать жалобу, признать свою вину или обратиться к коммуне с вопросом: например, жалоба от пострадавшего, извинение от обидчика, желающего разрешить конфликт, или вопрос от одного из членов коммуны, ощуща­ющего беспокойство или даже простое любопытство в связи с поведением других членов. Жалоба, признание вины или во­прос заслушиваются на общем собрании, и всем участникам предлагается высказать свои соображения по поводу того или иного события и его причин. Проиллюстрируем это на приме­ре. Член коммуны проходит по коридору, видит, как один мальчик бьет другого, и тут же ставит этот вопрос перед всеми членами коммуны. В психотерапевтических коммунах наси­лие осуждается. Воцаряется тишина. Обидчик отказывается объяснить свое поведение, выглядит пристыженным, смотрит в пол. При желании можно интерпретировать это как раская­ние, то есть вполне адекватное поведение, дающее надежду вскоре услышать извинения и разрешить конфликт. Однако другой член коммуны заявляет, что слышал на днях, как пост­радавший назвал мать обидчика проституткой. Обидчик начи­нает рыдать и пытается уйти с собрания, но его просят остать­ся, поскольку все внимание теперь переключается на постра­давшего. Тот в свое оправдание заявляет, что просто повторил слова другого члена коммуны, наблюдавшего за дракой. Те­перь уже ответчиком становится наблюдатель, которому пред­лагают объяснить, зачем он распространял грязную сплетню.


И вновь тишина. Постепенно участники собрания по фрагмен­там восстанавливают картину происшедшего. Оказывается, до недавнего времени «наблюдатель» был близким другом «обид­чика», который поделился с ним своими соображениями по поводу любовника своей матери. Потом «обидчик» завел себе нового друга, а «наблюдатель» стал дожидаться удобного слу­чая, чтобы отомстить за измену. Однако «обидчик» был силь­нее, и в открытую сводить с ним счеты было небезопасно. По­этому «наблюдатель» решил использовать другого мальчика, сообщив ему провокационную информацию. Теперь участни­ки поменялись ролями. В качестве обидчика теперь выступал «наблюдатель», пострадавший стал жертвой обмана, а сам «обидчик» — жертвой вербальной агрессии. Коммуна выказа­ла озабоченность поведением мальчика, слышавшего обидную фразу за день до драки, но не поставившего вопрос на общем собрании. В задачи собрания не входило наказывать винов­ных: речь шла о том, что все участники происшествия осознали причины своего поведения и задумались о том, что вели себя не лучшим образом. Коммуна будет мириться с их поведени­ем и оказывать им поддержку в том случае, если они заинтере­сованы в разрешении конфликта и держат ситуацию под конт­ролем. Несмотря на то что поведение детей было встречено с неодобрением, после прояснения ситуации им было оказано большое доверие и предоставлена возможность исправить по­ложение. Буллинг и бунт против взрослых как раз и являются теми проблемами, которые изначально призвана разрешать психотерапевтическая коммуна. Взамен иерархической струк­туры коммуна предлагает равноправие. Не одобряя агрессив­ного поведения, коммуна не применяет мер дисциплинарного воздействия, а поощряет провинившихся осознать свою вину и исправить положение. Не заговор молчания, а обсуждение угрожающего или беспокоящего поведения — вот что являет­ся целью психотерапевтической работы.

Штатные и выборные работники иногда вынуждены при­нимать непопулярные решения, хотя все происходит в точном соответствии с должностными обязанностями. Наиболее яр­кий, хотя и довольно редкий, пример, когда ребенок не слуша­ется и для обеспечения безопасности его самого и окружающих


необходимо вмешаться и применить силу. Подобный инци­дент вызывает беспокойство у всех окружающих, а не только у того взрослого, который вынужден вмешаться. На общем со­брании коммуна пытается выяснить, что и почему произошло, как обращались с ребенком, как он чувствует себя в настоя­щее время, доволен ли взрослый результатами своего вмеша­тельства. Прояснение ситуации снимает большинство проблем. В ходе последующей дискуссии участники договариваются о возможных альтернативных видах поведения, выясняют, чем можно помочь, вместо того чтобы просто самоустраниться и избежать необходимости вмешиваться. Воспитатели и взрос­лые участники инцидента, пытаясь объяснить свое поведение, обнаруживают, что далеко не все их действия встречают одоб­рение, а некоторые даже подвергаются острой критике, одна­ко они могут рассчитывать на понимание и, возможно, под­держку в аналогичных ситуациях в будущем. Таким образом, взрослые не остаются один на один со своими проблемами, а ощущают поддержку коллектива.

Как правило, обсуждение подобных вопросов откладыва­ется до ближайшего по графику собрания коммуны, которые иногда проводятся после каждого приема пищи. Однако каж­дый член коммуны имеет право в любое время созвать внеоче­редное собрание. Такие собрания обязательны для посещения всеми членами, если только у них нет уважительных причин для отсутствия. На собрании, где многих нет, важные реше­ния обычно не принимаются. Если в ходе обсуждения выяс­няется, что кто-то из заинтересованных лиц отсутствует, дис­куссия прекращается. Прежде чем перенести обсуждение, ком­муна убеждается в том, что все необходимые меры приняты и ничего серьезного до очередного собрания не произойдет. Если кто-либо нуждается во временной поддержке до приня­тия окончательного решения по проблемному вопросу, такая поддержка ему будет оказана. Решения по конфликтам, кото­рые ставят под угрозу стабильность существования многих членов коммуны, можно отложить, если приняты необходи­мые меры по обеспечению безопасности клиентов.

Коммуна не ставит перед собой задачи подчинить кого-либо своей воле, напротив, предпочтение отдается поиску компро-


мисса, причем желательно, чтобы решение исходило от того, кто пострадал больше всех. В этом смысле практикуемый в психотерапевтической коммуне подход к разрешению конф­ликтов и наказанию за нарушение правил поведения не имеет ничего общего с принятым в суде.

Иногда коммуна приходит к выводу, что ответственность за конфликт несут все члены коммуны, не предусмотревшие возможности его возникновения и не установившие правил поведения в подобных обстоятельствах. Исходя из этого, при­нимаются новые решения, которые фиксируются в виде резо­люции. Утратившие актуальность резолюции пересматрива­ются.

На примере деятельности психотерапевтической коммуны можно проиллюстрировать принцип совместной ответствен­ности за социальное поведение членов коммуны. Устраняют­ся традиционные границы, разделяющие клиентов и работни­ков на «наших» и «ваших», когда решения принимаются пред­ставителями администрации и затем доводятся до клиентов. В свою очередь клиенты несут совместную ответственность за собственность и решения коммуны. Благодаря тому что соб­ственность находится в распоряжении равноправных членов, которые и принимают большинство решений, нет оснований для создания тайных альянсов или бунта против взрослых. Всегда есть возможность выразить свое недовольство, достичь компромисса или прояснить причины принятия того или ино­го решения.

Равенство или паритет? В рамках психотерапевтической коммуны нет и не может быть истинного равенства: сама эта идея по сути идеалистична и практически недостижима. Каж­дый человек имеет определенные навыки и личные качества, которые имеют ту или иную ценность в обществе. Штатный сотрудник, занимающий невысокое положение в официальной табели о рангах, вполне может иметь довольно высокий соци­альный статус в психотерапевтической коммуне, если его вклад в жизнь коммуны и психотерапевтический процесс достаточно велик. Это может служить поводом для конфликтов. Новый сотрудник, занимающий более высокое положение на служеб­ной лестнице, скорее всего, будет обескуражен тем, что группа


гораздо выше оценивает вклад имеющего опыт, но младшего по должности или даже ребенка. В сходные обстоятельства по­падают и сами дети, когда новые члены коммуны вынуждены признавать властные полномочия председателя коммуны, ко­торый младше их. Психотерапевтическая коммуна ставит це­лью достижение паритета, когда каждый индивид имеет пра­во высказывать свое мнение, быть выслушанным и оцененным по заслугам. Равноправие служит основой для формирования самооценки и чувства собственной адекватности (personal adequacy), которые, в свою очередь, необходимы для появле­ния уверенности в своих силах и личностного роста.

Социальный контроль или самоконтроль.Собрание чле­нов коммуны представляет собой эффективный и тонкий ин­струмент социального контроля. Обычно социальный конт­роль осуществляется авторитетными фигурами в отношении менее авторитетных лиц. Общее собрание коммуны позволя­ет достигнуть большего. Социальный контроль в коммуне — это, по сути дела, самоконтроль ее членов. Освоив навыки та­кого социального контроля, дети обучаются самоконтролю. Подобно тому как персонал частично передает собственность или управление зрелой коммуне, коммуна также может взять на себя ответственность за социальное поведение своих членов.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.