Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







ОПИСАНИЕ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ В КОНЦЕ АВГУСТА 1942 г НА ЮЖНЫХ ПОДСТУПАХ К СТАЛИНГРАДУ: КРАСНОАРМЕЙСК - ВАСИЛЬЕВКА





ПОТЕРИ НЕМЕЦКОЙ 4 ТА ИЮЛЬ ( с 21 июля ) - АВГУСТ

(14 тд, 29 мот, 371 пд, 94 пд) + 297 пд и 24 тд с 14 августа.
с 21 по 31.07.42 : 530 убито, 1935 ранено, 71 б.в.
С 1 по 10.8.42 : 798 убито, 2715 ранено, 137 б.в
С 11 по 20.8.42 : 622 убито, 2579 ранено, 49 б.в
С 21 по 31.08.42г : 821 убито, 3411 ранено, 54 бв.
ВСЕГО: 2771 убито, 10 640 ранено, 311 без вести
ВСЕ ПОТЕРИ: 13 722 человека.

 

Потери же Красной Армии на этом направлении были просто огромными.

Так например 64-я Армия по её журналу боевых действий с 1 по 15 августа потеряла 34 245 человек, в том числе : Убито – 7998 чел. Ранено – 14 852. Пропало без вести – 11 395.

Донесение о потерях 64 А

Приданные части усиления 64 А по всем родам войск имели потери :Убито – 1211, ранено – 4821, пропало без вести – 2222.Всего – 8254 человек.
По 57-й Армии полных данных нет, но по данным её журнала боевых действий с 19 по 22 августа её потери составили 1 709 убитых и раненых.

В целом, по некоторым обобщенным данным общие потери 64 А и 57 А за август составили около 90 000 человек.
Так же нужно учитывать потери и 51-й Армии, которая в конце июля попала под удар немецкой 4 ТА.

Далее будет попытка подробно привести потери по всем дивизиям 64 Армии за август 1942 года, поскольку учет потерь показан в донесениях некоторых дивизий, и есть в наличии списки состава армии за интересующий период.

Добавлено: 22.05.2017 21:43:08

Потери в танках 64-й и 57-й Армий за август 1942 г.

В составе 64 –й и 57-й Армий в отличии от главного, Донского направления находилось довольно небольшое количество танков. Основу здесь составлял 13 ТК Танасчишина, который ранее был полностью разбит в составе 1 ТА в июльских боях у Верхней Бузиновки, при деблокировании группы полковника Журавлева. Однако корпус был быстро восстановлен, и переброшен на южное направление уже в новом составе из 13 ТБр, 254 ТБр и 6 Гв.Тбр.



133-я танковая бригада ( была вооружена только танками КВ, находилась ранее в составе 57 А, 23 августа была передана в состав 64 А) почти за месяц ожесточенных боев потеряла безвозвратно всего 6 танков, 8 числилось в ремонте, подлежало эвакуации с поля боя 2 танка. На ходу был 21 танк "КВ". (Данные на 28.08.1942г из сводки АБТУ 64 Армии).

Всего же танковые части 64-й Армии за август месяц (до 28 августа 1942 г.) потеряли безвозвратно всего 109 танков*.
Особенно большие безвозвратные потери понесла 6 гвардейская танковая бригада - 53 танка. 13 тбр - 27 танков, 254 тбр -23.

* В итоговом донесении немецкой 4 ТА за август месяц сообщается всего о 251 подбитом и уничтоженном советском танке.

 

Потери в танках немецкой 4 ТА за август 1942 г.

В целом точную цифру потерь за август месяц установить сложно, так как у немцев танки могли списываться и гораздо поздней датой.
Есть такие данные по составу немецкой 4 ТА на 27 августа 1942 г.:

14 ТД :

Готово к боям 26 танков. В ремонте : 123 танка. Может быть отремонтировано в течение недели: 21 танк.
Часть танков с неисправными моторами, они могут быть отремонтированы при поступлении двигателей.
По данным дивизии на 5 августа полностью уничтоженными в её подразделениях числилось 15 -20 танков.

(Всего числится в дивизии 149 танков – прим.)

Из сводки немецкой 4-й Танковой Армии

 

 

24 ТД :

Готово к боям 61 танк. Может быть отремонтировано в течение недели 20 танков. С неисправными моторами – 53 танка.
(Всего числится в дивизии 134 танка.) Полностью уничтожено в дивизии 13 танков.

29 ПД (моторизованная)
Готово к боям 18 танков. Может быть отремонтировано в течение недели 8 танков. С неисправными моторами – 14 танков. (Всего числится в дивизии 40 танков.) Полностью уничтожено в дивизии 6 танков.

Наверное здесь нужно заметить, что 24 –я и 14 –я ТД вели в дальнейшем бои в г. Сталинград количеством около 30-50 танков, и более это число не поднималось.
Например 29-я пд (мот) на 23 сентября насчитывала всего 5 танков ( бои у Элеватора). На 8 августа 1942 г. в дивизии находилось 10 - Т2, 33 - Т 3 и 7 –Т4.
Но немцы в дальнейшем не обладая большим количеством танков неожиданно для Красной Армии концентрировали все эти танки в одном месте, и прорывали её оборону на узком участке. После прорыва обороны 64 Армии у Тебектенерово 29 августа применялось около 100 танков.
Далее же в ходе боев за г.Сталинград этот прием возможно использовался еще 2 раза: при прорыве обороны 8 сентября позиций 35-й гв.сд у Верхней Ельшанки ( около 80 танков объединенных в одну группу из 24, 14 и 29 дивизий) и 14 октября при наступлении на Тракторный завод ( 120 танков и штурмовых орудий).

5 → Александр Д 23.05.2017 00:19:04

  • Участник
  • Зарегистрирован: 08.04.2013
  • Сообщений: 313

Августа 1942 г.

Как видно из приведенной ниже выдержки из ЖБД 48 ТК, участок выделенный для предстоящего немецкого наступления был очень мал – примерно 6-8 километров, и на этом участке нужно было провести силы около 3-х дивизий: 24 ТД, 14 ТД и часть 29 ПД (мот). Но в целом немцы применили свой испытанный прием: скрытое быстрое сосредоточение 3-4 подвижных дивизий на узком участке, перед более слабым противником, и затем неожиданный удар.

Главный фронт наступления 4ТА был выбран, это Тебектенерово – Капкинка.

Донесение 48 ТК

«Отправленный на рекогносцировку для предстоящего наступления Ia корпуса сообщил, что наступление возможно западнее Тебектенерово на точку 164,0. Балка Задняя Мышкова непроходима.
Наступление возможно только между этой балкой и Тебектенерово.
Для улучшения своих позиций у Тебектенерово 6 -й Румынский АК должен 27.8. провести наступление, которое будет поддерживаться сильными частями VIII Воздушного Корпуса.»

 

ИНФОРМАЦИЯ ЮВФ НА 15.30 26.8.42 ШТАБ ЮГО-ВОСТ.ФРОНТА
«64 АРМИЯ: Перед правым крылом до Ивановка противника нет. В центре от Ивановка * до Абганерово Армейский Корпус румын в составе 1, 2, 4 пд и 20 пд. Справа от Абганерово противник не активен.
У совхоза им. Юркина – 94 пд. Северней разъезда 74 клм. 371 пд. Разъезд и северней Тингута – 297 пд. Правее 29 пд, 14 и 24 тд.»
(*В этом районе боевых действий 64 А находилось два населенных пункта Ивановка. Один был расположен у р. Мышкова, второй за р. Червленная.)

Разведка Красной Армии точно определила нумерацию частей противника и их расположение в этом районе. Но немцы пока продолжали атаки в районе ст. Тундутово, одновременно перебрасывая основные силы к Васильевке и Тебектенерово. В донесениях 57 Армии и Юго-Восточного фронта упоминаются атаки немцев на прежнем участке - это была видимость присутствия здесь танковых частей. И действительно, в дальнейшем основном вся перегруппировка 48 ТК осталась незамеченной.

Из оперсводки ЮВФ 26 августа:
« Наблюдением установлено в 14.30 из района балки Песчаная в направлении выс. 118.0 движение до 70 танков противника, так же движение автомашин из балка Кузнецова в направлении выс. 115.7
422 сд – отрядом в составе Винницкого ПУ, ротой автоматчиков, истребительного отряда и роты танков вела упорные бой с прорвавшимся в район Подсобное Хозяйство ротой автоматчиков. Противник понеся большие потери отброшен на северные скаты высоты 111.4 –подбито 6 танков, из них два горят.»

 

Донесение 48 ТК 27 августа :
« В 10.00 командирам дивизий было приказано явиться к западному выезду из Абганерово. Командир корпуса поехал вместе с ними первоначально до дивизионного командного пункта 2 -й Румынской дивизии у стрелочного перевода 6 км юго-восточнее станции Абганерово, где командиры встретились с командиром VI Рум. Корпуса и дивизионным командиром 20-й Рум.дивизии.

После доклада штаба 48 ТК о положении и проведенной оперативной, артиллерийской и инженерной разведки, наступление между балкой Задняя Мышкова и Тебектенерово кажется целесообразным. Участок все таки слишком маленький, чтобы пропустить около 3 дивизий, и обеспечить быстрое продвижение вперед после успешной атаки на первые неприятельские позиции.
Местность западнее Тебектенерово, несмотря на участок ручья, проходима для наступления. Так как разделение корпуса кажется нецелесообразным, а наступление на участке западнее Тебектенерово, в соответствии с местностью, лишь незначительно менее выгодно, и участок достаточно широк для трех дивизий, наступление было решено проводить на этой полосе.
Неприятельские позиции повсюду слабо заняты, без противотанковых пушек, мало артиллерии, основное центр обороны неприятеля находится у Фермы №1 и Молокоприемного пункта совхоза «Юркина».

Вслед за этим командиры выехали к точке 124,0, чтобы произвести рекогносцировку исходных позиций. По причине хорошего обзора, открывающегося неприятелю с высоты северо-восточнее Васильевки на исходные позиции, выясняется, что занятие исходных позиций должно происходить ночью, чтобы предупредить неприятельский огонь.

У 29-й ПД (мот) идет полным ходом перемещение частей не задействованных для прикрытия восточного фланга. Таким же образом в предписанные районы перемещаются 14-я и 24-я ТД.

В 18.00 29 ПД (мот), исключая усиленный мотоциклетный батальон К.29 и 15 ПП прибыла в район сосредоточения. 14-я и 24 -я ТД также прибыли в районы сосредоточения.
Вслед за рекогносцировкой командир корпуса по телефону ознакомил командующего армией с результатами совещания и рекогносцировки на местности. Одновременно командир корпуса указал на то, что мероприятиями армии хождение русских гражданских лиц от деревни к деревне с целью шпионажа должно быть пресечено.»

ОПЕРСВОДКА № 45 118 УР к 3.00 29.8.42 г

1. На фронте частей 118 УР противник в течение дня продолжал сосредотачиваться в районе ПАРИЖСКАЯ КОМУННА, балка БЕРЕЖКОВА(?) и СУХАЯ, силой до 2-х батальонов пехоты и 4 танка.
61 и 28 ОПАБ занимает прежний рубеж обороны.
172 ОПАБ*, согласно личного распоряжения НАЧШТАРМА 64 к 20.00 28.8 снялся с района обороны с задачей сосредоточится в районе СТАНЦИЯ ТУНДУТОВО.

(*172 ОПАБ ранее занимал участок Громославка - Парижская Коммуна - прим. Однако в последний момент этот батальон был переброшен не в Тундутово, а в Зеты.)

В 126 сд перед немецким наступлением насчитывалось всего около 3 700 человек ( весь состав). Дивизии Сорокина так же были приданы 3-й Орджоникидзевский курсанский полк, Житомирский курсантский полк, остатки 208-й стрелковой дивизии. Была образована так называемая «Оперативная группа Сорокина».
В 126-ю стрелковую дивизии входили: 157-й отдельный саперный батальон капитана М. А. Александрова и 168-я отдельная зенитная арт.батарея лейтенанта В.П. Колотухина.
Если посчитать все разрозненные части 64 А на этом участке в 13-16 километров фронта, то на передовой возможно было не более 1500 - 2000 человек. Особенно были большие разрывы между частями занимающими оборону в районе Капкинки.
Как ранее сообщалось в боевых донесения 118-го УРа и 3-го Орджоникидзевского училища, разрывы между подразделениями достигали до 2-3-х километров.

Это и отметили немцы в результате своей разведки 27 августа :
,,Неприятельские позиции повсюду слабо заняты, без противотанковых пушек, мало артиллерии, основное центр обороны неприятеля находится у Фермы №1 и Молокоприемного пункта совхоза «Юркина». "

ПОДГОТОВКА К НАСТУПЛЕНИЮ 48 ТК и ПЛАН АТАКИ
Из донесения 48 ТК :
28 августа

,, На основании предварительного совещания и рекогносцировки в 11.00 был издан приказ по корпусу со следующими боевыми задачами:

XXXXVIII ТК 29.8. прорывает западнее Тебектенерово неприятельские позиции, овладевает возвышенностями северо-восточнее Молокоприемного пункта совхоза «Юркина», чтобы оттуда пробиваться через линию «Ферма №2 — совхоз «Юркина» - высота 150,0 — Зеты» на возвышенности западнее Блинникова.

Задачи:

14 ТД сильным левым крылом прорывается через точку 130,1, накатывается на неприятельский фронт, уничтожает в лощинах западнее Молокоприемного пункта совхоза «Юркина» предполагаемую артиллерию неприятеля и овладевает возвышенностями северо-западнее Молокоприемного пункта совхоза «Юркина».

Дальнейшее направление наступления: возвышенности вокруг точки 140 (в 4 км западнее Фермы №2 совхоза «Юркина»).

29 ПД (мот) (без задействованных на восточном фланге танковой армии частей*) наступает мимо Фермы №1 и овладевает западной частью возвышенностей 180, чтобы оттуда пробиваться на высоту 150,0.

24 ТД наступает сильным правым крылом под прикрытием левого фланга, овладевает Фермой №1 и овладевает возвышенностями юго-западнее Большой Татарской балки, чтобы оттуда левым крылом пробиваться на Зеты.

Стоящие в полосе наступления XXXXVIII ТК и приданные корпусу части 2 Рум. Дивизии после начала наступления корпуса зачищают поселок Тебектенерово и выходят потом в распоряжение своей дивизии к Ферме №1.

В 10.00 прибыл особый уполномоченный главнокомандования войск, подполковник Фэрлих и был проинформирован о положении дел, боеспособности и состоянии корпуса.

В 12.30 боевая группа Улиха (Ulich) с 28.8. с 08.00 будет придана IV.A.K.

 

В 12.30 прибыли дивизионные командиры, высшее артиллерийское командование (Höherer Arko), Arko 108 и K.G.VIII Воздушного Корпуса для совещания на командном пункте. Вначале в деталях проговаривается приказ корпуса.
Единое время начала наступления никак не удается установить. В качестве начала наступления было назначено 05.00, при чем командиры дивизий оставляли за собой право, удары на местах начать, соответственно, заранее. По деталям на обсуждение выносятся следующие пункты: командир дивизии задействует танки 29-й пд (мот) для поддержки пехоты, а не как особую боевую группу.

(Фото и информация из книги Джейсона Д. Марка)

Утомительным маршем через пыль и заторы все три дивизии направляются к своим районам сбора.

В 16.50 на командный пункт корпуса прибыл командующий. Командующий придерживается точки зрения, что на первой линии неприятель должен быть уничтожен западнее железной дороги, и, затем требуется быстро пробиться на участок Червленой. Командир корпуса того же мнения.

В 19.00 армией было назначено 05.00 как время начала операции.

* ( В наступлении 29 августа со стороны 29 пд (моторизованной) по донесениям 48 ТК не принимали участие 15 пехотный полк и 29-й мотоциклетный стрелковый батальон, т.к они остались на прикрытии правого фланга 4 ТА -прим.)

Карта положения частей 64 Армии на 27 августа 1942 г. по немецким данным, из журнала 4 ТА. На левом фланге (со стороны 64 А) почему-то показана 229 сд.

Отредактировано Александр Д (02.06.2017 17:56:55)

23 → Александр Д 08.06.2017 22:42:11

  • Участник
  • Зарегистрирован: 08.04.2013
  • Сообщений: 313

Августа 1942 г. Суббота.

Что же представляли части 64-й армии перед немецким наступлением утром 29 августа ?

Точный состав армии на вечер 28 августа неизвестен, однако есть данные на 25 августа, что позволяет приблизительно представить численный состав армии Шумилова. Но в некоторых донесениях видимо (118 УР, 3-е Орджоникидзевское пехотное училище)указаны старые данные, возможно показаны на дату вхождения в 64 А :

Немецкое наступление 48 ТК

На правом фланге 64 А, в половине седьмого утра( по немецкому времени в 05.30), после часовой авиационной и артподготовки весь 48 ТК перешел в наступление. Это наступление поддерживала и румынская артиллерия 2-х дивизий, которая была собрана перед Тебектенерово.

Следующее фото видимо сделано в это же время.

 

Все три дивизии ( 14 тд, 24 тд и часть 29 пд (мот) сконцентрировавшись на узком участке перейдя речку Мышкова в районе Капкинка и Тебектенерово начали наступление на позиции 118 УР , военных училищ и 126 сд.
24-я танковая дивизия левым флангом смяв оборону остатков пулеметных батальонов 118 УР и Грозненского училища сразу начала продвигаться к Зетам, правым же флангом начала подходить к ферме № 1, где сразу завязались ожесточенные бои с 3-м Орджоникидзевским училищем и 690 стрелковым полком 126 сд.
29-я пехотная дивизия (мот) сосредоточившись между 24 и 14 тд и начав атаку на узком участке, стала пробиваться в тылы частей 64 Армии.
14-й танковая дивизия прорвав оборону позиций остатков Житомирского училища в Тебектенерово, передовыми частями стала выходить на тылы и штаб 126-й стрелковой дивизии. Однако остальные части 14 тд были остановлены ожесточенным сопротивлением дивизии Сорокина и приданных ей частей– бои здесь шли весь день, продолжились они и ночью.

Сд с прежними средствами усиления занять и прочно оборонять рубеж : /иск/ ВЕРХ.ЦАРИЦИНСКИЙ, /иск/ ЗЕТЫ, с задачей не допустить прорыва танков и пехоты противника на северо-восток. КП -лощина 4 км.зап. БЛИННИКОВ.

29 сд с прежними средствами усиления занять и прочно оборонять рубеж ЗЕТЫ, выс. 150.0, К, что 3 км. восточнее выс. 150.0.
154 мор сбр с прежними средствами усиления занять и прочно оборонять рубеж /иск/ К, что 3 км вост. выс. 150.0, отм.126.1, отм 117.9 с задей не допустить прорыва танков и пехоты противника на север.
13 тбр с батальоном 38 сд и 20 истр.бр оборонять прежний рубеж с задачей не допустить прорыва танков и пехоты на северо-запад.
13 ТК по выполнению задач по уничтожению прорвавшегося противника прикрывает отход 126 и 29 сд, после чего сосредоточится в районе 6 км. севернее ЗЕТЫ -( приписка карандашом -прим.)
38 сд прочно удерживать занимаемый рубеж не допуская прорыва танков и пехоты противника на северо -запад.
138 сд, передав 186 иптап в 126 сд отойти в мой резерв в район БЛИННИКОВ, где подготовить оборону фронтом на юг.
204 сд по сдаче своего участка 154 мор сбр, передав 1104 пап и 507 иптап в 29 сд, отойти в мой резерв в район отм. 125.5, балка КРУТАЯ.
Начальнику КРАСНОДАРСКОГО ПУ подчинив себе 172 опаб занять до подхода 126 сд рубеж обороны/иск/ ВЕРХ.ЦАРИЦИНСКИЙ, /иск/ ЗЕТЫ. фронтом на ю.з., оборудовав на этом рубеже противотанковую оборону.
Войскам правого крыла армии на занимаемых рубежах оставить арьергарды, которым сдерживать противника, до оборудования нового оборонительного рубежа.
ШУМИЛОВ СЕРДЮК
ЛУКИН
(ЦАМО ф.341 оп.5312 д.9)

Но как ранее говорилось этот приказ уже запоздал на сутки, что обернулось дальше трагедией.
Почти все части 64 А отходящие в ночь на 30 августа вначале к Зетам и Блинникову ( как и было указано в приказе) попали под удар 3-х немецких наступающих дивизий.
Фактически этот приказ в данное время могли выполнить только 66 морсбр, 157 сд с 1-м Орджоникидзевским училищем (Грозненское вело бои в Капкинке) и 138 с 204 сд, остальные части в это время уже вели ожесточенные бои с немецким 48 ТК. Да и как следует из воспоминаний и донесений приказ на отход получили не все, или получили очень поздно.
Краснодарское пулеметно-минометное училище было в подчинении 204 сд, и как видно из приказа ему было приказано занять позиции между Зетами и В.Царицинским, но по пути следования к Зеты училище подверглось бомбардировке. В районе Зеты уже должен находится 172 ОПАБ, буквально накануне (на утро 29.08.) занявший там оборону.
Забегая вперед можно сказать, что только 204-й сд и 38-й сд удалось выйти практически без больших потерь, остальные выходившие части были просто разрезаны немецкими дивизиями на мелкие группы и уже выходили кто как сможет.

Тем временем, в центре и на правом фланге немецкого наступления главный удар наносили немецкие 29 пд и 14 тд, к ним позже присоединилась 2-я румынская пехотная дивизия. Здесь перед наступающими немецкими дивизиями оборонялась группа полковника Сорокина, командира 126 сд : 126-я стрелковая дивизия с остатками приданных ей частей : Житотомирского и 3-го Орджоникидзевских военных училищ и 208-й сд.
Левее 126-й сд оборонялясь 29-я стрелковая дивизия, которая так же приняла на себя в этот день основной удар немецкого 48 ТК с тыла и позже понесла при отходе огромные потери.
Немецкое наступление силами 3-х механизированных дивизий с танками на этом участке все же оказалось неожиданным для командования 64-й армии и Юго-Восточного Фронта.
В некоторых воспоминаниях упоминается, что 126-й сд Сорокина было приказано сдерживать наступающие немецкие части, а остальным в это время отходить на промежуточный рубеж. Однако в боевом приказе № 042 64-й Армии ( приведен выше) ей так же было приказано отойти на этот рубеж, как и другим дивизиям. Но возможно Шумилов видя как развивается обстановка на фронте в личном телефонном разговоре с комдивом Сорокиным отменил её отход. Во всяком случае так написано в воспоминаниях Шумилова.

 

Донесение 48 ТК :

,, 29 ПД в 05.00 выступила силами 71 ПП и танкоистребительным дивизионом и в 08.10 после первоначально сильного неприятельского сопротивления танками была взята западная часть высоты 180 северо-восточнее Молокоприемного пункта совхоза «Юркина». 71 ПП до 09.45 после зачистки местности до высоты 180 подтянулся к танкам, и в дальнейшем продвигаясь в северо-западном направлении в 13.10, преодолевая сильное неприятельское сопротивление, взял территорию ложбины юго-восточнее Зеты-Восток. Дивизия находится в продвижении на точку 150 (северо-восточнее Зеты).
На запрос корпуса, почему танки не продвигаются вперед, 24 ТД докладывает, что наступление медленно движется вперед вследствие сильного флангового огня с запада.
В 07.30 оперативный отдел штаба 14 ТД доложил, что танки от отметки 130 пробиваются на северо-восток. В 07.45 была взята отметка 162,0, танки продвигаются на высоту 180. В 09.15 1-й батальон 108-го полка был связан боем на юго-восток у отметки 162,0.
В 12.00 неприятельские полевые позиции на высоте 180 были прорваны. Занимающая много времени зачистка там еще продолжается, как и перед балкой к югу оттуда. В 13.10 14 ТД должна прочесать территорию глубиной около 3 км, на которой неприятель упорно и ожесточенно обороняется с обустроенных полевых позиций. В 13.50 командир 14 ТД информирует, что дивизия все еще застопоривается в тяжелом бою западнее совхоза «Юркина», а бронированная группа сможет выступить только после зачистки.
С начала наступления командир корпуса находится на выдвинутом передовом наблюдательном пункте корпуса в 2 км к северу высоты 124,0. Командир румынского корпуса так же находится на командном пункте, наблюдает некоторое время за наступлением дивизии и сопровождает потом короткое время в штабной машине корпуса наступление танков.
14 ТД было передано, что группа фон Шведлера (v. Schwedler) только подступает к Молокоприемному пункту ( МТФ), когда первые танки дивизии показываются на тамошней высоте.
В 14.50 от штаба армии поступил следующий приказ: группа фон Шведлера (v. Schwedler) выступает в 15.30 из района северо-восточнее станции Тингута на север. Непременно нужно, чтобы фронтальное наступление XXXXVIII-го ТК было продолжено, а для этого нужно продвигать части корпуса в направлении группы домов западнее и северо-западнее станции Тингута. Это наступление следует прикрывать с севера на возвышенностях северо-восточнее и южнее Зеты.

Из книги И. Лемельзена по истории немецкой 29-й пехотной дивизии (мот):

,, Хотя XXXXVIII-й Танковый Корпус развернулся на внешнем оборонительном обводе Сталинграда восточнее железной дороги, противник упорно держался перед фронтом VI-го румынского армейского корпуса на участке Мышкова. Это была та часть расположенного западнее железнодорожной линии внешнего оборонительного пояса города, которая создавала наступлению большие трудности на местности. Такое положение вынудило к замене танкового корпуса на его прежнем участке и подготовке к прорыву в районе Тебектенерово.

На глубоко эшелонированных, тщательно обустроенных полевых позициях у противника здесь была задействована особая опергруппа под командованием командира 126-й стрелковой дивизии полковника Сорокина (Oberst Ssorokin).
Она состояла из 126-й, остатков 208-й стрелковой дивизии и полков военных училищ (Kriegsschulregimenter) Орджоникидзевского и Грозненского, усиленных двумя войсковыми артиллерийскими полками и двумя полками реактивных минометов залпового огня.
Вдоль железнодорожной линии на север примыкали 29-я и 138-я стрелковые дивизии .
С неудержимым порывом размещенная на узком пространстве между 14-й и 24-й танковыми дивизиями 29-я дивизия рано утром 29.08 при действенной поддержке Люфтваффе прорвала систему позиций противника у Фермы №1.
Удар пришелся на стык между двумя полками и в короткий срок привел глубоко в тыл вражеского фронта до самого дивизионного командного пункта, который был отрезан от сражающихся частей. В полосе атаки противник в беспорядке отходил назад. Вечером 29.08 24-й танковой дивизией были достигнуты Зеты и высота к юго-востоку.

Вот как происходил этой бой по воспоминаниям курсантов 3-го Орджоникидзевского училища.
(Из книги П. Е. Козлова" Сталинград. Воспоминание и осмысление")

Как только позолотился восток, немцы начали обстрел. Эта музыка нам была давно знакома. Но вскоре поняли, что бой будет жарким. Для солдата каждый бой — главный.

Но солдат чувствует большой бой. Артиллерия врага не умолкала весь день. В небе, как черные змеи, непрерывно висели немецкие пикировщики. Меченные свастикой, они с включенными сиренами падали в пике на курсантов. Все пространство над степью было заполнено треском, ревом моторов, полыхающими дугами ракет, вылетами орудийного и ружейного огня. Земля смешалась с небом.
Трудно было представить, что творилось в это время на передовой, которая проходила по высоте. Склоны ее были похожи на огромный кратер извергающегося вулкана. В бешеном темпе один за другим здесь всплескивались к небу черные султаны разрывов, сотни молний метались в густых клубах пыли и дыма. Стонала земля, готовая, казалось, вот-вот расколоться. Грохот стоял такой, что люди оглохли, не слышали ничего, если даже и кричали что-то друг другу на ухо. И все это было много часов подряд против вцепившихся в высоту курсантов. Бедные, они смотрели в небо. Искали, не появятся ли свои самолеты. Их не было.
Такого дня я не помнил, чтобы без перерыва, в течение многих часов, продолжались и обстрел, и бомбардировка. Уже к середине дня КП батальона, его тылы были буквально перепаханы тяжелыми фугасами и снарядами.

На месте штаба — воронки. В хозвзводе не осталось ни одной лошади, ни одной повозки, ни одной кухни — все разбито, искорежено, разбросано. Я сидел, как у разбитого корыта, охватив голову руками, не знал, что делать и что будет со мной...

Рубеж обороны 3-го Орджоникидзевского полка трудно определить конкретно — в степи не было выразительных ориентиров. На штабных картах значатся: позади иле я 3—4 километрах — нас. пункт Зеты, впереди — высота 164.4, а на флангах — кошары, от которых в действительности уже не было никаких следов.
Дивизия и курсанты выполнили свою задачу. Они обеспечили отрыв частей армии от противника, спасли их от неминуемого разгрома.
Начальник штаба полка капитан Любимов и начальник артиллерийского снабжения старший лейтенант Аринушкин, собрав работников складов, ездовых, связистов, писарей, организовали оборону КП полка и отбили ряд атак наседавшего противника. Об этом рассказал начальник санроты полка старший лейтенант Н. В. Задорожный.

Исключительную стойкость проявила 1-я рота 1-го батальона под командованием лейтенанта Николая Баглая. Надо сказать, что несколько дней оборона курсантов на этом участке держалась благодаря ему. Бывший командир роты старший лейтенант Чернышов, получив легкое ранение, как говорили, «царапину», в сопровождении санитарки Ани оставил поле боя и на полуторке уехал за Волгу. Лейтенант Баглай заменил выбывшего из боя командира. 29 августа с несколькими десятками курсантов он отбил роту немецких автоматчиков, наступавшую с тыла*.

* Музей курсантских полков Волгоградского университета. Фонды.

Буквально рядом с ними противник прорвал оборону УРа и обошел нашу армию. Курсанты оказали сопротивление.

Вот как запомнил этот бой курсант Юрий Александрович Коршунов (г. Киров):

«На горизонте было видно село (видимо, Капкинка. — П. К.), похожее издали на отару овец, а ветряные, мельницы казались задремавшими чабанами. От села в нашем направлении показались несколько белесых полос, удлинявшихся на моих глазах, черные точки головных машин и характерная для быстроходных танков пыль, накрывшая колонну. Танки развернулись в боевые порядки и пошли в атаку. За танками двигались машины с пехотой и полевая артиллерия на механической тяге. Немцы даже не соизволили провести артиллерийскую подготовку, решили атаковать нас с ходу.
По танкам противника, достигшим минного поля, ударили наши пушки. Их огневой налет был неожиданным для врага. Несколько танков остановилось, высыпав черные фигурки людей. Часть танков подорвалась на минах:. Остальные повернули обратно, наверное, для того, чтобы обойти «минное поле. Противотанковые орудия с ломким автоматическим стуком били по бортовой броне. Позади передовой танковой колонны поднимались черные столбы, то прямо, то косо падающие на землю. Прорезая воздух, ложились снаряды, отсекая идущую за танками пехоту. Земля глухо подрагивала от взрывов. В ушах стоял грохот. Противник откатывался. Ему не удалось пробить дыру в обороне курсантов. Но где-то левее были прорваны стыки, и немцы начали обтекать нашу оборону. Бой продолжался. В ходе его я был ранен (сквозное пулевое ранение правого предплечья и слепое осколочное ранение левой половины грудной клетки)...»*.
*Письмо от 25 мая 1991 г. — Личный архив автора.

Бой шел долгий, кровавый, злобный, неистовый. Патронов и снарядов было мало, дело доходило до рукопашной Через КП батальона, помню, везли на повозках много тяжелораненых. В этом бою отдали жизнь курсанты Леонил Бабинцев, Петр Дудин, лейтенант Епифанов, десятки других. Лейтенант Гришанов — офицер связи полка — пропал без вести.
Несмотря на стойкость, под напором немецких танков 3-й Орджоникидзевский курсантский полк и 126-я стрелковая дивизия отошли из района фермы № 1 на севвер, к поселку Зеты.

Стойкость курсантов была бы большей, если бы поддерживалась огнем наших минометчиков. Но этого не было. Борис Марзаганов пишет в письме:

«У нас в батарее 122-миллиметровых минометов уже несколько дней не было мин. Их нельзя было подвезти из-за действия авиации противника».

На всех участках обороны полка, как ни трудно было курсантам, они в пропитанных пороховой гарью гимнастерках, со сжатыми до скрежета зубами, с ожиданием крайней секунды в глазах держались до последних сил, не покидали позиций, говорили: не все ли равно, от какой пули погибать: немецкой или нашей. Они понимали, что значит отступить в условиях действия приказа И. В. Сталина «Ни шагу назад!». И сколько их — вятских, удмуртских, марийских парней, осетин и украинцев — сложило в тот день головы, полегло под гусеницами немецких танков.

Однако к вечеру сопротивление курсантов было сломлено. Когда немецкие танки окружили курсантов, подвергли их позиции сокрушительному штурму, а местами ворвались на их окопы и стали утюжить, и у нас появился приказ командующего армией об отходе на р. Червленая — на средний обвод сталинградской обороны.
Но приказ об отходе для всех частей армии появился с опозданием на 1—2 дня. Если бы начать отход раньше, то можно было бы сохранить организованность, вынести технику, боеприпасы, раненых и не иметь больших потерь в личном составе. Но этого не случилось. Опоздание с отходом произошло по вине командования Юго-Восточного фронта.

Приказ об отходе особенно поздно появился в нашем полку, прикрывающем отход других частей армии. Он передавался молниеносно из окопа в окоп и звучал так: «Спасайся, кто как может!» Его ловили на лету штабы и подразделения и тотчас же, оставляя все, бежали.
Услышав приказ от минометчиков, боевые позиции которых были рядом с тылами батальона (тылы — в балке,замер: с юга, по скату высоты, до которой было рукой подать, спускались немецкие танки, стреляя на ходу. Они прошли через окопы курсантов и теперь подходили к штабу батальона, которого, по существу, уже не было.
Чуть в стороне бежала группа курсантов. Она как-то смогла проникнуть между немецкими танками. Мальчишечьи лица курсантов, всегда веселые и открытые, были искажены, выражали отчаяние. Крупные капли пота катились по лбу. В душе все перевернулось. Кровь ударила в виски, сердце бешено заколотилось. Почуял, что случилось непоправимое. Выскочил из окопа и в чем был, без оружия — опоры солдатской жизни, без которого солдат на фронте беззащитен, — побежал вместе с курсантами вдоль балки. Сначала бежал пружинисто, быстро. Потом ноги стали будто чужие, а внутри все горело. Бежал тяжело, с хрипом.

Управления передовыми подразделениями в это время уже не было со стороны командования полка (после Кухаревича командовал полком майор Георгий Левонович Чикваидзе). Оно было отсечено и, оставив курсантов, снялось, стало догонять отходящие части армии.
Всю жизнь виню руководство полка: оно бросило нас. В моем представлении командиры должны были пусть погибнуть, по оставаться с курсантами. Брошенные на произвол судьбы курсанты небольшими группами, чаще в одиночку, получив приказ, оставляли позиции, вырывались из огненного кольца и устремлялись на северо-восток, туда, где в огне и дыму уже неделю сражался Сталинград. И хотя до него было 50—60 км, по ночам зарево было видно на всю волжско-донскую степь.
Сколько ни испытал тяжелого за войну, мало с чем могу сравнить то, чем наказала меня судьба в тот день — своими глазами видел, как фашистские танки догоняли выбившихся из сил или раненых курсантов и давили. Их крики до сих пор звучат в моих ушах.
Чтобы более полно показать трагедию, которая произошла с нашим полком 29 августа, приведу свидетельства других участников событий (конечно, с их согласия), подкупающие достоверностью и искренностью, позволяющие читателю посмотреть на происходившее в то время их глазами.

Из воспоминаний Н. А. Шевандина, бывшего курсанта-разведчика (г. Москва):

«День 29 августа начался с артиллерийской подготовки противника. Снаряды и мины рвались у наших стрелковых ячеек через каждые 3—5 минут. Такой огонь, когда, как говорят, головы нельзя поднять, велся по нашим окопам методично в течение почти всего дня. Из-за дыма разорвавшихся снарядов и мин не видно было солнца. Позднее волнами, сменяя друг друга, на рубеж курсантов находили вражеские штурмовики и бомбардировщики. Мой сосед В. Хмара однажды насчитал их одновременно над полем боя семьдесят два.
Мы оказались на краю прорыва. Укрепрайон, который был нашим соседом слева, полностью уничтожен. Там не было крутых балок и оврагов, поэтому через него вошла в прорыв и двинулась на Сталинград немецкая 4-я армия — танки, самоходки, бронетранспортеры, мотопехота Вместе с УРом досталось и нам, соседям.









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2020 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.