Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Ведение оборонительного боя.





Бой разведки и охранения.

В тех случаях, когда противники разделены известным пространством, оборонительный бой начинается боем разведки и охранения, причем наступающий должен стремиться сбить завесу обороны наименьшими силами, сохраняя в своих руках возможно более сильный кулак для нанесения главного удара. Интересы обороны естественно диаметрально противоположны. На деле успех действия в каждом данном случае будет зависеть: от сравнительной стойкости и искусства войск наступления и обороны, а также от степени выгодности тех рубежей или пунктов, которые занимает разведка и охранение последней. Дабы увеличить стойкость разведки и охранения, нужно не только придавать им технику, но и поддерживать их огнем с оборонительной полосы как во время боя, так, особенно, при отходе, когда огневые средства охранения не могут действовать. В целях этой поддержки выгодно придвигать к переднему краю часть батарей, имея их наблюдательные пункты иногда даже впереди оборонительной полосы, а передовых наблюдателей при охранении.

При малейшей неосторожности противника огнем этих батарей, а также искусным применением бронесил, авиации, химии можно нанести серьезные потери походным колоннам наступающего, значительно принизив этим их настроение и охладив наступательный порыв. Особенно выгодно применить в это время химические средства, ибо противник двигается еще сосредоточенно и вдали, значит, действие стойких веществ успеет сказаться до атаки оборонительной полосы. Наконец, если применение отравляющих веществ и не нанесет почему-либо потерь, то сильно затруднит наступление еще не развернувшихся походных колонн.

В общем, бой впереди оборонительной полосы должен раскрыть группировку противника, добыть хоть отдельных пленных, нанести потери и замедлить движение противника, при чем, однако, передовые {283} части не должны подвергнуться отдельному поражению, которое не только ослабит силу обороны материально, но и понизит настроение защитников. Поэтому бой впереди оборонительной полосы требует большого искусства от выдвинутых войск и должен вестись наименьшим, числом пехоты, ибо ее отход и представляет всегда наибольшие трудности.



Бой впереди оборонитель- ной полосы.

Сбив разведку и охранение, наступающий будет ставить себе задачей придвинуться с наименьшими потерями к обороняющейся пехоте на дистанцию атаки, закрепиться, разобраться в системе организации обороны, перегруппировать сообразно своему плану силы и средства и затем нанести удар в самом выгодном для себя месте, дабы развить его в общее поражение.

Обороняющийся, с одной стороны, должен стремиться нанести наступающему такие сильные потери, чтобы у последнего исчезла самая мысль о возможности атаки, с другой — обмануть противника в отношении своего расположения настолько, чтобы укрыть от его глаза, хотя бы важнейшие точки и районы своей полосы. Для этого надо предварительно наметить те пулеметы и батареи, задача которых бить по наступающей пехоте и прочим родам войск противника, обнаружившим себя при движении, и те пулеметы и батареи, задача которых непосредственное отбитие атаки и которым лучше не обнаруживать себя до таковой.

Конечно, это деление не может быть очень определенным: при большой неосторожности наступающего выгодно навалиться на него всей массой огня еще вдали, не считаясь с предназначением батарей и пулеметов, и нанести такие потери, которые заставили бы противника остановить наступление. С другой стороны, в отбитии атаки противника уже безусловно должны участвовать все уцелевшие огневые средства.

Конечно, если целью обороны является только подпустить противника и ошеломить его огнем для немедленной контр-атаки, то выгодно до поры до времени прикидываться слабым, не открывая огня и подпуская противника поближе. Нормально же огонь является лучшим средством замедлить движение и выиграть время. Приэтом следует помнить, что всякая открывающая огонь батарея и пулемет могут быть тотчас обнаружены противником, который часто и не будет сразу обстреливать их, чтобы не дать им повода переменить свое место, а возьмет под огонь только при атаке.

Отсюда обороне следует иметь для каждой батареи не менее двух, лучше трех мест, периодически меняя их и вводя этим противника в заблуждение.

При сколько-нибудь серьезном сопротивлении обороны противник в один день обычно не успевает придвинуться пехотою на дистанцию атаки, развернуть артиллерию и организовать самую атаку: в худшем случае он успевает в первый день только закрепиться перед полосой обороны, сбив разведку и охранение и установив непосредственное соприкосновение с частями, занимающими передний край полосы, самая же подготовка атаки и атака нормально производятся не раньше, чем. на следующий день, а часто и позже.

Подготовка атаки начинается усиленным обстрелом артиллерии, направленным по окопам, пулеметам, батареям, проволочным заграждениям, {284} тылам, узлам связи, штабам обороны, с целью деморализовать пехоту, лишить ее поддержки других родов войск и расстроить управление.

Обычно средства наступления и обороны столь различны, что состязание своей артиллерии не имеет шансов на успех и грозит только обнаружением и парализованием батарей и пулеметов, открывших огонь.

Отсюда, наилучшим способом действий обороны является уклонение от огневого состязания с противником, с тем чтобы выждать момента атаки пехоты и, обрушившись на нее огнем всех сохранившихся средств, сразу свести на нет все наступление, нанеся этой пехоте в несколько минут такие жестокие потери, чтобы она уже и не пыталась больше подняться.

Так, во время мартовских атак русских 1916 г. артиллерия немцев в некоторых местах не отвечала ни единым выстрелом на всю нашу артиллерийскую подготовку, зато всякая попытка пехоты атаковать встречалась ураганным огнём всех батарей и пулеметов.

Однако, проявление такой выдержки по плечу лишь исключительно высоко настроенной пехоте. Нормально пехота не выдерживает огня, молчание своей артиллерии ее угнетает, мысль о своем одиночестве и беззащитности гнетет настолько, что люди настоятельно требуют огня артиллерии, и артиллерия этот огонь обязана дать, обязана уже по соображениям не столько материального, сколько морального свойства, привлекая к этому огню батареи тоже по известному плану, дабы не потерять тех, что наиболее необходимы для отбития атаки.

Ни в каком случая не следует в этот период рисковать бронесилами.

Применение химических средств может найти себе место во всех случаях, когда удастся обнаружить скопление войск и обозов, пути подвоза противника. Обычно оборона сможет для этого применить только артиллерийские снаряды, в особо благоприятных случаях газометы, выдвинув их в течение ночи на позицию, дабы дать 1—2 залпа; атака легкими баллонами может найти себе применение лишь при исключительно благоприятном стечении обстоятельств, огнеметы — только в последующий период действий — при самой атаке.

Если атаки почему-либо не последует, то внимательное наблюдение за местами падения неприятельских снарядов ясно укажет те пункты, которые хорошо наблюдаются противником, или которым он придает особую важность; используя опыты такого обстрела, оборона должна за ночь с выгодою перегруппироваться для маскировки своего расположения, причем нельзя просто ставить другие пулеметы и стрелков на место выбитых: это только увеличит потери на следующий день; наоборот, надо продумать, нельзя ли подступы к усиленно обстреливаемым местам взять под огонь с необстреливаемых участков и точек, а эти окопы и гнезда вовсе бросить, используя как ложные.

Действия при атаке против- ника.

Момент движения в атаку пехоты наступающего есть момент действия при крайнего кризиса для обороны переднего края.

Обычно даже после самой сильной артиллерийской подготовки в передовых окопах обороны остается достаточное число бойцов и пулеметов для отбития атаки; это доказывается тем большим числом {285} нераненых пленных и пулеметов, которые наступающий захватывает при атаке. Но эти бойцы после грохота артиллерийской подготовки сильно деморализованы; нужны героические меры, дабы влить в них должное настроение. Поэтому в этот момент пехоте должно притти на помощь все, что только может поддержать ее. Артиллерийский огонь должен разразиться со всей своей силой и остановить хоть временно резервы противника; уцелевшие огнеметы и пулеметы встречают прорывающуюся первую волну противника; где можно, навстречу ей выдвигаются бронесилы и авиация. Задержать атаку на 1—2 мин. значит обычно привести ее к неудаче, ибо «порыв не терпит перерыва».

Борьба внутри оборонитель- ной полосы.

Характер борьбы внутри оборонительной полосы прежде всего зависит от величины прорыва, произведенного противником, от степени уверенности начальника в своих тыловых эшелонах и возможности оказать поддержку пехоте огневыми средствами.

Прежде всего защитники всех незахваченных противником окопов и гнезд должны стойко держаться на своих местах.

Засев между траверсами и убежищами, обстреливая прорвавшегося противника во фланг и тыл, всякая кучка храбрецов может сыграть огромную роль в ходе дальнейшего боя, не давая неприятелю возможности распространяться по позиции и выигрывая этим время для подхода своих тыловых эшелонов, контр-атака которых будет значительно облегчена, если противник не успел вполне ликвидировать сопротивление в первых линиях обороны, и оттуда хотя бы местами ведется огонь.

Тыловые окопы должны немедленно взять под самый сильный фланговый и перекрестный огонь места, захваченные противником, и в зависимости от обстановки надо немедля приступить к ликвидации прорвавшегося противника. При незначительном успехе последнего, например, при захвате 1—2 окопов ротного участка, часто достаточно взвода тылового эшелона и даже ударных отделений данного-взвода, чтобы выбить противника, иногда и без контр-атаки, сосредоточением по захваченному окопу огня массы ружейных гранат. При захвате более значительного участка окопов первой линии действующая роль переходит к следующим начальникам и их ударным группам, которые или должны выбить противника контр-атакой или сдержать дальнейшее его распространение, взяв ворвавшиеся части под перекрестный огонь. Контр-атаки, в зависимости от обстановки, производятся: или сейчас же, в стремлении использовать внезапность и не дать противнику закрепиться, или, если противник уже успел устроиться, то с надлежащею артиллерийскою подготовкою.

Направление для контр-атак должно быть заблаговременно продумано начальниками и входить в план их действий, предусматривающий ряд возможных случаев; если есть возможность — полезно проделать и ряд предварительных учений. При выборе направлений для контр-атаки желательно бить противника не с фронта, где он больше всего ожидает контр-атаки, а во фланг и так, чтобы не подставить своих войск под его фланговый огонь.

При производстве контр-атаки очень важно обеспечить поддержку ее огневыми средствами, продумав их расположение так, чтобы стрелки при движении не закрыли огня.

При прорыве противника на очень широком фронте и отсутствии сил начальнику приходится иногда думать только о спасении людей отходом, {286} жертвуя для этого орудиями и пулеметами. Так, в бою 15 мая 1915 г. на реке Дубиссе, видя невозможность сопротивления, немцы оставили на позиции 7 орудий и 5 пулеметов и под их прикрытием увели пехоту, из состава которой при захвате перечисленных орудий и пулеметов было взято в плен всего 35 человек.

Успех борьбы пехоты внутри оборонительной полосы в первую-очередь зависит от содействия артиллерии. Пехота должна более чем когда-либо почувствовать, что она не брошена на произвол судьбы в этой борьбе. А для этого артиллерия обороны в этот критический момент не смеет ни прекращать своего огня, ни, тем более, оставлять своих мест, уходя в тыл.

В бою всякий пример заразителен, и один вид ухода в тыл даже одиночных людей может сорвать весь успех обороны, почему с таким уходом надо бороться всеми мерами. Это, ведь, есть тот момент, когда драться обязан всякий, кто находится в районе действий пехоты, невзирая на его должность и род войск: драться должен и сапер, попавший в пехотный окоп, и артиллерийский наблюдатель, у которого перебит провод, и телефонист, и обозный, беря первую попавшуюся винтовку. Так, при прорыве англичанами позиции 55 резервного германского полка у деревни Гомекур 1 июля 1916 г. серьезную помощь оказали немецкой пехоте находившиеся на участке батальона саперы, не считавшиеся с тем, что не дело сапер драться.

Захват противником отдельных окопов и гнезд может быть ликвидирован средствами самих ротных районов; захваченный ротный район может быть иногда возвращен быстрой контр-атакой стрелковой роты ударной группы батальона.

При захвате обоих ротных районов командир батальона должен решить сам, может ли он выбить противника своей ударной группой, или должен перейти к обороне, лишь сдерживая распространение противника.

В действиях батальонных и полковых ударных групп самое деятельное участие должна, конечно, принимать артиллерия.

В случае невозможности восстановить положение силами полковой и батальонной ударных групп командир дивизии, согласно устава (§1147), решает, атаковать ли противника или создать новую оборонительную полосу вокруг прорвавшихся частей. Приэтом надо выбрать новую полосу так, чтобы возможно съэкономить свои силы, которые после целого дня боя будут значительно ослаблены.

Контр-атака дивизионной ударной группы, производящаяся из глубины с дистанции 4—6 километров от места прорыва, ведется уже по всем правилам наступательного боя.

Переход в на- ступление.

Отбив атаку противника, обороняющийся при первой возможности должен стремиться отбросить назад не только его передовые группы, но и резервы, которые могли бы повторить атаку. В виде общего правила части рот, занимающие полосу обороны, в контр-атаку впереди своего фронта не переходят, а лишь поддерживают огнем контр-атаку ударных групп, причем развитие успеха производится ударными группами батальонными и полковыми при самой энергичной поддержке артиллерии.

Контр-атака и развитие успеха обычно ограничиваются лишь обратным занятием полосы охранения. Только если противник производил {287} атаку без должного превосходства сил и средств, выгоден переход в наступление всем фронтом пехоты при поддержке артиллерии, сосредоточив ее огонь и создав из пехоты ударную группу.

Одновременно об этом надо известить старшего начальника и соседей, дабы они могли оказать содействие своими силами и средствами.

Отход.

Отход обороняющегося с занятой позиции может производиться или в бою под давлением противника, или для занятия более выгодного положения без боя, обычно ночью.

Если связь в действиях в бою вообще трудна, то особенно это касается отхода по данным главным образом морального свойства. Каждому хочется уйти скорее, ибо цель пребывания на поле боя уже отсутствует, между тем, это стремление ведет к образованию прорывов, пользуясь которыми противник может отрезать соседние части. Мало того, все хотят отходить лучшими путями и укрытыми подступами, происходит скопление войск и обозов в известных местах, облегчается огонь противника по этим массам, особенно легко нарушается порядок и возникает паника.

При организации отхода обычно надо иметь в виду две цели: успеть занять новое положение и вывести войска из боя, наиболее их сохранив.

Для достижения обеих этих целей надо, значит, часть сил отправить вперед, а другою прикрыть их движение.

Конечно, если находящиеся в соприкосновении с противником части удержатся, то дневной и ночной отход производится одинаково отводом сначала обозов, парков, затем незаметно, ударных групп дивизии, полка, батальона, причем необходимо для маскировки этого отхода открыть самый интенсивный артиллерийский огонь: при дневном отходе с его началом, а при ночном — с вечера, дабы внушить противнику мысль о подготовке нашей атаки. Так обычно поступали немцы, развивавшие перед отходом такой огонь, что на русских позициях только и ждали их атаки.

Отход в тех случаях, когда держатся передовые части, заканчивается тем, что последние войска сковывающей группы должны отходить одновременно: днем широким фронтом без дорог, применяясь к местности, ночью — свертываясь сначала в ротные, а где можно и в батальонные колонны и оставляя в окопах одних разведчиков, которые по теории должны до утра поддерживать огонь, а на практике исчезают довольно быстро вслед за своими частями, стреляя на ходу куда попало уже в пути, чем скорее открывают, чем скрывают отход.

Значительно труднее отход в тех случаях, когда противник сбил и теснит наши передовые части. Конечно, они уже не могут служить прикрытием отхода, мало того, уведя раньше их тыловые эшелоны, можно рисковать потерять брошенные на произвол передовые части.

Отсюда первой задачей является всеми мерами остановить противника; для этого надо сначала развернуть для обороны ударные части и пропустить через них отходящие войска. Обычно этот прием удается и не вследствие упорного сопротивления ударных частей, а потому, что противник сам вынужден после прорыва останавливаться и приводить себя в порядок. {288}

Прикрывать отход в дивизии нормальнее всего ударными группами полков, а не одним полком ударной группы, ибо фронт в 6—10 км для него слишком велик и управление при отходе со стороны командира полка невозможно. Если в полках ударные группы уже израсходованы, то лучше придать им по батальону дивизионной ударной группы в качестве прикрытия отхода. Только в тех случаях, когда дивизия отходит на фронте в 3—4 км, возможно прикрытие отхода одним полком.

Такова общая схема отхода. Приэтом, дабы отход шел насколько возможно планомерно, необходимо дать следующие указания.

1. Прежде всего каждая часть должна знать, на какой фронт, в какой район или в каком направлении будет совершаться отход, дабы случайно отбившиеся люди и части знали, куда им следовать. Следует также указать, как именно расположиться частям в новом месте.

2. Далее, полосы отхода надо строго разграничить, не допуская столпления, а в тех случаях, когда путей отхода мало, выслать специальных лиц для наблюдения за порядком движения, иногда с достаточным конвоем, дабы силою наводить порядок. Приэтом нельзя допускать перекрещивания частей при отходе, ибо это поведет к верному беспорядку и панике.

3. Все имеющиеся дефиле надо обеспечить воздушной и химической обороной, ибо на них направит, конечно, свои удары авиация противника.

4. Надо точно указать кому, что и когда разрушать, дабы затруднить наступление противника.

5. Особое внимание надо обратить на увод тыловых учреждений, дабы они не загромоздили дороги войсками; все усилия надо приложить, чтобы вывезти раненых, ибо их оставление всегда производит дурное впечатление.

Дабы отход проходил возможно лучше, необходимо обязательное присутствие начальников при своих последних, прикрывающих частях, а отнюдь не отъезд их в тыл под предлогом устройства войск на новых рубежах.

Порядок дальнейшего отхода по выходе из боя различается в двух следующих случаях:

1. Части отходят на новую оборонительную полосу, где должны будут снова выдержать бой, значит, их сковывающая группа должна заблаговременно на этой полосе расположиться и быть достаточно свежей.

2. Части, оторвавшись от противника, должны следовать походной колонной, движение которой следует прикрывать и охранять, конечно, наиболее свежими силами.

В первом случае обозы, артиллерия, связь и назначенные для занятия полосы части пехоты должны возможно скорее достигнуть указанных мест позиции и там расположиться, образуя завесу, за которую отойдут прочие части.

Во втором случае — прикрывающая часть, выждав прохода всех остальных войск, отходит следом за ними на должной дистанции, сначала широким фронтом, а затем, если противник не теснит, свертываясь в походную колонну.

Отход днем крайне нежелателен и почти всегда приводит к большому расстройству пехоты, поэтому следует стремиться отходить ночью, отбив дневные атаки. {289}

Для прикрытия отхода выгодны бронесилы и налеты авиации, а также применение химических пробок и порча пути.

При прорыве немцами англо-французского фронта в марте 1918 г. первую помощь группе Файоля оказали французские бомбовозные части, прибывшие лётом в район германского наступления и своими атаками задержавшие продвижение германцев.

Наконец, широкое применение в прикрытии отхода всегда имела конница. Так, даже на англо-французском фронте 24 марта 1918 г. отход англичан прикрывается 2 и 3 кавдививиями, и у Кюньи эскадрон англичан атакует в конном строю и берет до 100 пленных. По словам Хэга, требования войсковых начальников дать им конницу были так настойчивы, что пришлось посадить на коней несколько полков, которые раньше спешили.1

 

 


  {290}  

ГЛАВА ВОСЬМАЯ









Что делать, если нет взаимности? А теперь спустимся с небес на землю. Приземлились? Продолжаем разговор...

ЧТО ПРОИСХОДИТ, КОГДА МЫ ССОРИМСЯ Не понимая различий, существующих между мужчинами и женщинами, очень легко довести дело до ссоры...

Что будет с Землей, если ось ее сместится на 6666 км? Что будет с Землей? - задался я вопросом...

Живите по правилу: МАЛО ЛИ ЧТО НА СВЕТЕ СУЩЕСТВУЕТ? Я неслучайно подчеркиваю, что место в голове ограничено, а информации вокруг много, и что ваше право...





Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2021 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.