Сдам Сам

ПОЛЕЗНОЕ


КАТЕГОРИИ







Окончание «холодной» войны, семена новой





 

«Холодная» война якобы завершилась в ноябре 1989 года, когда Михаил Горбачёв принял решение не отдавать советским танкам в Восточной Германии приказ блокировать растущее ненасильственное антиправительственное протестное движение и позволить Берлинской стене, символу «Железного занавеса», разделявшего Восточную и Западную Европу, пасть. СССР обанкротился в экономическом, военном и политическом отношении.

«Холодная» война была закончена. Запад и Соединенные Штаты Америки – символ права, свободы, демократии и экономического процветания почти для всего мира и особенно для народов бывших коммунистических стран Восточной Европы – победили.

С окончанием «холодной» войны Вашингтон объявил, что отныне его цель – распространение демократии в тот регион мира, который прежде был жестко замкнут в пределах советской социалистической системы, по крайней мере, со времен окончания Второй мировой войны, а во многих случаях – начиная с российской революции 1917 года. Демократия стала самым эффективным оружием Вашингтона для наращивания своего влияния в молодых государствах бывшего коммунистического блока в Европе.

Однако, как хорошо знали древние греческие олигархические семьи, «демократия» была обоюдоострым оружием; с ее помощью можно было управлять недовольной толпой и направлять ее ярость на политических противников. Достаточно лишь контролировать техники формирования общественного мнения и рычаги экономических изменений.

Здесь Вашингтон был хорошо экипирован, он доминировал в глобальных СМИ через такие инструменты, как «Си-Эн-Эн», и дирижировал экономическими преобразованиями, контролируя финансовые учреждения Международный валютный фонд и Всемирный банк. Да,



Вашингтон распространял демократию после краха Советского Союза, но это был весьма специальный вид демократии, если хотите, «тоталитарная демократия», впаянная в американскую экономическую, политическую и культурную гегемонию под военным контролем НАТО.

Большая часть мира ликовала при предложении демократии американского образца. В Берлине немцы, и восточные и западные, исполняли «Оду к радости» Бетховена и танцевали на стене. В Польше, Чехословакии, Венгрии, во всех странах и провинциях, которые были заперты на советской стороне «Железного занавеса» с 1948 года, граждане в эйфории праздновали то, что, как они полагали, станет началом лучшей свободной жизни и процветания, «американского образа жизни». Они верили пропаганде, которая годами изливалась на их головы дикторами радио «Свободная Европа» и другими американским и западным правительственным СМИ. Они думали, наступает рай на земле.

Эйфория была недолгой. Почти сразу же Вашингтон и его западные союзники применили к бывшим социалистическим государственным экономическим системам с централизованным планированием форму экономической «шоковой терапии». МВФ (Международный валютный фонд) потребовал проведения немедленных «рыночных реформ». Это стало принципом полного преобразования любой экономической системы.

Штат Международного валютного фонда никоим образом не был подготовлен к сложности трансформации связного экономического пространства шести бывших стран Варшавского договора (Болгария, Чехословакия, Восточная Германия, Венгрия, Польша, Румыния) и пятнадцати бывших советских республик. Технократы Международного валютного фонда, согласно заказам американского министра финансов и бывшего банкира с Уолл-Стрит Роберта Рубина, потребовали непосредственную приватизацию всех принадлежащих государству отраслей промышленности, девальвацию российского рубля и девальвацию каждой из других шести национальных валют. (3)

«Шоковая терапия» МВФ (политика структурной перестройки) широко распахнула двери бывшего советского блока для располагающих долларами западных спекулянтов. Среди тех, кто участвовал в этой гонке и прибежали одними их первых, были американский хедж-фонд миллиардера Джорджа Сороса, скрывающийся от правосудия торговец металлами Марк Рич и некоторые агрессивные банки, такие как «Кредит Свиз» и «Чейз», Политика Международного валютного фонда позволила им буквально разграбить Россию. Выносили все: от нефти до никеля, от алюминия до платины.

Крошечная горстка российских бизнесменов (в большинстве своем бывшие коммунисты или функционеры КГБ) в течение коррумпированной эры Ельцина захватили принадлежащие государству бесценные сырьевые активы и быстро стали миллиардерами. Это их упоминают СМИ как российских «олигархов» – людей, богатство которых позволило им стать новыми хозяевами посткоммунистической России, «денежными мешками». Но и в этом была выгода: их богатство номинировалось в долларах. Таким образом, новые олигархи России были завязаны, как полагал Вашингтон, на Запад и, вне всякого сомнения, – на Соединенные Штаты. Стратегия Вашингтона состояла в том, чтобы управлять постсоветской Россией, взяв под свой контроль ее новых олигархов, владеющих миллиардными состояниями.

Логическим следствием применяемой безжалостной политики Международного валютного фонда в России в течение 1990-х годов стали быстрый рост уровня безработицы и резкое падение жизненного уровня. Больше всего шокирует, что в течение этого периода продолжительность жизни российских мужчин упала до 56 лет. Пожилых людей во многих случаях оставляли без пенсий или адекватного медицинского обслуживания. Школы закрывались, жилье приходило в упадок, среди российской молодежи распространялись алкоголизм, наркомания и СПИД.

Требования Международного валютного фонда включали жесткое сокращение государственных субсидий в экономике, где все необходимое социальное обеспечение от дневного ухода до медицинского обслуживания было бесплатным или оплачивалось по номиналу государством. Российское население снова прошло через ад, спустя полустолетие после того, как они отдали более двадцати трех миллионов прекраснейших молодых жизней в боях за то, чтобы Соединенные Штаты и Великобритания могли доминировать в послевоенном мире. С точки зрения многих русских, экономическая шоковая терапия была странным способом для Запада высказать свою благодарность за роспуск Варшавского договора.

Последний советский лидер Михаил Горбачёв попытался оживить советское государство изнутри с гласностью и перестройкой и потерпел неудачу. Затем администрация американского президента Джорджа Буша-старшего предложила Горбачёву одно обещание взамен разрешения диктовать условия экономического преобразования в «капиталистический рай» через одиозный Международный валютный фонд. Официальное обещание совершенно точно состояло в том, что Соединенные Штаты не будут расширять НАТО в восточном направлении за счет кооптации недавно освобожденных стран бывшего Варшавского Договора. (4)

Горбачев честно поверил этому обещанию администрации Буша, считая это официальной политикой. Так это и выглядело. Однако в горячке момента Горбачёв, очевидно, забыл получить это обещание Буша в письменной форме. Память у Вашингтона хорошая, но как покажут последующие события, удобно короткая, если требуется.

В ответ на это торжественное американское обещание ранее могущественный Советский Союз, а теперь значительно уменьшившаяся Россия пообещала Вашингтону и НАТО, что приступит к систематическому демонтажу своего огромного ядерного арсенала. С этой целью российская Дума ратифицировала Договор СНВ-II, который содержал список для сокращения активного развернутого ядерного оружия. Ратификация зависела от того, как США и Россия будут придерживаться Договора о противоракетной обороне 1972 года, который запрещал развертывание активного противоракетного щита любой стороной. (5)

13 декабря 2001 года Джордж Буш-младший уведомил Россию об одностороннем выходе Соединенных Штатов из Договора по ПРО. Это был первый случай в новейшей истории, когда Соединенные Штаты вышли из основного международного соглашения о вооружениях, чтобы на законных основаниях учредить американское Агентство противоракетной обороны. (6)

Ослабленная Россия расторгла Варшавский договор, свой противовес НАТО. Она отозвала свои войска из Восточной Европы и других областей бывшего Советского Союза. Государства-сателлиты СССР и бывшие советские республики под хвалебные речи объявляли себя независимыми странами на фоне западных обещаний и искушения возможного членства в новом Европейском Союзе.

Республика Грузия стала одной из таких новых стран, хотя задолго до революции 1917 года была неотъемлемой частью Российской империи.

 

«Мы победили!»

 

Несмотря на торжественные обещания и, очевидно, официальное согласие Вашингтона не расширять НАТО в восточном направлении, Джордж Буш-старший и позднее президент Билл Клинтон отказались от своих обещаний. Они заманивали страны бывшего Варшавского договора одну за другой, и недавно процесс вылился во все разрастающееся расширение НАТО в восточном направлении.

Джордж Герберт Уолкер Буш был отпрыском богатой семьи из Новой Англии, которая десятилетиями зарабатывала свое состояние сначала на инвестициях в гитлеровский Рейх, а затем на координации своего бизнеса со «Стандарт Ойл» Рокфеллера и индустрией вооружений. «Мы победили», – провозглашал он теперь, словно о победе своей сборной на Суперкубке, а не о прекращении военного и политического противостояния, которое зачастую держало судьбу всей планеты на лезвии ножа.

Как описывал в начале 1990-х годов новое американское высокомерие в Вашингтоне и администрацию Джорджа Буша-старшего один наблюдатель:

«Президентские поездки за границу приобретали черты имперских выездов, затмевая по своим масштабам и требованиям безопасности визиты любого другого государственного деятеля... американский помазанник как мировой лидер в некотором отношении напоминал о самокоронации Наполеона.» (7)

Автор этих критических комментариев не был кем-то посторонним или врагом американской державы. Это был Збигнев Бжезинский, бывший советник по национальной безопасности президента Джимми Картера, основной стратег внешней политики для нескольких президентов и советник многих, включая кандидата в президенты Барака Обаму.

Бжезинский был усердным учеником мастера англо-американской геополитики сэра Халфорда Макиндера. Он хорошо осознавал опасность имперского высокомерия на пике сияния империи. Именно такое высокомерие вызвало, по его мнению, крах Британской империи, бывшей, очевидно, в своем зените между концом XIX века и началом Первой мировой войны.

Бжезинский предупреждал, что такое властное высокомерие со стороны Вашингтона столетие спустя может привести к аналогичному кризису американской гегемонии. Америка, предостерегал он, может потерять свой статус «единственной супердержавы» или «американской империи» (термин, одобренный неоконсервативными ястребами, такими как редактор «Уикли Стандарт» Уильям Кристол и старший научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир Роберт Каган).

В конце 1970-х годов Збигнев Бжезинский стал одним из архитекторов войны в Афганистане против Советского Союза. Спровоцировав и затем тайно управляя этой войной, в течение которой американское правительство обучало Осаму бин Ладена и других радикальных исламистов продвинутым методам саботажа и нерегулярной войны, Бжезинский сделал для расширения американского господства военной силой больше, чем любой другой послевоенный стратег, за исключением, может быть, Генри Киссинджера.

Бжезинский отнюдь не был простаком. Он был из страстных американских империалистов, которых в Вашингтоне называли «реалистами». Он знал, что американское имперское доминирование, даже если оно скрывалось под маской демократии, нуждалось в неустанном внимании к своим союзникам, чтобы поддерживать свою глобальную власть и контролировать то, что он назвал шахматной доской, – Евразию. Другими государствами необходимо было управлять и манипулировать таким образом, чтобы предотвратить появление держав, способных бросить вызов доминированию США. Именно в этом контексте в своей широко обсуждаемой книге 1997 года «Великая шахматная доска» Бжезинский неоднократно называл американских союзников, включая даже Германию и Японию, «вассалами» Америки. (8)

У Бжезинского не было никаких возражений против очевидной окончательной цели внешней политики Буша-Чейни, а именно, против всемирного Американского века, американизированной версии имперского правления. Бжезинский отличался только своим видением средств для достижения этой цели.

«Из первых пятнадцати лет превосходства Америки симптоматичным, – отмечал Бжезинский, – было международное присутствие американских вооруженных сил и возросшая частота их участия в боевых или принудительных операциях. Развернув [свои вооруженные силы] на каждом континенте и доминируя над всеми океанами. Соединенные Штаты не имели ни одного равного себе политического или военного противника.» (9)

Один из регионов, где развертывались американские вооруженные силы, был небольшой бывшей советской республикой на Кавказе Грузией, которой, по крайней мере с сентября 2003 года, админи­страция Буша-младшего оказывала прямую американскую военную помощь и присылала своих советников. (10)

Грузинские события в августе 2008 года нельзя понять, не возвращаясь к 1990-м годам и к истории американского расширения НАТО к самому порогу Москвы. Администрация Джорджа Буша-старшего нарушила свое обещание России не расширять НАТО на восток. А уже в 2008 году администрация другого Буша оказывала огромное давление на недовольный Европейский Союз и европейские правительства, чтобы допустить в альянс две бывшие советские республики, Грузию и Украину.

Это новое расширение НАТО последовало сразу за смелым объявлением США в начале 2007 года о планах установить передовые ракетные базы и радарную станцию в двух бывших странах Варшавского договора, ныне членах НАТО – в Польше и Чешской республике. (11) Администрация Буша утверждала, что решение разместить свою инфраструктуру, прикрытую благородным именем противоракетный «щит», в Польше и Чешской республике вызвано тем, чтобы защитить от предположительной угрозы со стороны «стран-изгоев, подобных Ирану». (12) Эти утверждения вызвали сильнейшую реакцию Кремля. В реальном военном значении эта структура вообще не являлась оборонной, а давала Вашингтону преимущества для крупного наступления в любом будущем военном противостоянии с Москвой.

В феврале 2007 года президент России Владимир Путин выступил на ежегодной Мюнхенской международной конференции по вопросам безопасности в Германии. Включенные в эту программную речь, которая по любым меркам была экстраординарна, замечания Путина застали многих на Западе врасплох:

«НАТО разместило свои пограничные силы на наших границах... Очевидно, что это расширение НАТО не имеет никакого непосредственного отношения к модернизации альянса или к обеспечению безопасности в Европе. Напротив, оно представляет собой серьезную провокацию, которая уменьшает уровень взаимного доверия. И мы имеем право спросить: против кого направлено это расширение? И что случилось с гарантиями, которые наши западные партнеры дали после роспуска Варшавского договора?» (13)

Эти откровенные слова российского президента вызвали бурю протестов и в западных СМИ, и среди политических деятелей. Владимира Путина, бывшего офицера КГБ, который недолго возглавлял ФСБ, можно обвинить во многих вещах. Он, очевидно, поднялся на вершину пирамиды власти в России, вряд ли будучи «хорошим парнем». Но его точно нельзя обвинить в том, что он глуп, особенно при угрозе жизненным интересам.

Впервые, начиная с распада Советского Союза в 1991 году, западные СМИ заговорили о новой «холодной» войне между Западом и Россией. Однако речь российского президента всего лишь сделала открытым и публичным процесс, который никогда не заканчивался, даже с падением Берлинской стены в ноябре 1989 года.

 

Истоки «Железного занавеса»

 

«Холодная» война началась в конце 1940-х годов, среди прочего, с формального создания Организации Североатлантического договора (НАТО) и на самом деле никогда не заканчивалась, даже с крахом Советского Союза в 1989–1990 годы. Именно этот факт стал лейтмотивом и оказался в речи Путина столь трудным для осознания западными слушателями.

Путин действительно, выставил на всеобщее обозрение опасный подтекст всей стратегии Вашингтона по расширению НАТО после окончания «холодной» войны как замысел окружения России, а не гарантию мирного перехода к демократии западного стиля для государств бывшего Советского Союза. Вашингтон, фактический командующий НАТО, настойчиво утверждал свое военное превосходство над Россией, начиная с краха Советского Союза. Россия была вынуждена отреагировать открыто и прямо в тот момент, когда было задумано развертывание ПРО в Польше и Чешской республике.

Агрессивное военное расширение Соединенных Штатов очевидно набирало силу в первых годах нового тысячелетия. Под слоями расчетливой дезинформации и эффективных пропагандистских кампаний о распространении демократии американского образца в бывшие советские республики и страны Восточного блока Соединенные Штаты последовательно мостили дорогу к военной конфронтации, непохожей ни на одну из тех, которые ранее видел мир.

Основным архитектором первоначальной политики «сдерживания» «холодной» войны был глава отдела политического планирования Государственного департамента США Джордж Ф. Кеннан. В 1948 году во внутреннем политическом меморандуме под грифом «Совершенно секретно» он обрисовал в общих чертах внешнеполитические задачи Соединенных Штатов по созданию послевоенной империи, которая станет известна как Американский век.

Тезис Кеннана, наконец рассекреченный, был потрясающе ясен:

«У нас есть около 50% мирового богатства, но только 6,3% мирового населения... В этой ситуации мы не можем не быть объектом зависти и обиды. Нашей реальной задачей в предстоящий период является разработка модели взаимоотношений, которая позволит нам сохранить это положение диспропорции без положительного ущерба нашей национальной безопасности. Чтобы сделать это, нам придется отказаться от всякой сентиментальности и мечтательности; и наше внимание должно быть сосредоточено всюду на наших непосредственных национальных целях. Мы не должны обманывать себя, что мы сегодня можем позволить себе роскошь альтруизма и мировой благотворительности.» (14)

В 1939 году ведущие стратеги Америки были вовлечены в проект «Изучение войны и мира» под эгидой Нью-Йоркского Совета по международным отношениям. Их стратегия состояла в том, чтобы создать своего рода неофициальную империю, ту, где Америка проявится как бесспорная держава-гегемон в новом мировом порядке, который будет управляться через недавно созданную Организацию Объединенных Наций. (15)

Архитекторы послевоенного мирового порядка явно хотели избежать термин «империя». Вместо этого Соединенные Штаты стремились утвердить свою имперскую власть под масками колониального «освобождения», поддержки «демократии» и «свободного рынка». Это был один из самых эффективных и дьявольски удачных пропагандистских ходов современности.

Пока Соединенные Штаты были самой крупной в мире экономикой, и американские доллары пользовались спросом как фактическая мировая резервная валюта, этот фарс работал. Пока Западная Европа, Япония и Азия зависели от американской военной защиты, американская империя могла эффективно изображать из себя маяк свободы для недавно добившихся независимости стран Африки и Азии. (16)

После 1948 года между востоком и западом возникала внушающая неподдельный страх баррикада, по мере того как танки, бомбардировщики и оружие массового поражения занимали позиции вокруг социалистических экономических систем Варшавского договора, а также вокруг Китайской народной республики и Югославии Иосифа Броз Тито, отделяя их от возглавляемого США «свободного мира».

За краткий период между известной речью Черчилля о «Железном занавесе» в Фултоне, штат Миссури, в 1946 году и формальным созданием Организации Североатлантического договора (НАТО) с доминированием в ней США в апреле 1949 года Евразия была эффективно изолирована. Обширное геополитическое сокровище, простирающееся от Эльбы в Германии вниз к Адриатике, через Софию в Болгарии, через Черное и Каспийское моря до Средней Азии и Китая было отрезано от прямого влияния американского инвестиционного капитала и по большей части оказалось вне досягаемости американской экономической политики.

 

«Географическая ось» истории

 

Неизвестная большей части мира внешнеполитическая цель США всегда состояла в обеспечении полного экономического и военного контроля над Россией. Все многочисленные учреждения Соединенных Штатов – военно-промышленный сектор, транснациональные энергетические корпорации и американское «государство в государстве» национальной безопасности, состоящее из Пентагона, ЦРУ, Агентства национальной безопасности, Разведывательного управления Министерства обороны и многочисленных специализированных тайных служб – весь американский внешнеполитический истеблишмент был направлен на обеспечение полного контроля над Россией.

Когда Соединенные Штаты и Советский Союз все еще считались формальными союзниками в войне против Германии, США уже готовились к войне с СССР. Летом 1945 года во время Потсдамской конференции, завершившей Вторую мировую войну, и спустя несколько дней после первого успешного испытания в пустыне Нью-Мексико атомной бомбы, американский Пентагон тайно разрабатывал новую американскую политику «нанесения первого удара» в ядерной войне. Первый план тотальной конвенциональной войны против Советского

Союза, названный «Тоталити», был составлен по заказу президента Трумэна генералом Дуайтом Эйзенхауэром в 1945 году. (17)

Первый план ядерной войны против Советского Союза, включая превентивный удар, был завершен Объединенным комитетом по разведке в недрах Объединенного комитета начальников штабов лишь два месяца спустя после Хиросимы и Нагасаки. (18)

В Вашингтоне не существовало никакой сентиментальности по поводу нужд военного времени. Это был лишь бизнес – бизнес установления бесспорного американского превосходства, ласково называемого «Американским веком». Согласно отцу британской геополитики сэру Халфорду Макиндеру, Россия представляла собой «географический центр истории». (19) В 1904 году в основополагающей политической записке для Королевского географического общества в Лондоне Макиндер недвусмысленно утверждал, что контроль над Россией определяет, кто будет или сможет управлять обширными пространствами Евразии и далее всем миром. Британское Министерство иностранных дел, очевидно, согласилось с ним.

Уже более столетия назад Макиндер был убежден в том, что, в то время как Европа проводит заморскую экспансию Индии, Африки и других колониальных земель, российское государство, расположенное в Восточной Европе и Средней Азии, расширяется на юг и восток, организуя обширные пространства человеческих и природных ресурсов. Это огромное пространство, предсказывал он, будет скоро покрыто сетью железных дорог, что намного увеличит подвижность и стратегическую досягаемость в рамках континентальной державы.

На этом географическом историческом фоне Макиндер идентифицировал центральное северное ядро Евразии как «осевое государство» или «сердце» мировой политики. Он поместил Германию, Австрию, Турцию, Индию и Китай – земли, непосредственно граничащие с осевым регионом, – во «внутренний полумесяц» вокруг «сердца» мира или «осевого государства».

Он предупредил, что «опрокидывание равновесия сил в пользу осевого государства, приводящее к его расширению на окраинные земли Евразии, позволит использовать обширные континентальные ресурсы для построения флота, и тогда мировая империя будет налицо». (20)

По мысли Макиндера, либо русско-немецкий альянс, либо китайско-японская империя, которая завоюет Россию, будут в состоянии бороться за мировую гегемонию. В обоих случаях, «к ресурсам большого континента будет добавлен океанский фасад», создавая геополитические условия, необходимые для того, чтобы породить великую державу, которая возвысилась бы и на земле и в море.

Британская внешняя политика от Русско-японской войны 1904– 1905 годов до создания НАТО в 1949 году, очевидно, базировала свои выводы и расчеты на анализе Макиндера. Британия всегда стремилась любой ценой воспрепятствовать появлению сильной евразийской центральной власти, сосредоточенной в России и способной бросить вызов британской глобальной гегемонии.

 









Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:


©2015- 2019 zdamsam.ru Размещенные материалы защищены законодательством РФ.